Где твои крылья?

Антиной не шутил. Этот парень не из тех, кто бросает слова на ветер. Телемах сопротивляется, но его всё равно приковывают к столбу - через короткую борьбу и попытку оттолкнуть. — Я предупреждал тебя. Думаю, прохожим будет очень забавно потягать тебя за крылья или вырвать пару перьев. — От этих слов Телемаха пробивает дрожь. Это невыносимое унижение! Мало того, что как раба оставили на показ, так ещё и не против, чтобы его прилюдно стыдили. Телемах старается вырваться. Боль в плече становится острой, невыносимой. Дыхание сбивается, в ушах звенит. Нужно было что-то придумать. Прямо сейчас, пока его перья не растащили на украшения. Стиснув зубы, он ёрзает из стороны в сторону, а после заставляет себя расслабиться, обмякнув. Телемах опускает голову, изображая покорность, - лишь бы Антиной поверил. А после, как боль утихнет, он точно попытается ударить того пару раз, даже со связанными руками. — Отпусти. Пожалуйста. Я больше не стану грубить. — Конечно, Телемах станет, но сейчас нужно было убедить Антиноя в том, что принц сломался и готов пойти на унижение. Антиной присаживается на корточки рядом, берёт Телемаха за щёки, заставляя смотреть прямо в глаза. От этого действия что-то внутри предательски сжимается, а этот хищный взгляд будто насквозь видит. — Любая птица споёт всё, что пожелаешь, стоит только надавить. Но как только ты перестаёшь это делать - она забывает своё место. Ваше высочество, я вам не верю. Ни вашим слезам, ни мольбам. Поберегите силы и слёзы на то, чтобы вытерпеть публичное унижение. Наверняка для вас это в новинку — быть выставленным напоказ. — Антиной брезгливо отстраняется, вытирает руку об одежду, когда отпускает Телемаха, тут же распрямляясь во весь рост и скрываясь в шумной толпе прохожих - видимо, действительно пошёл за вещами в дорогу. Неужели они пойдут пешком? Телемах не выдержит такой дороги. Точно с ума сойдёт. Как только Антиной ушёл, любопытные взгляды впились в тело Телемаха. Чаще всего - крылья и лицо. Что скрывать? Телемах действительно привлекательный, нежный, но вовсе не тощий на вид. Он дёргается в ужасе, когда крыла касается чужая рука - с такой силой, будто вот-вот кости переломит. Двое мужчин переглядываются, отчего Телемах нервно сглатывает ком в горле. — Не смейте меня трогать! Я наследный принц Итаки, и если вы что-то со мной сделаете, то пожалеете об этом! Я лично сожгу ваши дома! — Он старается отстраниться, отдёрнуть крыло, но хватка только усиливается, заставляя взвизгнуть от боли. — Вот как? Принц? Что ж, тогда я обязательно должен оставить себе пару перьев. Когда ещё увидишь такую картину? Наследный принц у позорного столба! — Мужчина толкает друга в бок, и они оба заливаются смехом. — Эй, народ! Вы слышали? Сам принц Итаки попался одному из охотников! Кому-то нужно перо? Может, сразу два? Жаль, крылья не забрать целиком. Зато год выдастся урожайным, когда тебя принесут в жертву. — Телемах зажмурился, когда очередная рука потянулась к его крылу. Он больше не кричал. Бесполезно. Боль усиливается, накрывает с новой силой, заставляя выгибаться и дёргаться. Слёзы подступают к глазам, медленно скатываясь по щекам. — Пожалуйста, хватит! Охотник, что меня поймал, будет в ярости, если вы не оставите ничего от моих крыльев! — Он пытается остановить их хотя бы напоминанием о том, что является чужой добычей. Раз никто не видит в нём человека, то, может, гнев нынешнего «хозяина» остановит толпу? — Не переживай, мы оставим немного оперения. Думаю, охотник знал, на что шёл, оставляя такой экземпляр здесь. — Перья идут по рукам: один передаёт другому даже самые мелкие пёрышки, даже окровавленные. — Вряд ли ты уже взлетишь. Крыло-то пробито! А жертве крылья ни к чему. Всё равно тебе их отрубят. — Бросает женщина из толпы, которая буквально начала драться за пёрышки Телемаха. Всё внимание от мальчишки сместилось на внутреннюю борьбу, где каждый хотел урвать себе кусок. Словно стая волков, которая не могла поделить кость между собой. Принц сжимается, жмурится, надеясь, что они не переломают его крылья окончательно, хотя, честно признаться, он боялся на них даже смотреть. Балаган затихает, когда толпу с силой разгоняет Антиной. Люди заметно притихают, съёживаются, а после и вовсе бегут, пока он