Жемчужина крайт-дракона. Книга III

К утру приказ перестал быть новостью. Новостью стало то, что его уже начали исполнять. «Заступница» все еще держалась над Корусантом, но на голоэкранах малого командного зала уже горели подтвержденные окна выхода, согласованные маршруты и обновленные пакеты операции. Элара сидела рядом с Вардом, просматривая выжимку по Лиорре, когда закрытый канал Верховного командования развернул над столом две расходящиеся линии. Одна - золотисто-синяя, к системе Лиорра. Вторая - насыщенно-красная, через Тирренский разлом, где за последние сутки КНС прорвала линию республиканских дозоров и начала стягивать тяжелые соединения к трем спорным мирам. Элара уже читала назначение накануне. Уже говорила об этом с Энакином. Уже приняла, что Лиорра нуждается в Эгиде, а Тирренский разлом - в связке Скайуокера и Кеноби. Но сейчас рядом с маршрутами появились часы. Генерал Элара Вейр и оперативная группа 707-го легиона «Эгида» - Лиорра. Вскрытие гуманитарно-военного коридора, эвакуация гражданского населения и окруженных гарнизонов, стабилизация орбитального пространства. Генералы Энакин Скайуокер и Оби-Ван Кеноби - Тирренский разлом. Контрнаступательная операция, отражение прорыва КНС, пресечение переброски тяжелых дроидных армий. Раздельные задачи. С безупречной военной логикой. Элара смотрела на две линии голокарты и не говорила ничего. Вард тоже молчал. Он стоял у соседней консоли, просматривая сопроводительные пакеты к приказу. Новые протоколы безопасности уже встраивались в маршрут Лиорры автоматически: предварительная проверка посадочных зон, закрытие подходов, полный боевой периметр «Заступницы», расширенное сопровождение на случай спуска генерала на поверхность. Все выглядело обоснованно. После Селора даже слишком обоснованно, чтобы спорить с каждой строкой. Но в самой сердцевине приказа лежало другое. Элара и Энакин снова уходили по разным звездам. Через несколько часов после того, как впервые за все время их любви смогли провести ночь вместе без ожидания немедленного отбоя по тревоге, война напомнила: ничего личного она не признает постоянным. - Генерал? - негромко спросил Вард. Элара подняла взгляд. - Я слушаю. - Окно выхода к Лиорре подтверждено через четыре часа. «Грань» переведена в готовность перехода. Малый периметр собран. «Покров» и «Оплот» ждут только нашего сигнала. - Поверхностный гарнизон? - Держится, но положение ухудшается. Сепаратисты почти разрезали линию между двумя эвакуационными секторами. Если не войти в систему в ближайшие сутки, часть гражданских лагерей окажется без коридора вывода. Элара кивнула. Лиорра не была задачей, которую можно отложить ради личного права еще день не расставаться. - Подтвердите выход, - сказала она. - И запросите прямой канал с командованием Лиорры. Мне нужны не только сводные цифры, а реальная схема разрывов на земле. - Есть. Вард не двинулся сразу. Несколько секунд смотрел на нее так, будто знал: сама миссия была ей понятна с первой минуты, а значит, молчит она сейчас не из-за тактики. - «Решительный» подтвердил свое окно? - спросила Элара. - Да. Через двенадцать часов. Генералу Скайуокеру пакет уже передан. Она перевела взгляд к красной линии Тирренского разлома. - Значит, скоро придет. Вард не стал спрашивать, кто именно. Просто вышел отдавать распоряжения. Элара осталась одна перед картой, где две линии расходились все дальше от общего узла Корусанта. *** Энакин пришел, когда до выхода ее группы оставалось меньше часа. Не через голосвязь. Не с предварительным сообщением. Система внутреннего маршрута обозначила его приближение уже тогда, когда он почти дошел до двери малого командного зала, и Элара успела только погасить лишние слои голокарты, оставив над столом общую схему Лиорры. Дверь открылась. Он вошел и остановился сразу за порогом. На первый взгляд - собранный. В темной полевой форме, уже готовый к переходу на «Решительный». Меч у пояса. Волосы чуть влажные после быстрого