Никто не узнает, как я тебя люблю и убиваю

26 ноября. День рождения Артема. Ему исполняется семнадцать лет. Сегодня среда - нужно идти в школу, к сожалению, несмотря на все нежелание. Парень просыпается не из-за противного, режущего звука будильника, а от того, что кто-то трепетно гладит его по плечу. Открыв глаза, видит - мама.  Давно утро не было таким добрым для Бондарева.  —С днем рождения, сынок. - ласково проговаривает женщина и прислоняется губами к коже лба лежащего.  —Спасибо, мам. - сонным, хриплым голосом отзывается Артем, вытягивая ноги после пробуждения. —А сколько времени?  —Шесть тридцать. Чуть раньше тебя разбудила, прости пожалуйста. - пальцы с длинными ногтями зарываются в растрёпанную шевелюру сына. Нечасто они в последнее время видятся и разговаривают. —Тебе уже семнадцать лет... А я помню, как из роддома тебя везли.  Бондарев усмехается этим словам, натягивая одеяло на себя чуть выше, прикрывая грудь, вспомнив о своих шрамах на ребрах. Мама бы такого не оценила. Мама бы переживала очень сильно. Мама бы плакала.  Последний раз она видела Артема без футболки, наверное, в начальной школе, когда и будила по утрам его в последний раз.  —Желаю тебе, сынок, чтобы ты всегда был здоров. Это самое главное. Желаю, чтобы ты занимался делом, которое тебе нравится и всегда был счастлив. Если у тебя что-то случается плохое, то ты можешь говорить об этом мне. Мы в последнее время редко разговариваем, но ты же знаешь - я тебя люблю больше всех на свете, вы со Стаськой - самое дорогое, что у меня есть. Женщина говорила все это с такой нежностью, лаской, как будто отправляет сына в армию. По крайней мере, так казалось Бондареву.  —Спасибо большое. - благодарит русоволосый, улыбаясь.  —Тём, я тебе конвертик на стол положила. Вставай, одевайся, иди на кухню, чай с тортиком попьем. - говорит его мама и скрывается за дверью, оставляя парня наедине с самим собой. Артем сразу же подходит к компьютерному столу и открывает конверт. Пальцы немного потрясывались от увиденного - тридцать тысяч. Не много ли? В голову сразу же пришла идея, на что их можно потратить. При чем ни на абы что, а на звуковую карту для записи гитары. Бондарев, за последние месяцы, создал много звуковых дорожек в Fl Studio. Но, переслушивая сотворенное каждый раз, в голову лезут не самые позитивные мысли.  Лирические стихотворения, логичные, понятные, и даже немного трогающие душу, которые парень придумывал, никак не ложатся на электронные мелодии синтезатора. В мечтах была запись гитары, но осуществить это без звуковой карты было бы трудно. Натянув на себя домашнюю, растянутую футболку и шорты, Артем направился на кухню.  Перед ним красовался торт наполеон, кружка уже сделанного черного чая и мама, сидящая на стуле.  Сердце забилось от волнения. Сколько в этом несчастном кусочке торта калорий? А сильно ли он скажется на фигуре?  Но, чтобы не расстраивать родительницу, русоволосый соизволит съесть хотя бы половину, иначе, скорее всего, возникли бы неприятные вопросы, которые слышать парень не хотел совсем.  На кухню забегает сестра. О ее приближении догадаться можно было легко, ведь босые, детские ножки топали по ламинату достаточно громко.  Стася набрасывается на своего брата сзади, обвивая его шею руками.  —С днем рождения, Тёма! Бондарев развернулся к ней, аккуратно выскальзывая из объятий. При виде сестренки, на лице невольно появляется теплая улыбка.  Девочка достает из кармана пижамных шорт немного помятую открытку и протягивает ее парню.  Воздушные шарики на обложке, а если открыть - внутри красуется Артем, совсем на себя не похожий, ведь детское творчество не смогло бы передать все черты, в праздничном колпаке, а рядом торт со свечами.  —Спасибо огромное. - говорит Бондарев и тянет уже сам свои руки к сестре. Она радостно смеется, оказываясь в объятиях, хоть и недолгих, любимого брата. А мама, наблюдая за всей этой картиной, склонила голову вбок, и на ее лице виднелась улыбка, такая искренняя, но такая редкая. —Желаю здоровья, счастья, много денег, и чтобы вы с Никой поженились! - счастливо проговаривает Стася, от чего парень засмущался, но старался не подавать виду. 

