Виолетта? Не совсем...

***

Весёлый оклик (рёв, тигриный рык и все остальные синонимы применимые к речи Квон Сунёна) вырывает Джонхана из раздумий о том, с какими всё-таки превратностями судьбы ему придётся сегодня встретиться. — Джонхан! — Мм? — Срочно нужна твоя помощь!

***

Вот так он здесь и оказался. Вы спросите, где, но лучше уточните, в чём. Потому что незаменимый на съёмочной площадке сопродюсер Джонхан сейчас стоит за кулисами в струящемся платьице цвета пыльной розы, еле доходящем до колен и неудобных туфлях на высоком каблуке, которые, к тому же, не очень подходят ему по размеру, и размышляет о том, что же его всё-таки довело до этого. Наверное, переработки. Определённо. Именно они доводят людей до ручки и до белого каления, так почему бы им не довести Джонхана до переодевания в девушку из девушки, в которую он уже и так был переодет стараниями одного очень и очень пронырливого американца? А может быть, последней каплей стала выпитая Джонханом для храбрости "капля" синьки световика Джуна, бутыль с которой он хранит в одном из списанных прожекторов? Хотя искать виноватого бесполезно: в рабочий сезон всё что угодно может пустить жизнь Джонхана под откос. А точнее, под слепящие софиты танцевать с очень перспективной, но очень избирательно забывчивой (шутка ли — приехать без участницы на музыкальное шоу) гёрл-группой.

***

— PD-ним, вы точно всё запомнили? — Участливо спросила его лидер той самой группы, частью которой ему придётся стать. — Да... Кажется, так.. — Немного растерянно пробормотал Джонхан, от чего-то застыдившийся своей нескладности на фоне девушек. — Вас, наверное, сильно тревожит это всё. Простите за беспокойство. — Постаралась утешить Джонхана девушка, но это только больше распалило его волнение. — Да ладно, раз уж вы приехали, значит это что-то масштабное. А на нашей площадке ничто масштабное просто так не срывается. Не берите это в голову, Юри. Лучше идите позаботьтесь о своих мемберах. — Отпустил лидера, пахавшего сегодня за четверых, Джонхан, чтобы в одиночестве оплакать свою и так не безупречную репутацию. — Спасибо большое, PD-ним! Сегодня мы будем работать ещё усерднее! — Выпалила Юри и, ловко лавируя на каблуках среди бесконечных вешалок с костюмами, поспешила к своим участницам. Но только Джонхан дорвался до желанного уединения, к нему в кабинет влетел Руководитель Квон на пару с Джошуа, едва державшимся на дрожащих от бесконечной беготни ногах. Юн-PD, вставший, чтобы поприветствовать Руководителя, уже как-то привычно поправил подол юбки и грациозно склонил голову в ожидании указаний. Шестое чувство Джонхана подсказывало, что в такой суете остриженная ёжиком макушка Руководителя Квон уже выронила из себя все указания, поэтому скорее всего за обменом приветствиями должны были следовать очередные опросы для выявления у него деменции. Иначе Джонхан не мог объяснить, почему все так и норовили поинтересоваться состоянием его памяти. — Юн-PD, ты всё помнишь? — Наверное в пятисотый раз спросил Сунён. — Да. Кажется, всё. — Рассеянно ответил Джонхан, к пятисотому разу автоматически выдававший эту фразу на любой вопрос от Руководителя Квон. — Хорошо. — Убедившись в том, что Юн-PD относительно справляется с возложенной на него задачей, Сунён не стал тратить ни минуты больше и резко развернулся на пятках к ожидающим его указаний помощникам. — Чан-а, Севентин приехали? — Да, Руководитель! — Со всем имеющимся энтузиазмом отчитался усердствующий с рассвета, как и полагается молодым, помощник. — Отлично! — Прорычал Руководитель Квон и стал красться в сторону обители световиков (перманентной камерной пьянки), что позволило двум загнанным до полуобморока PD расслабиться и высказать друг другу все претензии. — Джошуа, почему мы не могли поставить вместо той девчонки Чан-и? — Возмущённо зашептал Джонхан, предварительно дёрнув непрестанно отвлекающегося на работу другана за болтающийся без всякой пользы рукав. — И почему сюда сейчас приехали какие-то Севентин, когда мы поставили окна между группами по полчаса, и это и так непозволительная роскошь! — Спокойно-спокойно, Хан. Понимаешь, Чан, он... — Я бревно, PD-ним. — С неотъемлемым энтузиазмом выпалил помощник. — Что, реально? — Изобличил наглую ложь зарвавшегося юнца Джонхан. — А я, получается, бобёр что ли? Кому ты заливаешь? — Тем более ты говорил, что танцуешь. — Отнюдь не ловко проигнорировал эту перепалку Джису, продолжая гнуть свою линию наперекор всем катастрофам, разворачивающимся за его спиной. — И ты очень похож на отсутствующую Виолетту. — И это повод так издеваться над любимым другом? — Протарахтел Джонхан, чьи ноги постепенно превращались в фарш под влиянием золотой жилы ортопеда — каблуков. — Show must go on. — Пожал плечами Джошуа, равнодушный ко всем уловкам Джонхана. — Ладно, проехали. А что с Севентин? — Вяло продолжил допрос Джонхан, но то, что он услышал дальше заставило встать дыбом даже те волосы, о наличенствовании которых на своём теле он даже не подозревал. — Тебе не сказали? Вы с ними выступаете, в парах. — Буднично сказал Джошуа, будто он зачитывал скучную новость про собрание масонских бабок на подъездной лавочке. — То есть, за мою талию будет держаться не милашка Юри, а какой-то мужик?! — Возопил Джонхан. — Не какой-то, а сам Чхве Сынчоль. — Ехидно добавила Юри, каким-то айдольским чутьём выяснившая то, что о ней где-то говорят. — Молчи, ты сама отказалась с ним танцевать! — Отбил удар Джонхан. — А я, думаешь, хочу чтобы за мою талию держался какой-то мужик? — В свою очередь заметила Юри, и Джонхан не смог с ней не согласиться. Всё же в отличие от её партнёра из Севентин, он и вправду оставался для неё каким-то мужиком ввиду того, насколько непродолжительным было их знакомство.