умывания. Не человек, который сорвался с места после подтверждения выхода, а генерал, пришедший обменяться последними данными с другим генералом. Элара знала его лучше. Напряжение было в том, как он держал плечи. В слишком прямой линии рта. В том, что он сначала посмотрел на карту Лиорры, потом на нее и только после этого сказал: - У нас меньше часа. - Я знаю. - У меня - девять. - Вард уже подтвердил. Энакин прошел к столу, остановился напротив, взглянул на схему операции. В орбитальном слое Лиорры уже мигали отметки сепаратистской группы, два поврежденных республиканских корвета, линии эвакуации. Цифры были плохими. Он их тоже увидел. Раздражение не исчезло, но получило границу. - Тебя отправляют в первую крупную операцию после Харрона, - сказал он. - После Храма, - поправила Элара мягко. - И после того, как я уже вернулась в строй. - Я знаю. - Знаешь, но говоришь так, будто меня выталкивают из медотсека прямо под обстрел. Он поднял на нее глаза. - Я не хочу, чтобы ты снова оказалась где-то, где меня нет. Фраза прозвучала без ярости. От этого стала тяжелее. Элара обошла стол. Остановилась совсем близко, но не коснулась первой, давая ему несколько секунд самому решить, хочет ли он сейчас объятия или еще держится за привычку оставаться собранным на ногах. Энакин выдержал две секунды. Потом взял ее за руки. - Лиорра нуждается в Эгиде, - сказала она. - Тирренский разлом нуждается в тебе и Оби-Ване. Это правда, даже если нам обоим не нравится время. - Время отвратительное. - Да. - У тебя первая операция после всего, что было. А меня отправляют в другую сторону. - Со мной «Грань». Вард. Страж. Кайр. Весь 707-й. Ты сам говорил, что теперь меня берегут лучше. Энакин чуть сжал ее пальцы. - И я благодарен за это. - Но? Он не ответил сразу. - Но флот не умеет видеть, когда ты устала и продолжаешь делать вид, что это просто неудобный вдох. Элара не удержала слабой улыбки. - Вард умеет. - Вард умеет. Патч умеет. Страж теперь, кажется, будет считать лишним риском даже открытое окно, если оно не прошло предварительную проверку. - Он еще не настолько оправился, чтобы гоняться за окнами. - Дай ему неделю. Элара улыбнулась чуть заметнее, но боль расставания от этого не стала легче. Энакин подвел ее ближе к себе. Не резко. Обнял, опустив лоб к ее волосам. Заколка, которую он подарил накануне, удерживала часть светлых прядей у затылка. Элара надела ее утром почти без мысли, а потом поймала его взгляд еще до окончательного подтверждения выхода. Он заметил. Конечно, заметил. - Я думал, у нас будет хотя бы несколько дней, - сказал он тихо. - Я тоже. - После вчерашней ночи это особенно нечестно. Она прижалась к нему ближе. - Война редко интересуется тем, что честно. - Это не делает ее менее раздражающей. - Нет. Несколько секунд они просто стояли в объятиях посреди командного зала, где над столом висела Лиорра, а под погашенным слоем карты оставался Тирренский разлом. Скрытая пара, слишком хорошо знающая цену открытым дверям, позволила себе эти секунды только потому, что Вард не войдет без запроса, а корабль еще не начал последний отсчет до разлета. Энакин первым отступил чуть назад. - Я не буду просить тебя отказаться. - Знаю. - И не буду говорить, что ты еще не готова. Потому что это неправда. - Спасибо. - Но если станет плохо после операции, если что-то пойдет не так, если ты почувствуешь хоть тень того, что было после маски... - Я скажу. Он смотрел пристально. - Не только Варду. Мне. - Тебе тоже. - Сразу, как сможешь. - Сразу, как смогу. Энакин задержал ее руки в своих. В его взгляде шло внутреннее столкновение: отпустить, потому что уважает; удержать, потому что боится; поверить новым защитным мерам, потому что сам просил о них; возненавидеть их за то, что они не означают его личного присутствия. - «Грань» действительно хорошее усиление, - сказал он наконец. - Я изучил характеристики по дороге. Элара не сдержала мягкого смешка. - Конечно изучил. - У них крепкий