Фея ордена Цзинь

Мэн Яо довольно топал по пирсу, оставляя за собой цепочку следов мокрых лап. Когда он приезжал в Пристань Лотоса будучи Цзинь Гуанъяо, из-за высокого положения он не мог себе позволить насладиться водичкой лотосовых озер. Но в теле собаки он не отказывался от удовольствия освежиться. Юньмэнская жара из-за шерсти делалась еще невыносимее, поэтому он без зазрения совести рванул к берегу и со всего размаху плюхнулся в воду, вызвав веселый визг торговок-лодочниц. Накупавшись, он вылез на пирс, отряхнулся и поспешил обратно в резиденцию Цзян — забавы забавами, но интриги сами себя не сплетут. В Пристань Лотоса они приехали благодаря манипуляциям Мэн Яо. Цзинь Лину пришло письмо от якобы дяди Цзяна, в котором тот приглашал к себе в орден. Цзян Ваньину, в свою очередь, доставили сообщение, где племянник просится в гости. И то, и другое было делом лап Мэн Яо. Хотя сейчас будет правильней сказать «рук» — в человеческом обличье подделывать чужие почерки было гораздо проще. Дело в том, что для следующего шага грандиозного Плана ему нужно было оказаться в Юньпине. Но его родной город довольно далеко от Цзиньлинтая, и у него не получилось бы туда попасть так, чтобы его отсутствие не заметили. Поэтому ему и пришлось подстроить приглашение в гости — от Пристани Лотоса до Юньпина был всего шичэнь полета на мече. Отсюда он успеет ускользнуть туда и быстро вернуться, и никто его не хватится. Поездке в Лотосовую пристань предшествовала длительная подготовка. Первым делом он раздобыл миниатюрный мешочек цянькунь и пришил его к своему ошейнику, замаскировав под один из помпонов. В этом мешочке он хранил все вещи — женскую одежду и обувь, вуали, коробочку с гримом, письменные принадлежности, бумагу для талисманов. Все это он терпеливо собирал в течение нескольких недель. Он всегда действовал незаметно и воровал с умом — было бы неловко, если бы поползли слухи, что в Цзиньлинтае завелся вор женских платьев. Затем Мэн Яо озаботился вопросом оружия. Хэншэн хранился в сокровищнице, и он мог спокойно туда попасть. Однако был риск, что кто-нибудь заметит пропажу духовного оружия главного преступника Цзянху. Это было бы очень веское доказательство, что Цзинь Гуанъяо вернулся. Тогда поднимется тревога, и сюда может притащиться Вэй Усянь. Мало ли какие еще талисманы Старейшина Илин изобрел, чтобы обнаруживать переродившихся злодеев! Мэн Яо не хотел рисковать. Чтобы забрать меч, но не быть обнаруженным, он решил действовать через Молин Су. Он послал Су Цинмину письмо с инструкциями и угрозами. К письму был приложен подробный рисунок Хэншэна. Мэн Яо приказал изготовить точную копию его меча, которую он потом подложит на место настоящего. Ответ не заставил себя ждать. В письме, написанном дрожащим почерком, Су Цинмин заверял, что беспокоиться не о чем, и все указания будут выполнены в кратчайшие сроки. Через две недели поддельный меч был у него. Качество копии действительно было на высоте, и отличия от оригинала мог заметить только хозяин. Что ж, подставной орден был действительно полезен. Пожалуй, в качестве поощрения он выбьет для них несколько выгодных контрактов с Ланьлин Цзинь. Мэн Яо проник в сокровищницу, забрал Хэншэн и заменил его подделкой. После, дождавшись ночи, он воспользовался одним из тайных проходов и выскользнул за пределы Башни кои. Он направился в безлюдный лес, подальше от любопытных глаз. Нужно было удостовериться, что меч слушается его так же хорошо, как и в прошлом теле. Хэншэн, к его удовольствию, послушно обвил предплечье стальной лентой. Когда он сделал выпад, меч распрямился, пронзая невидимого противника. Мэн Яо был абсолютно доволен. Он скучал по ощущению того, как на руке покоится холодный металл, незаметный, но всегда готовый к смертельному удару. Приятным открытием было и то, что меч слушался, когда Мэн Яо был и в собачьем обличье. На пробу он встал лапами на клинок и полетал туда-сюда на небольшой высоте. Он усмехнулся, представив, что собака, летающая на мече, со стороны наверное выглядела довольно забавно. Впрочем, в таком виде летать было вполне удобно, хоть и непривычно. Следующим, пожалуй самым сложным моментом в подготовке было заманить в Юньпин Вэй Усяня и Лань Ванцзы. Эти двое нужны ему там для подстраховки. Он был уверен в успехе Плана на восемь пунктов из десяти, а на случай оставшихся двух пунктов поблизости будут они, чтобы не допустить новой катастрофы. Старейшина Илин и Хангуан-цзюнь вели жизнь практически бродячих заклинателей, изредка появляясь в ордене, и убедить их приехать в конкретное место было бы довольно нелегко. Однако Мэн