Надежда?

— Нашла?! — воскликнула Помни и подскочила с дивана. — Показывай! Зубл зашла в комнату, и они вместе сели на диван. Розововолосая показала Помни фотографию. На ней была одна из тех, что она показывала ранее. А именно японка с бледной, почти белой кожей, в квадратных очках; черные длинные волосы спадали на лицо, закрывая глаза. Она стеснительно смотрела в объектив камеры, сжимая в руках большую игрушку-корги. Одета в нежно-розовый свитер и оранжевые вельветовые шорты. — Я уже нашла ее аккаунт в Инстаграме. Думаю, она скоро нам напишет, — Зубл светилась от счастья, очень редко она была такой довольной. — Осталось подождать. — А что тебе сказали? Ну, как ты поняла, что это она? — Часто плакала на работе и срывалась на кассиров. А вот вторая, которая темненькая, была очень спокойная. Помни сжалась, вспоминая то приключение. Гэнгл зачем-то придумала его для себя, хотя Помни помнила, как тяжело ей давалась шкура начальника и вообще контроль эмоций. И даже после рабочего дня у нее не особо получилось успокоить её. — Неловко осознавать, что я была одним из таких кассиров… — вполголоса сказала Помни, перестав разглядывать фотографию и сжав в руках ткань дивана. — А надо было меньше заигрывать с «мармеладным челом», — легко улыбаясь, Зубл выключила телефон, хлопнула Помни по плечу и пошла на кухню. — «Заигрывать с мармеладным челом»? Я просто проверяла, помнит ли он меня. И вообще, его зовут Гамигу! — Помни поплелась за ней, крича вдогонку. — Да ладно, — Зубл уселась на свое любимое место, допивая банку пива, которую оставила Помни. — Я вообще не понимаю, как можно было привязаться к НПС. — Ну, он был очень живым, в отличие от других НПС… — вздохнула Помни и оперлась о кухонную столешницу, с болью вспоминая старого цифрового друга. Всё-таки его расщепление Кейном стало травмой на всю жизнь. Впрочем, каждая её дружба заканчивалась так, только те люди не исчезали, а мозолили глаза. Розововолосая сделала пару глотков из банки и склонила голову набок. — Ты же собиралась работать. — Д-да-а-а… — протянула Помни, пробегая глазами по кухне. — Мне, короче, тот чел написал. — Вы номерами обменялись? — она удивлённо вскинула брови, болтая содержимое банки в руках. — Не-е-ет… Я без понятия, как он меня отследил. — С ФБР, что ли? — С улицы, — Помни плюхнулась на стул. — Ты уверена, что ему можно доверять?.. — спросила Зубл, прищурив глаза. — Может, ну его? — Не знаю. Вроде, нормальный парень, — пожала плечами Помни и вытянула ноги, немного сползая со стула. — Ну, как знаешь… Они затихли на какое-то время. Им было комфортно молчать вместе; впрочем, девушки часто так делали. Каждая была погружена в свои мысли. Зубл думала о возвращении Гэнгл и о том, как предложит ей съехаться после выписки. Потому что у Помни так долго оставаться уже было неловко. Хотя вторая утверждала, что её присутствие никак не мешает, а даже помогает не сойти с ума и не стать параноиком. Из-за ситуации с преследователями они особенно держались вместе. Помни думала о Феликсе. Чем-то он её зацепил, веяло от него чем-то родным и таинственным… Но пока она думала о том, что хотела бы пообщаться с ним побольше. Стоило кому-то новому появиться в её жизни — и сразу все мысли были об этом. Тревожность росла и не давала покоя. Тело и душа Помни помнили каждое предательство, которое пережила девушка. Это иногда действительно походило на замкнутый круг. Единственным лучиком света пока оставалась Зубл, с которой они разговаривали. Её до сих пор удивляло, как они сейчас общаются, ведь в цирке розоволосая