Oculus: Ministry quest

В Атриуме к нему в кабину лифта набились ещё четверо министерских служащих. Обычно он молча вставал в дальний угол, чувствуя, как чужие взгляды цепляются за его светлые волосы. Сейчас же Малфой вальяжно прислонился к зеркальной стенке, вытянул вперёд длинные ноги и сам с любопытством осмотрел попутчиков поверх тонкой чёрной оправы.  Он вышел на этаже Департамента международного магического сотрудничества и неторопливо двинулся по светлому коридору. Несколько проходящих мимо ведьм проводили его затяжными взглядами. Драко не стал утруждать себя анализом, что именно привлекло их внимание. Он лишь глубже сунул руки в карманы брюк и свернул к сектору международных соглашений. Секретарь Грейнджер, худенькая веснушчатая ведьма по имени Табита, подскочила со своего рабочего места, стоило его высокой фигуре появиться в дверном проёме. — Мистер Малфой! Мисс Грейнджер в данный момент занята, у неё… — Прекрасно, — бросил он на ходу. — Но вы не можете просто так… Драко отмахнулся от неё и толкнул тяжёлую дубовую дверь. Грейнджер сидела за своим необъятным столом, предсказуемо погребённым под лавиной министерских пергаментов. Охапка белых пионов уже успела перекочевать в массивную стеклянную вазу и теперь занимала вызывающе много пространства, источая удушливо-сладкий аромат. Сбоку от стола над раскрытой папкой склонился Энтони Гольдштейн. Драко остановился на пороге, прислонившись плечом к лакированному косяку и скрестив ноги в лодыжках: — О, Энди, и ты здесь. Какая неожиданная и прискорбная встреча.  — Я Энто… — Да-да, абсолютно неважно, — Малфой вынул правую руку из кармана и качнул ладонью в сторону коридора. — Пока. — Что за… —  Гольдштейн перевёл вопросительный взгляд на Грейнджер. — Энтони, мы закончим этот аудит позже, — она медленно опустила перо на стол.  — Но, Гермиона, у нас регламент… — Позже. — Конечно… как скажешь, — он скривил лицо, сгрёб свои пергаменты, смяв край кожаной папки, и обошёл Малфоя по максимально широкой траектории.  Драко проводил его приторной улыбкой и захлопнул дверь прямо перед озадаченным лицом секретарши. — Что ты себе позволяешь?! — Грейнджер тут же вскочила с кресла, одёргивая вниз платье. Драко всё ещё сжимал холодную дверную ручку. Это помогало держать равновесие. Он посмотрел на неё через всю длину кабинета, с глухим шипением выдохнул сквозь зубы и опустил голову. — Мерлин… — пальцы легли на виски, чуть сдвигая тонкую дужку артефакта. Даже зная, что всё это лишь искусная иллюзия, он оказался совершенно не готов к тому, насколько настоящей будет она. — Малфой, — голос Грейнджер стал тише, растеряв прежнее раздражение, — что с тобой происходит? — Со мной? — руки безжизненно опустились вдоль бёдер. — Не знаю. Он медленно двинулся к столу. Где-то там, за невидимым куполом этой безупречной лжи, безжалостно тикало реальное время. Поттер должен был вернуться уже через два часа, но пока Грейнджер стояла прямо перед ним — живая, осязаемая до сводящих с ума мелочей. Драко упёрся ладонями в полированный край стола, заставив старое дерево скрипнуть, и подался вперёд. Между ними всё ещё оставалась широкая полоса столешницы, но теперь он смог заметить всё: золотистые крапинки в её карих глазах, россыпь крошечных веснушек на переносице. — Непривычно видеть тебя так близко. Её напряжённые брови на секунду расслабились, а взгляд испуганно пробежался по его лицу: — С тобой всё в… Драко смазал финал её фразы, отводя глаза и цепляясь ими за шальной каштановый локон, лежащий на чёрной ткани платья. Он так долго представлял, каким он будет на ощупь. Зацепится за кожу или проскользит по ней, как шёлк? Рука сама двинулась через стол, и Грейнджер, кажется, в одно мгновение превратилась в камень.  