За порогом готического зала

Часы на кухне показывали три часа ночи. На столе лежал раскрытый блокнот Ильи — тот самый, который он обычно брал на съемки «Битвы». На вырванной странице, исписанной его аккуратным почерком, раз за разом повторялось одно и то же имя, обведенное рваными линиями, и обрывки мыслей, которые никогда не должны были стать публичными. Ольга стояла у окна, скрестив руки на груди. Ее плечи дрожали. Илья застыл в дверном проеме, даже не сняв пальто. — И давно это продолжается? — ее голос был пугающе тихим, но в нем звенела ярость. Илья молчал. Извечная привычка просчитывать фокусы на три шага вперед сейчас дала сбой. Рациональный, всегда собранный Илья Ларионов не знал, что сказать. — Я тебя спрашиваю! — Ольга резко повернулась, и ее голос сорвался на крик. — Ты думал, я слепая? Ты месяцами пропадаешь на этих съемках, ты приходишь домой как тень! Ты смотришь сквозь меня, Илья! — Оля, успокойся, давай поговорим нормально… — он сделал шаг вперед, протягивая руку, но она отшатнулась, словно от удара. — Нормально?! Ты сошел с ума! Ладно бы это была баба, я бы поняла! Но это… Череватый?! Твой чернокнижник?! — она швырнула блокнот ему под ноги. Страницы с шелестом разлетелись по полу. — Ты хоть понимаешь, как это выглядит со стороны? Ты взрослый, разумный мужик! Ты ведущий на федеральном канале! Ты сломал мне жизнь ради какого-то мальчика с бесами в голове?! Слова жены били наотмашь. Илья почувствовал, как внутри него рушится последняя плотина сдержанности. Маска идеального мужа и спокойного иллюзиониста треснула. — Хватит! — рявкнул Илья так громко, что Ольга осеклась. Его глаза потемнели от гнева и удушающего чувства вины. — Хватит орать про репутацию и шоу! Ты думаешь, я этого хотел? Ты думаешь, я планировал это?! — Ты предал нас! — выплюнула она, тяжело дыша. На ее глазах закипали слезы. — Ты предал всё, что мы строили! — Да, предал! — Илья сорвал с пальца обручальное кольцо. Оно с громким, металлическим звоном покатилось по паркету и ударилось о ножку стола. — Потому что я больше не могу врать! Не могу спать с тобой и думать о нем! Не могу приходить домой и делать вид, что всё нормально, когда меня наизнанку выворачивает от тоски! Да, я люблю его! Слышишь? Люблю! — Убирайся, — прошептала она, указывая дрожащим пальцем на дверь. — Убирайся к своему экстрасенсу. Чтобы ноги твоей здесь не было. Илья тяжело выдохнул. Силы внезапно покинули его. Он даже не посмотрел на брошенное кольцо. Повернувшись, он вышел в коридор, схватил ключи от машины и захлокнул за собой дверь квартиры, оставляя прошлое позади На улице вовсю бушевал ледяной ветер, а в кармане куртки лежал телефон, где в списке контактов горело одно-единственное имя, ради которого он только что уничтожил свою жизнь.