вечно была с Гэнгл. Больше всего Помни ждала Рагату, ведь та стала для Помни первым другом в цирке, да и если признаться, в реальности тоже… Печалила мысль, что проснётся она не скоро… Как и Королёр, который заменял девушке отца. А Джэкс… Она думала, что, наверное, стоит про него забыть. Но желание найти и навешать пощёчин было больше. Кричать, пока не сядет голос. Высказать всё, что Помни думает о нём. Трясти за плечи и говорить: «Ты мудак, Джэкс», «Тупой идиот, который не может понять свои чувства», «Тебе же не плевать на меня». Насчёт последнего, конечно, та не была уверена. Спустя минут десять Помни прервала молчание: — Как думаешь, может, всё-таки поискать Джэкса? — Помни не смотрела на Зубл, просто очень тихо пробубнила вопрос, ковыряя ногтем неровность на столе. — С ума сошла? — Зубл медленно повернула к ней голову, широко раскрыв глаза. — Хочешь второй раз нож под рёбра? Я лично нет. Она выдохнула и продолжила: — Я не буду его искать, пусть исчезнет, — та нервно пила пиво и закатывала глаза, удивляясь переживаниям Помни. — К нему, блять, по-доброму, а он — как всегда. — Ладно… ладно… Просто он же тоже пострадавший в этой истории. — Пострадавший? Он скорее соучастник, — Зубл смотрела в стену напротив, тем самым говоря: «Я всё сказала». А Помни только вздохнула и задумалась. Есть в этом доля правды… — Надо искоренять свой синдром спасателя… — Помни подогнула ноги к груди, обхватила их руками и положила подбородок на колени. — Не стоит держать около себя таких людей, как Джэкс. Это опасно, — поучительно говорила Зубл, изредка поворачиваясь в сторону подруги и наблюдая за её реакцией. Она выдохнула и смягчилась, будто только что приняла эту особенность подруги, хоть и не до конца. Ей всегда было непонятно это насильственное желание помочь или исправить человека. Особенно — желание исправить Джэкса. Зубл сама пару раз пыталась с ним поладить, но этого никогда не получалось. У него были другие планы на Зубл: переехать поравым катком, бросить в жерло вулкана или подсыпать в кофе какую-нибудь дрянь. После удаления Кейна её мнение о нём полностью испортилось. Она взглянула на Помни: её вид напоминал грустного забитого щенка. Оно и понятно — столько всего навалилось на голову. Казалось, ещё чуть-чуть — и она заплачет. — Кстати, я хочу девочкам сделать подарки, — голос значительно смягчился, Зубл сменила тему, чтобы ещё больше не расстраивать её. Помни наконец посмотрела на неё, на лице появилась малозаметная, слабая улыбка. — Как тебе идея? — Я тоже об этом думала. Хочу подарить Рагате биту для софтбола — оказывается, у неё нет своей. А Гэнгл… не знаю… Мы с ней как-то обсуждали скетчбуки. Может, подарю ей парочку, — Помни немного выпрямилась, бегая глазами по потолку и вспоминая о девчонках. — О, тогда подарю Гэнгл набор хороших карандашей, она давно говорила. Для Рагаты у меня особенный подарок, — Зубл улыбнулась хитрой улыбкой, сделала последний глоток пива и поставила банку на стол. — Татуировка. — Татуировка? Не похоже на Рагату, — Помни приятно удивилась и оперлась головой о кулак. — Это что-то типа её протеста. — Ух ты, — хихикнула Помни. — Что она хочет набить? — Из пожеланий были её любимая лошадь и какая-нибудь красивая фраза. Как только Помни услышала про татуировки и вспомнила бывшую работу Зубл, она выпучила глаза и подскочила, резко выпрямляя спину и опуская ноги обратно на пол. — КСТАТИ! — воскликнула Помни, хлопнув по столу так, что Зубл вздрогнула. — Я же писала твоей подруге с тату-салона! — она сбегала за телефоном в свою спальню, а