Кардиолог

В частной клинике "Солнышко" работают лишь лучшие врачи города. Строгий отбор, международные сертификаты и безупречная репутация - вот их стандарты. В клинике представлено полный спектр медицинских услуг. Здесь работают кардиологи, онкологи, хирурги, гинекологи и другие узкие специалисты. Благодаря высококвалифицированным врачам клиники спасены тысячи жизней. Они не только помогают детям и взрослым выздороветь, но и предотвращают тяжёлые заболевания благодаря профилактическим осмотрам и передовым методикам лечения. Несмотря на безупречный профессионализм и глубокое знание своего дела, в клинике царит сложная атмосфера. Между врачами нередко возникают разногласия и различные споры, ведь когда за одним столом собираются такие яркие личности и сильные специалисты, единого мнения достичь бывает трудно Каэдэхара работает в этой клинике уже не первый год, став одним из её самых опытных и уважаемых врачей. За это время он наладил работу множества отделений и заслужил безупречную репутацию, идеально вписываясь в строгие стандарты. Кадзуха педиатр с невероятно добрым сердцем, обожающий детей и животных. Однако он сделал сложный выбор в пользу медицины для людей, став именно детским врачом. Хоть он и искренне любит всех животных, его призвание лечить маленьких пациентов, даря им здоровье и заботу. Разногласия с темноволосый кардиологом возникли не сразу. Светловолосый педиатр, а значит, они изначально работали в разных отделах. Однажды их спор перерос в открытое противостояние. Скарамучча обвинил Кадзуху в некомпетентности, заявив, что тот плохо разбирается в своём деле, ведь по ошибке выписал ребёнку лекарства, вызывающие сильную аллергию. Кардиолог усугубил ситуацию, презрительно подметив, что педиатру, видимо, было бы лучше работать ветеринаром. Мол, раз он так беззаботно относится к ошибкам, то ему бы было проще работать с животными. Их не жалко. Кадзуха, сдерживая гнев, ответил: «Любая жизнь имеет значение. Ребёнок или животное - разницы нет. Моя задача - спасать жизни, а не выбирать их ценность." Не произнеся больше ни слова, Кадзуха развернулся и вышел из кабинета, оставив синеволосого кардиолога в тягучем, тяжелом молчании. Скарамучча остался в одиночестве, осознавая, что его резкие слова ударили в пустоту и не задели убеждений коллеги. Но ему плевать. ——————— Светловолосый сидел в столовой, отхлебывая горячий чай из кружки, из всех сил сдерживая зевоту. Безуспешная ночь, проведенная за отчетами, невероятно вымотала его. Кадзуха с трудом держал открытые глаза, голова тяжело клонилась к груди. Он слишком много работал.. Отчеты, анализы. И сейчас, в утренние часы, организм требовал покоя. Из-за вспышки заболеваний у детей, нагрузка на педиатрическое отделение выросла вдвое. Вот и приходилось бедному Кадзухе ночами корпеть над документацией, каждый ребёнок, каждый случай требовал подробного описания в медкартах. И всё же пронзительный и раздраженный взгляд кардиолога не мог не уставится на блондина. Попивая свой горький чай, в его голове всё ещё проматывался тот день, когда Каэдэхара окончательно подорвал с ним хоть какие-то надежды на нормальное взаимодействие в будущем. Нет, конечно, у брюнета были с Кадзухой разногласия и ранее, но они никогда не доводили до настоящей злобы друг на друга. У них всегда были натянутые отношения. Сейчас, отчетливо помня каждое своё ядовитое слово в сторону Кадзухи, Скарамучча не чувствует никакого сожаления. Аккуратно взяв ручку кружки, брюнет не сводил взгляда с Каэдэхары и на секунду. Он рассматривал его словно хищник, который внимательно следит за каждым движением своей жертвы. Ощущение приятной горечи во рту, тепло в горле после горячего чая немного смягчали кардиолога, но все же голова болела. Болела от раздражения Почему он до сих пор работает в этой проклятой больнице? Этому бездарю можно доверить только животных, о каких людских жизнях идёт речь? …. хотя доверить животных тоже под вопросом. Лечить детей - большая ответственность. И Кадзуха должен это понимать, а не спорить и вести себя так.. Ну. Скарамучча закатил глаза. Какое ему вообще дело до этого бедолаги? У него дел своих полно. Голова и без этого козла гудит.. Отмахнувшись от всех мыслей, Скарамучча наконец отвел взгляд от замученного педиатра. Ему должно быть все равно. Давно нужно привыкнуть к тому, что персонал здесь не так часто ладит. То, что у Кадзухи натянутые отношения с Скарамуччей - вполне ожидаемо. Они слишком разные. Они вдвоем плохого мнения друг о друге. Допив чай, брюнет встал со стола и кивнул в знак приветствия какому то коллеге, проходящему мимо. В столовой было напряженно. Не тихо, не громко, но все равно как то неуютно. Лучше будет выпить горького черного чая у себя в кабинете, верно? Кадзуха едва держал голову на плечах, глядя в одну точку на своей кружке. Напряжение в столовой ощущалось физически, и, хотя он старался ни на что не отвлекаться, он почувствовал этот тяжелый, пронзительный взгляд синеволосого кардиолога. Светловолосый силой воли заставил себя подняться из-за стола. До начала приема оставалось совсем немного времени, а значит, скоро отделение превратится в настоящий улей; пациенты, тревожные родители, бесконечный поток больных детей. Нужно было успеть собраться с духом, пока не начался сумасшедший день. Зайдя в свой кабинет, Каэдэхара сразу прислонился к двери, закрыв глаза и сделав глубокий вдох. Сегодня работа предстояла не из легких. Много пациентов, много бумажной работы, много ответственности. Тот случай с аллергической реакцией стал для Кадзухи суровым уроком. С тех пор он проверяет каждый рецепт, каждую дозу и историю болезни по десять раз. Эта ошибка врезалась в память и теперь он даёт себе слово, что подобное никогда больше не повторится. Никакой халатности, только идеальная точность. . . . По пути к своему кабинету Скарамучча внезапно был перехвачен блондином с длинной косой. Мужчина определённо не работал в больнице, но что-то в его внешности показалось Скарамучче знакомым. Незнакомец не стал представляться и сразу перешел к делу. — Передай своему рыжему другу, чтобы он отстал от моей сестры. — Голос парня был твердым и холодным, а в глазах читалось недвусмысленное предупреждение. Темноволосый приподнял бровь, удивившись такой прямой просьбе. Скарамучча вспомнил, что Люмин действительно жаловалась на Тарталью. Но следить за поведением друга он не считал своей обязанностью. Итер - это брат Люмин, они довольно похожи. Девушка давно работает в больнице косметологом. Тарталья вообще никогда не работал в больнице. Мозгов не хватило, пошел сделал себе бизнес и пока один раз ездил за Скарамуччей, так как он упал с лестницы и повредил ногу, рыжий увидел блондинку и влюбившись по уши, сыграл роль великого героя, успешно опозорив несчастного Скарамуччу. Удивленно лишь похлопав глазами от такой наглости в сторону Скарамуччи от нищего класса, кардиолог молча отдернулся и с хмурым, темным лицом, возобновив шаг до своего кабинета. Он не считает своим долгом брать ответственность за действия своего друга. Это просто не его дело. И так проблем без него полно!! Но все же брюнет разозлился. Зайдя в кабинет, его рука потянулась в карман за телефоном. Его пальцы быстро нашли контакт «рыжая сволочь». Он прижал телефон к уху, тяжело вздыхая, прислушиваясь к этим раздражающе медленным гудкам.. Скарамучча подошел ближе к рабочему столу раскинувшись на кресле, в ожидании топая носочком обуви по полу. — ало — в лоб ниче не прилетело? Скарамучча раздраженно вздохнул, постукивая по полу уже с дергающемся глазом. Как же кардиолог хотел напомнить аяксу о том, чем стучат по лбу за это злоебучее «ало» — в общем, ближе к делу. Почему ко мне приходят уроды с просьбами, чтобы я своему «рыжему дружку» что то там блять передал?? Ты с какого перепуга впутываешь меня в свои интрижки? Ты это как так мою коллегу доконал, что её брат вылавливал меня тут у моего кабинета, м? — Скарамучча не стал сдерживать нотку раздражения в своем голосе. Он не любил, когда его просто во что то нагло впутывали. Неужели так сложно отстать от кардиолога даже тогда, когда он на работе??? Не дав ничего сказать рыжему, злость подобралась к горлу так, что слова пулей стреляли из рта. — ещё раз вспомню тебя - убью ! Если я не дай бог услышу о тебе или не дай бог увижу тебя.. Пеняй на свой рыжий зад. Ничем ты не отделаешься. Не открывай свой рот больше никогда, понял? Ещё бы щас вся больница узнала, что я дружу с придурком. Не дружим мы с тобой пока я работаю, ясно? — Воу, а придурок у тебя то зато при деньгах, — из трубки послышался знакомый голос, как всегда в своей игривой манере. Скарамучча не мог не стиснуть зубы, когда на все свои слова в ответ услышал лишь смешок, перерастающий в полноценный громкий смех. — не знаю даже что сказать.. Итэр так отчаялся, что пришел в больницу, чтобы просто нажаловаться на меня? Оуу, хочешь исправлю тебе