Они были счастливы

Леон вышел раньше обычного. Дверь тихо закрылась за его спиной, а в голове все еще крутилось утро на балконе. Он медленно спустился по лестнице и вышел в объятия холодного утра. Он похлопал по карманам куртки в поисках ключей, но вспомнил, что оставил машину возле управления. Он глубоко вдохнул влажный воздух. После ночного дождя город казался серым. Асфальт все еще блестел, в лужах отражалось затянутое тучами небо. Холодный ветер неприятно бил в лицо. Леон поежился и спрятал руки в карман. Он неспеша шел вдоль набережной. Машинально достал зажигалку, неосознанно сжал ее в руках. В голове стоял неприятный гул — будто мысли не исчезли, а просто превратились в тяжелый шум, от которого невозможно избавиться. Пламя вспыхнуло не сразу, как будто издевалось. — Да ладно тебе… — пробормотал он себе под нос, но все-таки с третьего раза огонь позволил зажечь сигарету. Не успел Леон докурить, как перед ним появилось здание управления — серое, массивное и такое же уставшее, как люди внутри. Толкув тяжелую дверь и войдя в теплое помещение, он коротко кивнул дежурному и прошел дальше по коридору. — Ты выглядишь как человек, который не спал всю ночь либо убил кого-то с утра, — бросил Марк, едва Леон вошел в кабинет. — Одно другому не мешает, — сухо ответил он, бросая куртку на стул. Леон сел за стол и включил компьютер. Яркий свет экрана больно ударил по глазам. Стоило ему открыть почту, как вдруг зазвонил телефон. — Слушаю. — Леон, Харви сидит в допросной. Дело зашло в тупик. Нужно вывести его на чистую воду, но ты это и сам понимаешь. — Так точно. Уже иду.

