„Phase me” – WOOSUNG
Большинству знакомо чувство, когда внутри все неприятно сжимается от волнения перед возвращением туда, где тебя не было слишком долго. Когда каждый шаг становится тяжелее из-за мыслей о том, кто встретится первым, как на тебя посмотрят, изменилось ли что-нибудь за это время и осталось ли для тебя там хоть что-то прежнее. Это волнение настолько ужасное, что заставляет прокручивать десятки возможных встреч и разговоров, которые могут и не произойти.
Так вот, Чимин, стоя сейчас перед входом, чувствует себя примерно так же.
Он стоит уже добрые 20 минут и не может зайти. Мимо него прошло несколько человек, некоторые посматривали на омегу косым взглядом, а другие даже спрашивали, не нужна ли помощь. И каждый раз Пак видел незнакомые ему лица. Интересно, встретит ли он хоть кого-то, с кем работал раньше.
Чимин с сыном приехали в Сеул приехали примерно час назад. На опрос он, конечно же, Ёнхо не взял, поэтому сразу позвонил своему одному знакомому, которому смог доверить ребенка. Чимин рассчитывает задержаться не больше, чем на два дня, ведь потом его выходной заканчивается. Так что снимать номер в отеле – лишняя трата денег, когда есть такой гостеприимный человек, как Тэхен.
Наверное, Тэхен и правда один из немногих людей из Сеула, который оставил положительные эмоции, прежде чем уехать.
Чимин понимает, что нельзя ждать и минуты больше, иначе он по-просту не зайдет никогда. Сразу за стеклянными дверьми его встречает просторный холл, где по прямой находится длинная стойка регистрации, там он замечает знакомого человека – своего наставника – господина Чхве.
Пак не знает, стоит ли подходить или нет, однако его ноги сами ведут прямиком к нему. Мужчина, почувствовав движение со стороны, поднял голову от заполнения бумаг.
— Не могу поверить своим глазам, — альфа полностью расслабляется, позволяя себе радость.
— Господин Чхве…
— Просто Сонук, я сколько раз говорил отбросить формальности, — мужчина подтягивает Чимина к себе для приятельских объятий. — Ох, сколько я тебя не видел, мальчик мой!
Чхве расплывается в улыбке, удерживая омегу за плечи. Чимин чувствует, как весь тяжкий груз из навязчивых мыслей по-тихоньку исчезает. С Сонуком у них сохранились самые теплые отношения. Даже после того, как наставник полностью ушел в криминалистику, Чимин всегда спрашивал у старшего совет. А сейчас видеть, что альфа ему рад, доказывает, что тот ему не надоедал.
— Понимаете, я приехал по делу, — начинает Пак, — мне сообщили об одном…
Не успевает проговорить свою мысль, как его обрывают громким приветствием господина Чхве. Он видит явно омегу, но не до конца понимает, кто это. Слегка смазливый человек движется прямо к ним, держа в руке папку с документами. Чимину же было интересно, кого из прошлых коллег он встретит. Так вот, теперь, когда к ним подходит Джихён, он потихоньку начинает жалеть, что согласился приехать.
Хван Джихён, омега, ровесник Чимина, а также очень противный на характер человек. Хотя, насколько помнит Пак, противный Хван был лишь для него. Но это все равно не отменяет того факта, что Джихён всегда был неряхой и часто упускал важные детали, которые позже Чимин сам должен был исправлять.
Чхве перебрасывается с омегой пару слов, а Паку просто от одного присутствия рядом становится ужасно. Он пытается вежливо вникнуть в разговор и попрощаться с наставником, но, к сожалению, его наконец замечает Джихён.
— О, Чимин-щи, я вас даже сразу не заметил. Чего это вы решили вернуться? — своим мерзким голоском интересуется омега. — В Пусане скучновато стало?
— Спасибо за ваш интерес, но я здесь по важному делу, — с наигранной вежливостью отвечает Чимин, — и мне уже пора. До свидания, господин Чхве.
Пак в вежливом поклоне прощается с альфой, тот, в свою очередь, поступает точно так же. Чимин разворачивается и уходит в правую часть здания, где его обещали ждать. Он думает, что остаток пути пройдет спокойно, однако его догоняет Хван. Тот сразу замечает
недовольство недоумение на лице у Чимина и сразу оправдывается:
— Не волнуйтесь, нам просто в одну сторону.
Еще несколько метров они идут в тишине, до тех пор, пока противный омега вновь не обрывает тишину.
— Вы случайно не к детективу Чону направляетесь? — прежнее раздражение начинает увеличиваться сильнее. Даже не понятно, из-за омеги или из-за упомянутого человека.
— Нет, — коротко отвечает Чимин, давая понять, что эту тему развивать не собирается.
Весь путь до нужного лифта Джихён успевает рассказать все изменения, которые произошли в его никчемной жизни. Чимин слушал вполуха, хмыкал, издавал странное мычание и обязательно смеялся, когда упоминалась неудача. Его мучения заканчиваются, когда он наконец видит Намджуна.
