Без выбора

Зуко не помнил, когда в последний раз нормально спал. Наверное, несколько месяцев назад. Или год. Иногда дни настолько смешивались между собой, что он уже переставал различать, где заканчивается одна проблема и начинается следующая. Последние три ночи он вообще провел в дороге. На дальних островах Народа Огня вспыхнул новый бунт. Очередной. Бывшие военные, старые генералы и часть знати снова пытались поднять людей против него. Они говорили, что Хозяин Огня стал слабым. Что Зуко «продался миру». Что настоящий Народ Огня должен внушать страх, а не просить прощения у других наций. Некоторые даже открыто называли Озая великим правителем. От этих слов у Зуко внутри все холодело. Но хуже всего было то, что часть народа действительно слушала их. Бунт удалось подавить. Без жертв. И именно это обошлось Зуко дороже всего. Во время столкновения один из нападавших метнул в солдат огненную волну. Зуко пришлось принять удар на себя, потому что если бы он отразил атаку в полную силу — половина людей вокруг просто сгорела бы. Огонь прошелся по плечу и боку. Даже сейчас кожа под одеждой неприятно ныла. Но Зуко не позволил целителям задержать себя надолго. Потому что после боя начались переговоры. Главари бунтов смотрели на него с откровенным презрением. — Ваш отец сделал Народ Огня великим. — Нас боялся весь мир. — А вы заставляете нас склоняться перед другими народами. Зуко тогда так сильно сжал подлокотник кресла, что дерево треснуло. Но все равно заставил себя говорить спокойно. Хотя внутри все кипело. Он устал постоянно доказывать собственному народу, что милосердие — не слабость. А потом были суды. Документы. Допросы. Решения по казне. Проблемы с поставками металла. Конфликты между островами. Жалобы торговцев. Встречи с послами. И сразу после возвращения во дворец — утренний совет. Зуко сидел во главе длинного стола и чувствовал только одно: усталость. Такую глубокую, что она уже оседала где-то в костях. Советники что-то обсуждали. Цифры. Налоги. Состояние портов. Проблемы с засухой на южных островах. Голоса сливались в один бесконечный шум. — …также необходимо утвердить список делегации из Ба Синг Се… — …после полудня встреча с представителями металлургических гильдий… — …затем заседание по реформе военного флота… — …напоминаем о предстоящем ужине со знатными домами… — …ночью прибудут послы из Омашу… Зуко медленно потер переносицу. Он не спал почти двое суток. Хотелось просто тишины. — …и еще, Ваше Величество, сегодня рано утром прибыла ваша гостья. Он почти не обратил внимания. — Мхм. — Ваша подруга Катара хотела встретиться с вами после дороги. Зуко продолжал смотреть в документы еще секунду. Потом нахмурился. Медленно поднял голову. Наверное, послышалось из-за усталости. — Что? Советник спокойно повторил: — Господа Катара прибыла сегодня утром во дворец. Тишина. Полная. Зуко несколько секунд просто смотрел на него. «Катара?» «Катара здесь?» У него в голове будто что-то резко оборвалось. Сонливость исчезла мгновенно. — Катара?.. — переспросил он хрипло. — Да, Ваше Величество. Он медленно провел рукой по лицу, будто пытаясь окончательно прийти в себя. Советники удивленно переглянулись, заметив, как резко изменилось его выражение лица. А сам Зуко уже поднялся из-за стола: — Где она? Катара ждала его в одном из внутренних залов дворца. И, честно говоря, до сих пор не могла перестать оглядываться по сторонам. Дворец Хозяина Огня был… огромным. Даже больше, чем она помнила. Высокие потолки терялись где-то вверху среди красно-золотых балок, стены были украшены тонкой резьбой и темным полированным деревом, а в воздухе пахло сандалом, дымом и чем-то пряным. Слуги бесшумно двигались по коридорам. Где-то вдалеке журчала