день тем, что вечерком.. — вечерком сходишь нахуй. — может схожу за чаем? Скарамучча устало вздохнул. Скорее даже побежденно. — можно.. — сбросив трубку и отбросив телефон на стол, кардиолог провел руками по волосам. Фу, как он устал.. Лучше обсудить всю эту дичь вечером, правда. А сейчас лучше не клевать ему мозги, хорошо? Работы на столе вполне достаточно. Перед ним рабочий стол; ноутбук, стопка каких то бумаг, кружка. Рабочий день ещё только только начался, поэтому работа не ждёт, она зовет.. Кричит во всё горло. Кадзуха тем временем уже был погружен в работу. Из кабинета доносился негромкий стук клавиатуры и периодический звук переворачиваемых страниц. Он старался сосредоточиться исключительно на пациентах, вычеркнув из головы утреннее напряжение и неприятный разговор с кардиологом до того как они встретились в столовой. Стук в дверь кабинета вырвал Каэдэхара от работы. — Войдите — отозвался светловолосый врач, отрываясь от монитора. Он поправил воротник халата и приготовился к очередному приему. Сегодня поток пациентов не прекращался, и каждому требовалось внимание и спокойствие, которое блондин старался сохранять несмотря на переутомление. В кабинет вошла очень обеспокоенная дама с ребёнком на руках. — Добрый день, — приветливо улыбнулся Кадзуха. Он пригласил женщину с ребенком сесть на стулья перед его столом, скрестив руки на столе. — Чем могу вам помочь? Женщина явно была на пределе. Она сидела вся напряженная. — Понимаете.. Я уже не знаю что нам делать.. Он постоянно задыхается в моменте, говорит колит в груди, а где не понятно, еще и руки говорит болят.. Плечи.. Каэдэхара мгновенно напрягся. Боль в груди и затрудненное дыхание у ребенка, это тревожные симптомы, требующие немедленной оценки. — Успокойтесь, пожалуйста — Мягко, но твердо сказал он, быстро вставая и подходя к малышу. — Попробуйте не пугать ребенка своим состоянием, зачастую дети смотрят сначала как реагирует их родитель, а потом уже на свои эмоции. —Блондин обернулся обратно к ребенку — Солнышко, посмотри на меня — Парень присел на корточки перед малышкой, стараясь привлечь его внимание от испуганной мамы. — У тебя болит здесь? — он аккуратно коснулся грудки ребенка. — Нет.. Вот тут болит — Мальчик показывает, а Кадзуха внимательно выслушал ответ ребенка, стараясь уловить каждый нюанс в его жалобах. Малыш показывал на центр груди и жалелся, что где-то там давит, колит и трудно сделать вдох. Педиатр тут же обменялся тревожным взглядом с мамой и предложил ребенку присесть на кушетку для осмотра. Молодой врач сразу же стал осматривать сердце, раз ребенок указывал именно на него. Кадзуха слушал сердце ребенка и его лицо становилось всё серьезнее. Синусовая тахикардия, приглушенность тонов, явные признаки сердечной недостаточности. Симптомы были слишком яркие, чтобы списать их на простую усталость или испуг. Это была проблема с сердцем, и серьезная. Кадзуха педиатр, но никак не кардиолог. Он знал симптомы проблем с сердцем у детей, но не был экспертом в лечении подобных состояний. Ребенку срочно требовался специалист. — Дядя, мне становится хуже, когда я лежу вот так на спине.. — слабый голос ребенка заставил Кадзуху напрячься еще больше. Мама испуганно ахнула и схватила сына за руку. Внешне мальчик пытался держаться молодцом, но его лицо было очень бледным, а под глазами залегли тени. Было видно, что ему больно и тяжело, каждый вдох давался с трудом. Кадзуха тут же понял, что медлить нельзя. Это состояние требовало немедленного вмешательства кардиолога. Блондин выругался про себя. Ведь именно Скарамучча тот самый кардиолог, с которым у него был конфликт. Но других вариантов не было, брюнет работал здесь дольше всех, имел наибольший опыт и лучшую репутацию. Кадзуха быстро посмотрел в расписание. Скарамучча обычно начинал прием рано. — Завтра приходите ровно в 8:00 утра ко мне в кабинет, без очереди — Сказал он матери максимально спокойно, чтобы не нагонять панику. — Я лично договорюсь с одним врачем. Он проведет полное обследование, чтобы убедиться, что все хорошо. Мамочка убедила своего сына встать и не капризнеть в кабинете, они медленно пошли к выходу. Кадзуха проводил их взглядом, а затем вернулся в кабинет, взять телефон, чтобы позвонить Скарамучче. Но хуй он дозвонится до этого высшего существа. Кадзуха с безнадежным вздохом убрал телефон. В черном списке, конечно. Придется искать Скарамучча лично. Брюнет наверняка еще будет на работе, но идти к нему после того, как они наговорили друг другу гадостей, было того еще удовольствия. Однако здоровье ребенка важнее личной неприязни. К сожелению молодой врач не знал, что Скарамучча только что пережил очень неприятный визит от брата Люмин. Это усугубило его настроение и уменьшило шансы на мирное разрешение ситуации. Так как Итер, чувствуя себя оскорбленным холодным отказом кардиолога, направился прямо в кабинет главного врача. Его шаг был тяжелым, а лицо мрачнее тучи. Он вошел без стука, что само по себе было нарушением субординации, и его голос сразу же привлек внимание всех присутствующих в приемной. Люмин попыталась отвлечь брата, показывая на охрану, но Итер уже выкрикивал на весь коридор — Этот клоун приводит сюда маньяков и насильников! А что если этот рыжий поймает Люмин? И что тогда?! Вы врачи или кто! Естественно его вывели за обвинения и нарушения покоя пациентов. Дождавшись, когда охрана выведет разбушевавшегося Итера, Люмин глубоко вздохнула и обратилась к главврачу с извинениями за такое. Главврач вызывал Скарамуччу к себе в кабинет. Когда брюнет появился, сухощавое лицо старшего медика было крайне недовольным. Тогда здорово накричали на врача, за то, что тот не пойми кого приводит, а потом начинаются разборки. Скарамучча выслушал нотацию главного врача, молча, с каменным лицом. Главврач подчеркнул, что несмотря на его высокую квалификацию, такое поведение неприемлемо. В общем то, у брюнета отвратительное настроение. Вечернее солнце льёт сквозь высокие окна больничных коридоров, рисуя на стенах длинные золотые тени. Коридоры пустые. Ни шагов, ни голосов, лишь тихое гудение систем вентиляции. Каэдэхара долго стоял и думал как войти в кабинет. Солнце уже скрылось за горизонтом, за окном густая вечерняя темнота и лишь редкие огни далеких улиц мерцают вдалеке. Больница погружается в тишину, нарушаемую только шуршанием бумаг и мягким стуком клавиш. Кадзуха, набравшись смелости, резко открыл дверь кабинета кардиолога, совсем забыв постучать. Он вошел в пространство, пропитанное ледяным раздражением Скарамуччи. — Мне нужна твоя помощь, это срочно, — Сразу выпалил блондин, не обращая внимания на смертоносный взгляд брюнета. — У меня есть ребенок, который нуждается в твоем осмотре. Завтра в 8:00. Не мог бы ты.. — Кадзуха замолк, заметив, как голубые глаза Скарамуччи сужаются до опасной щели. — осмотреть его, там точно что-то не так с сердцем. последняя. нервная. клетка. кардиолога. попрощалась с ним. после такого отвратительного дня Скарамучча пытался сдержать в себе хотя бы чуточку всей злости, что накопилась за день. Ссора, блядский рыжий, идиот с пидорской косой, выговор, а сейчас… ну нет! Этого только брюнету не хватает! Раздраженно кинув какую то папку на стол, Скарамучча хлопнул себя ладонью по лбу, закатывая глаза и падая себе на кресло. Этот день съел его полностью. Если каэдэхара начнет прямо сейчас что то Скарамучче исполнять - брюнет не выдержит. Он и так выглядит как шайтан. Одно слово в его сторону и взорвется вся планета. Прикрыв глаза и вздохнув, кардиолог все же сухо и раздраженно выдавил из себя хоть что то, уже дрожащей от стресса рукой дотягиваясь до кружки своего крепкого чая — пошел вон с кабинета. Блондин замер, не ожидая такого ответа. Он понимал, что Скарамучча сейчас не в лучшем настроении, но надеялся хотя бы на минимальную вежливость. Видно, сейчас было не то время. — Скара, пожалуйста, послушай меня.. — Кадзуха шагнул ближе, несмотря на ледяной взгляд кардиолога. — Ребенок действительно нуждается в твоей помощи. Завтра в восемь.. — Педиатр не знал уже как объяснить. Он пытался. — Не мог бы ты хоть на минуту забыть о своих личных проблемах и подумать о ребенке, который страдает? — Кадзуха видел, как напрягся Скарамучча, но он уже был близок к грани, но он продолжил, не давая брюнету даже открыть рот. — У этого мальчика признаки сердечной недостаточности. Я не кардиолог, но даже я вижу, что ему плохо. Боль в сердце, тянет все к плечу, отдышка.. Понимаешь? Пожалуйста, Скара, хоть один раз. Скарамучча нахмурился и закатил глаза, сделав глоток чая и закинув ногу на ногу. Он выставил свою ладонь, чтобы жестом заткнуть блондина, прежде чем поставить кружку на стол и угрожающе взглянуть на педиатра. — закрой. рот. Я не возьму его, потому что во-первых - я не беру детей. Во-вторых - иди нахуй — скарамучча снова бросил ледяной взгляд в сторону Кадзухи. Брюнет был очень уж раздражен, но все