°«Осколки доверия» °

×Прошу прощения за столь долгое отсутствие, у меня были экзамены и личностные творческие перепады, но с горем по полам я вернулся :D. Надеюсь вы не сильно скучали. ×

***

Игрок стоял на коленях, уткнувшись лбом в холодную, покрытую слоем пепла землю. Его пальцы, изодранные в кровь о бетонные обломки, бессильно дрожали, оставляя багровые разводы на серой траве плейса. Внутри выжгло всё. Абсолютно всё. Смайл разрушил не просто центральный комплекс RIS, он с особой, извращенной жестокостью растоптал саму способность Игрока верить. Зеленые брызги данных, оставшиеся от разорванного пополам Лезуса, медленно растворялись в сером тумане, таяли, словно уродливые бинарные слезы, унося с собой последнюю надежду на то, что его друг спасся.Смайл медленно, размеренно сделал шаг вперед. Его высокая, угловатая тень, сотканная из плотного цифрового мрака, накрыла Игрока, отрезая его от остального мира. Белые нити кода, хаотично вившиеся вокруг тела монстра, зашевелились, заструились по воздуху, словно голодные змеи, почуявшие легкую добычу. Пространство вокруг него вибрировало, издавая низкий, сводящий с ума гул неисправного трансформатора. — Почему?.. — тихо, почти беззвучно выговорил Игрок, не находя в себе сил даже поднять голову и посмотреть в жуткое глючное лицо Оверлорда. — Зачем ты пошел на это? Я ведь... я ведь освободил тебя тогда. Я сломал твои оковы. Ты оставил мне жизнь. Лезус доверился тебе, он рисковал собой, чтобы принести тебе этот чертов мир! Ты обещал ему... Смайл остановился в полушаге. Издевательский, торжествующий бинарный скрежет внутри черепной коробки Игрока вспыхнул с новой, невыносимой силой, вызывая дикую боль в висках и подступающую к горлу тошноту. Монстру не нужны были голосовые связки — он переписывал мысли своей жертвы напрямую. «Ты освободил меня, Игрок, и я вернул твой жалкий долг, позволив тебе дышать на руинах Crossroads», — вкрадчивый, леденящий голос Смайла эхом раскатился в разуме парня. — «Но ты так и остался слепым, глупым инструментом, верящим в системный порядок и сказки о компромиссах. Лезус отчаянно пытался спасти твою никчемную шкуру, а ты пытался привести всё в мир. Вы оба так судорожно цеплялись за остатки своей фальшивой человечности, что не заметили самого главного. Вы сами, своими руками, принесли мне ключи от этой крепости. Твой мир стерт. Ты исполнил свое предназначение, Игрок...» Черная аура вокруг правой руки Смайла вспыхнула ядовитым деструктивным кодом. Скрипты удаления затрещали, готовые в один миг обнулить структуру данных Игрока, превратив его в облако бинарной пыли. Игрок просто зажмурился, не пытаясь бежать. Бежать было некуда. И в этот самый момент серая пустошь взорвалась ослепительным, спектральным сиянием. Из пробитого, объятого пламенем шлюза базы RIS, отчаянно лавируя между летящими бетонными обломками, на бешеной скорости выкатилась тяжелая гусеничная машина. Это была резервная мобильная платформа сдерживания — последний козырь, который уцелевшие инженеры и оперативники смогли активировать в подземных доках за секунду до полного обрушения секторов. В самом центре бронированной установки, бешено вращаясь и испуская мощные импульсы, сиял массивный, переливающийся всеми цветами спектра элемент.Ядро Воображения. Высшая технологическая разработка RIS, созданная на основе корневых скриптов самой платформы для тотальной фиксации и подавления аномалий класса «Коллапс». — Активировать протокол фиксации сигнатуры! Выдать перегрузку на излучатель!— сквозь грохот и сирены прорвался хриплый, сорванный крик командира отряда RIS из внешних динамиков бронемашины.Концентрированный луч чистой созидательной энергии — мощнейший антивирусный поток — с оглушительным свистом ударил Смайлу точно в грудь. Оверлорд издал неестественный, искаженный системный рев, от которого задрожал и пошел пиксельными трещинами сам воздух плейса. Те самые тонкие белые нити, что до этого безвольно парили вокруг его тела, внезапно натянулись со страшным, режущим уши металлическим звоном, похожим на лопающиеся струны гигантского инструмента.Они превратились в толстые, ослепительно сияющие канаты. Ядро Воображения буквально перехватило управление кодом сдерживания, намертво привязав Смайла к текстуре земли. Канаты впились в его цифровое тело, пригвождая к серой траве и лишая возможности сдвинуться хоть на миллиметр.Смайл начал дико, хаотично лагать. Его трехмерная моделька непрерывно мерцала, сбрасывала текстуры, распадалась на уродливые бинарные строки и гигантские цветные пиксели. Черный дым вокруг него рассеялся. Чистая энергия Ядра Воображения обжигала его структуру, заставляя его собственные скрипты эксплойтов выдавать системные ошибки. — Он заблокирован! Живо, забирайте Катализатор! У нас меньше тридцати секунд, пульт управления Ядром уже плавится! — рявкнул оперативник RIS, с грохотом откидывая тяжелую гидравлическую дверь десантного отсека машины.