Система памяти

Уснуть Агата не смогла. После разговора с Александром мысли в голове крутились слишком быстро, цепляясь одна за другую. Исчезнувшие сотрудники фонда. Закрытый проект. Наблюдение. Попытка убийства. И самое неприятное — Аннет явно знала больше, чем говорила. Особняк ночью всегда менялся. Днём он выглядел безупречно: светлый камень, ровные голоса, дорогая мебель, идеальный порядок. Но после полуночи в нём появлялось что-то другое — длинные тёмные коридоры, приглушённый свет настенных ламп и ощущение, будто дом внимательно слушает шаги. Агата тихо закрыла дверь комнаты и направилась вниз. Если в фонде действительно происходило что-то серьёзное, следы должны были остаться в документах. Аннет могла скрывать информацию от совета, от полиции, даже от неё самой… но бумажные архивы редко умеют лгать так же хорошо, как люди. Особенно старые архивы. Она уже почти дошла до лестницы восточного крыла, когда за спиной раздался спокойный голос: — Я начинаю думать, что у тебя аллергия на здравый смысл. Агата даже не вздрогнула. Она знала, кому принадлежит этот голос. Александр стоял в нескольких шагах от неё, засунув руки в карманы тёмных домашних брюк и явно выглядя как человек, который тоже не спал. — Ты следишь за мной или у тебя просто пугающе плохой режим сна? — И то и другое. — Очень мило. — Я стараюсь. Он перевёл взгляд на лестницу. — Дай угадаю. Ты идёшь искать секретные документы посреди ночи. — Вообще-то звучит довольно разумно. — Нет, Каттен, это звучит как начало фильма ужасов. Агата замерла. Каттен? Слово прозвучало неожиданно мягко в его обычно насмешливом голосе. Она чуть прищурилась. — Что это значит? — Котёнок. — Ты сейчас серьёзно назвал меня котёнком? — Ты маленькая, злая и постоянно лезешь туда, куда не надо. По-моему, всё логично. — Это худший комплимент в моей жизни. — Но ты всё равно его запомнишь. К сожалению, он был прав. Агата закатила глаза и всё-таки пошла дальше по коридору. — Ты идёшь со мной или продолжишь раздражать меня на расстоянии? — Я многозадачный. Через минуту они уже спускались в восточное крыло. Эта часть особняка использовалась редко. Здесь хранились старые документы семьи, архивы фонда и вещи, которые «могут пригодиться», но которыми никто никогда не пользовался. Воздух был прохладнее, чем наверху. Агата достала ключ из ящика маленького столика у стены — ещё в детстве она знала почти все тайники в доме. Александр это заметил. — У тебя подозрительно большой опыт для человека, который вырос в особняке, а не в криминальной организации. — Ты сейчас очень оскорбил британскую аристократию. — Поверь, она переживёт. Дверь архива тихо открылась. Внутри пахло бумагой, пылью и старым деревом. Узкие лампы под потолком включались медленно, освещая высокие шкафы с папками и коробками. Александр почти сразу стал серьёзнее и слишком внимательно осмотрел комнату. — Что? — тихо спросила Агата. Он подошёл к одному из шкафов и провёл пальцами по металлической ручке. — Здесь кто-то был. — С чего ты взял? — Пыль. Её нет на ручке. И папки стоят неровно. Агата почувствовала, как внутри неприятно похолодело: кто-то уже искал что-то здесь, причем совсем недавно. Она быстро подошла к секции с архивами фонда Харрис и начала просматривать папки. Финансовые отчёты, контракты, старые инвестиционные документы… Потом её пальцы замерли. Одна папка отсутствовала. На полке остался только бледный прямоугольный след от пыли. — Александр. Он подошёл ближе. — Что было здесь? Агата посмотрела на маркировку рядом. Проект «Элизиум». В ту же секунду где-то наверху раздался звук. Тихий, но отчётливый. Шаги. Они оба замерли. Они были слишком отчётливыми, чтобы списать это на старый дом или сквозняк. Медленные, размеренные, словно человек совершенно не боялся, что его услышат. Агата инстинктивно сделала шаг ближе к Александру, его взгляд резко скользнул к двери архива, а тело метнулось вперед, намереваясь закрыть англичанку собой. — Здесь есть второй выход? — низким, пугающе холодным тоном спросил швед. Агата быстро кивнула. — Через старое хранилище, но… Шаги остановились прямо над ними. Повисла тишина, а потом половица наверху тихо скрипнула. Теперь стало кристально ясно: там кто-то стоял. И слушал. Александр молча взял Агату за запястье и мягко потянул за собой между высокими архивными стеллажами. Движение было быстрым, уверенным и настолько естественным, будто он делал подобное сотни раз. Они остановились в узком проходе между шкафами, куда свет почти не доходил. Агата слышала собственное дыхание, и дыхание Александра — слишком близко. Где-то наверху снова раздался звук шагов, на этот раз — ближе к лестнице. Человек явно двигался к восточному крылу. Секунда, и освещение в архиве резко погасло. — Чёрт, — тихо выдохнула Агата. Рука Александра мгновенно легла ей на талию, удерживая на месте прежде, чем она успела случайно врезаться в полки. — Тихо, Каттен. Его голос прозвучал совсем рядом, почти у её уха. То ли из-за этой фразы, то ли из-за происходящего вокруг, по спине Агаты пробежали мурашки. Адреналин, трепет, любопытство… и страсть. Все эти эмоции смешались в один пугающе захватывающий коктейль. Пока они стояли