противоабордажный блок и приличная емкость десантных волн. Если что-то попытается подойти к «Заступнице» слишком близко, «Грань» сможет перекрыть сектор до того, как малые суда периметра закончат первый разворот. - Ты сейчас успокаиваешь меня или себя? - Себя. Тебя это вряд ли впечатляет настолько же. - Меня впечатляет, что ты успел разобрать вооружение приданного корабля между подтверждением выхода и дверью моего зала. - Это был длинный коридор. Она потянулась и поцеловала его. Не долго. Не так, как вчера ночью, когда время наконец принадлежало только им. Сейчас поцелуй был коротким, почти горьким. Способом оставить прикосновение там, куда сообщение по закрытому каналу доберется лишь через часы. Энакин ответил сильнее, но остановился сам. - Вернись, - сказал он. - Вернусь. - Не обещай красиво. Просто сделай. - Сделаю. Она провела пальцами по его щеке. - И ты тоже. - Я всегда. - Энакин. Он чуть улыбнулся. Совсем немного. - Хорошо. Вернусь. Дверь за его спиной подала мягкий сигнал входящего запроса. На панели появилось имя Оби-Вана. Энакин посмотрел на индикатор, потом на Элару. - Он дал мне больше времени, чем собирался. - Оби-Ван умеет выбирать, когда быть деликатным. - Иногда даже слишком. Элара отпустила его руки. - Иди. Иначе ты опоздаешь на собственную войну. Он сделал шаг назад, затем вдруг снова приблизился и коснулся губами ее лба. Ниже линии, где когда-то лежала маска. Это стало их новым жестом. Нежным. Личным. Не тем, который нужно было обсуждать. - По разным звездам, - сказал он негромко. - Не навсегда. - Нет. Он ушел. Когда дверь закрылась, Элара несколько секунд стояла на месте, чувствуя на лбу остаточное тепло его губ. Потом выдохнула, повернулась к карте Лиорры и сказала системе: - Вернуть полный слой операции. Голопроекция ожила. Личные секунды закончились. До следующих нужно было дожить. *** Лиорра встретила Эгиду облаком тревожных сигналов еще до полного выхода из гиперпространства. Как только «Заступница» начала переход в обычное пространство, мостик заполнили входящие запросы с республиканских кораблей, с планетарного командования, с трех наземных эвакуационных узлов и одного поврежденного медтранспорта, который уже двадцать минут держался на резервном канале, повторяя сокращенную просьбу о прикрытии. Элара стояла у центральной голокарты в полном командном комплекте. Бело-золотой наплечник снова был на левом плече. Меч висел у пояса, цепочка Эгиды едва слышно касалась рукояти, когда она поворачивалась к новым слоям схемы. Волосы были собраны в высокий тугой хвост. Заколка Энакина сегодня осталась в каюте - не для боя. Но Элара подумала о ней, когда Вард подал первый пакет обновленных данных, и эта мысль на секунду согрела под броней. - Общий вид, - сказала она. Вард вывел картину системы. Лиорра - серо-голубой мир с широкими океанами, прибрежными промышленными дугами и несколькими крупными континентальными разломами, вдоль которых республиканцы успели выстроить цепь эвакуационных коридоров. Сейчас один из них почти развалился. На орбите строй Республики был разорван. Два легких корвета держали северную дугу над главным сектором вывода. Три транспорта с гражданскими шли на подъем к безопасному коридору, один из них получил повреждение внешнего контура. Чуть ниже болталась на нестабильном векторе старая снабженческая платформа, которую гарнизон пытался использовать как временный узел связи. Сепаратисты вошли двумя группами. Основная флотская дуга давила со стороны ночного полушария, стараясь закрыть орбиту. Малая группа дроидных посадочных кораблей уже спустилась к побережью и штурмовала линию между секторами эвакуации «Астер» и «Клин». На поверхности - роты республиканского гарнизона, две тысячи гражданских в лагерях временного укрытия, перегруженный полевой медблок и мостовой коридор через разрушенный промышленный район. Если он падал, эвакуация распадалась на отдельные изолированные точки. - Время до полной потери сухопутной