же решил не грубить во всех красках блондину.. Все же как никак хуже уже некуда! Они и так в ссоре. — к слову, у нас есть ещё один врач, который сможет взять этого дитёнка. Теперь порхай с кабинета моего долой. Почувствовав, как терпение оставляет и его самого. Он сжал кулаки, глядя на брюнета. — Ты единственный кардиолог в этой больнице, кто хоть что-то смыслит в детских сердечных заболеваниях— процедил он сквозь зубы. Каэдэхара помнил тот разговор, который случайно подслушал пару недель назад. Скарамучча тогда с презрением отзывался о других специалистах отделения, четко давая понять, что только он один способен ставить правильные диагнозы взрослым с пороками сердца, хотя он и детей может, так как в университете замучали. Брюнет пытался заставить от него убрать детей подальше и отдать другим. И сейчас блондин решил сыграть на этом. — Скарамучча, это не нытье, это угроза жизни ребенка! — Кадзуха потерял хладнокровие, ударив ладонью по столу. — У ребенка сердечная недостаточность, а ты отказываешься просто потому, что у тебя плохой день? Ты врач или тебя поставили сюда, потому что не нашлось врача получше? — Кадзуха тяжело вздохнул, успокоившись. — Пожалуйста, Скар.. Я знаю, у тебя был ужасный день, но это ребенок. Маленький мальчик с синим лицом и учащенным пульсом. Ты спас уже столько взрослых.. Не отказывайся от этого, что мне сделать, чтобы ты согласился? Я сам готов уже поговорить с теми, кто испортил тебе день. — какая разница как прошел мой день? Думаешь, я отказываю лишь потому что мне брат шлюхи одной жизнь портит?? И не думай даже сравнивать меня с другими, ясно? — конечно, слова Кадзухи слегка задели эго кардиолога, но он быстро от этого отмахнулся — ты сам знаешь какая это ответственность брать в свои руки маленькую чужую жизнь. Я сказал уже тебе несколько раз уйти, ты не слышишь меня? Хочешь, направлю тебя почистить ушки? — Скарамучча ответить резким тоном, отводя взгляд от педиатра, пока вовсе не отвернулся на кресле. Наверное, самое любимое развлечение Скарамуччи - вертеться на кресле на колесиках. Ему явно уже не интересно слушать то, как смертный пытается уломать всевышнего Скарамуччу. Он не возьмет ребёнка даже под дулом пистолета. Даже если ему подарят вертолет из шоколада или какое нибудь самое дорогое вино. Всё равно вообще! Никакой такой штучкой его не подкупишь. Всё же слегка задумавшись, Скара закатил глаза и положил свои руки на подлокотники кресла. — ещё раз по столу мне ударишь - пойдешь бить себя так по голове. Может быть уж тогда в твою пустую голову придут умные вещи. Например, увольнение. Кадзуха стоял молча, его челюсть была напряжена. Он понимал, что больше не будет толку продолжать этот разговор сегодня, Скарамучча явно не был в состоянии даже кого то слушать. Возможно, завтра, когда брюнет немного успокоится.. Нет. Завтра может быть уже поздно, пока он его уговаривать будет. — Я понимаю, что ты разозлен на меня, — Кадзуха сказал тихо, напоминая тот случай. — Но пожалуйста, не отказывай ребенку из-за этого. Ты не обязан разговаривать со мной, просто.. Просто осмотри его.. — Каэдэхара очень хочет помочь ребенку, но этот высокомерный павлин..! Никак не соглашается. Блондин уже в отчаянии и готов хоть на что пойти. — Скарамучча, я умоляю тебя. — Кадзуха сделал шаг ближе, его голос дрогнул. — Это маленький мальчик, ему же всего 6. Он не может ждать долго, без твоей помощи не обойтись. Пожалуйста.. Ну хочешь я свою зарплату тебе отдам? Хочешь я уволюсь после этого всего и как ты сказал пойду животных лечить.. Да Скара, блять, хоть что, пожалуйста, сам то ты что хочешь? Да я хоть на колени встану, — Кадзуха вздыхает — Это важно, там мать место себе не находит, я не стал ей говорить что с ним.. Понимаешь, в платную поликлинику пошли, чтобы помогли, а ты не можешь, ну Скара.. Пожалуйста — зарплата, увольнение.. — скарамучча повторил эти слова за кадзухой, словно пробуя их на вкус. Всё это скучно. Да и Скарамучча уж не такой и тиран, чтобы заставлять кого то увольняться. Хотя, блять, очень хочется. Смирившись со своим плохим днём, кардиолог вздохнул и снова повернулся к Каэдэхаре лицом. Было скучно отказывать Кадзухе просто так.. Может под вечер брюнет поднимет себе наконец настроение? Наблюдая за чужой жалкой попыткой уговорить его, он самодовольно улыбнулся — не нужна мне твоя мизерная зарплата, — Скарамучча медленно протянул слова, пока не оттолкнулся ногой назад, откатываясь на своем кресле от рабочего стола. — а вот увидеть педиатра, стоящего на коленях очень интересно. Вперёд и с песней! Кадзуха почувствовал как кровь ударила по щекам, но он не отступил. Ребёнок был важнее любой гордости. Он медленно опустился на колени перед Скарамуччей, опустив взгляд в пол. Не хотел он видеть его лицо. — Удовлетворён? Теперь осмотришь ребенка? — Блондин тихо спросил, его голос был полон отчаяния и унижения. Он не ожидал такого от Скарамуччи, но ради жизни ребёнка готов был на всё. Но всё же.. Он думал, что Скара потребует увольнения и все в этом духе, а он его на колени ставит, в придачу игнорируя бедного педиатра! Ни стыда не совести своего же коллегу на колени ставить. Хотя Кадзуха сам предложил. Никогда молодой врач и подумать не мог, что эти пять минут могут тянуться так долго. Кадзуха сидел на коленях, уставившись в пол, чувствуя себя полным идиотом. Брюнет уже не вращался в кресле, но откровенно игнорирует его, смотря в белую макушку. Не желая больше молчать, он приподнимает свои алые глаза на кардиолога. — Чего ты ждешь, Скарамуч? — Светловолосый смотрел парня с раздражением, а в голосе прорезался едкий сарказм, перешедший в усталость. — Чтобы я тебе отсосал прямо здесь? Или тебе массаж ног сделать? Скажи уже цель этого унижения. Скарамучча не мог искренне заулыбаться, когда смотрел на эту жалкую картину. Вот на что готов врач, да?.. как интересно. Всё же оказалось, что настроение поднять брюнету не так сложно. Да и сам Скарамучча решил просто на момент забыть о всех проблемах, пока появился такой идеальный момент посмеяться над своим коллегой. Услышав последнюю фразу, кардиолог лишь повертелся на кресле, взяв со стола какие то ключики, чтобы игриво покрутить их на пальце — ох, не ожидал, что вы опуститесь так низко, Каэдэхара. Но, в прочем, если вы хотите, чтобы я взял твоего дитятко под своё крыло.. — Скарамучча отвел взгляд, слегка залившись краской. Он покрутил на пальце свои ключи снова, прежде чем кинуть взгляд на блондина. Ему уже просто очень весело наблюдать за тем, как далеко может зайти Кадзуха. Это очень жалкое зрелище. — можешь приступить, я не тороплю. Посмотрю как ты унижаешься. Кадзуха почувствовал как к лицу приливает жар, а в груди закипает смесь стыда и ярости. Скара.. Он серьезно согласился? Он мог хоть на что согласиться, но выбирает это? Он понял, что Скарамучча просто глумится над ним, наслаждаясь моментом. Брюнет не собирался отказываться, он хотел выжать из педиатра максимум унижения. Он даже не знал, что ему сделать, чтобы избежать это.. Встать и уйти? Так этот гад всем расскажет, что он тот ему предлагал, так и все точно ему поверят! В больнице любят такие слухи. Каэдэхара полностью сдался. С горем пополам он опустил голову смотря на колени Скарамуччи, пряча лицо от стыда. Это было предельно унизительно. Взрослый врач, стоящий на коленях ради спасения ребенка..? А если Кадзуха ошибся и он зря тут так унижается? Тяжелый вдох и долгий выдох.. Кадзуха медленно протянул руки к ширинке брюк Скарамуччи, его пальцы дрожали от незнания и сомнения. Он медленно расстегнул молнию, пытаясь не думать о том, что делает. Блондин замер, его пальцы застыли на пряжке ремня. Он закрыл глаза и резко отвернул голову в сторону, не в силах заставить себя продолжить. Унижение переполняло его, горло сжимала ком, а руки мелко тряслись. Он не мог этого сделать. Не мог. Он говорит быстро, шепотом, что-бы если кто и слушал, то не услышал. — Да пошел ты.. Легче теперь выучиться самому, а не сидеть и пытаться у тебя.. Иди нахуй, — Каэдэхара хотел отстраниться, но его запястье схватили так крепко, что пришлось вернуть алые глаза на Скарамуччу. Лицо скарамуччи было залито яркой краской. Он схватил кадзуху в.. панике? Он схватил его так быстро, что не рассчитал силу своего хвата. Его смущенное лицо полностью отражало неверие и ещё одну кучу разных эмоций сразу. Скарамучче должно быть смешно от того, что блондин опускается так низко, но это обжигающее действие, которое уж точно получить кардиолог неожидал.. Оно прокручивалось в памяти каждую секунду. Кадзухе замечательно получилось застать бедного Скарамуччу врасплох. То есть.. Вы серьезно хотите сказать, что Каэдэхара готов на такое ради того, чтобы Скара просто соизволил помочь какому то сопляку..? Пффф Всё же в полной растерянности, Скарамучча машинально схватил того за руки, и сам не понимая зачем, положил их себе обратно на коленки, от чего был вахуе