Неизвестный.

Пальцы Эрики всё-таки успели схватить ткань чужой кофты...

На одно короткое мгновение ей показалось, что она опоздала. Сердце будто провалилось куда-то вниз вместе с Асаной, а ладонь обожгло резким страхом. Но потом пальцы крепче вцепились в рукав. Рывок. Слишком резкий. Эрика с силой дёрнула девушку назад, едва удержав равновесие. Асана ударилась плечом о подоконник и вместе с Эрикой рухнула на пол комнаты. Сигарета отлетела куда-то в сторону, оставив после себя тонкую полоску дыма. Несколько секунд никто не двигался. Эрика тяжело дышала, почти задыхаясь от нахлынувшего ужаса. Сердце колотилось так сильно, что больно било в грудную клетку. Она всё ещё держала Асану за руку, будто боялась, что если отпустит хоть на секунду, та снова исчезнет. Асана не сопротивлялась. Она просто сидела на полу, глядя куда-то в сторону открытого окна. Спокойная. Слишком спокойная. Это пугало сильнее крика. — Ты… ты совсем больная?! — голос Эрики дрогнул. — Ты что творишь вообще?! Ответа не последовало. Только слабая, почти усталая улыбка тронула губы Асаны. Теперь Эрика смогла нормально её рассмотреть. Асана всегда выглядела так, будто жизнь медленно стирала её по кускам. Длинные тёмно-каштановые волосы были спутаны и небрежно спадали на плечи, словно ей давно стало всё равно, как она выглядит. Черты лица мягкие, почти кукольные, но болезненная бледность и тени под глазами портили это впечатление. Глаза у неё были серо-карие, тусклые, будто в них неделями не попадал свет. На ней висел огромный растянутый свитер светлого цвета, который делал её ещё более хрупкой. Руки дрожали едва заметно, но не от холода. От внутреннего истощения. Эрика сглотнула. — Асана… Та тихо засмеялась. Не весело. Скорее пусто. — Я просто устала. Эти слова прозвучали настолько тихо, что Эрике вдруг стало страшно по-настоящему. Не от окна. Не от падения. А от того, насколько искренне это было сказано. Эрика медленно отпустила её руку и села рядом, всё ещё пытаясь прийти в себя. За дверью квартиры хлопнул подъезд. Похоже, Рей вернулся. Но никто из девушек не двигался. Комната будто застыла. — Ты не понимаешь, как это ощущается, — вдруг сказала Асана, продолжая смотреть куда-то мимо. — Когда человек просто исчезает. Без ответа. Без причины. Как будто его вырвали из мира, а тебе оставили только мысли. Эрика молчала. Потому что понимала. Слишком хорошо понимала. Элина была центром их компании. Тем человеком, рядом с которым всё становилось легче. Даже Рей рядом с ней казался живее, а Асана улыбалась чаще. А потом Элина пропала. Без следа. Полиция сначала делала вид, что работает. Потом начала кормить обещаниями. Потом — тишина. И именно после этого всё начало рушиться. Асана перестала ночевать дома первой. Эрика помнила тот вечер слишком хорошо. Она нашла девушку сидящей прямо на лестнице в подъезде, в огромной толстовке Элины. Асана тогда даже не плакала. Просто сидела с пустым взглядом и курила одну сигарету за другой. Рей тогда молча поднял её с лестницы и привёл к себе. Сначала “на пару дней”. Потом на неделю. А потом никто уже не поднимал тему того, что Асана вообще должна вернуться домой. Они начали жить вместе почти случайно. Просто потому, что оставлять друг друга одних стало слишком опасно. Эрика не могла нормально спать после исчезновения сестры. Асана медленно уходила в себя. А Рей… Рей просто взвалил всё на себя и делал вид, что его это не ломает. Хотя ломало. Очень сильно. Он работал, искал деньги, связывался с поисковыми группами, ругался с полицией и почти не появлялся дома нормально. Иногда Эрике казалось, что если он остановится хоть на день, то тоже развалится на части. Из коридора послышались шаги. Через пару секунд дверь комнаты приоткрылась. Рей замер на пороге. Его взгляд сразу зацепился за распахнутое окно. Потом — за