Яо не зря имел в своей памяти досье на каждого человека, с которым когда-либо встречался. Как можно заманить эту парочку туда, куда ему нужно? Подкинуть загадку? Сообщить о монстре, с которым могут справиться только они? Захватить кого-нибудь в заложники и вынудить прийти спасать? Мэн Яо решил действовать проще. Он отправил Вэй Усяню письмо якобы от местной винодельни, в котором сообщалось, что они изобрели новый вид вина и приглашают Старейшину Илин на бесплатную дегустацию. Если Мэн Яо правильно понял привычки мужа Второго нефрита, то он не пройдет мимо такого предложения. Итак, у Мэн Яо была одежда, другие необходимые вещи и меч. Он заманил в Юньпин Вэй Усяня и Лань Ванцзы, и сам вскоре собирается туда прилететь. Было почти все готово, осталась последняя, небольшая, но важная деталь. Мэн Яо зашел в резиденцию Цзян и спрятался в укромном уголке. Мимо прошли две служанки, которые сплетничали и абсолютно его проигнорировали. — Ах, я слышала, что наш глава отверг еще одно брачное предложение! — сокрушалась одна из женщин, — это должно быть десятое за этот год! — Ну, всем известно, как высоки стандарты нашего главы, — отозвалась другая, — все знают эти требования! Будущая хозяйка должна быть естественно красивая, грациозная и послушная, трудолюбивая и бережливая, из уважаемой семьи, уровень развития не слишком высокий, не слишком разговорчивая, голос не слишком громкий и должна хорошо относиться к его племяннику. — Ахах, ты выучила это наизусть, будто сама метишь в госпожу Цзян! — звонко засмеялась первая женщина. Та игриво толкнула ее бедром. — Я просто переживаю за счастье нашего главы! Если он и дальше будет отказываться от невест, скоро все свахи внесут его в черный список! Женщины удалились, продолжая обсуждать отсутствующую личную жизнь Цзян Ваньина. Мэн Яо подождал, когда они уйдут достаточно далеко, убедился, что никого поблизости больше нет, и принял человеческую форму. Он оделся, наскоро уложил волосы, нацепил вуаль и спрятал Хэншэн на руке. Оттуда, куда несколько фэней назад забежала пушистая собака, вышла хорошенькая низенькая женщина в скромном, но аккуратном платье. Мэн Яо направился в город. Там у него была назначена встреча с торговцем. — Вот, полюбуйтесь, госпожа, лучшие щенки духовных ши тцу, которых вы только сможете найти во всем Юньмэне! — нахваливал продавец свой товар. Мэн Яо изучал крошечные пищащие комочки, которые сидели в корзинке. Шенков было не меньше десяти штук, и все разного окраса. Тут были и серые, и рыжеватые, и коричневые, и пятнистые — на любой вкус. Внимание Мэн Яо привлек черный щенок с белой грудкой, который сидел в углу и выглядел очень серьезно. Его нахмуренная мордочка до смешного напоминала Мэн Яо одного старого знакомого. — О, хороший выбор, госпожа, — сказал торговец, заметивший его интерес, — эта девочка вырастет очень грозной! К тому же у нее самое сильное духовное основание из всего помета! Возьмите ее — точно не пожалеете! Мэн Яо задумчиво пожевал губу. Он планировал брать мальчика, но, возможно, так будет даже лучше. — Я возьму ее, — кивнул он и протянул торговцу оплату. Торговец не обманул, когда говорил, что щенок сильный и грозный. Мэн Яо шел, держа его за пазухой, но он все время тявкал и извивался, так и норовя выскользнуть. Будто подозревал, что Мэн Яо задумал что-то нечистое, и пытался сопротивляться. Мэн Яо усмехнулся — и в этом эта маленькая собачка тоже напоминала одного человека. Мэн Яо двигался через плотный поток людей, придерживая извивающееся тельце на груди. Вдруг кто-то неловко задел Мэн Яо локтем, и он дернул рукой. Щенок воспользовался ослабшей на миг хваткой нового хозяина, и тут же вывернулся из плена и шмякнулся в пыль. — Стой! — крикнул Мэн Яо черному комочку, который бросился прочь, петляя между ног людей и рискуя быть затоптанным. Он кинулся следом, пробираясь через толпу и стараясь не упустить щенка из виду. Тот, как назло, оказался очень проворным, и догнать его в такой толчее было совсем нелегко. Мэн Яо следил за щенком, не отрывая глаз. Вдруг тот остановился возле какого-то человека. Мэн Яо вздохнул с облегчением. Слава богам! Это маленькое чудовище заставило его поволноваться — прямо как тот знакомый, которого он ему напоминал. Мэн Яо улыбнулся и поднял взгляд на того человека, возле которого щенок остановился. Взгляд прошелся по добротным сапогам, подолам богатых пурпурных одежд, затем по колокольчику ясности и мечу на поясе. Мэн Яо поднял глаза еще выше и увидел очень знакомое лицо. Обычно это лицо выражало угрозу или недовольство, но сейчас на нем было написано искреннее удивление.