Knee socks

Дома за ночь ничего не изменилось. Та же серость. Та же тусклость. Те же пустые улочки и уставшие многоэтажки, в окнах которых будто давно никто по-настоящему не жил. Чонин сидел на старых, потрёпанных временем и детьми качелях, медленно покачиваясь и сжимая в руках записку. С одной стороны — ничего страшного не случится, если он позвонит незнакомцу. Не понравится — пошлёт. Ещё и припомнит это «дьяволёнок». С другой… Если это правда шанс решить вопрос с жильём — глупо его упускать. И ещё. Любопытство. Кто-то ведь довёз его тогда. Кто-то оставил записку. На краю сознания всплывало имя. Но Чонин резко оборвал эту мысль. Нет. Не он. …или? Он выдохнул, сжал записку сильнее и набрал номер. К чёрту. *** На удивление, всё шло слишком гладко. Подозрительно гладко. Но вечер ещё впереди. Хёнджин точно потребует объяснений, а у Чана их… не было. «Захотел помочь первокурснику»? В это поверил бы кто угодно. Кроме Хвана. Они знают друг друга слишком давно — ещё со старшей школы. Прошли вместе слишком многое, чтобы верить в такие совпадения. Чан может помочь. Может поддержать. Но сдать свою квартиру первому встречному? Да ещё и самому съехать? Смешно. На придумывание нормальной отговорки оставалось пару часов. За это время он успел собрать вещи и даже оформить небольшой заказ в магазине техники — как будто это был самый обычный переезд. Хотя… ничего обычного в этом не было. Хлопот оказалось больше, чем он ожидал. Машина осталась у Хёнджина в гараже — кто ж знал, что ночь он проведёт на своей кровати, вместе с размышлениями. Придётся заехать позже. Погружая коробки в багажник такси, Чан на секунду замер. Чонин так и не перезвонил. А он уже освобождает квартиру. Серьёзно? А если тот откажется? …что ж. Тогда придётся помочь ему «принять правильное решение». Не напрямую. Через знакомых. Без вариантов. Как только машина подъехала к воротам, телефон в кармане завибрировал. Чан даже не посмотрел на экран. Просто ответил. — Да. Коротко. Сдержанно. Но внутри всё уже напряглось. — Чан? Вот теперь он посмотрел вперёд, медленно выдыхая. Угадал. Губы тронула едва заметная улыбка. — Я уж думал, ты не позвонишь, –спокойно ответил он. С той стороны повисла пауза. — Это ты оставил записку? — голос Чонина звучал настороженно. Без привычной дерзости. Но и без слабости. Просто… осторожно. — А ты сомневался? — Да, — честно отрезал тот. — И сейчас сомневаюсь. С чего вдруг такая щедрость? Чан тихо усмехнулся. — Не люблю смотреть, как люди создают себе проблемы на пустом месте. — Я тебя об этом не просил. — Но позвонил. Пауза. Чонин сжал губы. Попал. — Допустим, — нехотя признал он. — Что за «вариант»? Чан на секунду откинулся на сиденье, глядя в окно. — Квартира. Недалеко от университета. Нормальные условия. Без лишних вопросов. — И в чём подвох? — В том, что ты задаёшь слишком много вопросов. — А ты слишком легко предлагаешь помощь, — парировал Чонин. — Я не идиот. — Я и не говорил, что ты идиот, — спокойно ответил Чан. — Поэтому и предлагаю. Снова тишина. На этот раз длиннее. Чонин явно думал. Сильно. — И сколько? — наконец спросил он. — Для тебя — недорого. — Конкретнее. Чан назвал сумму. Намеренно чуть ниже рынка. Чтобы звучало… заманчиво. — …Это подозрительно, — тихо сказал Чонин. — Это выгодно, — поправил Чан. — Для кого? — Посмотрим. И снова пауза. Только теперь она была другой. Не напряжённой. Решающей. — Я не люблю быть должен, — медленно произнёс Чонин. — Тогда не будь, — легко ответил Чан. — Живи, плати и не создавай проблем. Всё просто. Чонин тихо выдохнул. Он всё ещё не доверял.Вообще. Но… Вариантов лучше у него не было. — Ладно, — наконец сказал он. — Временно. С акцентом. Чётким. — Я съезжу, посмотрю. Если что-то не так — я уйду. Чан улыбнулся уже открыто. — Конечно. Будто другого ответа и не ожидал. — Скинь адрес, — добавил Чонин. — И… не думай, что я тебе доверяю. — А я и не рассчитывал, — спокойно ответил Чан. — Пока. Звонок оборвался. Чан медленно убрал телефон.