дважды. Пальцы слегка задрожали на чужих ладонях. Ну, знаете, было немного неловко. Скарамучча стиснул зубы и хотел отругать себя за это ебучее действие, которое он сделал вообще ни о чем не задумываясь. Иногда руки при себе держать нужно. Это касается и блондина и брюнета одновременно! Скарамучча нахмурился и отвел взгляд, прежде чем ответить. Он просто не мог подобрать слова, но всё же нельзя было их оставить в такой.. напрягающей тишине, верно?. — закрой рот и беги тогда сам учись и лечи.. А то муха в рот залетит, — Скарамучча сказал на удивление тихим, растерянным голосом, в котором пропала та язвительная нотка сарказма или ещё какой либо грубости. Ну, у Каэдэхары остались надежды на другого кардиолога?.. Просто если он выйдет с кабинета Скарамуччи, то брюнет выдохнет облегченно 300 раз сразу аж по нескольким причинам. Блондин замер от неожиданности. Он почувствовал сильную хватку Скарамуччи на своих запястьях, а потом его руки вернулись обратно на колени брюнета. Резкая смена тона от злого издевательства до растерянной тишины, сбила с ног Каэдэхару полностью. Неожиданно для самого себя, Кадзуха сжал колени Скарамуччи своими руками. Голова блондина попрежнему была отвернута, глаза закрыты, но его пальцы сами собой сжались на коленях брюнета. Длинные пальцы медленно поползли вверх по ткани брюк кардиолога к его ширинке. Он чувствовал, как под ладонями напряжена мышца бедра, прекрасно слыша дыхание брюнета, который явно не ожидал, что педиатр способен продолжить. Кадзуха крайне аккуратно отодвинул ремень в сторону, не в силах заставить себя смотреть вниз. Его рука скользнула под пояс брюк, пальцы коснулись теплой ткани белья. Он чувствовал, как под ладонью напряглось все тело Скарамуччи, а воздух в кабинете словно уменьшился. Пальцы медленно скользнули ниже, проникая под резинку трусов. Он почувствовал гладкую кожу, горячую и натянутую. Удивительно как блондина еще не ударили чем то тяжёлым по голове.. Ведь обычно Кардиолог не дает себя трогать никому. Парень наконец-то обхватил член брюнета рукой. Он почувствовал, как тот уже напряжен и тверд в его ладони. Горячая кожа пульсировала у него в пальцах, пока блондин продолжал держать глаза закрытыми, чувствуя головокружение от того, насколько низко он пал ради спасения пациента. Ещё немного и по ощущениям он провалится сквозь землю от такого позора. Каэдэхара аккуратно высвободил член из под ткани белья, позволяя ему полностью высвободиться наружу. Он чувствовал тяжелый пульс в своей руке, жестокую реальность происходящего заставляла его колени дрожать, но он не останавливался. Долго он не мог решиться повернуть голову и посмотреть, пока не услышал недовольное цоканье сверху. Может это и был вздох? Или что-то подобное? Блонлину без разницы.. Это никак неисправиь ситуацию.. Поэтому он наконец решился и повернул голову, открывая глаза. Перед ним в полной красе стоял член Скарамуччи, твердый, слегка изогнутый вверх. Лицо Кадзухи мгновенно вспыхнуло алым румянцем, когда он осознал всю масштабность того, что он блять творит. Он вцепился пальцами в бедра Скарамуччи, словно пытаясь найти опору в этом безумном унижении, которое он, считай, сам себе устроил. Да даже если он убежит, его потом заклюет этот Павлин! За то что он довел его до такого еще и бросил.. Охх, в жизни больше на такое не пойдет.. Хоть под дулом пистолета, хоть кто умрет. Нет, так думать нельзя. Кадзуха, чувствуя, как колени дрожат на ковре, пододвинулся ближе между ног своего коллеги. Расстояние уменьшилось, и теперь возбужденный член находился прямо перед его лицом, почти касаясь губ. Медленно опустив голову, почти без раздумий беря головку в рот. Теплый влажный контакт заставил вздрогнуть парня в кресле, и Кадзухе пришлось прижаться сильнее, чтобы принять член полностью. Он медленно опускался ниже по стволу, чувствуя, как головка члена углубляется в его горло. Ему приходилось преодолевать рвотный рефлекс и стыд, но он продолжал брать член глубже. Ну.. Осознание пришло не сразу, что именно этот момент стал точкой невозврата. Он стоял на коленях перед коллегой, с членом в горле, полностью униженный ради спасения ребенка которого даже не знает. Никаких оправданий уже не существовало, он совершил это, и теперь придется сделать это до конца. Каэдэхара неуверенно начал сосать, его неопытный язык неумело лизал головку, пока он ритмично двигал головой вверх-вниз. Впервые такой незабываемый опыт был у несчастного педиатра, которого до этого унизили "мизерной" зарплатой. Пальцы скарамуччи вздрогнули, а рот открылся в немом шоке. Тело предательски говорило всё за него, от чего врач на себя не хило так злился. Он не планировал как то заниматься сегодня такими непристойностями, но Кадзуха сам как будто предложил и.. сам полез. Скарамучче пришлось собрать в руках всю свою силу воли, чтобы не взять педиатра перед собой за его светлые волосы, сжимая и поглаживая того от таких бомбезных ощущений. Кардиолог просто вцепился руками в ручки кресла, откидывая голову назад, выпуская с горла первый дрожащий звук удовольствия. Синеволосый явно не ожидал, что бедолажка Каэдэхара решится на такое смелое действие, честно, но скара и не собирается жаловаться.. Но всё же как не крути, было видно, что Кадзуха хер во рту впервые держит. Это ощущалось, но это было не так страшно, верно?. Каэдэхара явно старается, хоть и стесняется. Ему серьезно в кайф насасывать у врача на лечение? Он правда решил впервые взять в рот что то такое у своего коллеги? Ха. Как круто. Но всё же смотреть вниз было так неловко.. Он не выдержит, если увидит такое неприличное зрелище. Видеть своего коллегу, который пытается заглотнуть твой член.. Ох. Это слишком развратно. Мысли кардиолога вдруг резко прерывает вибрация и включенный экран телефона на рабочем столе. Кто то ему звонил. Глаза синеволосого резко распахнулись. В голову неожиданно ударили слова рыжего о том, что он собирался зайти к нему вечером. Скарамучча дрожащими руками схватил телефон со стола и приложил его к уху, параллельно судорожно взяв светловолосого за волосы, крепко сжимая свою хватку на них, стараясь контролировать темп Каэдэхары, но никак не остановить. Врач просто.. Тихо надеется, что блондин будет потише. Слегка прочистив горло, скарамучча старался сфокусировать свое внимание на чужом голосе за трубкой, а не на растерянном лице педиатра. Всё же ладно, не взглянуть на блондина - грех. Хотя и взглянуть тоже. — прошу, я не хочу тебя видеть сейчас в своем кабинете, ясно? Оставь чай где нибудь, я потом заберу, — скарамучча пытался сказать это в своей обычной манере, стараясь скрыть небольшую дрожь в голосе. За трубкой ему явно старались снова вытрепать мозги, но как тут злиться, когда у тебя между ног такое безобразие? — не беси меня ещё больше, когда мне влетело из за твоей детской влюбленности, договорились? Не мешай мне. И итэру, блять, в лицо его козлиное пропиши, ясно? Люмин вообще пошла нахуй! И ты нахуй сегодня тоже идешь! Оставь чай где нибудь и не смей просто заходить ко мне. Потом я напишу тебе, — Скарамучча тяжело вздохнул и нахмурился от накатившей волны раздражения. Конечно, когда был такой нервный день, как ему не злиться?. Да и Тарталья редко обижается. Они с Скарамуччей не первый год знакомы, так что привыкнуть уж можно было, верно?. Всё же именно сейчас у кардиолога точно есть причина так злиться на рыжего, и этот рыжий прекрасно это понимает. перекинувшись ещё парочкой слов и попрощавшись, скарамучча облегченно положил телефон обратно на стол, уже перекатывая всё своё внимание на блондину. Кадзуха едва не задохнулся, когда Скарамучча резко сжал его волосы, контролируя темп движений. А когда телефон зазвонил, Каэдэхара подумал, что ему прийдётся записаться к Скарамучче на прием, ведь сердце блондина в тот момент пропустило удар. Ужас накрыл его с комплектом из 3 инсульта 5 инфарктов, все что пронеслось в его голове. Вот Скаре прям было обязательно взять трубку, хотя.. Может кто важный был? Хотя судя по всему вообще ничего подобного. Каэдэхара пытался двигаться в своем темпе, но Скарамучча, казалось, специально направлял его движения, сделав их резче и глубже, а потом вновь давал свободу действий, издевательство. Белоснежные волосы растрепались от резких движений брюнета. Блондин чувствовал себя совершенно потерянным, его щеки горели от стыда и напряжения. Уже было желание это все поскорее закончить, даже если Скара ничего и никого не вылечит, Кадзуха к черту уволится. Он просто не сможет находиться с человеком, которому он считай просто пришел и отсосал на одной работе. Каэдэхара уже не в силах терпеть эту унизительную ситуацию, сжал ладонь на бедре кардиолога, пытаясь хотя бы намеком дать понять, что не надо его направлять и наглядно показывать, что хуже минета Великому Скарамучче еще никто не делал. Педиатр продолжил двигать головой, стараясь делать хоть что-то похожее на нормальный