девушек на полу. И в комнате моментально стало тяжелее дышать. — Что произошло? — тихо спросил он. Эрика открыла рот, но слова застряли. Асана только медленно отвела взгляд к окну. Рей всё понял слишком быстро. В его лице почти ничего не изменилось. Только челюсть напряглась сильнее обычного. Он молча подошёл к окну и резко захлопнул его. Звук вышел слишком громким для этой тишины. Потом он повернулся к Асане. Долго смотрел на неё. И впервые за всё время в его голосе прозвучало что-то живое. Не холод. Не раздражение. Что-то похожее на страх. — Не делай так больше. Никогда. Несколько секунд после его слов никто не двигался. Асана сидела всё так же на полу, подтянув колени к себе, и смотрела куда-то вниз. Будто после произошедшего у неё закончились даже силы на эмоции. Комната постепенно остывала без открытого окна, но ощущение холода никуда не делось. Рей провёл рукой по лицу и тихо выдохнул. — Пошлите на кухню. Без приказа. Без грубости. Просто усталый голос человека, который больше не выдержит ещё одной катастрофы за вечер. Эрика медленно поднялась первой. Ноги всё ещё дрожали после резкого рывка, а в голове неприятно шумело. Она протянула Асане руку. Та несколько секунд смотрела на неё так, словно не понимала, зачем вообще принимать помощь. Но всё-таки взялась. Ладонь у неё была ледяная. Рей молча отошёл в сторону, пропуская девушек вперёд. Как всегда держался спокойно, только взгляд у него стал тяжелее обычного. На кухне горел тусклый свет. Маленькое помещение казалось слишком тесным для всего, что в нём накопилось за последние месяцы: недосказанность, бессонные ночи, чужая вина и постоянное ожидание звонка, который так и не происходил. Эрика автоматически начала возиться у плиты, просто чтобы занять руки. Иначе мысли снова полезли бы туда, куда не надо. Она поставила чайник, достала продукты из пакета, который Рей отдал ей ещё у подъезда, и начала что-то готовить почти машинально. Нож тихо стучал по доске, масло шипело на сковороде, и эти обычные бытовые звуки неожиданно делали квартиру чуть живее. Хотя бы немного. Асана сидела за столом, закутавшись в рукава огромного свитера. Сейчас она выглядела ещё более потерянной: бледное лицо, растрёпанные волосы, потухший взгляд. Она крутила в пальцах зажигалку, иногда щёлкая ею без огня. Рей сел напротив неё. Долгое время стояла тишина. Такая тяжёлая, что даже шипение сковороды звучало громче обычного. — Ты могла умереть, — тихо произнёс Рей, не поднимая взгляда. Асана слабо усмехнулась, но в этой улыбке не было ничего весёлого. — Но не умерла же. Рей медленно поднял на неё глаза. — Не шути сейчас. Она ничего не ответила. Эрика молча слушала их, стоя у плиты. От запаха горячей еды неожиданно стало немного легче. Странно, как человеческий мозг цепляется за такие мелочи, будто тарелка чего-то тёплого реально способна починить разваливающуюся жизнь. Способна, конечно. Особенно если добавить терапию, нормальный сон и отсутствие загадочных исчезновений. Но где ж такое взять. — Я просто не понимаю, зачем дальше всё это, — тихо сказала Асана спустя время. — Каждый день одинаковый. Мы ищем, надеемся, ждём… а потом снова ничего. Эрика замерла с лопаткой в руке. Рей отвёл взгляд. Имя Элины никто не произнёс, но оно всё равно будто находилось здесь, между ними. Всегда. — Пока мы не нашли её, нельзя сдаваться, — тихо сказала Эрика. Асана подняла на неё взгляд. — А если мы уже слишком поздно ищем? На кухне снова стало тихо. Даже слишком. Эрика почувствовала, как внутри неприятно сжалось что-то тяжёлое. Она не хотела думать об этом варианте. Никто из них не хотел. Но страх уже давно сидел в квартире вместе с ними, просто делал вид, что его не замечают. Рей медленно поднялся со стула. — Я пойду покурю. Эрика хотела сказать, что он только недавно был на улице, но промолчала. По