Излечи мой гнев

Музыка под главу- California Dreamin'. The beach boys Яркие лучи солнца освещали мою комнату. Свежий воздух витал по комнате, деревья шелестели за окном, создавая успокаивающую мелодию. Мягкий белый плед обволакивал моё тело. Но, к сожалению, прозвенел будильник — пришло время вставать. Я присела в кровати, поджав под себя ноги. — Ммм... сколько времени? — потирая глаза, сказала я сонным голосом. Взяв будильник в руки и еле как разобрав, что же на них написано, я ахнула: 09:38. — Чёрт возьми, опаздываю! Вскочив с кровати, я метнулась в ванную. Я схватила зубную щётку и начала быстро чистить зубы, параллельно расчёсывая свои тёмно-коричневые волосы. После чего я выбежала из ванны, натянула на себя голубые джинсы-клёш, худи, очки и вновь вернулась в ванную. Закрутив себе небрежный пучок, я вылетела из квартиры пулей, взяв только ключи и телефон. — Алло, Джессика, ты уже там? — запыхавшись, говорила я своей подружке в телефон. — Алекса, беги скорее, скоро будут озвучивать твои баллы! Я скинула трубку и забежала в школу. Метаясь по коридорам уже давно изученной школы, я наконец нашла актовый зал. Тихо зайдя туда, я присела рядом с Джессикой. — Я думала, что ты не успеешь, — сказала мне моя школьная подруга, немного посмеиваясь. — Ну, как видишь, успела, — ответила я ей с лучезарной улыбкой на лице. И вот, спустя тридцать минут самого скучного мероприятия в моей жизни, начали произносить наши баллы за экзамены. Я тут же навострила уши, став ждать свою фамилию. — Алекса Кров, прошу выйти на сцену! — с явной гордостью в голосе произнёс наш директор. Я взяла себя в руки и пошла к сцене под подбадривания других учеников. Поднявшись на сцену, я получила красный аттестат. Я с радостью сжала его в руках. — У нашей Алексы практически наивысшие баллы. Давайте поздравим её: 99 баллов по физике, 100 по профильной математике, 89 по русскому и 97 по информатике! — вновь радостно заговорил директор под громкие аплодисменты учеников и учителей. Я с гордостью спустилась и направилась к своему месту. Там меня уже ждала Джессика с распростёртыми объятиями. — Ты такая молодец, я верила в тебя! — обнимая меня и чуть ли не ломая мне рёбра, говорила она. — Спасибо большое! — я мягко похлопала её по руке, давая знак, что пора меня отпустить. Она немного смутилась, но всё же отпустила. После окончания церемонии мы с Джессикой ещё около часа болтали у крыльца школы. Она взахлёб рассказывала, как мы будем отмечать выпускной, куда поедем и какие платья наденем. Я слушала вполуха, всё ещё сжимая в руке тёплый красный аттестат — он казался мне тяжелее, чем был на самом деле. — Ладно, беги, — Джессика чмокнула меня в щёку. — Потом созвонимся! Я помахала ей рукой и направилась домой. Город встречал меня тёплым ветром и запахом цветущих лип. Дорога, которую я за эти годы исходила вдоль и поперёк, сегодня казалась какой-то новой. Всё выглядело иначе: вывески магазинов, скамейки у подъездов, даже привычная кофейня на углу, откуда вечно пахло ванилью и корицей. Я шла медленно, не торопясь. Сегодня не нужно было бежать. Сегодня всё закончилось. В хорошем смысле. Я достала наушники, включила свой любимый плейлист и позволила себе просто смотреть по сторонам. Молодая мама катила коляску, мужчина выгуливал огромного золотистого ретривера, который улыбался всем прохожим, бабушка у подъезда ругала соседскую кошку, которая утащила у неё из сумки рыбу. Самая обычная жизнь. Такая простая и такая неправильно-прекрасная. Подойдя к своему дому, я на секунду замерла. Обычная девятиэтажка с облезшей краской на скамейках и клумбой, где уже второе лето ничего не росло, кроме упрямых одуванчиков. Но сегодня даже одуванчики выглядели красиво. Я поднялась на свой этаж на лифте, который привычно дребезжал и пах машинным маслом. Зайдя в квартиру, я скинула кроссовки у порога и со вздохом облегчения рухнула на диван. И только здесь, в тишине пустой квартиры, я позволила себе улыбнуться по-настоящему. Широко. Почти глупо. Я подняла аттестат над головой, глядя в потолок. — Мы сделали это, — прошептала я кому-то невидимому. Может, себе. Может, маме, которой не было дома уже третий год. Я прижала аттестат к груди и закрыла глаза. В комнату влетел знакомый запах свободы и лёгкой грусти, которую почему-то приносят все большие свершения. А за окном всё так же щебетали птицы, и мягкий белый плед всё так же ждал меня на кровати. Но теперь всё было по-другому. Теперь начиналось что-то новое.