осматривает то, что от бедолаги осталось. Он резко хватает Телемаха за воротник и, прикладывая всю силу, что у него, кажется, была, оставляет пощёчину на лице парня — отчего тот выгибается, трепыхаясь. — Если бы ты молчал, может, и не тронули бы. — Антиноя трясёт от злости, рот скривился в отвращении. Он бросает взгляд на остатки толпы: — Если я кого-то из вас встречу, точно руки поотрубаю! Эту птицу должно доставить в столицу, а вы что делаете?! Антиной раздражённо отвязывает Телемаха от столба, толкая вперёд - но у того ноги заплетаются из-за потери крови. — Антиной… — последнее, что тот успевает пробормотать, когда вовсе теряет сознание. Охотнику ничего не остаётся, кроме как поймать парня на руки, тяжело вздыхая. Чудесно. Теперь нужно приводить эту тварь в порядок, чтобы он сам шёл вперёд. Придётся задержаться в полисе подольше и обработать его раны дома. Аид бы этого маттона побрал! Осматриваясь по сторонам, Антиной убедился, что за ним не следят, и быстрым шагом понёс принца к себе во дворец — по узким улицам, чтобы никто не мог запомнить, где забрать дорогое сокровище. Антиной не был обычным охотником. Его род был богат, от отца остался дворец - но не более того. Теперь Антиной вынужден работать как можно больше, чтобы жить достойно. И именно Телемах - его возможность больше не беспокоиться о том, как поддержать честь семьи. В конце концов, он теперь сам по себе, пусть и с хорошим другом Эвримахом, когда одиночество становится невыносимым грузом. Он наконец заносит принца во дворец - просторный, с несколькими комнатами. Поколебавшись, оставить того в главном зале или всё же заняться им в своей комнате, он решает разбираться на удобной кровати. Перед тем как уложить Телемаха, он стелет плащ, чтобы тот не измазал всё в крови. Раздражённо вздохнув, он осматривает личные покои, пытаясь вспомнить, где стоят лекарства. Обращает внимание на верхнюю полку - там покрытые пылью склянки сбились в кучу. В конце концов, Антиной ими никогда не пользовался. Слишком аккуратный охотник. Стряхнув пыль, он ставит необходимое рядом с кроватью, на стол. Осматривает раны, потирая виски. Вот и как это чудо нести в дар? Весь в крови, грязный, израненный, да ещё и общипанный, как курица! Стоило бы этим заняться, но нутро не хочет с этим соглашаться. Юнец просто не заслужил такой заботы. Сам проблем создал - теперь их и решать. Удаляясь из комнаты за водой, он возвращается, ставит таз перед склянками на стол и начинает раздевать Телемаха. И ведь реакции - ноль! Словно помер. Светлые одежды с синими вставками и красивой золотой брошью в виде пера решено было оставить на потом - либо отстирать, либо не заморачиваться и отдать ему новые вещи. Наконец, закончив с одеждой, Антиной мог оценить принца без лишних тряпок. Неплохо сложен, пусть и не имеет таких мышц, как у него самого. Личико тоже неплохое. Если бы он продавал его в рабство, за одни только голубые глаза ему подарили бы ещё один дворец. В принципе, не так уж и плох, как показалось изначально. Симпатичный. Когда рта не раскрывает. Антиной аккуратно наклоняется к нему ближе, хватается за крыло, тянет на себя и с неприятным хрустом выдёргивает стрелу, откладывая её на стол. Рана закровоточила сильнее, из-за чего он в попыхах перевязал крыло чистыми тряпками - лишь бы на кровать кровь не попала. А то потом ещё и с этим маяться. Приводить Телемаха в порядок было ужасно тяжело. Несмотря на то, что парень в отключке, нужно было убедиться, что рана не откроется сильнее и что он не передавит свои израненные крылья. — Между нами... Ты - моя возможность жить лучшую жизнь. Не обижайся. Я тоже хочу жить лучше. Наверняка такого гордого, язвительного и высокомерного парня таскают на руках с детства. Только мне такого не светит без приложенных усилий. — Антиной некоторое время рассматривает проделанную работу, касается плеча, убедившись, что кровь точно остановилась. Собирается уже уходить по своим делам, но его руки касаются пальцы Телемаха - тот бессознательно сжимает их крепче. Видать, совсем замёрз. Антиной укрывает его одеялом, отстраняясь. Ещё не хватало почувствовать к нему жалость. Глупая птица - и не более того. Он хмыкает, закрывает за собой дверь, оставляя Телемаха приходить в себя. Ну и проблем с этой птицей.