Плейлист

‎Квартира пахла гарью, холодным кофе и сигаретами. Максим сидел на подоконнике, подтянув колени к груди, и смотрел вниз, на мокрый после дождя двор. Где-то внизу мигали фары машин, люди спешили домой, смеялись, говорили по телефону, жили своей обычной жизнью. А у него внутри всё давно было разбито на мелкие осколки. ‎ ‎Илья снова не отвечал уже третий час. ‎Максим проверял телефон каждые две минуты, хотя прекрасно понимал — если бы Илья захотел, он бы написал сразу. Когда-то между ними всё было иначе. ‎Сначала были ночные звонки до утра, бесконечные катки, шутки, разговоры ни о чём. Илья смеялся тихо, почти беззвучно, и Максим ловил себя на мысли, что готов слушать этот смех бесконечно. Потом появились случайные прикосновения - слишком долгие, слишком тёплые, чтобы быть дружескими. Потом поцелуи. Потом чувства, которые никто из них не умел нормально объяснять. ‎ ‎Но любить друг друга оказалось сложнее, чем казалось в начале. ‎ ‎Максим всегда уходил в себя. Когда ему было страшно - он молчал. Когда ревновал - делал вид, что ему всё равно. Когда любил - прятал это за сарказмом и холодом. Илья злился, психовал, хлопал дверьми, но всё равно возвращался. Снова и снова. ‎

‎Перезаряжай, выстрели в спину

‎За то, что я любил

тебя лишь наполовину

‎Сожги меня, пока я сплю

в пустой квартире

‎Когда в твоих глазах огонь, ты настолько красивая

‎ ‎В тот вечер Илья пришёл без предупреждения. Дверь открылась резко, и холодный воздух ворвался в квартиру вместе с ним. На нём была чёрная толстовка, мокрые волосы падали на глаза, а взгляд был уставшим и злым одновременно. ‎Максим даже не повернулся сразу. Только затушил сигарету о край пепельницы и тихо усмехнулся. ‎ ‎- Опять исчезаешь на несколько дней, а потом приходишь как ни в чём не бывало? ‎ ‎Илья молча кинул ключи на стол, а потом подошел ближе. ‎ ‎- Ты вообще когда-нибудь любил меня нормально? - наконец спросил он тихо. ‎ ‎Максим поднял взгляд. ‎ ‎Потому что это была правда. Он любил. Но всегда будто оставлял себе путь для побега. Не отдавался до конца. Не позволял Илье увидеть всё, что творилось внутри. ‎ ‎Илья подошёл почти вплотную. ‎Его глаза блестели от злости и бессонницы. ‎ ‎- Я устал пытаться достучаться до тебя, Максим. Ты рядом, но тебя никогда нет полностью. ‎ ‎- А ты думаешь, мне легко? - резко ответил Максим. - Думаешь, я не пытаюсь? ‎ ‎— Нет, Макс, не пытаешься. ‎

‎Стираешь всё из памяти

легко и безболезненно

‎И я с оскалом каменным

глотаю это месиво

‎Молчи со мной, забудь,

о том что было

‎Я запомнил тебя голой,

но не помню счастливой

‎ ‎Тишина ударила больнее крика. Максим отвёл взгляд. На столе лежала пачка сигарет - последняя на двоих. Как будто даже никотин между ними давно был разделён поровну: кому-то горечь, кому-то пепел. ‎Илья сел напротив него на пол и устало провёл ладонью по лицу. ‎ ‎- Я уже не помню, когда мы были счастливы. - Эта фраза пробила сильнее всего. ‎Максим вдруг поймал себя на мысли, что действительно помнит Илью разным - злым, сонным, пьяным, разбитым, смеющимся сквозь истерику - но не счастливым. ‎

‎Больше нет чувств

от сна в одной постели

‎Я любил тебя в четверг,

но есть семь пятниц на неделе

‎Все остатки сигарет

между нами поделены

‎Разбивай все зеркала,

ведь так сказали мне демоны

‎ ‎Илья всегда выглядел красиво, даже когда был уничтожен морально. Особенно тогда. В этом была его самая страшная черта. Он поднялся и начал ходить по комнате, нервно сжимая пальцы. ‎- Ты знаешь, что самое противное? - тихо сказал он. - Я всё равно люблю тебя. Даже сейчас. Даже после всего. ‎ ‎Максим почувствовал, как внутри всё болезненно сжалось. Он хотел подойти. Хотел обнять. Сказать хоть что-то нормальное впервые за долгое время, но вместо этого снова молчал. ‎ ‎Илья усмехнулся - устало и разбито. ‎ ‎- Вот видишь. Опять. ‎ ‎Он подошёл к зеркалу в прихожей и долго смотрел на своё отражение. Потом резко ударил кулаком по стеклу. ‎ ‎Треск. ‎Осколки посыпались на пол. ‎ ‎Максим вздрогнул. А Илья только смотрел на разбитое зеркало так, будто хотел увидеть в нём кого-то другого. Не себя. Не их. ‎Кровь медленно стекала по его пальцам. ‎- Ты больной, - тихо сказал Максим и наконец подошёл ближе. ‎ ‎- А ты нет? ‎ ‎Максим осторожно взял его за руку. Илья дёрнулся сначала, но потом замер. Между ними всегда так: сначала больно, потом тихо. ‎ ‎- Не уходи сегодня, - почти шёпотом сказал Максим. ‎ ‎Илья долго молчал, а потом посмотрел на него так, что внутри снова всё загорелось. Те самые глаза. Тот самый огонь, от которого невозможно спастись. ‎Максим ненавидел эту красоту. ‎Потому что именно из-за неё всегда возвращался обратно. Илья медленно коснулся лбом его плеча. Усталый. Разбитый. Родной. ‎ ‎Они стояли посреди тёмной квартиры, среди сигаретного дыма, осколков стекла и недосказанных слов. ‎ ‎Макс понимал: завтра они снова могут поругаться. Илья снова может исчезнуть. Они снова будут делать друг другу больно, потому что оба не умеют любить спокойно. ‎ ‎Но в эту ночь никто из них не ушёл. ‎ ‎И впервые за долгое время Максим позволил себе обнять Илью так, будто действительно боялся потерять. ‎

Мне мало твоих пощёчин

спускайся на метр вниз

‎Все раны на твоей шее

оставленный мной эскиз

‎Среди всех красок города

ты выбрала чёрный цвет

‎Сказала что я солнце,

но я мёртвый рассвет

‎