Последнее лето: встреча на другом конце

За окном шумело знойное лето. Ветер аккуратно шевелил занавески, пахнущие солнцем и домашней едой, которую готовила бабушка весь день. Вечер опускался на деревню крайне медленно и не торопясь, укрывая деревянные дома золотым солнечным светом. Гарам сидела на полу возле кровати, поджав ноги под себя. Старый блокнот лежал раскрытым на ее коленях. Страницы уже давно выцвели, некоторые уголки были помяты по краям, а между ними до сих пор ощущался запах старой бумаги, речной сырости и лета. Странное чувство дежавю не давало покоя Гарам. Казалось, будто она уже проживала все эти моменты, о которых читала в последних строчках в блокноте. Некоторые моменты плотно засели в памяти. Особенно образ реки недалеко от дома, где располагался небольшой деревянный мостик. Она осторожно провела пальцем по последней странице, и там, среди тёмных чернил виднелись буквы: «С любимым человеком даже молчать хорошо будет» Гарам еще долго смотрела на них, а потом подняла взгляд на бабушку. Та сидела у окна в старом кресле, укрытая тонким пледом, и вязала что-то при тусклом свете лампы. Очки чуть сползли на кончик носа, а за её спиной тянулось небо, окрашенное в мягкий розовый цвет. – Бабушка.. – Мм? – Так вот оно как.. – она помедлила. Бабушка посмотрела на нее из под очков. Сердце так странно билось. – Они любили друг друга? – Да, – бабушка улыбнулась, глядя на Гарам. – Любили. На душе появилась тоска, которую она переживала раньше. Перед глазами на секунду мелькнуло что-то чужое и одновременно до боли родное: смех, всплеск воды, теплый вечер, мокрые волосы, голос, который она не могла вспомнить полностью. Гарам резко подняла голову. – Мне кажется, что я уже читала это раньше. Откуда-то издалека донёсся тихий шум реки. И на мгновение Гарам показалось, что за этим звуком скрывается чей-то смех, очень знакомый, но такой далекий. Бабушка внимательно посмотрела на неё, а потом вдруг едва заметно улыбнулась. – Иногда, – тихо сказала она, – некоторые истории не заканчиваются даже тогда, когда лето уже прошло. Гарам снова опустила взгляд на страницу дневника. И теперь она была уверена в своих воспоминаниях.