***

Настал час Х и обе группы провели за кулисы, где они должны были мучительно томиться в ожидании выхода. Несмотря на то, что изначально мучительно томился только Джонхан, после того, как один из кондиционеров вышел из строя, все остальные разделили его настрой и присоединились к его горестным стенаниям. Но пока Джонхан потихоньку накручивал себя до состояния оголённого нерва, он не заметил, как кто-то гусиным шагом подобрался прямо к его уголку за ящиками с реквизитом. — Привет, Виолетта-нуна. — Раздалось в считанных сантиметрах от уха Джонхана, и он едва удержался от того, чтобы закричать на всю площадку. Благо, лень Юн-PD не знала границ, и его тело даже не додумалось до того, чтобы хотя бы приоткрыть рот, чтобы отреагировать на "внешний раздражитель". — Привет... — Проблеял Джонхан и, прикинув логически, добавил, — Сынчоль-а, ты готов? — Всегда готов. — Тряхнул намертво залаченной макушкой Сынчоль, и Джонхан расслабленно выдохнул, радуясь правильному предположению, только для того, чтобы снова напрячься в страхе разоблачения. — Нуна, ты болеешь? Что с твоим голосом? — Немного простудилась. — Применил универсальную отмазку Джонхан. — Но Юн-PD-ним сказал, что ничего страшного в этом нет и поставил мне фонограмму. — Юн-PD-ним? — Внезапно оживился Сынчоль, хотя казалось бы, куда больше? — Поверить не могу, что он на такое способен. Меня он постоянно игнорирует, а я никогда не нахожу в себе сил подойти ещё раз или снова поздороваться. — А зачем тебе с ним здороваться, если не секрет? Вы же вроде даже не из одной компании. Пока со всеми на площадке перездороваешься, уже состаришься. Я здороваюсь только с теми, кого помню и кого часто вижу. Собственно, одно от другого и зависит. А так, от знакомых я прячусь в каби... в гримёрке. — Ни с того ни с сего разоткровенничался Джонхан, достигший предела взвинченности. — Да я просто всегда безумно восхищался Юн-PD-нимом, и мне очень хочется выразить ему благодарность за то, что он продолжает вдохновлять меня. Но, к сожалению, игнорировать меня он тоже продолжает. — С какой-то подозрительной интонацией прошептал Сынчоль, глядя прямо в глаза "Виолетты". Сердце Джонхана ухнуло куда-то в пятки. Где-то на подкорке он понимал, что агент раскрыт. — Да уж. Нелегко тебе. — Неловко посмеявшись, попытался поддержать диалог, а заодно и Сынчоля Джонхан. — Но я уверена, что у тебя когда-нибудь получится вывести его на разговор. — Спасибо, нуна. Я тоже на это очень надеюсь. — Просиял Сынчоль и целиком и полностью снова сосредоточил своё внимание на "Виолетте". — Тебе не нужно повторить хореографию? Девочки сказали, что ты много путаешься. — Да, что-то я сегодня варёная. — Повторил за знакомыми танцорами Джонхан. — Прости. — Ничего, нуна. С тобой даже варёной очень приятно работать. — Подбадривающе улыбнулся Сынчоль, и Джонхан уже не мог не смириться с тем, что он верит этой улыбке. Но виду он не подал, всё же в одночасье переквалифицированный из Юн-PD в Виолетту Джонхан всё ещё не был уверен в том, насколько его поведению соответствует образу девушки-айдола. — Надеюсь на то... Что ты не лжёшь, паршивец. — Решил продолжить играть немного своенравную старшую Джонхан. — Нуна-а-а. — Протянул Сынчоль и утянул Джонхана в тесную подсобку, чтобы причинить тому непрошеное добро, помогая отточить движения до идеала, к которому Джонхан вовсе не стремился.

