Температура плавления льда

Зимний фестиваль академии «Млечный Путь» превратил главный корпус в подобие новогодней сказки, но на центральном катке творился настоящий ад. Из-за аварии на теплоподстанции система отопления ледового дворца полностью отрубилась. Температура внутри здания стремительно падала, приближаясь к минусовой. — Все тренировки отменены! Каток закрыт! — эхом разносился по коридорам голос Юпитера, главы спортивного комитета.Но Земля и Венера не могли себе позволить потерять целый день. Месячный срок, установленный Солнцем, истекал через неделю.Они пробрались на каток тайно, через черных ход химлаборатории, ключ от которой Земля стащил из дежурки. Внутри было темно и чертовски холодно. Изо рта шел густой пар. Земля кутался в плотный шерстяной шарф, но его пальцы в тонких перчатках уже окоченели.— Мы сделаем только один прогон короткой программы, — зубы Земли непроизвольно постукивали от холода. — Пожалуйста, Венера, соберись. — Да я-то собран, а вот ты сейчас в сосульку превратишься, принцесса, — Венера, который вышел на лед в одной легкой ветровке, казалось, вообще не замечал холода. Его внутренний жар буквально плавил морозный воздух вокруг него.Они встали в начальную позицию. Включить музыку через главный пульт было нельзя — это бы их выдало, поэтому Земля просто тихо считал вслух: «Раз, два, три, четыре…»Они поехали. Движения Венеры за эти недели стали на удивление точными. Он больше не падал, его тело научилось слушать лед. Когда пришел момент прыжка, Венера идеально подбросил Землю вверх. Земля закрутился в воздухе, выполняя тройной тулуп, но на приземлении его замерзшая, потерявшая чувствительность лодыжка подвернулась.Сдавленный крик сорвался с губ Земли. Он полетел на лед, больно ударившись бедром. — Земля! — Венера оказался рядом за долю секунды. Он упал на колени, хватая Землю за плечи. — Сильно ушибся? Встать можешь? — Холодно… очень холодно, — пробормотал Земля. От резкой боли и пронизывающего стужи его начало крупно трясти. Губы посинели, а из глаз покатились невольные слезы, которые тут же замерзали на щеках.Венера выругался так грязно, что стены катка, казалось, содрогнулись. Он не стал ничего объяснять. Он просто подхватил Землю на руки, как маленького ребенка, игнорируя слабое сопротивление, и быстро понес со льда в сторону раздевалок.В раздевалке было чуть теплее, но недостаточно. Венера усадил Землю на лавку, быстро стянул с него коньки и перчатки. Пальцы Земли были белыми и ледяными. — Сейчас, подожди, — Венера скинул свою ветровку, оставаясь в одной майке.Он сел на лавку вплотную к Земле, раздвинул свои колени и силой потянул старосту на себя, усаживая его к себе на колени спиной к своей груди. Затем Венера обхватил его своими огромными, обнаженными руками, замыкая в плотное кольцо. Его ладони легли поверх ледяных ладоней Земли, сжимая их.Земля вскрикнул от неожиданности. Контакт был настолько тесным, что он чувствовал спиной каждое движение ребер Венеры при выдохе. Но главное — это тепло. Венера был горячим, как раскаленное летнее солнце. Этот жар проникал сквозь одежду, согревая замерзшие кости Земли. — Тише, сиди спокойно, — хрипло выдохнул Венера прямо в шею Земли. Его дыхание обожгло чувствительную кожу, заставив старосту вздрогнуть. — У меня всегда повышенная температура, врачи говорят — особенность организма. Так что пользуйся, пока я добрый.Земля перестал сопротивляться. Он расслабился, полностью откидываясь назад, на широкую грудь Венеры. Он спрятал свои замерзшие пальцы в больших ладонях бойца, чувствуя, как по телу разливается блаженная, согревающая нега. Сердце Венеры снова стучало как сумасшедшее — быстро, громко, прямо в спину Земли. — Венера… — тихо позвал Земля, поворачивая голову назад.Их лица снова оказались слишком близко. В темноте раздевалки янтарные глаза Венеры потемнели, став почти золотыми. Он смотрел на покусанные, припухшие от холода губы Земли с таким голодным, отчаянным выражением, что воздух между ними, казалось, начал плавиться. — Что, староста? — прошептал Венера, медленно наклоняясь вперед. Его рука скользнула с ладони Земли выше, нежно обнимая его за шею и принуждая повернуться еще немного.Земля затаил дыхание. В этот момент он хотел только одного — чтобы это сумасшедшее венерианское тепло согрело его изнутри. До конца.