***

Комната для допросов была тесная и душная. Все пропахло сигаретами и дешевым кофе. Тусклый свет люминесцентной лампы лениво освещал маленькую комнату, периодичеси мигая и раздражая глаз. Кондиционер снова не работал. За мутным стеклом двери то и дело мелькали силуэты сотрудников, были слышны их приглушенные разговоры и редкие телефонные звонки. Леон открыл папку дела и бегло пробежал глазами по материалам. Харви Дэниелс. 35 лет. Финансовый директор строительной фирмы, через которую отмывали деньги. Гладкое лицо, идеально выглаженная рубашка и спокойное выражение лица. Слишком собранный для человека, через счета которого прошло почти восемь миллионов долларов. Марк устроился в соседней комнате за зеркалом-шпионом с ноутбуком, готовый вести протокол допроса. Экран слабо подсвечивал его лицо. Леон сел напротив Харви и открыл папку с материалами по делу. Фотографии стройки, показания свидетелей, бухгалтерские выписки. И три погибших рабочих после обрушение недостроенного паркинга. Леон задержал взгляд на снимках и включил диктофон. — 17 сентября, время 9:34, допрос фигуранта по делу номер 659. Итак, мистер Дэниелс, вы знаете этого человека? — Он положил на стол фотографию мужчины сорока лет. Харви взял снимок в руку и внимательно посмотрел. — Нет. Впервые вижу. — Вы уверены? — На сколько помню — да, — ни один нерв не дрогнул на его лице. Леон пару раз стукнул пальцами по столу и перевернул страницу. — А ваш секретарь говорит об обратном, — сказал он, не сводя взгляд с Харви. — По его словам, вы виделись, как минимум, дважды. Дэниелс пожал плечами: — Значит, он ошибается. — Или врете вы. — Это уже ваши догадки, — Харви даже не пытался защищаться. И это бесило больше всего. — Мы запросили детализацию по вашему номеру и нашли семь исходящих звонков за последний месяц этому человеку. Более того, мы обнаружили несколько переводов на его счета. С чего бы это? — Я занимаюсь финансами крупной фирмы, у меня сотни клиентов, да и переводы — обычное дело, что вас так смущает? — Харви отвечал слишком быстро, будто готовился. Леон почувствовал, как внутри медленно начинает подниматься раздражение. В последнее время оно вспыхивало слишком легко. Недосып. Постоянный шум в голове. Тишина дома, которая давила. А теперь еще этот человек напротив — спокойный и собранный, будто за всей этой историей нет ничего, кроме скучной бухгалтерией. Леон закрыл папку. Не резко, но звук всё равно вышел громче, чем нужно. Марк поднял глаза от ноутбука. — На вашей стройке погибло три человека, — голос Леона стал холоднее, — вы в курсе? — Да, это трагедия. — Трагедия? — Он усмехнулся. — Нет, мистер Дениелс. Трагедия — это когда происходит что-то случайно. А у вас все было ржавое еще до заливки бетона. Леон бросил фотографии на стол. Харви быстро посмотрел на снимки и отвел взгляд. Впервые за все время. Маленькая деталь, но Леон заметил. Как всегда. — Ваш бухгалтер уже дал показания. Мы нашли документы по закупке дешевых материалов через фирмы-однодневники. Хотите и дальше делать вид, что ничего не понимаете? — Без адвоката я не — — Да плевал я на вашего адвоката. В комнате стало резко тихо. Только лампа под потолком противно гудела. Марк за стеклом отвлекся от компьютера и посмотрел на агента. Леон и сам понял, что сказал лишнего, но остановиться уже не мог. — Вы хоть раз были на этой стройке? — спросил Леон. — Это не входит в мои обязанности. — Очень удобно, — кивнул сам себе и отвел взгляд в сторону зеркала. На секунду он увидел в отражении собственное лицо — уставшее, с потемневшими от недосыпа глазами. Леон резко подался вперед. — Тогда я вам объясню, как это выглядит со стороны. Вы экономите на материалах. Деньги выводите через левые счета. Потом обваливается целый этаж и гибнут люди. А вы сидите здесь с таким лицом, как будто ничего не произошло, — Леон повысил голос. Харви поджал губы. Наконец хоть какая-то реакция. — Следите за тоном, агент. Этого оказалось достаточно. Леон резко ударил ладонью по столу. Так сильно, что стакан дрогнул, и вода пролилась на бумаги. — Не надо меня учить, как проводить допрос. Марк в соседней комнате тихо выругался и уже поднялся со стула, готовый войти, если понадобится. Он впервые видел его таким. Холодным и сдержанным — да, но не агрессивным. Но Леону было все равно. Кровь громко пульсировала в ушах. Он тяжело дышал, не сводя взгляд с Харви. Злость внутри была слишком сильной, и дело было не только в допросе. Он вдруг понял, что последние дни он носил ее в себе постоянно. Дэниелс молчал. И это раздражало. Леон выпрямился, схватил папку со стола и сухо бросил: — На сегодня хватит. — Он выключил диктофон и вышел из комнаты. И только закрыв за собой дверь, он заметил, что его руки дрожат. — Ты совсем охренел? — Марк догнал его спустя несколько секунд в коридоре. — Что ты творишь? Леон быстрым движением ослабил галстук, как будто тот мешал дышать, и лишь отмахнулся. Он уже отвернулся, собираясь уйти, но Марк схватил его за локоть и развернул к себе. Леон резко выдернул руку. — Не начинай. — Нет, ты мне ответишь. — Марх нахмурился, — я же вижу, что что-то не так. Ты на него чуть не набросился. — И что? — Леон закатил глаза. — «И что»? Я тебя не узнаю. На секунду между ними повисла тишина. Недалеко гудел старый автомат с кофе. Мимо прошел кто-то из сотрудников, но они даже не обратили на него внимания. — Все нормально, — сказал Леон, цокнув языком. — Да нихрена не нормально, — Марк повысил голос. — Ты впоследнее время сам не свой, на людей бросаешься. Ты вообще спишь? — Хватит, — его голос звучал раздраженно, а рука машинально коснулась лица. Он попытался снова пройти мимо, но напарник преградил ему дорогу. И в этот момент у Леона окончательно лопнуло терпение. Он с силой впечатал папку в грудь Марка, заставляя того отступить к стене. — Марк, отвали, а — он сжал руки в кулаки так сильно, что побелели костяшки. — А то я не посмотрю на то, что ты мой друг. Коридор снова погрузился в тишину. Было слышно только тяжелое дыхание Леона. Марк медленно перевел взгляд с папки на напарника и впервые действительно напрягся. Потому что Леон никогда не терял контроль физически. Не успел Леон осознать, что произошло, как за спиной услышал голос Джулии: — Марк, Леон, вас ждет капитан. Срочно.