минет, надеясь, что этого будет достаточно, чтобы его наконец отпустили. Колени болели, потому что стоял он в крайне неудобной позиции, а положение делало его абсолютно беспомощным. Встать он просто не мог, ведь Скарамучча решил сам попробовать контролировать процесс. Даже во время таких извращений Каэдэхара задумался. Мысли о мальчике пронзили, заставляя сердце сжаться от жалости. Ребенок выглядел действительно больным, бледным и слабым. Это напоминание было единственным, что удерживало блондина от полного отчаяния, заставляя его продолжать это унизительное действие. Но больше его пугала реакцию матери, которая явно не знала, что делать. Она выглядела слишком молодо и это только усиливало беспокойство Кадзухи. Нет, Кадзухе не понравилась эта дама. Если бы понравилась, он бы точно не сосал Скарамучче. Он просто не мог бросить их со словами "ой, я не знаю что это", ребенок явно нуждался в помощи. Да и когда-то давно Кадзуха довольно сильно заболел и его мать тоже себе не могла найти места, может.. Реакция той дамы напомнила реакцию его матери? Пф, в отличие от этого мальчика, блондин просто с темпиротурой на пару дней прилег, а тут.. Из мыслей его вырвало то, что Скара не сильно постучал пальцами по белой макушке. Скарамучче не хотелось быть грубым с Кадзухой. Скарамучча бы не посмел взять всё в свои руки полностью. Ну да, было видно, что Кадзухв занимается таким делом впервые.. Но в этом то и проблема! Знаете, смущение уже прошло. Ну, смирился уже врач что его хер взял в рот его коллега. Почувствовал на себе чужой взгляд, кардиолог лишь усмехнулся, смотря на безобразие у себя между ног. Брюнет сжал в ладони чужие мягкие волосы, прежде чем выдавить из себя притворно мягкую улыбку. — сосешь ты неумело, но я дам тебе плюс за старания. В целом, не так уж и плохо для первого раза, да? — кардиолог даже не уточнил был ли у блондина опыт.. Он просто сам это взял и понял. Да и это не понять невозможно! Хотя если бы у Кадзухе был опыт в такой сфере, стоило бы задуматься. Синеволосый говорил с светловолосым в мягком тоне, словно специально пытаясь унизить его ещё больше, сладко растягивая последние слова. Скарамучча вздохнул, заметив, как его ладонь бережно сползла с макушки на щеку блондина. Большим пальцем он аккуратно погладил его, стараясь отвести взгляд. — знаешь, так далеко заходить было не нужно. Мне бы хватило того, чтобы ты мне искренне тут поплакал, а не начинал нарабатывать на лечение таким грязным способом, — кардиолог отпустил свою руку, с лица Каэдэхары, внимательно рассматривая его выражение лица. Естественно, блондин вытащил член из рта, куда ему деться? На это брюнет лишь расплылся в улыбке, медленно начиная тыкать в него пальцем. — если бы не моё великодушие, я бы тебе за это чудо и ни копейки не отдал.. О каком ребёнке бы шла речь? — скарамучча слегка постучал кончиком обуви по полу, все таки перематывая взгляд на своё возбуждение. Ох.. И до чего докатился Скарамучча? До чего докатился наш великий герой Каэдэхара, решив в один рандомный день попытаться отсосать своему коллегу, с которым зачастую ссорится? — с ребёнком ты меня уломал, но что теперь делать с тем, до какого состояния ты меня довел? Ахх, ну я уж не ожидал, что педиатр будет лезть ко мне в трусы, знаешь ли.. — скарамучча аккуратно провел рукой по волосам, тяжело вздыхая и откидываясь на кресле — теперь можешь вполне спокойно сесть мне на стол… Кадзуха замер на секунду, чувствуя прикосновение Скарамуччи к своей щеке, неожиданно мягкое для такого человека как великий кардиолог. Его щеки пылали, губы были влажными, а в глазах читалось огромное смущение. Блондин медленно поднялся с пола, отряхивая колени, хотя внутри него всё дрожало от перенесенного унижения. Услышав предложение врача сесть на стол.. Хотя даже не предложение, он лишь отрицательно покачал головой, делая шаг назад, явно пытаясь отказаться от продолжения этих действий между ними. Каэдэхара пока отступал, уперся в округлый край стола Скарамуччи. Он совсем забыл, что у его дорогого коллеги стол не совсем стандартной формы, и блондин невольно оказался в ловушке между мебелью и брюнетом. В голове к сожелению.. Или счастью? Не отложилось, что если он хотел попытаться обойти Скарамуччу с другой стороны, то нужно выбрать ту сторону, а не вместо свободного прохода уткнуться в другой край стола, снова оказавшись в тупике. Алые глазки уловили движение брюнета, что уже встал со своего кресла приближаясь ближе. Его белоснежные волосы были растрёпаны, губы слегка припухшие, в общем, вид у него был именно такой, каким и положено после минета. — П-подожди..! Ты понимаешь, это.. Ох.. да я.. — Он думал, что-бы сказать, чтобы это избежать, но вздохнул, чтобы успокоиться — Слушай, я думаю раз ты оценил мои навыки на все сто, то у тебя точно есть те, кто справятся лучше меня намного, не так ли, Скарамуч..? Педиатр не знал как затормозить движение кардиолога в свою сторону, но когда тот уже оказался со всем близко быстро выпалил — Я.. Я просто хотел проверить твое здоровье! Как врач, понимаешь? Просто.. просто проверяю пульс.. И.. — Кадзуха покраснел от своих же слов, что он блять только что выдал..? Пульс..? Пока делал минет..? Прекрасно.. Скарамучча медленно подошел к педиатру, усмехнувшись от его слов. Каэдэхара плохо умеет сопротивляться или он просто тупой.? Кардиолог прикрыл своё насмехающееся лицо ладонью от Кадзухи, решая все же пожалеть бедолагу и не смеяться над ним прямо ему в лицо. — ты мне скажи, ты идиот? — скарамучча подошел ближе, зажимая перед собой блондина, положив руки на стол по бокам от кадзухи, заглядывая тому в глаза с слегка приподнятой бровью. Какую же он драму тут кардиологу устроил. Вся ситуация была даже как то комична что ли? Скарамучча искренне не мог понять, что происходит в голове у педиатра. Каэдэхара лишь растерянно моргнул, на что Скара тяжело вздохнул и бережно, но уверенно усадил того на стол, взяв блондина за бедро, аккуратно сжимая его. Скарамучча смотрел на светловолосого с легким прищуром, словно проверяя, действительно ли тот будет сопротивляться? Тело Каэдэхары же всё говорит за него, будем же мы честны. Кардиолог специально делает все медленно и нежно, чтобы у врача была возможность на сопротивление, которое, кстати, кардиолог не почувствовал. Улыбка от этого факта растянулась на все лицо. Такого довольного лица педиатр, наверное, не видел никогда за все свои годы. — стоит мне взять всё в свои руки, и я не чувствую никакого сопротивления от тебя. Не странно ли? Кадзуха лишь растерянно моргнул, его бедро дрогнуло под хваткой Скарамуччи. Он открыл рот, пытаясь сопротивляться, но слова застряли в горле. Сам того не заметив, врач неосознанно притянулся ближе, когда Скарамучча положил одну руку на его спину. Его тело само собой расположилось удобнее для кардиолога. Все же уже ничего не поделать, да даже если можно, блондин точно не хочет пользоваться этим. Кадзуха открыто смотрел прямо в голубые глаза Скарамуччи. Его собственный взгляд был полон смешанных эмоций, стыда, растерянности и странного желания подчиниться ему. Он не мог отвести взгляд, как будто если отведет, брюнет что то точно сделает. — Знаешь, если бы даже сопротивлялся, я не особо уверен, что ты бы не растрепал кому-то о том, что сегодня было.. — Кадзуха вздохнул, он уже не знал как правильно поступать в этой ситуации. — Знаешь, делай что хочешь. — я действительно похож на того, кто будет говорить о таких постыдных вещах направо на налево? — скарамучча склонил вбок голову, вопросительно поглядывая на педиатра. — знаешь, потрахаться с тобой было бы слишком позорно. Гордость подошла к горлу, заставляя кардиолога гордо отвернуть голову и отойти, уперевшись об стол. Но позже немного подумав, врач скрестил руки у груди и уставился в окно. — делать что я хочу.. Пфф, знаешь, моя мечта - не видеть тебя никогда в этой больнице. Кадзуха замер от слов Скарамуччи, чувствуя как что-то сжалось в районе груди, то ли облегчение, то ли обида. Слава богу ему не придётся больше унижаться перед этим человеком. Блондин почувствовал, как внутри закипает гигантская обида и злость. Его унизили, посадили на стол, чуть не воспользовались телом, а теперь этот самодовольный кардиолог с высокой колокольни заявляет, что это было бы "позорно" Каэдэхара перевел взгляд с надменного лица Скарамуччи на дверь кабинета. Внутри него всё кипело от обиды и унижения. Его фактически использовали, а теперь от него отмахнулись, назвав всё это позорным. Он хотел только одного - скорее сбежать от сюда. Взгляд метнулся на дверь, он может уйти, да, он не спорил, но после таких слов уйти, это буквально вызов от тупого, эгоистичного и наглого до глубины души Скарамуччи, которого с самого рождения кормили с золотой ложки и давали срать в золотой горшок, показывая, что все в мире вокруг него это жалкие пешки, что недостойны его внимания. Блондин встал и начал идти