Его пальцы осторожно подцепили прядь, пропуская её между фалангами. Волосы оказались невесомыми и намного более мягкими, чем он ожидал. — Малфой? Он молча накрутил локон на указательный палец, завороженно наблюдая, как тугая спираль стягивает бледную кожу. — Мягкие, — едва различимо пробормотал он. — Что… что ты делаешь? Драко ослабил хватку. Прядь пружиной скользнула обратно, мазнув по её ключице. Рискуя окончательно потерять голову, он едва-едва, кончиками пальцев коснулся её плеча. Грейнджер шумно втянула воздух, но не сделала ни шагу назад. Видя эту податливость, он опустил ладонь ниже. Подушечки пальцев поползли по обнажённой коже руки, и по её предплечью волной прокатилась дрожь, вздымая мелкие мурашки. Даже это сумел воссоздать дурацкий артефакт. — Драко? Она никогда его так не называла. Но здесь… — Ещё раз, — выдохнул он, ощущая, как тесно становится в груди. — Ч-что? — Назови меня по имени. Ещё раз. — Драко, — Грейнджер медленно провела кончиком языка по пересохшим губам, — да что с тобой происходит? Он соскользнул ладонью обратно на стол, низко склоняя голову, и отрешённо посмотрел на свои пальцы, затерявшиеся среди растрёпанных листов пергамента. — Я столько всего хотел тебе сказать, — он криво усмехнулся, качнув головой, — но это заняло бы гораздо больше времени, чем у меня есть. — Я не понимаю. — Поттер скоро вернётся. — Причём здесь Гарри? — Ни при чём. Как обычно, — Драко снова вскинул на неё глаза.  Хотелось запомнить всё: недоумение на её красивом лице, ломаный ритм дыхания, румянец, который теперь вовсю заливал её щёки и сползал ниже, прячась под вырезом платья. И даже эти раздражающие пионы, от сладкого запаха которых уже слегка кружилась голова. — Честно говоря, я сам не знаю, что творю, — признался он, и уголок его губ дёрнулся. — Возможно, я всё же недостаточно хороший человек... Она молчала, всё более внимательно вглядываясь в его глаза. — ...но если у меня осталась всего пара часов, прежде чем всё это растворится в воздухе… — Драко зажмурился и сжал губы в тонкую линию, пытаясь унять волнение, — то я не хочу тратить их на разговоры. Он отступил в сторону и обошел край стола. Грейнджер провожала его взглядом, поворачивая голову вместе с корпусом и не отдаляясь ни на дюйм. Когда он остановился, между ними остался всего один короткий шаг. Теперь ему приходилось смотреть на неё сверху вниз, и эта знакомая разница в росте сделала иллюзию окончательно реальной. Малфой поднял внезапно отяжелевшую руку и осторожно провёл костяшками пальцев по её щеке. — Мерлин… как же сильно я хочу тебя поцеловать, — большой палец скользнул к уголку её рта, и Драко замер, изучая её лицо. — Скажешь хоть что-то? — прошептал он, медленно обводя контур её губ. Подушечка пальца надавливала на мягкую кожу, оставляя светлый след, который исчезал через секунду. Грейнджер не дышала. Только карие глаза неотрывно следили за его движениями. Вдруг она разомкнула губы — и кончик влажного розового языка легко коснулся его пальца. Малфой дрогнул. Резко убрал руку от её лица, зарылся пальцами в локоны на затылке и, чуть надавив, притянул ближе, тут же накрывая её губы своими. Его язык очертил ровный ряд зубов, толкнулся глубже, мазнул по чувствительному нёбу, забирая каждый её выдох себе. Вторая ладонь легла на её талию, очертила острые выступы позвонков и опустилась на ягодицу. Драко инстинктивно подался бёдрами вперёд, ощущая сквозь тонкую шерсть брюк каждое её движение. Очки на переносице раздражали, мешали чувствовать её на своей коже, но оставались единственным якорем, удерживающим эту реальность от распада.  