розововолосая выпрямилась и заинтересованно глядела на экран. Помни разблокировала экран, нашла нужный чат и прочитала сообщение подруге: «Да, конечно, можем обсудить, только без присутствия Зубл». На последних словах Помни замедлилась, явно не ожидая такого условия. Зубл же сидела и бегала глазами по лицу Помни, а после озвученного уставилась в стол. — Купили… — пробормотала Зубл, её взгляд стал безжизненным — никаких эмоций, только пустота. Помни немного дернулась от такой реакции и попыталась подобрать слова к этой ситуации. — Может, не купили, может, просто… запугали, — неуверенно начала Помни, по сто раз перечитывая сообщение в надежде, что что-то там поменяется. Но этого, как на зло, не происходило. — Д-давай я встречусь с ней, может, всё не так плохо. *** Оставшуюся ночь Помни провела, успокаивая Зубл. Она предлагала ей различные варианты решения проблемы; та кивала головой, но в итоге просто молча ушла в свою комнату, приняв поражение и смирившись с утратой старых друзей. В итоге Помни всё-таки договорилась о встрече с той девицей в тайне от Зубл и решила записать их разговор на диктофон. *** Старый телефон раздался раздражающим звонком. Джэкс сидел на кровати, повернутый к нему спиной, с ножом в руках, который был успешно украден в кафе на первом этаже. Он не спал уже больше суток; бесячий телефон бил по ушам, заставляя его сжаться. Тёмные круги под глазами, мокрые от слёз щёки, разбросанные вещи по всему помещению. Время близилось к восьми вечера, на улице уже было темно. Единственным источником освещения была лампа на тумбе. Джэкс последние двадцать часов пытался уснуть, но безуспешно. Звонок прекратился. Он выдохнул и продолжил гладить руку лезвием ножа, не решаясь сделать первый надрез. В голове пусто. Только желание уснуть навсегда. Снова звонок. Он резко вскинул руки, желая закрыть уши ладонями. Кончиком ножа случайно подцарапал себе бровь, и от жгучей неприятной боли нож выскользнул из пальцев. Из свежей раны засочилась кровь. Свободной рукой он прикоснулся к месту ранения, шипя. Раздражающий звук вынудил его встать и подойти к телефону. Джэкс выдернул его из розетки, схватил тяжёлый аппарат и со всей силы бросил в стену. Техника, несмотря на такой бросок, осталась цела, что очень разозлило парня. Быстрым шагом он подошёл ближе к телефону, снова взял его в руки, приготовился к новому броску, замахнувшись на дверь… и… Стук в дверь. Пришла паника. Он, как маленький мальчик, в панике оглядывался по сторонам, думая, куда бы спрятать покалеченный телефон. В итоге он запихнул его в тумбочку. Снова стук в дверь. — К-кто там? — крикнул Джэкс, стараясь сохранить нормальный голос, но безуспешно. Дверь распахнулась, и на пороге показался терапевт. Только с улицы — красные щёки и запотевшие от холода очки. Квадратная сумка в руке. Тот же строгий пиджак и куртка в руке. Он потянулся к выключателю внутри комнаты. Щелчок — и комната озарилась светом. Мужчина снял запотевшие очки и спокойно оглядел помещение. Бардак, разворошенная кровать. Подушки в разных углах комнаты. Разбросанные вещи, рюкзак на полу. Пачка непонятных таблеток на тумбочке. Единственное, что осталось нетронутым, — это потолочная люстра. Нож на полу и сам жилец. Джэкс стоял сжатый и напуганный, будто его сейчас будут бить. Он закрывал рукой глаз; из его пальцев текла кровь и капала на маленький коврик у кровати. Один носок на одной ноге, второй — под кроватью. Терапевт на всё это только облегчённо выдохнул. В этом выдохе читалось что-то между «хорошо, что не опоздал» и «неудивительно». Терапевт спокойно прошёл внутрь номера медленными шагами, осматривая вещи. Джэкс молчал, неподвижно стоя на месте, думая, как бы объяснить всю ситуацию. — Можно, я сяду тут? — Мужчина указал пальцем на табуретку в углу комнаты. Джэкс кивнул, убрал ладонь с лица и плюхнулся на кровать, бегая глазами по полу и стыдливо осматривая каждую вещь на полу. Особенно стыдно ему было за книги, которые были разбросаны в приступе гнева. Терапевт бросил свою куртку на пол, достал из сумки планшет, бумагу и ручку. Закинул ногу на ногу и ещё раз посмотрел на Феликса, нервно дёргающего ногой. — Как вы чувствуете себя среди… этого? Джэкс открыл рот и развёл руками, не глядя на мужчину: — Никак, — он запустил руки в волосы, опёрся локтями о колени, пытаясь выровнять дыхание. — Отвратно. Терапевт посмотрел на нож у ног Джэкса, а потом на самого парня. Его спина то взмывала вверх, то опускалась. Из глаз полились слёзы. Засохшая кровь создавала впечатление, что он разбил голову. — Просто дышите. Слёзы — это хороший знак. Джэкс хмыкнул на слова терапевта, немного успокаиваясь. Он хотел задать вопрос, зачем терапевт пришёл в такую даль, но не стал. В какой-то степени он был рад его приходу. — Я знаю, что ты сейчас чувствуешь, — начал терапевт, склонив голову, неотрывно глядя на парня. — Не думаю… — сухим голосом тихо сказал Джэкс. — Ты хотел покончить жизнь самоубийством? — так же спокойно спросил терапевт, снова оглядев нож на полу. — Да, я всё решил, — он немного отдалился и продолжил: — Я хочу всё закончить. — Хорошо, ты соображаешь. Тогда у меня к тебе просьба, — не успел терапевт договорить, как Джэкс перебил его. — Какая? Отложить ножик? Попить таблеточки и начать новую жизнь? Да, ебать, охуенный план, — он наконец посмотрел на терапевта уставшими мокрыми глазами. — Издеваешься? — Нет, вовсе нет, — Мужчина поменял ноги местами, уселся поудобнее и записал что-то в тетрадь. — Расскажи, как прошли твои последние дни. Джэкс впал в ступор и смотрел на мужчину с открытым ртом и немым вопросом: «Чего?» Как ни странно, этот вопрос заставил его отвлечься, вспоминая последнее событие, а именно встречу с Помни. Его глаза стали более живыми, руки сомкнулись в замок. – Никак, снова не могу уснуть, блять. Дошёл до гостиницы, как видите, – Джекс с осторожностью выговаривал каждое слово. – А ещё… встретил одну старую знакомую… – Он немного замялся на последних словах, ненавидя себя за свой длинный язык. – Старую знакомую? – Мужчина примерно догадывался, о ком идёт речь, но смиренно молчал. – Вы про кого-то из цирка? – Д-да, – в его глазах мелькнули искреннее замешательство и удивление. Он выпрямился, взгляд заметался по комнате. Желания говорить на эту тему не было. – Неважно… – Не думаю, что это так уж неважно… – заметил терапевт, глядя на его дёргающуюся ногу. – Я притворился, будто не узнал её, точнее, будто не знаю, – нехотя продолжил Джекс. Он и сам не знал, зачем это сказал… — Зачем? Джэкс горько усмехнулся и оскалился: — А что мне ей надо было сказать? — он стал повышать голос, сжимая кулаки. — «Привет, Помни, это я Джэкс. Да, я тебя убил тогда. Бли-и-ин, представляешь»? — он комедийно скосил глаза и замотал головой, показывая всю тупость ситуации. Мужчина напротив не шелохнулся, только что-то чиркнул в блокноте. — Ты её убил? В цирке? — с небольшой паузой медленно спросил терапевт. — Да… Я убил их всех. Наступила тишина. Джэкс снова уставился в пол, его руки обмякли, плечи опустились, а взгляд потускнел. Глаза намокли. Снова он вспомнил все свои ошибки, снова