Альфа одет в классический темно-бурый костюм, в котором не хватает лишь пиджака. Кремовая рубашка под жилетом расстегнута у воротника, придавая образу немного небрежности. Однако Чимин успевает заметить, что Ким преуспел в выборе одежды, ведь последний раз видел на нем образы лишь в ярко выраженных цветах, которые явно делали из уважаемого капитана уважаемого клоуна.
Подходя ближе, Джихён переключает внимание на Кима. Открывает папку и молча указывает на определенные данные, которые Чимину неизвестны. Намджун слегка кивает омеге, а после обращается к Паку:
— Чимин, я, насколько знаю, вы знакомы, да?
Чимин слегка вздрагивает от резкого обращения к нему.
— Да, Хван Джихён – лабораторный аналитик…
— М-м, — в отрицании произносит Хван, — поправочка, я судебный токсиколог.
А сейчас Чимину станет в несколько раз хуже. Он и так не пределе, чтобы не взвыть и нагло уехать обратно, так теперь к стрессу добавляется новость, которую он представлял лишь однажды в кошмаре. Получается, Пак все эти годы извозился, думая, кто занял его должность, а место по итогу занял болван, который путал право и лево?
Чимин зло сверлит взглядом омегу напротив, вкладывая в это всю смесь претензий и негодования. Он готовится что-нибудь высказать, как его останавливает Намджун, кладя ладонь на плечо, молча говоря: «не стоит».
— Хорошо, спасибо, Джихён-щи, за папку. Мы пойдем, — Ким вынужденно разворачивает Чимина от токсиколога в сторону лифта, который скоро взглядом прожжет дыру в омеге. Хван уходит, попрощавшись.
— Все в порядке? — Намджун оглядывает омегу сверху вниз. У Чимина заметно дрожат руки, что не складывается с его внешней уверенностью.
— Конечно, — они заходят в лифт, — конечно, все в порядке. Как же может быть иначе. — В голосе проскакивает очевидная нарастающая злоба вместе с чем-то непонятным.
— Уверен? — обеспокоенно спрашивает Ким, нажимая на кнопку нужного этажа.
Чимин тихо усмехается, только в этом звуке нет ни капли веселья. Он прислоняется плечом к стенке лифта, проводя ладонью по лицу.
— Я ехал сюда почти три часа в полном стрессе, — резко произносит он. — А потом еще двадцать минут стоял в ступоре. Просто смотрел на это чертово здание и думал, насколько плохой идеей было вообще сюда возвращаться.
Лифт продолжает медленно подниматься вверх.
— Эти стены давят, Намджун. Здесь каждый этаж напоминает то, что я пытался забыть.
Он замолкает на пару секунд.
— А потом я узнаю, что мое место отдали Джихёну. Этому самовлюбленному придурку, который строит из себя великого специалиста, хотя половину выводов делает, не до конца проверив все детали.
Намджун бросает на него короткий взгляд.
— И это еще не самое прекрасное, — омега качает головой. — Потому что ко всему этому дерьму добавляется высокий шанс встретить бывшего, с которым я нормально не разговаривал, черт знает сколько лет.
Лифт останавливается. Двери медленно разъезжаются в стороны, а Чимин смотрит прямо перед собой с ледяным выражением лица.
— Так что да, Намджун, — тихо говорит он, — я просто охренительно себя чувствую.
Ким больше ничего сказал. Они молча вышли из лифта, направляясь в нужное помещение.
Сейчас Чимин задумывается, что, возможно, чересчур часто посещал этот этаж, ведь как объяснить все то большинство взглядов, которые устремлены прямо на него. Но Пак не дает себе расслабиться, а лишь дальше держит маску безразличия. Возможно, с еще остаточным чувством злости на бывшего коллегу.
Немного отвлекаясь, Чимин не заметил, как они подошли к одному ранее не виданному для него человеку.
— Здравствуйте, господин Пак, — приветствует мужчина, — Меня зовут Мин Юнги. Я один из тех, кто занимается недавним делом, по которому вы здесь.
— Приятно познакомиться. — Чимин жмет протянутую руку, — можно просто Чимин-щи.
— Хорошо, Чимин-щи, тогда прошу вас зайти.
Юнги открывает дверь, которая была за его спиной. Намджун, как заметил Пак, проходит в соседнюю дверь, в комнату для наблюдения, которая отделена зеркалом Гезелла. Пройдя внутрь, омега сразу ощущает себя не по себе от мрачной атмосферы, исходящей от помещения. Посередине стоит обычный металлический стол и два стула с одной и один с другой стороны. Садясь на предназначенное для него место, он замечает на поверхности стола стакан с водой, а также вещь, напоминающую диктофон.
— Что ж, давайте не будем терять время зря и преступим.
Детектив положил необходимые материалы на стол, выискивая, с чего начать. Прежде чем Юнги успел что-либо сказать, Чимин осматривается вокруг, задерживается на зеркале и спокойно спрашивает:
— А вы главный детектив дела?