***

— Five, six, seven, eight!.. — Очередной раз просчитал Сынчоль, и очередной раз просчитался Джонхан, вступая не на тот счёт. — Ещё раз? — С ума сошёл? — Спросил выдохшийся Джонхан, поправляя регулярно выпадающие из причёски пряди. — Зачем ты спрашиваешь вообще? Конечно, ещё раз. — Сынчоль, чутко подметивший перемену в настроении "партнёрши", не смог сдержать свою улыбку при виде такого рвения. — Нуна, не перестарайся только, а то устанешь, даже не выйдя на сцену. — Усмехнулся Сынчоль, за что больно получил хрупкой ладонью, на первый взгляд едва отличимой от листьев папоротника-орляка. — Нарываешься?

***

Дополнительные прогоны с Сынчолем действительно помогли Джонхану обрести некое подобие уверенности в своих действиях, и на мгновение он даже забыл о том, что ему следовало бы волноваться перед своеобразным "дебютом" на сцене. Однако, как только Джонхан вышел под софиты под руку с Сынчолем, его голова опустела, а взгляд судорожно забегал по бесконечным макушкам зрителей всех полов и возрастов. И хорошо, что в это время чья-то тёплая рука сжалась вокруг его собственной, приводя Джонхана в чувство, и знакомый голос, осипший от нескончаемого счёта, прохрипел: "Ты сможешь. Я верю в тебя". И от чего-то Джонхан, считавший себя последним человеком, который бы отреагировал на столь бесхитростный жест поддержки, сжал руку Сынчоля в ответ и смело шагнул в начальную позицию. В это время отвечавший за панику за кулисами Джошуа догрызал уже третью ручку и благодарил всех богов (а особенно Амура) за то, что Мингю катастрофически лажал, как и всегда при работе с Севентин: а именно, не сводил камеру со своего биаса Вону, оставляя весь остальной мир размытым или за кадром. Признательный Джошуа впервые столкнулся с такими тёплыми чувствами в отношении неуклюжего оператора, роняющего слезу каждый раз, когда руки Вону оказывались "непозволительно" близко к его партнёрше.