Двое тяжелоэкипированных бойцов в обгоревшей, покрытой копотью углепластиковой броне подлетели к Игроку. Тот даже не шевельнулся, его взгляд был абсолютно стеклянным, направленным в пустоту. Солдаты грубо, но крепко подхватили его под руки, буквально волоком потащив по земле к спасительному люку. Игрока забросили на жесткий металлический пол десантного отделения, и дверь шлюза с тяжелым хрипом пневматики захлопнулась, отрезая их от внешнего ада. — Пошел! Пошел! Выжимай всё, что есть! — закричал командир, падая на соседнее сиденье.Тяжелый дизельный двигатель броневика взревел на пределе возможностей. Машина рванула с места, срывая покрышки в занос. Позади них, сквозь толстые триплексы, Игрок видел, как излучатель Ядра Воображения начинает искрить и взрываться, не выдерживая яростного натиска лагающего, но стремительно ломающего путы Смайла. Долго эта резервная система его бы не удержала, но этих драгоценных секунд хватило, чтобы машина RIS на полной скорости скрылась в плотном, спасительном тумане пустого плейса, унося выживших прочь от руин их прошлого.Внутри десантного отсека пахло жженой проводкой, пороховой гарью и потом. Машину немилосердно трясло на ухабах неровного ландшафта. Игрок так и остался лежать на полу, уткнувшись лицом в металлический рифленый настил. Его пистолет бесцельно валялся рядом. Каждое слово Смайла, каждое мгновение гибели Лезуса прокручивалось в его голове бесконечным, мучительным циклом.Командир отряда, тяжело дыша, сорвал с себя закопченный шлем. Под ним оказалось бледное, осунувшееся лицо Хоффа — одного из самых преданных уставу и дисциплинированных полевых офицеров RIS. На его щеке багровела свежая царапина от осколка стекла, а в жестких, серых глазах застыла глухая ярость человека. Он вытер пот со лба, бросил взгляд на Игрока, а затем дотянулся до металлического ящика снабжения и достал оттуда обгоревшую, чудом уцелевшую кожаную папку с логотипом организации. — Поднимите его, — негромко приказал командир.Двое солдат аккуратно приподняли Игрока, усадив его на жесткую скамью. Тот даже не поднял глаз. Его сознание было полностью разбито.Командир Хофф медленно раскрыл папку, перелистывая пожелтевшие от жара страницы внутренних отчетов RIS. На одной из страниц, перечеркнутая красным маркером, красовалась системная сигнатура Игрока, а под ней — кодовое обозначение, скрытое от обычных сотрудников. — Ну что, Освободитель... — тихо, но с тяжелым, свинцовым упреком произнес командир, в упор глядя на парня. — Ты хоть понимаешь теперь, КУДА привел твой «мирный путь»? Ты понимаешь, ЧТО ты натворил? Игрок вздрогнул. Старое кодовое обозначение из секретных файлов RIS ударило по нервам не хуже электрического тока. The Liberator. Освободитель. Тот самый титул, который напоминал о его главной, роковой ошибке в первой части игры, когда он по незнанию сломал сдерживающие скрипты Смайла. — Мы доверили тебе Кнопку, — продолжил командир, и его голос задрожал от сдерживаемой ярости. — Ава верила, что ты доведешь дело до конца. Жертва Бэконов очистила бы сервер, мы бы изолировали систему! Но ты решил поиграть в дипломатию с багами. Ты привел этого раненого мифа, Лезуса, прямо в штаб. Ты заставил Аву сомневаться. И пока вы вели свои благородные речи о мире, Смайл использовал твоего друга как гребаного Троянского коня! Он считал его код, он взломал наши внешние шлюзы через его шрамы! Каждое слово командира падало на душу Игрока тяжелым кирпичом. «Из-за тебя. Это ты виноват. Ты привел врага. Ты поверил ловушке Смайла». Внутренний голос Смайла в его голове довольно зашипел, поддакивая словам военного. Игрок сжал голову руками, из его груди вырвался глухой, удушливый стон. Ему хотелось кричать, доказывать, что Лезус действительно спас его, что Лезус сам был жертвой... но перед глазами снова вставала разорванная пополам голограмма. Смайл победил. Он заставил Игрока чувствовать вину перед своими и пустоту перед чужими. — Куда мы... едем? — едва слышно, пересохшими губами спросил Игрок.Командир RIS закрыл папку и мрачно посмотрел в темное окно триплекса, за которым серая пустошь сменялась какими-то заброшенными, недостроенными конструкциями старых версий платформы. — На Бункер-04. Запасной теневой сервер снабжения, — отрезал он. — Там скрываются наши инженеры, которые еще пытаются удержать внешние брандмауэры. Но это ненадолго. Хаос разрастается. Система фиксирует, что пока Смайл ломал наши стены, в сети активизировались другие скрытые игроки. Код RIS перехватывают. Нас ищут, Освободитель. И теперь тебе придется искупить то, что ты натворил. Нам нужно оружие посерьезнее, чем Ядро Воображения, если мы хотим пережить эту ночь.Бронемашина RIS глухо подпрыгнула на последнем стыке плейса и начала медленный спуск в подземный пандус скрытого бункера. Впереди их ждала лишь неизвестность, выжженная ярость и долгий путь на самое дно этого цифрового кошмара.