вспомнил всех потерянных друзей. Вина поглотила его душу, не давая спокойно жить. Нижняя губа затряслась, по щекам покатились слёзы. Джэкс закрыл лицо руками и разрыдался. Терапевт впервые видел его таким… открытым? — Прошу, дайте мне в-всё з-закончить, — дрожащим голосом умолял Джэкс. — Нет смысла во всём этом. Они ненавидят меня. — Теперь ты нашёл её здесь. И она не знает тебя. — Просто я понимаю, что если расскажу ей, кто я, всё закончится, — Джэкс тёр глаза, пытаясь стереть позорные слёзы. — Ты чувствовал облегчение, когда убил её? — терапевт навёл на него ручку, с интересом разглядывая реакцию. Джэкс резко убрал руки от лица. — НЕТ! — он часто задышал, мотая головой. — Я просто не понимаю. Я держал нож, я смотрел на неё, бросил её в пустоту собственными руками. И при этом я хочу написать ей: «Привет, как дела?» О мой бог, какой же я монстр? Я же убил её! Я не имею права даже дышать с ними одним воздухом! — его голос сорвался на крик. — Ты боишься, что её забвение — единственный способ не убивать её, так? — Джэкс после этого вопроса замолчал, глядя на свои руки как на орудие убийства. — Я хочу, чтобы она меня простила. Но как такое можно простить? — А может, тебе нужно не её прощение? А твоё собственное? — Джэкс уставился на терапевта с приоткрытым ртом. — Ты прав, исправить нельзя. Но жить дальше — можно. И тут у тебя остаётся выбор: либо ты остаёшься в том моменте с ножом, — он покосился на нож на полу, а потом снова посмотрел на парня, — либо ты принимаешь то, что да, ты действительно убийца и предатель. Выберешь жить — у тебя появится шанс сделать так, чтобы в этом мире у неё всё было хорошо. Ты можешь стать для неё незнакомцем, который поймает, когда она будет падать. Можешь купить ей цветы. Оплатить продукты. Ты можешь заступиться за неё и за них, если кто-то будет им угрожать. Ты можешь стать её невидимым щитом. И это будет твоя каторга, твоё искупление. — Терапевт легко улыбнулся и положил планшет на колени, глядя Джэксу прямо в глаза. Тот отвернул голову и посмотрел на свои руки совсем по-другому. Истерика немного утихла. — То есть ты мне предлагаешь… стать её типа ангелом-хранителем? — он нервно хихикнул. — Прятаться и делать добро? — Я предлагаю тебе превратить свою вину в действие. Ты не можешь воскресить её в том мире. Но ты можешь защитить её в этом. Сделай это не ради прощения, сделай это как наказание, — терапевт мастерски подбирал слова и плавно двигал руками. Джэкс молча слушал его, начиная думать по-другому. — А если я не выдержу? Если я ей всё расскажу? — Тогда ты увидишь страх в её глазах. Воспринимай её забвение не как наказание тебе, а как подарок ей… И если ты выберешь суицид, она останется без защиты. *** – Что значит «не можете»? – Помни сидела в кабинете главврача, злая как никогда. Они с Зубл будто сговорились – именно сегодня весь день ворчать. Первое, что взбесило Помни, – она совершенно не выспалась. Потом утром получила выговор от начальника за несделанную работу. А третье стало добивочным: закончился её любимый сыр. Зубл же просто не понравилась погода – сегодня дождливо. В кабинете было просторно, но душно. Высокие потолки, тяжёлые портьеры, почти не пропускавшие свет, и массивная мебель из тёмного дерева. На столе – три телефона, компьютер, чайник, календарь, стопка неподписанных бумаг и печать. Главврач – женщина за сорок, в белоснежном халате, но без шапочки, с усталым лицом и цепким взглядом. Длинные белые волосы – непонятно, крашеные или седые. На груди – бейдж. – Это невозможно, врачебная тайна, – женщина