в сторону выхода, случайно задевая какие-то документы раняя их, но затем Кадзуха резко развернулся, не в силах сдержать накопившуюся обиду, и схватил Скарамуччу за воротник халата, резко подтянув его к себе. Глаза блондина горели возмущением и обидой. — Позорно? Да, позорно, знаю, но ты как минимум мог такое сам не говорить, — Кадзуха сам не знал, почему его вообще это все задело. Дали уйти - так уходи, чего стоять и доказывать что-то? — Это с тобой позорно иметь какую либо связь, за просто так никогда в жизни помочь не можешь, сидишь и вечно ждешь, что кто-то да будет тебя умолять. В первые в жизни попросил о помощи, потому что не понимаю что это, а ты же со своим цирком "выйди вон" "пошел нахуй" в добавок ко всему, на мои слова сказанные во время просто стресса говоришь "да, приступай, я подожду" — Глубокий вздох, выдох, как его раздражала эта ситуация. — Ты сказал, что помог бы и просто так, так это ничего подобного! ты бы в жизни не поднял свою жопу с кресла, чтобы кому-то за просто так бы помочь, понимаешь? Ты сказал, что позорно было бы со мной иметь какую либо связь, и что ты бы никогда не хотел ее иметь, но при этом, ты воспользовался тем, когда я тебя уже в отчаянии просил мне помочь, не это ли позорно, Скарамучча? — Брюнет даже не успел сопротивиться, резкий толчок заставил его рухнуть в свое же кресло. Каэдэхара тут же наклонился над ним, нависая сверху, и впился своим тяжелым, обиженным взглядом прямо в голубые глаза кардиолога, не давая тому отвести взгляд. — Возможно.. А точнее по факту, я опустился ниже некуда, чтобы просто помочь женщине, что явно не хочет, чтобы ее ребенок мучался от какой-то болезни, но тебе как обычно на все и всех плевать. Ну иди и расскажи теперь всем "Ох, Каэдэхара опустился до такого уровня, что отсосал мне в кабинете ради чьей-то жизни. Он не может выполнить свою работу достойно, что решил видимо в эскорт пойти, вот тренируется на великом мне." О гордости уже и слова не осталось, он просто принял что сделал и все. Он был сильно задет тем, что его еще и обозвали грубо говоря грязным. Впервые Кадзуха сорвался на поток слов, совершенно несвойственных его спокойному характеру. Он говорил быстро и много, выплескивая всё, что накопилось у него внутри после унижения. Блондин сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться и собраться с мыслями. Ему абсолютно не хочется вступать в этот разговор, не хотелось объяснять ничего этому самодовольному кардиологу, да и.. Услышат ли его вообще? Точно, он же сам пришел, сам предложил, значит он и виноват. Может так и есть, но то что Скара сказал - его задело. Парень молча смотрел на совершенно ошарашенного Скарамуччу. Лицо брюнета выражало неподдельное удивление, он точно не ожидал, что спокойный и воспитанный педиатр способен на такую резкую вспышку гнева и агрессии. Никто прежде не смел так с ним обращаться, как и с кем либо другим из больницы. Волосы Кадзухи и так распались от руки Скарамуччи, что во время минета его буквально направлял вск глубже и глубже, поэтому он резко снял резинку с волос, позволяя тяжелым белоснежным прядям рассыпаться по плечам и спине. Это движение добавило его образу какую-то.. Женственность. Скара никогда бы не подумал, что Кадзуха будет так похож на девушку с распущенными волосами, еще и с такой обиженное гримасой. Да, с растрёпанными белоснежными волосами по плечам, Кадзуха выглядел как дама. Каэдэхара бросил на брюнета последний тяжелый взгляд. В нём читалось обида и окончательное завершение этого странного диалога. Блондин развернулся и направился к двери, оставляя кардиолога сидеть в полном ошеломлении. Перед тем как открыть дверь развернулся и сказал. — Обязательно покину стены этой больницы когда помогу ребенку. Надеюсь хоть это заставит тебя улыбнуться, — распахнув дверь, он угодил ею прямому по лбу Тартальи, стоявшему с коробкой чая. Рыжий отшатнулся назад, ругаясь, а чайные пакетики упали на пол. Блондин прошел мимо ошарашенного Тартальи, даже не извинившись и не подняв глаз, зато прекрасно почувствовал полное удивление друга Скарамуччи, который ему походу и звонил во время того, как он «унижался» перед Скарамуччей Удаляясь по коридору, Кадзуха мыслями корил себя за то, что позволил Скарамучче так с собой обращаться. Он всегда был внимателен и более аккуратным со словами, а тут допустил, чтобы его унижали и обзывали. Светловолосый тяжело выдохнул, признавая факт, что он сам первый начал говорить подобное, понятно дело, Скарамучча бы не отказался. Сам упал на колени, сам взял чужой член в рот из-за помощи для больного мальчика. Так что, грубо говоря, кто его заставлял? Помочь мальчику он поможет, но сам для себя решил, что с такими коллегами он больше работать не будет. Плевать на все, пусть Скарамучча думает что хочет, что ему теперь готовы отсосать все в этой больнице. Лучше уволиться и перейти в другую больницу, чем каждый день видеть кардиолога. Скарамучча лишь пару раз удивленно моргнул, смотря в уже на распахнутую дверь и ошарашенного Тарталью рядом. Ладно, очень хорошо, что они закончили всё вовремя.. Скарамучча бы зарылся под землю, если бы его друг увидел чем они занимались. Но все же какая то снова злость и недосказанность подкралась удушающем комом в горле, заставляя тяжело вздохнуть. Скарамучча не отказывал блондину только потому что он не хотел кому то там помогать. Кардиолог просто.. Боялся. Он никогда не брал детей, только лишь потому, что это слишком большая ответственность. Кардиолог не простит себе и самой малой ошибки. Но конечно, обычно брюнет никогда не говорит об этом. Это как то.. И вина немного подкрадывалась сзади, уже готовясь душить Скарамуччу этой ночью, накидывая разных навязчивых мыслей. Но разве синеволосый позволит себе извиниться перед блондином? Конечно нет. Откидываясь на кресле и запрокидывая ногу на ногу, Скарамучча решил пока что избавится от своих чувств и мыслей. Сейчас нет никакого толка переживать, корить себя за что то.. он просто отмахнулся от всего этого, постараясь переключится на друга, который стоял возле двери как потерянный щенок. ———————————— Проснувшись от будильника, Скара недовольно протер глаза. Нету времени на «пять минут» в постели. После недолгого сна, кардиолог встал с кровати, наступая на холодный пол. Голова болела от тысячи мыслей, от стресса и напряжения. Пройдя в ванну кардиолог сам испугался своего бледного лица и синяков под глазами.. Жуууть, это что же с ним делает недосып и стресс! Почистив зубы и умыв лицо, Скара начал прятать свое состояние под макияжем. Ну естественно он бы не хотел, чтобы его видели таким умирающим! Сделав последний штрих в виде красной подводки, Скарамучча полюбовался своей неземной красотой, оделся и вышел на работу. В 8 утра у синеволосого маленький клиент, которого он настырно не хотел никак брать. Всё же кардиолог не до конца бесчеловечен, как его обычно привыкли видеть, знаете ли.. Да и перед каэдэхарой у Скарамуччи свои немые извинения. Хотя брюнет бы взял этого мальчика даже если бы ему и не нужно было налаживать перед кем то вину. Кадзуха действительно был обеспокоен всей этой ситуации, что аж чуть не разнылся в том блядском кабинете, играя на нервах как на члене. Ну, это было уже потом.. Кадзуха проспал, чувствуя, будто голова набита ватой. Вчерашний день оставил горький осадок, унижение, ссора с Скарамуччей, осознание того, что он готов уволиться. Блондин решительно покачал головой. Плевать. Сонный Каэдэхара огляделся по сторонам, в восемь часов начиналась смена, а сейчас уже 7:40. Он быстро натянул форму, собрал распущенные волосы в обычный хвост и кинул в сумку ноутбук с последними медицинскими журналами. Естественно перед этим умылся и привёл себя хоть немного в порядок. Подхватив сумку и белоснежный халат, Кадзуха выбежал из дома и помчался на работу. Он не хотел никого видеть, особенно Скарамуччу. Хоть кого, но не его. Блондин быстро дошел до кабинета, но все равно опоздал на 5 минут. Он тяжело дышал, зашел внутрь тихо, стараясь не привлекать внимания. Педиатр застыл на пороге, увидев Скарамуччу за своим столом. Брюнет аккуратно осматривал маленького пациента, пока мать сидела рядом, будто-бы ждала кого-то. Ну чтоже, раз великий кардиолог на месте Кадзухи, то он пойдет. Только хотел развернуться и немедленно идти к главврачу писать заявление на увольнение, но к нему тут же подбежала взволнованная мать малыша. Женщина буквально вцепилась в его рукав, не давая уйти. — Доктор Кадзуха! Я так вас ждала! Не знаю как отблагодарить за то, что и вправду позвали опытного врача. Доктор Скарамучча уже сказал, что у сына скрытый перелом ребра, из-за чего и можно было спутать с проблемами в сердце. Я пыталась его отблагодарить, но он не в какую.. И.. В какую еще операционную нам нужно? Разве чтобы вылечить ребро нужно делать операцию? — Кадзуха растерянно посмотрел на женщину, потом на Скарамуччу, который спокойно