Рокировка

2269 год

Город Ковчег

Большой двухэтажный дом в центральном секторе оказался даже лучше, чем на фотографиях. Белая кладка фасада, высокие окна с деревянными ставнями, крыльцо, где можно поставить кресло-качалку и пить утренний кофе. Макс явно постарался над ремонтом. Он был готов ради семьи на все, даже когда сил уже не оставалось. Райна прошла по гладкому полу гостиной, вдыхая запах свежего дерева с нотками строительной пыли. За окном простирался район без стен, которому бывшая разведчица продолжала удивляться. Взор притягивало небо, ярко голубое и безоблачное, что опускалось к крышам соседних домов. Колоссов больше не было. Война, казавшаяся бесконечной, закончилась двадцать лет назад. Люди все еще учились жить без укрытий и комендантского часа, изучали брошенные ранее земли. Этот дом им достался за заслуги перед человечеством и неосязаемый вклад в победу. А ещё потому, что Макса назначили комендантом центрального сектора. Женщина усмехнулась, когда муж сообщил ей эту новость. Комендант. Тот, кто отвечает за порядок и безопасность. Идеальное место для того, кто всю жизнь посвятил заботе о своих людях. Она искренне радовалась за него. Даже, если когда-то эту должность занимал другой, совершенно не благочестивый, человек. Тот, о ком она старалась не вспоминать. Жизнь любила жестокие шутки. — Мам, все нормально? — голос дочери прозвучал за спиной. Клио стояла в дверях, скрестив руки на груди. Светлые, почти белые волосы рассыпались по плечам, а в голубых глазах читались раздражение и горечь. Райна узнавала это выражение. Это была не просто подростковая злость, а усталость от бесконечных переездов. Девочка сменила уже с десяток школ и три города. Она перестала даже пытаться с кем-то сближаться — зачем, если через полгода очередной приказ, и папин отряд снимается с места ради очередной разведки? Этот переезд был пятым за два года. И хотя родители обещали, что последним, дочь уже не верила. — Все хорошо. Разбирай вещи, — Райна кивнула на коробки в коридоре. — Твоя комната ждёт. — Там обои в цветочек. Мне не нравится. — На выходных поедем и выберем любые другие. — А смысл? — Клио закатила глаза, однако голос дрожал, — Все равно у меня никогда не будет своего места. Она развернулась и ушла, гордо подняв подбородок. Райна провожала ребенка взглядом, однако окликнуть смелости не хватило. Что она могла сказать? «В этот раз точно всё иначе»? Они это говорили уже четыре раза. Клио права: слова ничего не значат, когда реальность каждый раз доказывает обратное. Кэрроу подошла к своим коробкам, осторожно перетянула их в небольшую светлую спальню. Села на пол посреди комнаты, поджав под себя ноги. Коробка с надписью «Нулевой отдел» стояла слева. Внутри нашлись пожелтевшие конверты, служебные отчеты, несколько блокнотов. Райна с ностальгией провела по ним пальцами, когда между страниц старой газеты скользнул вниз прямоугольник фотографии. Пожелтевший, с неровными краями, групповой снимок отряда разведки перед первой вылазкой за периметр. Она узнала себя: яркую, горделивую, смотрящую в камеру исподлобья. Рядом молодой и энергичный Макс, уже тогда державшийся к ней ближе, чем следовало. Она окинула взглядом обнимающие ее, крепкие руки. Чуть правее, в капитанской форме, стоял Ксандр ван Хейс. На лице сияла фирменная ухмылка. Глаза смотрели в объектив с той самой уверенностью, которая когда-то сводила с ума. Капитан отряда разведки и комендант сектора. Сейчас это даже забавно. Те же должности, что после занял ее муж. Ирония судьбы, не иначе. — Родные, я дома, — в гостинной прозвучал голос Макса. — Жду вас на кухне. Райна провела пальцем по краю фотографии, пока в груди разливалось тепло. Она поднялась, отряхивая брюки, и бросила напоминание о прошлом обратно в ящик.