***

Кабинет капитана встретил мужчин сильным запахом табака и старой бумаги. Жалюзи были опущены наполовину, из-за чего серый холодный свет полосами ложился на стены. Капитан Рейнольдс стоял возле окна, спиной к двери. В руках — чашка с уже остывшим кофе. — Садитесь, — в голосе капитана чувствовалось злость. Значит разговор будет не из приятных. Леон молча опустился на стул. Марк сел рядом, бросив на него быстрый взгляд. Рейнольдс еще какое-то время смотрел в окно, но потом наконец повернулся к ним. — Что на тебя нашло? — голос у капитана был серьезным и холодным. — Уже доложили? — Леон поднял на него взгляд. — А ты как думаешь? Пол-этажа слышало, как ты там орал. Марк тихо вздохнул, но ничего не сказал. Капитан подошел к столу и поставил чашку. — Ты старший агент, Кеннеди. Какого черта мне звонят из внутреннего контроля и отчитывают как школьника? Леон откинулся на спинку стула и провел рукой по лицу. — У меня все было под контролем. — Да? А судя по записи с камер, ты ему чуть шею не свернул. — Может, и стоило, — Леон слегка усмехнулся. — Только попробуй еще раз выкинуть подобное дерьмо у меня в отделе. Кеннеди закатил глаза и раздраженно выдохнул. — Из-за этого ублюдка погибло три человека, а он сидел и ухмылялся, как будто это пустяк. — И что? Ты первый день работаешь? — капитан не на шутку разозлился. Губы были поджаты, а брови нахмурены. — Нет, но — — Тогда веди себя как профессионал, а не как новичок после первой драки. На лице старшего агента забегали желваки, а кулаки сжались, оставляя следы от ногтей на ладонях. — Ладно, — Рейнольдс открыл папку. — С этого момента ты отстранен от дела Дэниелса. Все замолчали. Даже часы на стене будто остановились. Глаза Марка бегали от капитана к Леону и обратно. Кеннеди замер, глаза стали почти черные. — Серьезно? — он сглотнул. — Более чем. Леон резко поднялся со стула, заставив его жалобно заскрипеть. — Я месяц под него копал, и вы так просто меня убираете? — он быстро заходил по кабинету, из-за чего тот показался еще меньше. — Я убираю тебя, потому что ты устроил цирк в допросной. Леон отвел взгляд и усмехнулся, хотя весело ему не было, — Цирк… — Да, именно так это и выглядело. Ты велся на дешёвые провокации как ребёнок. В комнате повисла тишина. Марк сильнее вжался в спинку стула, как будто пытался спастись от взрывной волны. Рейнольдс же не сводил взгляд с Леона. — Со мной все нормально. — Кеннеди подошел ближе к столу и посмотрел на капитана. — Да нихера. Ты на людей начал бросаться. В коридоре своего напарника чуть не впечатал в стену. Марк тихо выдохнул: — Ну вообще-то впечатал. Леон бросил на него злой взгляд: — Очень вовремя. — Я еще тогда сказал тебе успокоиться. — Заткнулись, — резко оборвал их Рейнольдс, — оба. Леон отошёл в сторону и облокотился спиной о шкаф, скрестив руки на груди. Скулы еще были напряжены. — Короче так, — капитан устало потер лицо. — Две недели дома. Без работы. Без самодеятельности. Потом поговорим. — Это приказ? — Нет, блять, дружеский совет. — Ясно, — Кеннеди подошел к столу и машинально потянулся к папке с делом. — Оставь. Несколько секунд Леон просто смотрел на фотографии внутри папки. Потом убрал руку и вышел из кабинета. На этот раз дверью он не хлопнул.