***

Возле подъезда, Артема встречал Марк.  На улице уже достаточно не тепло, чтобы оголенные части тела ощутимо чувствовали холод, оба парня надели зимние пуховики, а на голове младшего красовалась шапка, которую заботливо нацепила ему мама.  Деревья полностью обронили свою листву, от чего Москва с каждым днем становилась все депрессивнее и депрессивнее. Лишь сосны и ели стояли зеленые. Зимой и летом - одним цветом. Бондарев ненавидел зиму. Просто терпеть не мог. Каждый этот ненавистный сезон, выглядывая в окно, глаза автоматически закатывались, а идя по улице, когда под ногами хрустит снег, вообще пытка. Из уст лились маты, когда назойливые снежинки падали прямо на лицо, а рука сразу же замахивалась, если кто-то, не дай бог, кинет в него снежком. —С днем рождения, брат! Желаю всего, всего, всего. Чтоб хуй стоял и деньги были, конечно же. Счастья, любви, здоровья. - Серков поздравляет Артема, вышедшего из подъезда. В руках старшего находится подарочная, небольшая коробочка, которую тот протягивает однокласснику. —Спасибо! - радостно восклицает младший, обнимая друга. —Давай я в школе открою, а то пиздец холодно сейчас, руки отмерзнут. —Окей. - отвечает Марк, но маленькая обида затаилась в груди. Ну, замерзнут и замерзнут, ничего страшного, не умрет. Но с другой стороны, открывать подарочную коробку на холодной, ноябрьской улице, стоя возле подъезда - не вайб. Не романтично, что ли. Поэтому понять Бондарева можно.

***

Первый урок - обществознание. Самый ненужный для молодых музыкантов. Поскольку этот предмет им не предстоит сдавать на экзамене, можно полностью расслабиться.  Марк оглядывается по классу, наблюдая, никто ли не обращает на него с соседом по парте излишние внимание. И видит лишь голову одноклассницы, повернутую к ним. Ее длинные, русые волосы рассыпались по парте, а синие ногти интересной формой почесывали собственное лицо.  Эта же одноклассница, после того, как парни выложили в Тик-ток липсинг под «Катюху», сняла видео со своим новым маникюром. Только тогда он был ярко-розовым, даже малиновым, с большим количеством различных железных фигурок.  «Она стебется, блять, или что?» - постоянно гложили мысли Серкова. Но, несмотря на все, на звуке было около тысячи клипов. Видимо, чье-то видео неплохо залетело в рекомендации.  После «Толпы» Марк вообще не писал больше ничего. Времени создавать мелодии абсолютно не было, ведь накануне декабрьское сочинение, которые предстоит написать всем одиннадцатиклассникам, как допуск к ЕГЭ. И, в принципе, к экзаменам нужно готовиться - это сейчас главный приоритет, нежели чем песни. Учительница начинает рассказывать что-то по поводу ЕГЭ, а Серков протягивает все ту же подарочную, небольшую коробочку Артему. Русоволосый открывает ее и видит перед собой : гитарный ремень, ярко-красный. У Бондарева был обычный черный и, видимо, Марк решил разнообразить этот «мрак». Такой же красный шнур для гитары, чтобы подключать ее в комбоусилитель или процессор. У младшего было два провода, один из которых барахлил. Блондин, благополучно запомнив о поломке, решил подарить кабель. Лучшее решение - дарить вещи, действительно важные. Если подарить художнику картину по номерам, он что, будет ее раскрашивать? Нет, конечно. Ему действительно было бы приятнее получить в подарок новые холсты и кисти.  По такой же аналогии Серков собрал подарок Артему. Немного, но символично и приятно.  —Ебаааать, спасибо огромное. - на лице Бондарева вновь, уже сотый раз за утро, заиграла улыбка, но сейчас - самая теплая из всех. —Ты запомнил, что у меня кабель отходить стал, что ли?  Марк немного смутился, но виду подавать не стал, сказав ответное «Ага». —Что ты сегодня делать будешь вообще? - интересуется Серков.  —Да с подругой встречусь и все, отмечать не буду. - говорит Артем, поправляя волосы своими тонкими, исхудавшими пальцами. —Кстати, я татуху хочу набить уже несколько лет на руке. Восемнадцать исполнится, сразу пойду.  Но Марк особо не обратил внимания на желание своего друга, зациклившись на том, что к младшему сегодня придет Ника.  Эта. Блядская. Ника.  Она мешает всегда, всему.  Настроение вмиг ухудшилось, оставляя за собой небольшое покалывание в груди от стресса.  —А, что? - переспросил Серков, невнятно услышав последние слова.  —Татуху на руке, говорю, набить хочу. - отвечает Бондарев с ноткой раздражения. Он заметил, что каждый раз, когда он говорит про Нику, старший грустит. Но понять, почему так происходит, невозможно.  —Ааа... Ебать. А давно? - задает вопрос Марк. —Уже несколько лет. - с грустной интонацией говорит Артем.

