Как Баба Яга с амнезией боролась

      На корабле большая часть команды ещё спала, когда Ярина вышла из лазарета, окидывая взглядом палубу. Дежурные ходили туда-сюда как сонные мухи, не обращая внимания на девушку. Она никого из них не узнавала.       Она тяжело вздохнула, и, начав заплетать длинные блондинистые волосы в косу, пошла к широкому борту Моби Дика. С момента её пробуждения прошло несколько дней, но, несмотря на воистину волшебные руки местного врача, Яра так и не вспомнила ничего за последние несколько лет. Более того, как ей объяснила подруга — даже лечение её тела шло с трудом, будто сама Ярина не хотела поправляться.       Врач был вообще странным мужчиной. Марко явно злился на неё, буквально испепелял взглядом, и стоило ей показаться у него на глазах, как тот не мог не вспыхнуть голубым пламенем. К слову, когда это случилось в первый раз, Яра сильно испугалась. Нет, а вы бы не испугались, видя, как человек перед вами горит синюшным огнём? Но когда он прикасался к ней, в его руках не было грубости, не было желания сделать больно. Его касания были поддерживающими. Девушка против своей воли успокаивалась рядом с ним. И этот контраст вызывал множество вопросов.       Когда Яра спросила об этом Прагму, ответом ей стало лишь: «Это ваше, а не моё дело. Если… когда он решит с тобой поговорить, то ты всё узнаешь».       «Тоже мне, подруга называется», — раздражённо подумала тогда Яра, закручивая ленту на конце косы и перекидывая её за плечо на спину.       Что до самой подруги… она тоже сильно изменилась. Из весёлой и милой шатенки, что обожала учебу и книги, она превратилась в суровую, холодную женщину с проседью. И это за пять лет! Из продолжительного разговора Яра узнала, что они оказались в совсем другом мире и уже несколько лет бороздили моря под сильнейшим из пиратских флагов.       Как они тут оказались?       Скажем так: будьте аккуратнее в своих желаниях, когда вы их пишете под бой курантов. К слову, после этого девушки и не пьют шампанское. Всё это казалось откровенным бредом шизофреника. Как всё это могло быть реальным? Может, это был затянувшийся кошмар? Но чем больше она задавала вопросов подруге, тем сильнее убеждалась, что происходящее не плод её воспалённого мозга.       Ярина взглянула на свои руки: они были совсем не знакомы ей. Нет, тело определённо было её, но шрамы, мозоли — их не было в воспоминаниях. Её ладони никогда не были аккуратными, но не до такой же степени. Она ущипнула себя и тут же принялась растирать ноющую кожу. Слишком больно для сна.       Издав тихий стон, девушка опустила голову на сложенные на широком борте руки. Чё так сложно всё? Сейчас бы к парам готовиться, а не вот это вот всё.       Её кто-то погладил по спине, и Яра вскинула голову. С этим парнем она успела заново познакомиться вчера вечером — Эйс, юный офицер второй дивизии их большой и дружной «семьи». Да, ещё один аспект, к которому придётся привыкнуть — все здесь считали друг друга семьёй, а капитан был — натуральный батя.       — Ты чего тут страдаешь в одиночку? — Эйс явно не умел унывать — с его лица практически никогда не сходила улыбка.       — А мне не с кем, — буркнула в ответ девушка и, развернувшись, оперлась о борт спиной. — У меня стойкое ощущение, что все меня по широкой дуге обходят. Даже Прагма будто на отъебись разговаривает.       Парень встал сбоку от неё, закидывая одну руку ей на плечо.       — Не сердись на неё. Мы все тебя чуть не похоронили, когда ты сбежала.       — А куда я сбежала?       — Мы думали, ты расскажешь. Когда Марко нашёл тебя, ты на человека мало была похожа, потрепало тебя знатно.       — Пожалуйста, избавь меня от подробностей. Я хоть и не ела ещё, но, если ты будешь описывать фарш из меня, клянусь, меня вывернет на тебя.       Словно в ответ на её слова в животе заурчало, что не осталось незамеченным. Портгас чуть сжал её плечо и повлёк за собой:       — Пойдём к Татчу, украдём чего-нибудь.       — А разве трапеза не общая на корабле?       — Татч тебя любит. В отличие от нас. Не переживай, накормит.       Девушка не успела задать уточняющие вопросы, как её уже вели в ту сторону, от которой доносились соблазнительные запахи. Кухня встретила их гомоном поварят и строгим голосом, отдающим команды. Вошедших кок заметил не сразу, а лишь когда Эйс попытался стащить кусок мяса с одного из блюд. На бедовую голову опустился половник.       Интересно, этот звон был от башки Эйса, или просто у Яры фантазия разыгралась?       — Ярочка! Ведьмочка ты наша, как ты? Голодная? Вижу, что голодная, ща организуем всё, — кок стал виться вокруг девушки, разве что не танцуя.       Она не успела ничего ответить на это проявление дружелюбия, как он уже исчез. Ярина повернулась на потирающего макушку Эйса:       — А я что с ним…       — Нет-нет, что ты, — замахал руками парень. — Просто он боготворит тебя после того, как ты его кухню заколдовала.       — Я сделала ЧТО?!       В её открытый от изумления рот засунули пирожок. Во-первых, Эйс охренел так делать. Во-вторых, пирожок оказался вкусным, с мясом. Пока Яра пыталась прожевать сдобу, её усадили за стол и поставили кучу лакомств перед ней.       — А мне? — законючил Портгас.       — По губе, — огрызнулся Татч.       Девушка принялась за еду, с удовольствием щурясь от наслаждения вкусом. Кок, глядя на это, сам чуть не расплылся лужицей по кухне.       — Меня всегда радовал хороший аппетит женщин. А вот вы в последние дни меня, юная леди, своим аппетитом весьма огорчали, — его взгляд приобрёл толику осуждения.       Яра стыдливо опустила ресницы — она по началу даже от бульона и чая отказывалась на фоне стресса.       — И всё же вернёмся к нашим баранам. Что значит «заколдовала кухню»?       Эйс присел рядом и стащил из-под носа девушки ещё одну булку с мясом. Видимо, это естественное поведение юноши — беспардонность.       — Ты такой же фруктовик как я, Марко, Татч или отец. Хотя Прагма говорит, что ты колдовала ещё дома.       С понятием фруктов её немного познакомили ранее. Ярина посмотрела на свои руки ещё раз. Ничего волшебного в них не было, да и внутренние ощущения не выдавали ничего необычного.       — Да какой из меня фруктовик, — она подняла взгляд на… заснувшего с булкой во рту пирата.       — Не обращай внимания, у него случаются приступы, — Татч присел по другую сторону от девушки и подлил ей морса. — А кухню ты действительно заколдовала знатно. Лёд в морозилке за пять минут морозится, разлитое масло и вода мгновенно исчезают с поверхностей, ну и так, по мелочи. Короче, моя кухня мечты стала ещё прекраснее, чем была.       Девушка зависла на несколько секунд. Кок лишь тихо рассмеялся.       — Ты не отвлекайся, жуй давай. А то этот проснётся и доест за тебя, — он кивнул на друга.       Ярина принялась активно жевать, а то и правда, с Эйса станется.       — А что я ещё умею? — с набитым ртом пробубнила Яра.       Татч неопределённо повёл плечами и сказал, что, может быть, она найдёт ответы в своей каюте среди собственных вещей.       — Ещё бы знать, какая каюта моя, — она сыто откинулась на спинку стула и довольно зажмурила глаза.       Татч очень хитро посмотрел на неё. Девушке резко стало не по себе.       — Ты чего?       — А ты у Марко спроси, какая каюта твоя. Это он тебя заселял… в своё время.       Девушка закатила глаза.       — Он смотрит на меня, будто убить хочет, — её губы непроизвольно поджались.       — Хочет, но не убить, — о, Эйс голос подал. С добрым утром, как говорится. А почему на его лице такая ехидная улыбка?       — Что ты имеешь ввиду? — девушка наивно захлопала глазами.       Мужчины переглянулись и поняли друг друга без слов.       — Я уже и забыл, какой она была в начале.       — Я тоже. Аж не по себе.       — Угу.       — Ау, я вообще-то здесь! — Ярине захотелось натурально проклясть их икотой.       Мужчины рассмеялись в голос над своей «сестрой». Охламоны. Девушка притворно надулась и, поставив тарелки в мойку, пошла назад на палубу.       — Яра, — окликнул её Эйс, — а ты уже говорила с отцом?       Хотелось сказать, что отца она отродясь не имела, но вовремя прикусила язык. Да, тут она обрела семью, пусть и не помнила этого. Вот за это было особенно обидно в сложившейся ситуации.       — Нет. Пойду лучше Прагму спрошу че-почём. Не хочу видеть очередной осуждающий взгляд. Белоус же не погладит меня по головке за произошедшее, да?       Могла и не спрашивать, лица друганов говорили сами за себя. Да, не погладит.       — Ладно, не скучайте, — она махнула им рукой и вышла. Ей в спину раздался очередной храп Портгаса.

