Глава 14
16 мая 2026 г., 20:10
Ночью, когда Нику перевязали и уложили спать, Марк снова стоял на дежурстве.
Он думал о Кате. О её гневе, который оказался на самом деле горем. О её сломанном голосе. О том, как она обнимала Нику — ту, кого только что хотела убить.
— Ты ещё не спишь?
Он обернулся. Есения стояла в дверях, запахнувшись в плед.
— Дежурю, — сказал Марк.
— Я вижу. — Она подошла и села рядом. — Можно с тобой?
— Можно.
Они молчали. Смотрели на зомби. Считали их — двадцать три, двадцать пять, двадцать семь. С каждым днём их становилось больше.
— Ты правильно сделал, что не сказал им про переключение, — вдруг сказала Есения.
Марк повернулся к ней.
— Ты знаешь?
— Я не глупая, Марк. — Есения посмотрела на него своими ледяными серыми глазами. — Я видела, как она вошла в тот коридор. Её глаза были чёрными, но она двигалась не как зомби. Она двигалась как человек, который знает, что делает. Она контролировала это.
Марк молчал.
— Я не скажу остальным, — сказала Есения. — Но ты должен понимать, что это — бомба замедленного действия. Если кто-то узнает, что она может становиться одной из них по желанию…
— Она не станет, — сказал Марк. — Она не хочет.
— Хочет или нет — не важно. Важно, что она может.
Есения помолчала.
— Знаешь, я вспомнила кое-что. Алиса — та девочка, с которой всё началось. Её родители работали в какой-то лаборатории. Я слышала, как учителя обсуждали.
— Что значит — с которой всё началось?
— Ну, она была первой, — пожала плечами Есения. — Кто-то из родителей принёс заразу домой, она подхватила, пришла в школу и всех заразила.
— Кто её родители?
— Не знаю. Какие-то учёные. Или охранники. Я не помню.
Они замолчали.
Внизу, на первом этаже, зомби продолжали бродить. Пар из их ртов поднимался к потолку, смешивался с пылью и лунным светом, становился похожим на туман.
— Что мы будем делать, когда еда кончится совсем? — спросила Есения.
— Пойдём в лабораторию, — сказал Марк. — За вакцинами. И за ответами.
— Думаешь, они там есть?
— Должны быть.
Есения кивнула и ушла спать.
Марк остался у окна. Он смотрел на зомби, на их белые облачка пара, и думал о том, как холодно им должно быть. Вечно.
И о том, что Ника, наверное, единственная, кто понимает это по-настоящему.