сидела и постукивала ручкой по столу, не глядя на Помни. Её глаза были устремлены в окно – казалось, пришедшая её вообще не интересовала. – Но я же пострадавшая и имею право знать, что тут со мной было в этой больнице, – Помни положила локти на стол и замахала руками, пытаясь достучаться до врачихи. – Кристин, я всё понимаю. Но и вы нас поймите. Архив – это сотни тысяч карт. И вы предлагаете мне послать человека искать вашу историю лечения только потому, что вы не помните, как лежали в коме? – она наконец перевела взгляд на Помни. В глазах мелькнула лёгкая паника – будто она что-то вспомнила. – Да я не прошу искать в архиве или в журнале. Вы разве не можете посмотреть в компьютере? Поступала я в реанимацию или нет? – Помни говорила громче обычного. – Не смогу посмотреть в электронной базе. Там техподдержка что-то обновляет. Можете прийти зав… Помни перебила главврача: – Давайте я позвоню в техподдержку и спрошу, когда они закончат? – она полезла доставать телефон. Женщина на это лишь цокнула и слегка отодвинулась от стола. – Боже, какая вы дотошная… – она встала с кресла и окинула девушку недовольным взглядом сверху вниз. – Ладно. Если я дам вам справку, и в базе окажется, что пациентка с вашими паспортными данными действительно лежала, – вы меня потащите в суд. Помни, внимательно слушая, отложила телефон обратно в сумку. – Вы дадите мне письменное обязательство, – женщина пододвинула к Помни пустой лист А4, лежавший у неё на столе, – что не будете предъявлять претензий, если данные не совпадут. Тогда я рискну, – она хитро ухмыльнулась, сложила руки на груди и задрала нос кверху. Помни сделала глубокий вдох. – Хорошо, я напишу обязательство, – выдохнула она, нехотя, но согласившись на такое условие. – А ещё мне нужно ваше письменное согласие на обработку персональных данных, копию паспорта, заявление о приёме в двух экземплярах и… – она сделала паузу. – Мне нужно согласовать это с юристом. Займёт пару часов. – Не проблема, я оставлю все документы сейчас и подожду, – решительно ответила Помни, выпрямилась и сделала самое серьёзное лицо на свете. – Хорошо... – прошипела врачиха и принялась за работу, пока Помни выходила из кабинета в шумный коридор. Запах хлорки и табака сразу ударил в нос, заставив её поморщиться. Она села на мягкий пуфик напротив кабинета. Рядом стояли столик и кулер с водой. Кабинет врачихи выделялся среди остальных. На двери гордо висела табличка с именем Элли Голд. Справа от двери – информационный стенд, под ним – скамейка. И всё... Бежевые безжизненные стены. Атмосфера напоминала Помни ту неизвестную больницу за городом, где она проходила реабилитацию. Оставалось только выключить свет – и будет почти один в один. Она достала телефон, чтобы написать Зубл. Та ждала её около больницы на улице. Кристин: не замёрзла? Я, похоже, надолго тут... Ответ пришёл мгновенно. Рейган: насколько долго? Помни чуть не хлопнула себя по лбу – она забыла уточнить время... Кристин: ну... я не знаю. Рейган: тогда я схожу куплю тебе сыра, а себе посмотрю нормальные сапоги в торговом центре неподалёку. «Фух...» Кристин: давай. Помни ещё немного полазила в телефоне, пересмотрела галерею, ответила коллегам и даже успела немного поработать. Всё-таки она немного жалела, что перешла на удалёнку: было тяжело заставить себя что-то делать, особенно после того, как ей прислали аванс меньше обычного. Нечестно. И тут в самом верху экрана всплыло уведомление: Сообщение от Феликса. Ого, решил написать через день? Помни зашла в чат. Он прислал... Фотку апельсинки?