Твоими Глазами 18+

Прошло около месяца. Дни сменяли друг друга так быстро, будто кто-то перелистывал страницы чужой жизни. Ночи становились короче, рассветы — холоднее, а тишина в палате все тяжелее. Рана на лице почти зажила. Синяки исчезли, губа больше не кровоточила, только сердце продолжало болеть так, словно внутри него кто-то медленно проворачивал лезвие. Ты делаешь со мной что-то странное, Ли Минхо. Что-то неправильное. Рядом с тобой тело перестает слушаться, мысли путаются, а дыхание становится слишком тяжелым. Иногда мне кажется, что я схожу с ума. Но еще страшнее понимать другое — без тебя этого мира будто не существует вовсе. Я не могу быть с тобой. Но и жить в мире, где тебя нет, тоже не могу. Нельзя. Нельзя. Нельзя. В этой больничной суете, среди бесконечных голосов врачей, писка аппаратов и запаха лекарств, я все равно продолжаю искать тебя. Даже сейчас. Я слышал, что ты приходил. Приходил, Ли Минхо. Медсестры тихо обсуждали тебя возле поста. Говорили, что какой-то рыжий парень каждый вечер приходит и долго стоит у двери моей палаты. Иногда держит в руках кофе из автомата, который потом так и остается нетронутым. Но почему ты не зашел? Почему не улыбнулся своей хитрой улыбкой? Почему не поправил челку, которая вечно падала тебе на глаза? Почему не спросил, о чем я думаю? Ты боишься? Или это я тогда тебя спугнул? Ты ведь сказал, что будешь рядом. Но сейчас, когда я нуждаюсь в тебе сильнее всего, тебя нет. Минхо… Я ничего не вижу. Я ослеп. Сначала врачи говорили, что это временно. Потом — что нужно подождать. Потом просто начали молчать. И эта тишина пугала сильнее любых слов. Я больше никогда не увижу тебя. Не увижу, как ты смеешься с друзьями в коридоре. Не увижу, как сидишь напротив меня и смотришь так пристально, будто пытаешься прочитать все мои мысли. Не увижу, как ты лениво подтягиваешься, случайно оголяя полоску кожи над резинкой боксеров. Не увижу твои руки — длинные пальцы с тонкими венами, которые постоянно стучат по столу, когда ты нервничаешь. Мне хотя бы услышать тебя. Хотя бы раз. Хотя бы на секунду. Дверь палаты тихо скрипнула. Сердце тут же ударилось о ребра. Это ты? Минхо? — Хани… это мама. Ах. Конечно. — Как ты себя чувствуешь? Твой голос дрожит, мам. Ты пытаешься звучать спокойно, но я слышу, как ты устала. Слышу, как после каждого разговора с врачами ты выходишь в коридор и плачешь так тихо, будто боишься, что я услышу. «Мы не понимаем, что происходит. Возможно, причина психологическая. Ему нужно время». Я слышу это каждый день. Психологическое. Время. Нужно подождать. Но как мне ждать, если весь мой мир остался в темноте? Хочу ли я вообще видеть этот мир без него? Если я открою глаза и в нем не окажется Ли Минхо, есть ли тогда смысл видеть хоть что-то? Я слишком привязался к тебе. Слишком зависим. Мне снова хочется почувствовать твой запах — табак, ваниль и холодный ветер улиц. Хочется коснуться твоих рук, услышать, как ты тихо смеешься мне в шею. Хочется, чтобы ты снова был рядом и делал со мной эти ужасные вещи — заставлял сердце биться быстрее, а тело дрожать от одного только взгляда. Можно хотя бы раз? Хотя бы издалека? Можно мне снова посмотреть на тебя? — Мам… я скучаю… Голос ломается. Слезы снова начинают течь по щекам, горячие, болезненные. Мама долго молчит. Наверно, она все поняла уже давно. Просто боялась признать это вслух. — Ты хочешь, чтобы я позвала его? Сердце пропускает удар. Нет. Да. Нет. Он не придет. Зачем ему приходить к такому человеку, как я? У него будет нормальная жизнь. Нормальное будущее. Кто-то красивый рядом, кто сможет смотреть ему в глаза, держать за руку без страха, смеяться вместе с ним под солнцем. А со мной его ждет только темнота. — Хан… почему ты плачешь? По кому ты скучаешь? Мне позвать Дори? Она хотела приех— — Минхо… После этого в палате стало слишком тихо. Я услышал, как мама задержала дыхание. Наверно, сейчас она смотрит на меня с жалостью. Или с болью. А может просто не знает, что сказать своему сыну, который влюбился так сильно, что начал разрушать самого себя. Но уже поздно. Слишком поздно, мам. Он ушел. Это все было похоже на сон. Красивый, теплый, невозможный сон, который закончился раньше, чем я успел к нему прикоснуться. Я напишу про нас книгу. Где-нибудь в другой версии мира мы обязательно будем счастливы. Хотя бы там. Прошло еще пять дней. Темнота никуда не исчезла. Иногда мне казалось, что я начинаю различать силуэты, но врачи говорили, что это всего лишь реакция мозга — воспоминания пытаются заменить зрение. И почему-то среди всех силуэтов появлялся только ты. Когда меня выпишут, я не вернусь в университет. Теперь в этом нет смысла. Не будет смысла приходить в музыкальный класс. Не будет смысла сидеть за фортепиано. Музыка больше не сможет звучать так, как раньше. Песня, которую я написал для нас, растворится где-то в шумных коридорах кампуса вместе с эхом твоих шагов. Я медленно повернул голову к окну. Наверно, сейчас вечер. Интересно, ты сегодня опять приходил? Теплое прикосновение к моей руке заставило замереть. Сердце остановилось. Нет… Нет, это невозможно. Пальцы осторожно переплелись с моими. Такие знакомые. Теплые. И даже сейчас, снова ощущая теплое поглаживание на своей руке, я продолжаю думать о тебе....