связки между «Астером» и «Клином»? - спросила Элара. Оператор поверхности ответил: - При текущем давлении КНС - сорок пять минут. Если дроидная артиллерия закрепится у восточного причального массива, меньше. - Кто держит восточный массив? - Местный гарнизон и остатки девятой роты 311-го. Боеприпасы на исходе. Элара перевела взгляд на Варда. - 707-й? - Первая волна Хейвена готова. Десантно-эвакуационные группы с «Заступницы» и «Оплота» выходят по вашему приказу. Кайр держит ARC для удара по артиллерийскому ядру. «Грань» готова вскрывать южную орбитальную дугу, если вы дадите разрешение капитану Варсену. На отдельной голопроекции возникла фигура капитана «Грани». Варсен был сухопарым мужчиной с выверенно спокойным лицом, из тех флотских командиров, которые сначала узнают новый порядок до последней запятой, а потом уже позволяют себе оценить людей внутри него. - Генерал Вейр, - сказал он. - «Грань» готова принять тяжелый сектор. Дайте нам окно, и мы продавим коридор для ваших эвакуационных подъемов. - Получите, - ответила Элара. - Но не уходите глубже, чем сможет поддержать «Оплот». Мы не берем победу в орбите отдельно от поверхности. Наша задача - вывести людей. - Принято. Страж стоял на мостике ближе к правой линии командных консолей. После полного медицинского допуска он снова носил броню без облегченной вставки, но Элара все равно видела, что иногда он держит корпус осторожнее, чем до Селора. Патч утверждал, что боль уйдет окончательно. Страж утверждал, что уже ушла. Истина, вероятно, находилась где-то между. Охранный ARC-контур работал по новому протоколу даже здесь, на собственном мостике «Заступницы». Двое бойцов стояли у входа. Еще один отслеживал защищенный внутренний канал маршрутов, если Эларе понадобится перемещение по кораблю. Это было непривычно. Не мешало. И все же Элара каждый раз замечала их краем зрения. Защита, которую она признала разумной, научилась быть постоянным фоном быстрее, чем ожидалось. - Генерал, - сказал Страж. - Подтверждаю: мостик закрыт по внутреннему безопасному режиму. Лишних допусков нет. Все запросы к вам идут через коммандера Варда либо мой контур. Элара кивнула. - Принято. Но если я понадоблюсь на общей связи с поверхностью, не задерживайте передачу ради трех дополнительных проверок. - Если источник подтвержден - не задержим. Хороший ответ. Вард поднял взгляд от голокарты. - Начинаем? Элара посмотрела на Лиорру. На расходящиеся фронты. На тонкий живой коридор между «Астером» и «Клином». На республиканские метки, слишком быстро превращающиеся из уверенных зеленых в тревожный янтарь. Сила уже шла вокруг нее знакомым глубоким потоком. После Храма она перестала бояться самого приближения. На «Заступнице» связь с Эгидой вновь расправилась полноценно. Несколько дней Элара осторожно проверяла ее в спокойных условиях, во время тренировок, при коротких учебных маневрах малых групп. Сегодня предстояло не слушать. Вести. - Начинаем, - сказала она. - Вард, общее командование орбитальным строем на вас по моим целевым приоритетам. Хейвену - высадка на восточный причальный массив, задача удержать связку с 311-м. Кайру - артиллерийский узел КНС, работать быстро, но не выжигать сектор, там гражданские коммуникации под землей. «Грань» начинает продавливание южной дуги. «Покров» готовит прием раненых и прикрытие медтранспортов. «Оплот» держит тяговые и противоосколочные системы в резерве. - Принято, - ответил Вард. - А я пойду в медитацию. Мостик стал чуть тише. Не от удивления. Все знали, что это возможно. Знали по прошлым операциям, по Ардан-Три, по тому, как Элара уже в прошлых битвах начинала превращать поле боя в более ясный ритм для Эгиды. Но сегодня масштаб был иным. После Харрона это звучало еще и как заявление. Она снова возьмет целую операцию в Силу. Не для доказательства. Потому что так больше людей выйдут живыми. В центре мостика подготовили низкую платформу с закрепленной опорой для спины и открытым доступом к основным