там, в полной темноте, слыша только дыхание друг друга, у Агаты проскользнула мысль, что она совершенно не боится. Скорее, девушку пугало то, насколько ей нравилось происходящее. Нравились её чувства в этот момент. Она хотела разгадать загадку, хотела приключений, хотела ощущать мир вокруг. Наверху хлопнула дверь. Теперь шаги звучали уже на лестнице. Медленно, без спешки, будто человек точно знал, что внизу кто-то есть. Агата почувствовала, как пальцы сами сжались на рукаве мужчины. Он слегка повернул голову в её сторону. — У тебя в доме всегда так весело по ночам? Она едва слышно фыркнула. Даже сейчас. Даже сейчас он умудряется шутить. — Если выживем, напомни мне повысить охране зарплату. — Нет смысла. Их всё равно нужно увольнять. Шаги стали ещё ближе, будто теперь их отделяла буквально одна дверь. А потом всё снова стихло на несколько бесконечных секунд. Агата почти физически чувствовала напряжение Александра рядом с собой — неподвижное, собранное, опасное. Как натянутая струна. И вдруг телефон Агаты завибрировал. Она едва не выругалась вслух. На экране вспыхнуло имя Аннет. Александр закрыл глаза на секунду, будто мир только что окончательно решил проверить его терпение. Вибрация снова разрезала тишину архива, и в тот же момент за дверью кто-то остановился. Александр медленно протянул руку к её карману. Так, чтобы не было ни единого лишнего звука. Он достал телефон, посмотрел на экран и едва заметно нахмурился. — Почему твоя тётя звонит тебе посреди ночи именно сейчас? — Думаю, это вопрос не ко мне. Телефон резко замолчал, повисло несколько секунд полной тишины, и вдруг шаги начали удаляться. Без спешки, словно человек за дверью понял достаточно. Александр не двигался ещё секунд десять, прислушиваясь. Только после этого тихо выдохнул: — Либо нам невероятно повезло, либо нас сейчас очень профессионально пугают. — Ты просто феноменально умеешь успокаивать людей. — Спасибо, Каттен. — Перестань говорить так, будто мы женаты уже десять лет. — В таком случае я был бы гораздо более уставшим. Она закатила глаза, но почувствовала, как напряжение всё-таки немного отпускает. Александр отпустил её только сейчас, и Агата неожиданно остро ощутила отсутствие его руки на талии. Очень не вовремя. Она быстро отвернулась к полкам с документами. — Нужно найти информацию по «Элизиуму». — Нужно уйти отсюда. — Александр… — Кто-то уже знает, что мы здесь. — Именно поэтому надо понять, что они искали. Он посмотрел на неё тем самым взглядом, который она уже начинала узнавать. Взгляд человека, заранее понимающего, что спор проигран. То-то же. — Ты невыносимая. — Мне уже говорили. — И почему у меня ощущение, что ты этим гордишься? — Потому что я этим горжусь. Где-то наверху внезапно хлопнула дверь, и по всему особняку раздался женский голос: — Алекс?! Александр замер. Впервые за всё время он выглядел искренне удивлённым. Агата не разобрала, что мужчина пробормотал по-шведски, но настроение уловила и медленно повернулась к нему. — Судя по твоему лицу, это либо бывшая девушка, либо катастрофа. — Иногда это одно и то же. Не успел он договорить, как в коридоре послышались быстрые шаги, после чего дверь архива резко распахнулась. На пороге стояла высокая светловолосая девушка в тёмно-красной кожаной куртке. Серые глаза быстро скользнули по комнате — по Александру, по Агате, по архивам, по выключенному свету, и остановились на руке Агаты, всё ещё сжимающей рукав Александра. Бровь девушки медленно поднялась. — Ну надо же, — спокойно произнесла она с явным шведским акцентом. — Я оставила тебя одного буквально на два дня. Агата почувствовала, как Александр рядом обречённо прикрыл глаза. — Рэйчел. — Нет-нет, продолжай. Не обращайте на меня внимания. Я просто приехала в другую страну посреди ночи и случайно нашла вас вдвоём в тёмном архиве. Максимально нормальная ситуация. Агата неожиданно для самой себя улыбнулась. Потому что энергия у девушки была абсолютно хаотичная и почему-то сразу располагала к себе. Рэйчел перевела взгляд на Агату. — Ты Агата Харрис, да? — А ты, видимо, человек, которому не впервой врываться в чужие подвалы. Было эффектно. — Спасибо. Это один из моих талантов. Александр тяжело вздохнул. — Как ты вообще сюда попала? — Через ворота. — Я серьёзно. — А я серьёзно не понимаю, почему у богатых англичан такая ужасная охрана. Агата тихо фыркнула. Господи. Ещё одна. Рэйчел между тем уже подошла ближе и внимательно посмотрела на пустое место на полке. Её лицо мгновенно стало серьёзнее. — Так. Это уже плохо. — Ты знаешь про «Элизиум»? — сразу спросила Агата. Рэйчел переглянулась с Александром. У Агаты не осталось сомнений, что они поняли друг друга. — Алекс, — очень спокойно произнесла она, — Пожалуйста, скажи мне, что ты не втянул наследницу Харрисов в это раньше, чем успел ей хоть что-нибудь объяснить. — Технически она втянулась сама. — Конечно втянулась сама. У тебя буквально талант находить женщин с инстинктом самосохранения как у золотой рыбки. — Эй, — возмутилась Агата. Рэйчел посмотрела на неё и неожиданно улыбнулась. Тепло, почти одобрительно. — Не переживай, это не оскорбление. Скорее комплимент, — блондинка подмигнула.