***

После последнего, в кои-то веки адекватно выглядящего дубля, все присутствующие на музыкальном шоу не смогли сдержать выдох облегчения: зрители, чьи голосовые связки прокляли своих хозяев после неизвестно какого по счёту фанчанта; стафф, беспокойно кусавший губы с каждой крошкой пудры, осыпавшейся с Джонхана; оператор Мингю, после выступления моментально отбросивший камеру для того, чтобы метнуться за плакатом в поддержку Вону; ждущий возможности выключить прожектор и достать оттуда любимую наливку световик Джун; поседевший Джошуа, поправляющий челюсть, чтобы даже зубы не покинули его и чрезвычайно грамотно правящий этот Великий бал Сатаны неизменный Руководитель Квон. В течение следующих пяти минут участники перформанса рассыпались кто куда, а Джонхан... Джонхан, вызванный на ковёр в кабинет Руководителя Квон, успел получить и нагоняи, и задачи на остаток рабочего дня. В надежде, что работа отвлечёт его от бури в своём расшатанном прорвой ничуть не ординарных событий, произошедших с ним сегодня, сознании, но, увы, чем только не проверенное решение в этот раз дало сбой: каждый жест, каждое слово этого несчастного Сынчоля сквозило двойными смыслами, но картинка упорно отказывалась складываться в голове уже начинающего посапывать над бумагами Юн-PD, разбитого неопределённостью того, во что он ввязался. А пока чья-то заметно атлетичная тень рыскала среди техники и стелющихся по всем поверхностям отрезам габардина. Завидев свою цель, тень резко дёрнулась, и приземистая миловидная девушка оказалась на грани того, чтобы выронить охапку шпилек из миниатюрных ладоней от страха. — Оппа! Что ты творишь? — Сорри, Юри. — Не проявил ни намёка на раскаяние Сынчоль. — Юри-я, дай мне, пожалуйста, номер Виолетты. — Он точно должен быть где-то записан у тебя. — Безучастно отозвалась Юри, всё ещё даже не повернувшаяся к нарушителю своего спокойствия. — Да брось. — Хмыкнув, закатил глаза Сынчоль. — Ты же лучше, чем кто-либо другой знаешь, о чём я. Номер Виолетты, которую мы оба прекрасно знаем, у меня, конечно же давно записан. Но мне нужен не он. Мне нужны 11 заветных цифр той Виолетты, которая была сегодня. Этот спектакль был очевиден с самого начала. — Пожал плечами Сынчоль и (не) навязчиво протянул листок, наспех вырванный из блокнота и явно украденную ручку с эмблемой компании местных визажистов. — Ну же, ты даёшь мне номер, и никто не узнаёт, что Юри создала клон участницы своей группы и подменила её. — Заканючил Сынчоль, готовый на меры любой степени отчаяния ради осуществления своего плана. — Я уж испугалась твоей серьёзности, а ты как был бестолочью, так и остался ею даже в угрозах, оппа. — Наигранно устало вздохнула Юри. — Номера "Виолетты" у меня нет, проси у Джуна-щи. — Почему даже у него есть его номер? — Разразился гениальным вопросом Сынчоль. — Понятия не имею, наверное, потому что они... Коллеги, нет? — Приподняв одну бровь, съязвила Юри. — Однако, тебе следует поторопиться: Аполлон расчехлил свой прожектор. — Чёрт! — Именно. — Опять вздохнула Юри, вымотавшаяся за эту минуту общения с невыносимым Чхве, чтоб его, Сынчолем больше, чем за всё выступление, но зато подсобившая всем, чем только могла.

***

— Джун-щи, можете дать, пожалуйста, номер Виолетты, выступавшей сегодня, а я вам... — Взмолился Сынчоль перед выкручивавшим крепежи всевозможных форм и размеров из корпуса прожектора Джуном. — Ничего не надо. Номера у меня всё равно нет. — Упрямо тряхнул немного спутавшимися космами световик, по обыкновению пьяный и без вина. — А утиные язычки из Шэньчжэня? — Состроил щенячьи глазки Сынчолем, четверть минуты назад также провернувший этот трюк с одним из своих мемберов в целях получения этих самых утиных язычков. — Расчехляй телефонную книжку. 010-94... — Преисполнился благосклонным духом Джун, уже прочувствовавший, какую отменную закусь ему подогнали. — Спасибо, Джун-щи! — Зови меня хёном, красавчик. Удачи! — Прощаясь то ли со своей трезвостью, то ли с Сынчолем махнул рукой Джун.

***

— Юн-PDним, спите? — Тем вечером Джонхан ожидал вздрагивать от любого шороха. Но не от этого оглушающего своей тупостью способа завязать переписку же! — Не сплю. — К своему же удивлению ответил Джонхан, на что на его экране тут же высветилось уведомление о входящем звонке. — Алло? Юн-PDним? — Да, это я. — Только начал отвечать почему-то знакомому голосу Джонхан, как вдруг оказался им же и прерван. — Или Виолетта? — Сынчоль? — Да, PDним. Благодаря вам, сегодняшнее выступление удалось на славу. Думаю, это повод нам с вами пообедать вместе. — Да? — Переспросил сонный и оттого туже соображающий Джонхан. — Мне кажется, эта причина не очень убедительна. — Значит, ваша точка зрения такова... Тогда можно вас пригласить на свидание? Без всякого повода? — Выбросил последний козырь из своего рукава Сынчоль. — Что? — На миг завис Джонхан и неожиданно для самого себя на автомате согласился. — Да-да, конечно. О времени договоримся в переписке тогда. До встречи. С того дня Чхве Сынчоль был уверен, что потратил свой пожизненный запас удачи на это желанное "Да-да, конечно".