Грейнджер, словно прочитав его мысли, подняла руку, и её пальцы сомкнулись на дужке. Малфой перехватил запястье, не прерывая поцелуя, и завел руку за спину, не давая ей ни единого шанса довести дело до конца. — Даже не думай. Только не снимай их. — Что ты… — она безуспешно попыталась отстраниться, — подожди, — Грейнджер всё-таки высвободила свои пальцы и упёрла ладони в его грудь. — Что ты делаешь? Я… я не понимаю… А если сюда кто-то зайдёт? — Наконец-то я делаю то, что мне хочется. И нет, сюда точно никто не зайдёт. Она замерла на долю секунды, словно взвешивая что-то в уме, а затем сама рванулась навстречу. Так резко, что их зубы болезненно столкнулись. Горячий выдох сорвался прямо ему в рот, когда она углубила поцелуй, и Драко сильнее сжал ладонь на её шее, подушечкой большого пальца ощущая, как бьётся пульс. Её плечи расправились, грудь плотнее прижалась к его рубашке, и теперь каждый вдох отзывался вибрацией всего тела. Грейнджер качнулась к нему, ещё сильнее вдавливаясь бёдрами в уже натянутые эрекцией брюки. От этого движения мышцы внизу его живота тут же свело секундной судорогой. Он втянул её нижнюю губу, провёл по ней языком, слизывая тихий стон буквально, и спустился поцелуями к подбородку, не позволяя ей отстраниться. Она запрокинула голову, открывая линию шеи, и Драко прижался ртом к тонкой коже под челюстью.  От неё пахло пионами, хотя теперь сладкий цветочный аромат смешивался с теплом разгорячённого тела и чем-то её собственным, еле слышным, от чего ему захотелось вдохнуть ещё глубже. Он сгрёб ткань её платья в кулак и потянул вверх. Подол пополз по ногам, открывая обнажённую кожу. Стоило его тёплой ладони лечь на её бедро, как Грейнджер вздрогнула и стиснула зубами его нижнюю губу. Вспышка боли неожиданно показалась очень приятной. Драко повёл рукой выше, ощущая, как под пальцами напрягаются мышцы, и остановился лишь у самого края узкой полоски белья. Гермиона вжалась в него ещё сильнее, непроизвольно оттесняя от края стола. Её руки обхватили его за шею. Тонкие пальцы зарылись в короткие волосы на затылке, требовательно потянули на себя, заставляя Малфоя слегка запрокинуть голову. Гермиона провела губами по его подбородку, спустилась к горлу, оставляя после себя на коже влажные следы, а затем снова нашла его рот. Поцелуй превратился в беспорядочную схватку. Воздух в лёгких стремительно заканчивался, его съехавшие очки мешались, цепляясь за её растрёпанные кудри, но ни один из них даже не подумал остановиться. Драко сдвинул оправу обратно на переносицу и мгновенно вернул руку под подол её платья. Пальцы обхватили бедро, скользнули по нежной коже, и Грейнджер со свистом втянула воздух: — Драко… От собственного имени, сорвавшегося с её губ этим умоляющим тоном, член болезненно дёрнулся в брюках. Не выдержав, он подхватил её под ягодицы и рывком оторвал от пола. Гермиона испуганно вскрикнула, цепляясь за его плечи. Ноги разошлись, обнимая его бока, каблуки скользнули по задней поверхности бёдер и сомкнулись у него за спиной. Она нетерпеливо заёрзала, устраиваясь удобнее, и Драко стиснул веки до появления белых пятен, пытаясь абстрагироваться от того, как при этих движениях её промежность тёрлась о его член. Он отступил от стола, сминая подошвами ботинок рассыпавшиеся по полу пергаменты. До шкафа оставалось всего несколько шагов. Малфой преодолел их вслепую, не разрывая поцелуя, и прижал её спиной к стеклянной дверце. Гермиона выгнулась, случайно зацепившись плечом за деревянную ручку, и он приподнял её выше, смещая немного в