продолжал осмотр. Он не понимал, что происходит. Зачем эта женщина так ждала его, если есть Скарамучча? Скарамучча закончил и что то сказал мальчишку и дал матери бумажку, как можно скорее уводя их из кабинета, просто чтобы подойти к кадзухе. — ты мне скажи, ты пришел работать идиотом? Ты, деградант, выдул из мухи слона! У ребёнка сломано ребро, у тебя прости в каком месте сердце находится? — кардиолог крепко схватил врача за плечи, приблизившись чуть ближе, чтобы просто прошипеть тому на ухо — тебя на работу приняли за то, что ты ртом работаешь хорошо? Ты бы ещё дальше бы сидел и глазами хлопал с хуем за щекой.. Скарамучча брезгливо отвернулся от своего коллеги, отпуская его и подходя к выходу. С утра то он думал, что помирится с кадзухой как только поможет ребенку, но тут кардиолог почему то словил минутку раздражения, начиная уверенно портить отношения между ними дальше. Раздражение ещё подпитывала головная боль, которая не пропадала с вчерашнего вечера. Настроение испортилось как то само, хотя с утра все начиналось вроде как не так плохо?. — лучше бы ты лечил животных, Каэдэхара. У тебя нету глаз или что? Кто тебя вообще в медицину идиота впустил безмозглого! — слова вылетали как пули, пока Скарамучча не понял, что ругаться с блондином - бесполезно. И так уже всё проебали. Никаких у них нормальных отношений в будущем не будет, это же ужас. Кардиолог вышел с кабинета, громко захлопнув за собой дверь, начиная потихоньку уходить. Кадзуха стоял ошарашенный, чувствуя, как горят щеки от унижения. Скарамучча не просто ругал его, он делал это с такой яростью и брезгливостью, будто блондин был самым глупым существом на Земле. Каэдэхара быстро открыл дверь обратно. — Да пошел ты к черту со своей компетентностью! — Кадзуха даже сам удивился силе своего голоса, который сорвался на крик. Удержаться он больше не мог. — Кто дал тебе право так со мной разговаривать? Ты никто для меня, чтобы меня унижать! Сам то в больничное дело попал только потому что твоя мать тебя протащила. Не думаю, что такой самоуверенный свин как ты сам бы пошёл в больничное дело, ведь помогать людям это не царское дело, не так ли? — Блондину было плевать на окружающих. Он чувствовал, как внутри него что-то разрывается от обиды и злости. Он не вышел с кабинета. — Может поэтому у тебя нет настоящих друзей? Потому что ты зависим от чужого мнения, у тебя нет настоящего "я" и ты просто не знаешь, что значит настоящая дружба, хотя.. У тебя в окружении только те, кто стоит тебя и твоего внимания. Например Тарталья, что вечно домогается до Люмин. Кадзуха быстро закрыл дверь на замок изнутри, вставляя ключ в специальное отверстие. Он сделал это инстинктивно, желая защититься от Скарамуччи и его очередного взрыва гнева. Одна слеза сама собой скатилась по щеке Кадзухи. Он был настолько зол и обижен, что вообще не ожидал, что после своих слов ему самому станет так плохо. Внутри все сжалось от боли. Ему не хотелось обижать Скарамуччу, но тот же вздумал ему такое сказать.. Так что.. Считай квиты. Каэдэхара не привык так оскорблять людей. замерев на секунду после услышанного, зрачки Скарамуччи сжались до опасной щели. Ладони быстро сжались в кулаки и кардиолог быстро вернулся к двери и хорошенько так её пнул. — да что ты вообще знаешь обо мне, моих друзьях и семье! О своей жизни не заботишься, так лезешь в другую?? — слова сказанные кадзухой ранее ранили глубоко в сердце. Пошел этот Каэдэхара к черту! Врач только открыл рот, чтобы вылить из себя ещё больше недосказанных слов, но вовремя остановился, просто ударившись лбом об дверь, тяжело выдохнув. Скарамучча оттолкнулся и пошел до своего кабинета с мрачным лицом. Ещё не хватало темноволосому там расстраиваться из за какого то такого. Фуу. Дойдя до кабинета, Скарамучча резкими движениями открыл её, закрывая за собой и нервными шагами дойдя до своего рабочего стола, врач развалился на кресле, расстроенно проводя ладонью по волосам. Настроение испорчено в край! Фу, кардиолог не хочет видеть сегодня вообще никого!! Но работа ждет. Состояние кардиолога никак не должно мешать работе, поэтому темноволосый быстро успокоился, хоть и его лицо до сих пор оставалось мрачным. И вот только Скарамучча открыл ноутбук, в кабинет уже без стука пожаловали непрошеные блять гости. Кардиолог молча бросил мрачный взгляд, пока не увидел, что это всего лишь его жалкий друг — это ты с кем так поссорился? Оры твои на всю больницу были. Кто такой там невезучий? Рассказывай, — Тарталья тихо закрыл за собой дверь и аккуратно вошел в кабинет. Тихие шаги заполняли гробовую тишину, пока Скарамучча сидел с кислой миной. Не услышав ответа, рыжий подошел ближе и взглянул на лицо своего друга. Все же кардиолог не мог так дальше сидеть. Под настойчивым взглядом своего лучшего друга, скарамучча смирился и вздохнул. Синеволосый редко чем делится, но сейчас не рассказать такое он не может. Брюнет скрестил руки у груди, прежде чем начать рассказ с самого начала. ———————————— — Пиздец. — Тарталья на мгновение встал столбом от услышанного. Вся информация не сразу дошла до рыжего.. Интересные конечно ссоры у них там. Ну, рыжий мог бы сказать, что Скарамучче абсолютно все равно, но тот слишком сильно переживал. Ну что за другом будет тарталья, если не поможет бедному кардиологу? Конечно, об этой помощи Скара пока что не знает, но рыжая голова уже проделывает четки план действий. — ты выглядишь как потерянный ребёнок, скар, — Тарталья подметил грустный вид синеволосого, что так и не мог найти себе места на этом злоебучем кресле. Было видно, что тот скрывает все свои эмоции, стараясь не дать выйти всем чувствам наружу. — да завали пасть свою рыжую.. У меня сейчас работа. — грустно без минета в рабочие дни? — отстань. Иди в пизду. — подскажи-ка кабинет Люмин. Скарамучча демонстративно закатил глаза и тяжело вздохнул. Не влетит ли ему за это..? Кардиолог приподнял бровь — чтобы ко мне опять вся её армянская семья приходила угомонить тебя? Иди от сюда. — скарамучча отмахнулся от рыжего. С этим ебалаем даже погрустить из за коллеги нормально не дается. Тарталья лишь ухмыльнулся. Эту хитрую улыбку Скарамучча знает слишком хорошо. Так хорошо, что мурашки аж пробежали. Естественно Аякс вылетел с этого кабинета, оставив кардиолога в надежде, что этот клоун ниче такого там не придумал. Кадзуха сидел на своем месте, прижимая лоб к ладоням. Он пытался успокоить дыхание и убрать красные пятна с лица, когда Люмин тихо постучала и хотела зайти передать отчеты. Услышав, как дверная ручка щелкает, но не поддается, сжался. Он не стал открывать дверь и не ответил на стук. Блондину сейчас совершенно не хотелось, чтобы его видели в таком жалком, плачущем состоянии. — Кадзуха, я знаю, что ты там, открой мне дверь, — блондин услышав знакомый голос Люмин, не смог оставить дверь закрытой. Сжав зубы и быстро смахнув рукой оставшиеся слезы, он встал, повернул ключ в скважине и приоткрыл дверь, стараясь не показывать свое лицо. — Войди.. Естественно когда девушка вошла, она и невооружённым взглядом увидела, что тому точно не хорошо. Кадзуха пытался спрятаться от взгляда Люмин, но та сразу же заметила его покрасневшие глаза и бледное лицо. Он стоял, скрестив руки на груди и опустив голову, скрывая эмоции. — Слышала я все, рассказывай все нормально. Естественно Каэдэхара не сдержавшись, выплеснул все эмоции на Люмин. Он рассказал ей о своей невнимательности, о том, как пропустил перелом ребра у мальчика и как попросил помощи у Скара. Но он еще и оправдать его пытался, а Люмин от возмущения чуть Кадзуху по голове не ударила, ведь оправдывать Скарамуччу последнее, что кто либо делал, а тут такое! Голос блондина дрожал от обиды и злости, пока он рассказывал Люмин о том, как кардиолог осмотрел ребенка и затем выпроводив дамочку с ребенком, начал говорить ему не самые приятные вещи, а затем сказал, что ответил в ответ. Выговорившись, парень тяжело опустился на стул, закрыв лицо руками. Он не замечал проницательного взгляда Люмин. Девушка сразу поняла, что за такой бурной, болезненной реакцией скрывается то, что слова и действия Скарамуччи бьют Кадзуху именно в сердце. Педиатру точно небезразличен их кардиолог, у которого самооценка выше роста. Естественно, она не могла оставить в таком состоянии своего коллегу, а так же друга, потому и успокаивала. — Ты понимаешь, что Скарамучче до всех просто до звёзды, хотя.. Нет, ладно, он.. — Она задумалась как бы сказать. Один раз был момент, когда Скарамучча немного открылся ей с хорошей стороны и она поняла, что он просто не хочет показаться слабым в чужих глазах. — Кадзуха, он просто не стоит твоих слез, ну сказал ты ему как есть и что? Ну посидит он, покричит и забудет. — охх, Скарамучча такое не забывет. Кадзуха слушал Люмин, чувствуя, как ее слова и поддержка постепенно отводят от него бурю эмоций. Он выдохнул с трудом, вытирая влажные от слез глаза. Хотя боль