Мин, не отвлекаясь от папок, спокойно принимает вопрос.
— Нет, главный – детектив Чон Чонгук.
Чимин все также держит взгляд на зеркале и тихо усмехается, понимая: сейчас, возможно, у главного детектива сильно краснеет кожа на левой руке. Хоть одна хорошая новость, что они точно не встретятся.
Пак, в принципе, как и раньше упоминалось, не собирается оставаться здесь надолго. Быстренько даст необходимые показания, ответит на пару вопросов и вечером погуляет с Ёнхо. А завтра они снова уедут подальше от всех этих проблем в Сеуле.
— Начнем с простого, — наконец произносит Юнги, — вас вызвали сюда, потому что рядом с телом была найдена улика с вашим именем.
Мин пододвигает открытую папку чуть ближе к омеге. Там виднеется клочок бумаги, положенный с той стороны, где написано его имя, и…
— «CJ-07», — альфа проговаривает вслух, а Чимин морщится от упоминания этого кода. Снова все уходит в прошлое.
Юнги продолжает говорить про записку и разворачивает ее другой стороной, показывая совсем другое содержание. Чимин быстро проходится по словам, не сильно зацикливаясь на значении.
После детектив показывает другую часть материала, где прикреплено досье жертвы.
— Вам знаком этот мужчина?
Чимин внимательно смотрит пару секунд, напрягая свою память, а после отрицательно отвечает.
— Хорошо, тогда перейдем к другому моменту.
Теперь Юнги открывает ту папку, которую держал Джихён, а после передал Намджуну. Пак понимает, что его, конечно, будут спрашивать про найденный химикат, про который упоминал капитан.
— Во время экспертизы были обнаружены следы неизвестного вещества. Токсикология определила его как синтетический седативный состав, который мог усилить удушье и ускорить смерть.
Чимин сначала не вникает в слова. Все-таки его маска уверенности понемногу начинает ломаться, потому что, пододвигая папку еще ближе, он замечает, что у него трясутся руки сильнее обычного. Омега читает данные и заключение. Ему хватает меньше пяти минут, чтобы снова не по-доброму усмехнуться себе под нос.
— О, господи…
Юнги напротив не до конца понимает такую реакцию.
— Что-то не так?
В это время по другую сторону стекла стоят двое альф. Оба напрягаются от поведения омеги.
— Что с ним? — Намджун в легком замешательстве. Он начинает думать, что стресс вырабатывает таким образом защиту.
Однако рядом стоящий человек, который знает слишком хорошо все заскоки Чимина, совсем другого мнения.
— Он нашел ошибку, — озвучивает одну из догадок Чонгук.
Прежде чем произнести очевидную несостыковку, Пак просматривает еще несколько бумаг, дабы убедиться окончательно в том, что он прав.
Через пару секунд Чимин кладет папку на стол, и теперь в глазах наконец появляется что-то живое, почти злорадное чувство.
— Ваш токсиколог – болван.
— Прошу прощения?
— Это не седативный состав, — уже увереннее произносит Пак, пальцем указывая на нижнюю часть анализа. — Здесь ошибка в определении цепочки соединений. Видите? Вот это.
Юнги немного наклоняется ближе и смотрит на ту самую цепочку. Чимин продолжает:
— Джихён принял нестабильный распад за обычный седативный остаток. Но это вообще другое вещество.
Чимин оживляется еще сильнее, облокачиваясь на спинку стула. У него на губах появляется короткая нервная усмешка.
— Господи, я знал, что он посредственный специалист, но не думал, что настолько.
В этот момент омега чувствует, как раздражение его потихоньку покидает, и он наконец может легко вздохнуть. Однако детектив не дает ему много времени на раздумья и спрашивает уже серьезнее:
— Тогда что это?
Чимин снова обращает свой взгляд на данные. И, не успев подумать, отвечает:
— Это L-47, — смотрит на ничего не понимающего альфу и продолжает, — это…
— Летальная регуляция эмоций.
Капитан непонимающе уставился на Чона, который, в свою очередь, моментально вынимает телефон из кармана и быстро печатает сообщение.
— Откуда ты знаешь?
— Он однажды упоминал, — не уточняет имя, как будто запрещено.
Чонгук резко поднимает голову, чтобы увидеть, принял ли сообщение детектив Мин.
Чимин позволяет продлиться своей маленькой радости чуть больше, но после замечает как Юнги начинает что-то печатать в телефон слишком усердно. Из-за этого омега смотрит на то темное зеркало и снова ничего не видит. Внутри радость заменяется новой волной стресса и напряжения.
И в эту же минуту приходит осознание: если в деле действительно появился L-47, если кто-то снова использует этот состав, если рядом с телом оставляют его код…
— Извините, Чимин-щи, но боюсь, вам придется остаться в Сеуле еще на неопределенное время. Вам необходимо предоставлять место проживания?
…то как последний специалист, который работал с этим веществом, он теперь не сможет завтра просто уехать и забыть.