сторону. Она выдохнула, и её ладонь с силой надавила на его затылок, возвращая губы Драко к своим. Теперь между ними не осталось абсолютно ничего, кроме жалкого слоя одежды. Он вжался пахом между её разведённых ног, ладонь под платьем крепче стиснула ягодицу, а пальцы второй руки скользнули вдоль спины и легли у основания шеи, удерживая голову под нужным углом. Грейнджер почти беззвучно стонала ему в рот. Он ловил эти звуки губами, языком, чувствовал, как они зарождаются глубоко в её грудной клетке и бесследно растворяются в их общем сбитом дыхании. Её ладонь нырнула под распахнувшийся ворот его рубашки. Ногти прошлись по коже, оставляя за собой жгучие дорожки тонких царапин. Затем её рука, соскользнув на предплечье, сжала его прямо поверх чернильного блэкворка. От прикосновения к перекрытой Метке по руке пробежала дрожь, но Драко только сильнее прижался к её телу, не позволяя ни одному мрачному воспоминанию прорваться сквозь возбуждение.  Он со стоном оторвался от её губ и уткнулся лбом в висок, с трудом заталкивая кислород в пылающие лёгкие. Её грудь тяжело вздымалась, а разгорячённая кожа под его ладонями покрывалась скользкой плёнкой испарины. Малфой проследовал приоткрытыми губами вдоль её скулы, добрался до уха и обвёл языком чувствительную раковину. Гермиона вздрогнула. Пальцы на его затылке сжались, дёргая волосы до боли, а её голова сама собой откинулась к холодному стеклу дверцы, открывая ему ещё больше беззащитной кожи. Драко спустился ниже. Короткий поцелуй в шею. Ещё один. Укус под ухом, от которого она судорожно сжала его бёдрами и снова, словно в бреду, выдохнула его имя. Всё это было слишком настоящим… Приятная тяжесть её тела в его руках, мелкая дрожь в напряжённых мышцах её бёдер, солоноватый привкус разгорячённой кожи на языке и этот бешеный пульс, бьющийся прямо под его губами. Проклятый артефакт... Ладонь Малфоя поднялась по внутренней стороне её бедра. Тонкое кружево белья зацепилось за указательный палец, и он оттянул эластичную ткань в сторону. Дыхание Гермионы мгновенно оборвалось, замерев где-то у его уха. Он успел почувствовать, как... Тяжёлая дубовая дверь влетела в стену. — Малфой, я тебя уже по всему Минис… — голос Поттера оборвался на полуслове. Тело Грейнджер напряглось моментально. Пальцы замерли на затылке, бёдра всё ещё сжимали его торс, но прежняя расслабленность испарилась за секунду.  Он застыл, не убирая ладонь из-под задравшегося подола платья, и продолжал гипнотизировать её лицо. Румянец стремительно расползался по её шее, добираясь до кончиков ушей. Дикие глаза Гермионы были устремлены куда-то ему за плечо, а губы оставались полуоткрытыми, будто она внезапно забыла, как ими двигать. — Святые угодники! — испуганно взвыл Поттер, отшатываясь назад и притягивая дверь на себя, тем самым закрывая обзор уже вытянувшей шею Табите. — Мерлин! Годрик Гриффиндор! Альбус, мать его, Дамблдор!  Грейнджер дёрнулась и попыталась опустить ноги. Драко придержал её за талию, дожидаясь, пока она поймает равновесие, а затем резко отдёрнул руки. Она потянула ткань платья вниз, трясущимися пальцами поправляя сползшую бретельку, после чего мгновенно развернулась лицом к шкафу, судя по всему, пытаясь скрыть покрасневшее лицо. Драко крутанулся к двери: — Поттер?!  — Да! — Гарри сорвал с лица очки и отшвырнул их в сторону. — Я ослеп! Хвала небесам! — И что, драккл тебя дери, ты здесь делаешь?! Малфой тяжело дышал, пытаясь вернуться в происходящее. В висках набатом стучала кровь, блокируя мыслительные процессы, а член болезненно упирался в ширинку, совершенно не понимая, почему всё это внезапно закончилось. — Я?! — Нет, блядь, Дамблдор! — Ищу тебя, кретин! Ты испарился из Отдела тайн, а потом мне доложили, что ты вломился к Гермионе и выставил из кабинета Гольдштейна! — Это не объясняет, какого хера ты материализовался внутри моей симуляции! — Драко раздражённо дёрнул плечом. — В… в какой ещё симуляции? — мертвенно-тихим шёпотом переспросила Грейнджер из-за его спины. Малфой проигнорировал её, продолжая буравить взглядом Поттера. Тот прищурил глаза, пытаясь рассмотреть тонкую чёрную оправу на переносице Драко: — Какие очки на тебе? — А тебе… — Малфой, ты что... — Поттер в секунду побледнел, а затем нагнулся, подхватил с пола отброшенные очки и натянул их на переносицу. — Гарри, что происходит? — Гермиона оттолкнулась от шкафа и сделала два неуверенных шага вперёд. — Боксы перепутали… — Какие боксы, Поттер?! — Драко ощутил, как адреналин хлынул в кровь, и грудную клетку тут же стянуло тугим спазмом. — С артефактами. Рабочая пара и незаконченный экземпляр лежали в одинаковых защитных контейнерах. Стажёр поставил пломбы не на те крышки, и тебе… — Гарри запнулся, бросив короткий панический взгляд на Грейнджер, — тебе отдали черновой корпус. Я поэтому тебя искал… — Нет... — Малфой… — Они сработали! Они... — ...запустились, — произнёс Поттер уже тише. — Это не одно и то же. — Нет! Я зафиксировал тепловой импульс, руническая матрица отозвалась на мою магию, я почувствовал подключение к… я… — Малфой, там нет проекционного ядра. Эти очки ничего не создают и никуда не погружают сознание. Драко смотрел на него, не моргая. — Сними их. Просто сними. Малфой поднял ладонь, но не сразу попал по дужке. Палец скользнул по виску, зацепив волосы, и ему пришлось попробовать ещё раз. Наконец он стянул оправу с лица и на несколько мгновений зажмурился. Когда он открыл глаза, Поттер по-прежнему стоял у двери, неловко держа руки за спиной. На полу валялись пергаменты. Белые пионы мелко дрожали от сквозняка, а на стеклянной дверце шкафа темнел мутный отпечаток его ладони. И сама Грейнджер… Она стояла в трёх шагах от него, тяжело дыша. Платье было опущено, но сидело немного неровно. Волосы превратились в дикое каштановое облако, губы были искусаны, пунцовые и припухшие от его недавних голодных поцелуев, а чуть ниже уха, на бледной шее, проступило багровое пятно. Настоящая… Всё было настоящим. — Подожди… — голос Гермионы сорвался. Она подняла ладонь к губам, коснулась влажной кожи и замерла. — Ты… ты всё это время думал, что находишься внутри иллюзии? Что это… была не я? Драко открыл рот, но не смог произнести ни слова. Она посмотрела на него внимательнее, и шок на её лице сменился осознанием:  — Ты поэтому говорил, что у тебя осталась пара часов? — Грейнджер… — Нет, стой! — она резко мотнула головой, пытаясь отбросить с лица спутавшиеся кудри. — Ты пришёл сюда, чтобы... чтобы заняться сексом с... с моей воображаемой копией?! Поттер в этот момент тактично отвернулся к окну.  — Я не собирался… — О, да ты что! Драко опустил взгляд на свои руки: на костяшках пальцев остался золотистый шиммер её пудры. Его затошнило от собственной беспомощности. — В Атриуме ты даже не смог зайти со мной в один лифт! — Это не… Грейнджер, ты не понимаешь... — Так объясни! — Я знал, что настоящая ты никогда бы… — Не смей заканчивать эту фразу, — она сделала стремительный шаг вперёд и с размаху ткнула указательным пальцем ему прямо в грудь. — Ты даже не попытался узнать! — Я... я... — кровь била в виски так сильно, что он почти не слышал собственного голоса. — Прости. Драко буквально вылетел из кабинета, на полном ходу впечатав Поттера плечом в дверной косяк. Он швырнул злосчастную