И только тогда позволил себе короткий, тихий смешок. Поймал. Достав последнюю коробку из багажника и обернувшись, Чан увидел Хёнджина, подпирающего плечом косяк входной двери. Руки сложены на груди, взгляд прищуренный. Выражение лица прочитать было сложно — что-то между раздражением и откровенным предвкушением. — Я, конечно, всё понимаю, — устало выдохнул Чан, — но, может, ты хотя бы коробки поможешь занести? Хёнджин медленно растянул губы в притворно-дружелюбной улыбке. — Ну уж нет. Своё барахло сам таскай. Я вообще согласился пустить тебя сюда только ради того, чтобы услышать эту невероятную историю, о которой ты так упорно молчишь. Поняв, что помощи ждать бесполезно, Чан начал заносить коробки одну за другой. Хёнджин великодушно выделил ему самую дальнюю комнату на втором этаже. Когда последняя коробка оказалась на полу, Чан наконец выпрямился и глубоко вдохнул. Комната хоть и выглядела нежилой, но точно не заброшенной. Светлые стены, минимум мебели: кровать, прикроватная тумба, высокий шкаф и письменный стол. Пусто, но аккуратно. Снизу донёсся голос Хёнджина: — Бан Чан, живо на кухню. Пока я сам не поднялся. Чан только закатил глаза. — И почему ты засунул меня в коморку папы Карло? — недовольно протянул он, заходя на кухню. — Я вообще-то знаю, что у тебя есть комнаты побольше. Хёнджин расслабленно сидел за столом, медленно помешивая кофе. Напротив уже стояла кружка чая — явно подготовленная заранее. — Чтобы не расслаблялся, — невозмутимо ответил Хван. — А теперь… рассказывай. Он подался вперёд, упираясь локтями в стол. — Что именно? — Чан сделал вид, будто ничего не понимает. — Не беси меня. Ты переехал из собственной квартиры. Добровольно. Ради какого-то первокурсника. Я тебя слишком давно знаю, чтобы поверить в твоё «просто помочь». Чан молча взял чашку. Тёплая. Хёнджин всё-таки заботливый, когда хочет. — Он интересный, — наконец спокойно произнёс Чан. — Мм. Уже лучше. Продолжай. — С ним не скучно. Хёнджин фыркнул. — Ты ради развлечения человека домой притащить решил? — Не человека, а проблему, — поправил Чан, отпивая чай. — Маленькую, наглую и с лисьими глазами. — А-а-а, вот оно что, — довольно протянул Хёнджин. — Всё-таки лисьи глаза. Чан проигнорировал комментарий. — Знаешь, сколько вокруг одинаковых людей? — продолжил он чуть тише. — Все предсказуемые. Скучные. А этот… даже пьяный умудряется смотреть так, будто сам решает, кто здесь опасный. Хёнджин с интересом приподнял бровь. — И тебя зацепило то, что кто-то не смотрит на тебя щенячьими глазами? — Меня зацепило, что он вообще не испугался. На секунду между ними повисла тишина. Потом Хван медленно усмехнулся. — Ой, всё. Ты пропал. — Не драматизируй. — Чан, ты буквально выселил сам себя из квартиры ради парня, которого знаешь один вечер. — Звучит хуже, чем есть на самом деле. — Потому что это и есть плохо. Чан только хмыкнул и откинулся на спинку стула. — Я ничего не делаю. Просто предложил жильё. — Конечно, — с явным сарказмом кивнул Хёнджин. — А потом случайно привяжешь к себе и совершенно случайно не отпустишь. Чан перевёл на него спокойный взгляд. Слишком спокойный. И именно это заставило Хёнджина замолчать на секунду. — …О, ты серьёзно, — уже тише сказал он. — Нет, — честно ответил Чан. — Но упускать его пока не хочу. Хёнджин ещё пару секунд смотрел на друга, после чего тяжело вздохнул и допил кофе. — Бедный ребёнок. — Не такой уж он и бедный, — уголок губ Чана дрогнул в лёгкой улыбке. — Ты бы видел, как он пытается кусаться. — А ты, я смотрю, уже специально руки подставляешь. — Возможно. Хван закатил глаза и поднялся из-за стола. — Ладно. Только умоляю: не превращай мой дом в филиал своей странной любовной драмы. — Ничего обещать не могу. — Господи, за что мне это. *** Ближе к вечеру телефон Чана оказался в руках сам собой. Он сидел в гостиной Хёнджина, вполуха слушая шум телевизора, и смотрел на уже сохранённый номер. Без имени. Несколько секунд Чан просто думал, как написать так, чтобы это не звучало слишком… заинтересованно. В итоге отправил короткое: «Когда сможешь заехать?»