***

Пять часов дня.  Теплая кружка с ароматным какао, заботливо заваренным мамой Бондарева, которую спустя пять месяцев беспрерывной, многочасовой работы отпустили чуть-чуть пораньше, покоилась в руках у Ники. Теперь их встречи могут приобретать исключительно домашний характер. Никакой улицы. Артем просто ненавидит зиму. Парень давно хотел рассказать подруге про Марка. Конечно, он рассказывал о знакомстве с ним, но искренние чувства, которые испытывает к нему, скрывает.  Его внутренняя «тьма» так и душила все сильнее и сильнее с каждым днем. Хранить все в себе становится слишком сложно. А Нике же можно доверять, да? Русоволосый думал, что да. И оказался правым. В его руках оказывается электронная сигарета, которая вмиг заглушает, накопившийся за несколько последних секунд, стресс. К горлу подошёл ком. Сказать то, что он хотел сказать, было сложно. —Я влюбился, кстати. - невозмутимо выпалил Бондарев, но тонкие мужские пальцы всё-таки нервно сжали края собственной футболки. А девушка в ответ выпучила глаза, потому что никогда не слышала от парня этих слов. —В парня, блять.  И в комнате стало окончательно тихо. Ника прикрыла рот рукой, боясь пошевельнуться и вообще сказать какие-либо слова, от чего Артему стало не по себе.  Его и так мучает внутренняя гомофобия, а сейчас, один из близких ему людей, заставляет его съеживаться от страха. Мысли по типу : «Как ты можешь быть таким? Как ты можешь любить парней? Почему у тебя встает на ебаного Марка, блять?» постоянно мучали парня, не давая заснуть без слез. Бондарев винил себя. Ведь, по его мнению, наверняка, Серков любит женщин, и он состоял в отношениях с девушкой. Эти раздумья с каждым разом затягивали петлю на истощенной шее русоволосого все туже. —В какого? - удивленно спросила Ника, убрав руку со рта. По ее реакции сложно понять, думает она о чем-то хорошем или плохом.  —Помнишь, я тебе про типа одного рассказывал, Марка? Ну, одноклассник мой который. - задает ответный вопрос Артем.  —Помню. Ну, а он нормальный же? - странно, но на лице девушки ни капли отвращения, лишь интерес.  —Он хороший. - ответил Бондарев с легкой улыбкой.  —Тём, а че ты не рассказывал никогда, что тебе парни нравятся? - такой вопрос задавать Нике было очень неловко, из-за чего после каждого сказанного слова, из ее уст выскакивали нервные смешки.  —Я понял это пару месяцев назад только. - признается парень, стеснительно отводя взгляд в пол с глаз подруги.  —Слушай, а там вообще безответно или хоть какая-то надежда есть? - спрашивает девушка с интересом, на что в ответ получает сухое «Хз». —Блять, ну, расскажи, как вы проводите вместе время, о чем говорите? Я же понимаю, как ведут себя влюбленные люди, я же умная.  Последнее предложение было произнесено с ноткой сарказма, но несмотря на это, Ника действительно хотела узнать намного больше про их «пару».  —Нууу... Блять, мы со школы всегда вместе ходим, пиздим обо всем на уроках, домой ко мне ходим егэ разбирать, в сентябре песни он меня писать учил, еще как-то на ночевке бухали, мне хуево стало, и он меня накормил своей едой, еще он сказал, что переживает за меня, типа у меня эпилепсия, а я пью, и еще мы тогда же, на ночевке, перед сном как-то глаз друг с друга не сводили, но может это чисто мне так показалось, и еще он говорил, что я могу с ним делиться проблемами. - перечислил самые запоминающиеся моменты Артем. —Я, конечно, не знаю, но как будто парни себя так не ведут. - сказала Ника чуть тише, чем обычно, дабы мама ее друга не услышала их разговор.  —Ну блин. - холодно отвечает Бондарев.  —Я бы тебе совет дала... - начинает девушка. —Лучше признаться и жалеть, чем не признаться и тоже жалеть. И вообще, это может быть взаимно и никто жалеть ни о чем не будет.  —Ладно, я понял тебя. - ответил Артем. Он действительно задумался об услышанном. Наверное, правда же? Лучше признаться и жалеть.  На телефон приходит сообщение.  Марк Чел *Пересланное сообщение* Смлтри что классуха родителям написала Девчтый класс не добрали человек В покздку В питер И наш класс зовут Перед нг Не хочешь поехать? 

Артем

Ебааааать прикол

Я у мамы спрошу

Вроде не прям дорого

20к

Короче позже напишу

Если зиму ничем нельзя скрасить, то, может быть, новогодний Санкт-Петербург поможет в этом? Отличное место для признания в любви.