оправу на стол ошарашенной Табиты и бросился к лифтам. Он несколько раз ударил по кнопке вызова, и только когда металлические створки наконец сомкнулись, отсекая его от внешнего мира, позволил себе тяжело привалиться затылком к зеркальной стене. Внутри кабины было пусто. И это стало его первым и единственным везением за весь этот проклятый день. Малфой запрокинул голову и зажмурился, но облегчение так и не наступило. Воспалённое сознание безуспешно пыталось сбалансировать две абсолютно несовместимые мысли: Грейнджер действительно его хотела; он только что выставил себя перед ней клинически больным придурком. — Блядь... — прорычал он себе под нос как раз в тот момент, когда лифт затормозил на уровне Отдела тайн. Он быстро пересёк круглый зал и заперся в кабинете. Только там Драко остановился, упёрся ладонями в край стола и сделал несколько глубоких вдохов, заставляя обезумевшее сердце вернуться хотя бы к отдалённо приемлемому ритму. Выпрямился, запустил пальцы в платиновые волосы и с силой потянул за пряди у самых корней. Вспышка острой физической боли немного отрезвила его, хотя мысли всё равно продолжали циркулировать в режиме сумасшедшего торнадо. Только спустя несколько минут Малфой наконец заметил новую защитную сферу, беззвучно зависшую прямо над его рабочим столом. Внутри неё, окружённая пульсирующими янтарными искрами, парила ещё одна чёрная оправа. Рабочий экземпляр. Настоящий. Драко долго смотрел на него, после чего устало закрыл лицо ладонями. Он снял защитные чары кокона, активировал диагностические контуры и по уже имеющимся формулам начал скрупулёзно сопоставлять архитектуру обоих экземпляров. Для финального заключения информации хватало, а испытания на людях, если такие вообще понадобятся, вполне мог провести кто-нибудь, чья личная жизнь ещё не была уничтожена магической оптикой. К тому времени, как он поставил подпись на последнем листе пергамента и запечатал сферу, стрелки часов показывали начало восьмого. Драко положил документацию в папку, затушил свет и вышел из кабинета. В Атриуме в это время практически никого не было. Замечательно... Он быстро пересёк холл, не поднимая головы, шагнул в проём камина и швырнул под ноги щедрую горсть летучего пороха: — Малфой-мэнор. Изумрудное пламя взметнулось до самого потолка. Через мгновение Драко ступил на мраморный пол малой гостиной поместья и резко затормозил, едва не потеряв равновесие. Прямо напротив, на огромном бежевом диване, расположилась Грейнджер. Она невозмутимо закинула ногу на ногу, сложила руки на коленях и пристально смотрела в его сторону сквозь… круглые очки в тонкой металлической оправе. — Ты… что ты здесь делаешь? Гермиона слегка склонила голову набок, отчего пара кудрей упала ей на лицо: — Жду тебя. — Но как… как ты вообще сюда попала? — Через камин Гарри, — она многозначительно постучала пальцем по дужке. Грейнджер поднялась с дивана, сделала уверенный шаг вперёд и тут же впечаталась голенью в угол тяжёлого журнального столика. — Чёрт! Он действительно слепой, — промычала она себе под нос. Уголок рта Драко дёрнулся, но улыбнуться по-настоящему так и не получилось.  Грейнджер, теперь уже гораздо осторожнее, обогнула столик и подошла к нему практически вплотную. Последние полшага она преодолела, вытянув руку перед собой, пока не упёрлась ладонью ему в грудь. — В моей реальности, — Гермиона снова постучала ногтем по оправе, — мы не закончили кое-что… Драко застыл. Она что… Спустя бесконечную секунду шока его пальцы наконец ожили. Он поднял руки, коснулся её тёплых висков и осторожным, но уверенным движением снял с неё дурацкие очки. — В моей тоже.