обиды все еще ношла внутри, поддержка подруги помогла ему хотя бы немного придти в себя. — Я просто не хотел его обидеть, но уже гордость не позволил ему сказать изви.. — Кадзуха, все нормально, все мы люди и у всех свои пределы, и Скарамучча свои пределы уже давным давно перешёл по отношению к тебе, — Блондинка вздохнула и встала, погладив Кадзуху по голове. — Я пойду, у меня много работы, прости. Я напишу тебе позже. Как только Люмин вышла из кабинета, она достала из кармана халата визитку, которую Тарталья ей дал и так умолял ее позвонить ему. Девушка вздохнула и набрала номер, слушая гудки в телефоне. — Тебе 5 минут чтобы дойти до моего 316 кабинета. Не сможешь - соболезную, — Затем сбросила трубку. Тарталья очень даже удивился, когда ему позвонил незнакомый номер, но за этим номером оказалась девушка его мечты. Естественно с довольным лицом рыжий поскакал до 316 кабинета, быстро поднимаясь по лестнице, уже чуть ли не подрывается там с места, просто чтобы дойти до этого кабинета. глаза горели искреннем счастьем. На мгновение рыжий даже не мог проконтролировать свои эмоции, скача до кабинета с самым счастливым видом мимо больных или недовольных с утра людей. Ну, на то оно и утро! Просто Аякса хорошо так взбодрил этот ангельский голосочек за телефоном. Даже уже совсем забыв о том, что вообще то он пришел сюда ради своего друга, Тарталья остановился возле беленькой аккуратной двери, за которой его ждала его мадам. Подправив свою одежду и повертевшись у камеры своего телефона, чтобы проверить как он там выглядит, рыжий уверенно зашел в кабинет, закрывая за собой дверь и сразу облокачиваясь об стену. — не долго меня ли ты ждала, дорогая? — Аякс подмигнул и ухмыльнулся, явно радуясь этой встрече. — ты все таки позвонила мне.. Решила познакомиться? Люмин тихо закрыла ноутбук за секунду до того, как дверь распахнулась и на пороге появился Тарталья с довольной ухмылкой. Девушка подняла бровь, слегка откинувшись в кресле. Блондинка улыбнулась. Её губы изогнулись в лёгкой улыбке, которая могла свести с ума, особенно такого влюбленного Тарталью. — Ну ну, не думаю, что я сразу же желаю с тобой познакомиться. Ты же общаешься со Скарамуччей, верно? — Встав, она подошла к цветочкам на подоконнике, взяв в руки лейку. Её движения были спокойными и грациозными, совершенно игнорируя томящихся на неё взглядов Тартальи. — Не подумай, с ним я близко знакомиться не хочу, но есть тот, кто очень бы даже хотел, не поможешь? Когда Люмин обернулась к парню у Тартальи точно перехватило дыхание. На ней была строгая, но невероятно красивая юбка, которая идеально облегала бедра и подчеркивала стройность ножек. — Ну если ты не хочешь, я не заставляю, сама справлюсь. — хочу, — Рыжий ничего не слушая просто закивал, сложив лапки вместе, поглядывая на блондинку с самыми влюбленными глазами. Лишь только через время до него дошло, что Люмин желает кого то познакомить с Скарамуччей? Пф, это кто там такой смелый интересно? Аякс слегка приподнял бровь, слегка задумавшись. Нет, он то поможет, конечно! Ещё бы этот рыжий упустил возможность провести хоть какое нибудь время с Люмин.. Пф! Да щас! Кто нибудь хоть знал как усердно рыжий пытается её добиться? — А точно этот человек не передумает знакомится с Скарамуччей дальше после его колких слов в первую же встречу? — Тарталья оттолкнулся от двери, пройдя ближе к столу, чтобы склонится и локтями опереться об стол. Девушка улыбнулась, разглядевая как взъерошенный рыжий буквально повесился на каждое её слово из-за одной её улыбки. — Ты бы видел, что там творится между ними.. — Она покачала головой, прикрыв глаза рукой. Пока она сводит с ума рыжего, ее сводят с ума слезы Каэдэхары и не потому что он ей как-либо симпатизирует, а потому что самого спокойного человека в больнице до такого довели, так он еще и возможно любит как выяснилось своего обидчика. — Вон недавно ругались на всю больницу, пришлось отчетами прикрыться, чтобы спросить что такого случилось. — ругались?… — Тарталья приподнял бровь. Так с Скарамуччей не познакомится хотят, а помирится! Пфф. — ой, а это тот который педиатр? — рыжий вопросительно взглянул на Люмин. Ладно, дело становится интересным, особенно когда оно доходит до этого. Взгляд голубоглазого прошелся по девушке перед собой, заставляя рыжего снова расплыться в нежной, влюбленной улыбке. Охх, да! Значит Тарталья будет хорошим другом, если помирит кардиолога с педиатром, верно? Ну конечно! — ну и? Есть ли план в твоей голове? Знаешь, будет довольно сложно разговорить вашего кардиолога. Карие глаза на секунду раскрылись в недоумении, но затем, девушка хмыкнула, отвернувшись, что бы полить цветы. Не глядя на рыжего, прекрасно чувствует его горящий взгляд на себе. — Именно он — Подтвердила она так, будто бы вообще не удивилась. Хотя чему удивляться, Скарамучча бы точно рассказал подобное лучшему другу. — И да, у меня есть план. Тарталья, ты же хочешь помочь мне, верно? — Поставив лейку, Люмин повернулась к нему, скрестив руки на груди, так что её грудь слегка приподнялась. Она поспешила напомнив ему о цветочках, которые он заказывал ей каждый вечер. — Я смотрю тебе деньги некуда девать, верно? Учитывая ту коллекцию цветов на моем балконе от тебя. — ну да, я. Разве тебе не нравится? — рыжий лишь загляделся в чужие карие глаза, уже мысленно готовясь подбирать свои слюнки. Ладно, эта девушка сводила его с ума. — какой у тебя плаан? Не тяни, милая, я сделаю что хочешь. Только учти, что Скара у нас совсем то не пальцем деланный, — Аякс ухмыльнулся, вспоминая это недовольное, но грустное лицо. Было ощущение, что как только тарталья вышел из кабинета кардиолога и оставил того одного, тот наконец высвободил из себя всю ту бурю эмоций, горько плача в одиночестве. Да он даже при рыжем кое как там сидел, ну это было видно! Негоже так друзей своих оставлять! Какая Люмин умная! Она мирит их, это так мило.. Аххх, рыжий влюбляется в неё с каждым разом все больше. Честно. Что-бы точно все пошло как ее нужно, она подошла к Тарталье, положив руки на его плечи и усадила его на стул. Люмин грациозно поставила колено на край стула, оказавшись между широко расставленных ног рыжего, но намеренно не касаясь его тела. Она опустила на него карие глаза, казалось что у Тартальи дыхание перехватило. — Знаешь.. Способ крайне дорогой, но он точно сработает. Мне нужно чтобы ты арендовал любую дачу. Я не говорю купить, но всё же было бы хорошо. — Она наклонилась так близко, что он почувствовал её дыхание на ухе, когда она тихо-тихо начала рассказывать свой план. Её волосы рассыпались по его плечу, а губы чуть не касались кожи. После того, как она шепнула свой гениальный план на ухо рыжему, Люмин просто отстранилась, закатив глаза. Она знала, что этот трюк сближения и интриги на него подействует. — А твоя выгода с этого, что проведешь больше времени со мной, пока они будут мириться. Может.. Узнаем друг друга получше. А также.. — Она ему пригрозила пальцем — Итэр об этом не узнает, ровно до того момента, пока ты не начнешь перегибать палку, понял? Лицо рыжего залилось краской, а дыхание перехватило. Сердце затрепетало с новой силой, поэтому влюбленный дурачок тут же достал телефон, не смотря на него уже начиная искать какую нибудь на рандом дачу. Даа! Охх, из за обжигающих действий блондинки Тарталья совсем выбился из колеи. Её план уже совсем никак не волновал тарталью. Самое главное, что девушка его мечты все таки решилась узнать Аякса получше, а это значит, что у него есть шанс. — конечно.. Ах. Я.. я придумаю как заманить туда Скарамуччу. Кадзуха лежит на тебе, ладно?. В пятницу вечером буду ждать вас. Получится же? — Аякс ласково улыбнулся блондиночке рядом с собой, откидываясь на кресле, все же наконец переводя взгляд на экран своего телефона. Рыжий повернул его к Люмин, чтобы та увидела адрес. — Как тебе такой вариант? Взглянула на адрес, кивнула. Она была довольна, что ее план сработал настолько идеально. Теперь осталось только дождаться пятницы и увидеть реакцию Скарамуччи на ее маленький сюрприз. Вечером, как и обещала, Люмин списалась с Кадзухой, обсуждая детали их встречи в пятницу. Она была в хорошем настроении, ведь знала, что если Скарамучча рассказал всю ПРАВДУ Тарталье, еще и чуть ли не плача, то точно смогут помириться. — Ну мы поедем на электричке, что-бы быть там в 10:00. Считай самое тихое и спокойное время. Тем более, тебе нужно проветрить голову и понять, что как бы тебе не нравился Скарамучча, нужно уметь говорить все прямо. Понял? Каэдэхара некоторое время помолчал, но затем написал. — Он мне не нравится. По времени все понял. — Затем написал следующее сообщение. — Только есть немного симпатизирует. Люмин прочитав сообщения Кадзухи, перекинула их Тарталье, доказывая,что все идет по плану. Она знала, что Кадзуха пытается быть с ней честным, что очень радовало. — Не переживай, Кадзуха. Мы будем там только вдвоем.