***

      Ярина медленно обходила комнату, в которую её привела подруга. Светлая каюта со множеством текстильных элементов: множество подушек, несколько кресел, занавески и мягкий ковёр на полу. Светлые стены были приятно разбавлены картинами, пучками трав и книжными полками. Но вот что смущало: тут была одна большая кровать и два рабочих стола. На одном лежала невнятная куча бумаг, а вот другой отличался… воистину творческим беспорядком.       — Да, на меня весьма похоже, — девушка грустно улыбнулась и прошла как раз к этому столу.       Краски, наброски, огарки свечей, травы, какие-то записки, тетради, перья для письма, фантики от шоколадок… фотографии. Яра стала их перебирать: она с Прагмой, забытые ею накама, капитан, офицеры, какие-то пейзажи. Она перевернула одну из карточек — на обратной стороне был вычерчен геометрический рисунок. Перевернула остальные — везде разные знаки, похожие на печати. Продолжив изучать стол, она открыла тетради. Внутри те были испещрены схемами и нечитаемыми завитушками. Либо это был незнакомый язык, либо её почерк стал ещё хуже за эти пять лет. Под бумагами обнаружились маленькие ножи, иголки, нитки, что-то, напоминающее вату, и куча всякого другого мусора.       Бумаги на втором столе явно были не её. И вот они были точно написаны как курица лапой. Для неё они не представляли интереса, поэтому девушка пошла исследовать шкафы.       Мужская одежда тоже была явно не её. В особенности фиолетовые рубашки — девушка ненавидела этот цвет.       — Что-то потеряла? — уставший голос до чёртиков напугал девушку, и та резко обернулась на вошедшего.       И вот именно его она хотела видеть меньше всего сейчас.