вода. Солнечный свет проходил через высокие окна и золотил каменный пол. Все вокруг выглядело роскошно. Но не холодно. Катара неожиданно поймала себя на мысли, что дворец стал… живым. Не таким пугающим, как во времена Озая. Пока она рассматривала тяжелые шелковые занавеси, за дверями послышались шаги. Катара обернулась. И на секунду просто застыла. Зуко изменился. Конечно, она знала, что прошло много лет. Но видеть это вот так, перед собой, оказалось совсем другим. Он стал выше. Шире в плечах. Больше. Черты лица стали резче и взрослее. Красные одежды Хозяина Огня сидели на нем так естественно, будто он родился для этой роли. И все же в нем оставалось что-то знакомое. Тот же взгляд. Тот же огонь в золотых глазах. Только теперь он уже не был мальчишкой. Зуко тоже резко остановился, увидев ее. Будто не ожидал, что она действительно здесь. Несколько секунд они просто молча смотрели друг на друга. А потом Катара первой неловко улыбнулась: — Привет. — …Привет. Его голос прозвучал немного ниже, чем она помнила. Катара быстро заговорила, словно пытаясь разрушить странную тишину между ними: — Вообще-то я отправила тебе ястреба из Ба Синг Се еще неделю назад, но ответа так и не дождалась. Она нервно поправила ремень сумки. — Потом я подождала еще два дня… и решила, что, наверное, ты просто очень занят, поэтому поехала сама. Катара смущенно выдохнула. — И теперь чувствую себя ужасно, потому что, кажется, поставила Хозяина Огня в неудобное положение, приехав без официального приглашения. На секунду в зале стало тихо. А потом Зуко вдруг коротко выдохнул — почти как смешок. И впервые с момента их встречи в его взгляде появилось что-то живое. — Катара, — медленно произнес он, — если бы я знал, что ты приедешь… я бы сам встретил тебя у ворот дворца. Ястреб. Где-то среди бесконечных отчетов о бунтах, судебных документов, жалоб губернаторов и дипломатической почты наверняка действительно лежало ее письмо, до которого у него просто не дошли руки. И от этой мысли ему стало неожиданно… стыдно. Но вслух он сказал только: — Наверное, оно было в тех письмах, на которые я как раз сегодня собирался взглянуть. Катара моргнула. А потом вдруг тихо рассмеялась. — Звучит очень по-хозяйски. Уголок губ Зуко дрогнул. Неловкость между ними постепенно начинала растворяться. Зуко подошел ближе, забирая у нее дорожную сумку прежде, чем она успела возразить. — Ты долго была в пути? — Почти месяц у Тоф. Потом Ба Синг Се… и уже оттуда сюда. Но потом Зуко нахмурился, словно только сейчас осознал что-то. — Подожди. Катара вопросительно посмотрела на него. — Ты приехала одна? Она слегка замерла. Совсем немного. Но внутри неожиданно неприятно кольнуло. Аанг. Одного только имени оказалось достаточно, чтобы сердце на мгновение болезненно сжалось по старой привычке. Зуко, кажется, заметил эту короткую паузу. — Все хорошо? — уже серьезнее спросил он. — Где Аанг? Катара быстро отвела взгляд к окну. За стеклом лениво колыхались красные знамена дворца. Прошло восемь месяцев. Она давно смирилась.Но почему-то вслух сказать: «Мы расстались» оказалось намного сложнее, чем она ожидала. Поэтому она только спокойно ответила: — У Аанга сейчас долгое духовное путешествие. А я решила немного попутешествовать сама… проведать друзей, отдохнуть. Это не было ложью. Просто не всей правдой. Зуко несколько секунд внимательно смотрел на нее. Слишком внимательно. Будто пытался понять что-то между строк. Но потом медленно кивнул. — Понятно. И почему-то после этого его плечи словно стали чуть менее напряженными. А голос — теплее. — Тогда ты приехала очень вовремя. Катара удивленно подняла брови. — Почему? Зуко неожиданно устало усмехнулся: — Потому что этот дворец начинает сводить меня с ума.