его лицу и так было видно: если сейчас не выйдет хотя бы на пару минут, то либо разобьёт что-нибудь, либо сорвётся сам. Когда дверь за ним закрылась, Асана вдруг тихо заговорила: — Он почти не спит. Эрика обернулась. Асана смотрела в сторону двери. — Иногда ночью сидит на кухне один. Думает, что никто не замечает. Эрика опустила взгляд на сковороду. Она замечала. Просто не знала, что с этим делать. Потому что они все здесь медленно тонули. Просто каждый по-своему.. Эрика молча поставила тарелку перед Асаной. Тёплый пар медленно поднимался вверх, заполняя кухню запахом чего-то домашнего и спокойного. Настолько спокойного, что это даже казалось неправильным после всего произошедшего. Асана несколько секунд просто смотрела в тарелку. Потом всё-таки тихо произнесла: — Спасибо. Эрика лишь коротко кивнула и села рядом со своей едой. Некоторое время они ели молча. Слышался только звон вилок и слабый шум ветра за окном. Асана ела медленно, будто через силу, но Эрика всё равно чувствовала облегчение от самого факта, что та хотя бы сидит здесь, а не… Она резко оборвала мысль. Не сейчас. Когда Асана закончила есть, Эрика осторожно забрала тарелки и проводила её в комнату. Девушка выглядела совершенно вымотанной, будто за один вечер из неё вытянули остатки сил. — Попробуй поспать хоть немного, — тихо сказала Эрика. Асана ничего не ответила. Только легла, отвернувшись к стене. Эрика ещё какое-то время сидела рядом, наблюдая за ней. Лишь когда дыхание Асаны стало ровнее, она наконец поднялась. Свет в комнате остался приглушённым. Эрика тихо прикрыла дверь и пошла на кухню. Рея всё ещё не было. Сначала она не обращала внимания. Потом начала поглядывать на часы чаще. Час. Почти два. Стрелки уже перевалили за полночь, а квартира продолжала стоять в тяжёлой тишине. Эрика сидела за столом, поджав под себя ноги, и нервно крутила кружку в руках. В голове крутились самые идиотские мысли одна хуже другой. После сегодняшнего вечера это было почти неизбежно. Когда входная дверь наконец открылась, она резко поднялась со стула. Рей зашёл внутрь быстро, даже не включая нормально свет в коридоре. От него тянуло холодом улицы и сигаретным дымом. Волосы слегка намокли от снега, чёрная бандана съехала набок, а взгляд был каким-то пустым и раздражённым одновременно. Он даже не посмотрел на Эрику. Сразу направился в сторону своей комнаты. — Рей, — окликнула она его. — Я оставила тебе еду. — Не голоден. Холодно. Коротко. Будто отрезал. Эрика нахмурилась и пошла за ним. — Ты вообще понимаешь, сколько времени? Где ты был? Рей резко остановился у двери комнаты. Плечи напряглись. — Не начинай. — Я не начинаю, я переживаю! Ты шляешься непонятно где посреди ночи после всего, что произошло! Он резко повернулся к ней. Слишком резко. В чёрных глазах мелькнуло что-то тяжёлое, сорвавшееся с контроля. — Я сказал: не лезь не в своё дело. — Не в своё?! Мы вообще-то жи... Договорить она не успела. Рей вдруг шагнул ближе и резко поднял руку. Эрика дёрнулась мгновенно. Слишком быстро. Будто тело уже знало это движение раньше. Она зажмурилась и закрыла лицо руками, инстинктивно сжавшись. Тишина. Прошла секунда. Потом ещё одна. Удара не было. Эрика медленно приоткрыла глаза. Рука Рея застыла в воздухе. Он смотрел на неё странно. Не зло даже. Скорее так, будто сам не ожидал от себя этого движения. Через пару секунд он медленно опустил руку и коротко усмехнулся. Но в этой усмешке не было ничего весёлого. Только усталость и что-то неприятно сломанное. — …Извини. Прозвучало тихо. И почему-то так, будто виноватой здесь всё равно осталась Эрика. Рей отвёл взгляд, открыл дверь комнаты и зашёл внутрь. Щёлкнул замок. Эрика осталась стоять в коридоре одна. Растерянная. С напряжёнными плечами и всё ещё поднятыми к лицу руками. Где-то за окном продолжал идти снег...