голосовым каналам. Элара не уходила в отдельный медитативный зал. Слишком много решений могли потребовать ее слова. Она должна была оставаться в сердце командования, не исчезая из тактического пространства. Патч на этот выход тоже находился на «Заступнице». Формально - как личный медик генерала при первой крупной операции после Харрона. Неформально - потому что на предложение наблюдать за ее состоянием с «Покрова» он ответил Варду таким взглядом, что вопрос больше не поднимали. Приемными палубами медкорабля руководила его смена, оставаясь с ним на постоянном канале. Страж шагнул на полшага ближе, когда Элара подошла к платформе. Элара посмотрела на него. - Я не падаю заранее. - Я стою заранее, - ответил он. Она почти улыбнулась. - Разумно. Элара села, не складывая руки в ритуальный жест. Меч остался у пояса. Наплечник Эгиды - на плече. Перед ней горела голокарта Лиорры, а за ней, через широкий обзорный проем, уже медленно разворачивались корабли Эгиды. «Грань» вышла вперед первой. Тяжелый корпус Аккломатора сместился в южный сектор, рядом с ним начали перестраиваться два малых корабля периметра. «Оплот» ушел чуть ниже, подбирая угол для поддержки. «Покров» держался ближе к маршрутам гражданских транспортов, пока его медотсеки готовили прием. Элара закрыла глаза. Сначала - «Заступница». Корабль вокруг нее не был живым в буквальном смысле, но тысячи людей на борту делали его узнаваемым, как тело. Операторы на мостике, пилоты в ангарах, десантные группы у шлюзов, техники у силовых контуров, медики в приемных секторах. Нити внимания, напряжения, ожидания. Потом - 707-й. Не отдельные имена сразу, а большой мужской ритм Эгиды, огромный, собранный, многослойный. Бело-золотая стена не в строю ангара, а в движении: одни уже поднимались в десантных шаттлах, другие проверяли оружие, третьи выводили эвакуационные транспорты на готовность. Хейвен - четкая твердая точка в первой волне. Кайр - узкий, острый вектор, удерживающий ARC до момента удара. Вард рядом на мостике - не в медитации с ней, но так привычно связанный с легионом командной волей, что его присутствие ощущалось отдельным каркасом. Элара не забирала у них страх. Не могла и не имела права. Она опускала поверх хаоса другое: ясность. Чуть ровнее дыхание. Чуть быстрее узнавание того, кто рядом. Мгновение, в которое пилот замечает открытое окно между двумя вспышками. Полсекунды, в которую боец не рвется вперед из слепого упрямства, а делает шаг в сторону и прикрывает брата. Уверенность, что общий ритм существует, даже если вокруг орут сирены и земля под ногами дрожит. Поле медитации расправилось дальше. К приданным силам. Не так глубоко, как к Эгиде. Она не знала их, и они не знали ее так, чтобы ответить полным доверием. Но сама структура боя была общей, а Сила не требовала имен для того, чтобы ощутить страх, сбой, плотность решимости. Элара коснулась линий «Грани», «Оплота», «Покрова», республиканских экипажей у Лиорры, поверхностного гарнизона в районе «Астера». Не вторгалась. Предлагала ритм. На мостике кто-то тихо выдохнул. Один из операторов связи через секунду сказал четче, чем до этого: - Первая волна 707-го в коридоре спуска. Хейвен подтверждает вход. Голоса пошли по каналам. - Эгида-один, держим плотность. - Восточный массив впереди, вижу дроидные батареи. - Гарнизон Лиорры, это 707-й. Не бросайте линию. Мы уже здесь. - Кайр, артиллерийский узел подтвердился. - Вижу. Заходим снизу. Элара слушала не только словами. Каждая реплика входила в большой рисунок, где движение кораблей, бойцов, паника гражданских колонн и темп вражеского огня постепенно складывались в единую схему. Сепаратисты открыли огонь по первой волне на спуске. Малые противовоздушные батареи ударили из-за разломанного причального массива, по дуге, рассчитывая рассечь десантные шаттлы еще до посадки. Один из них дернулся, уходя в сторону слишком резко. Элара почувствовала всплеск тревоги пилота, плотное ожидание удара у бойцов внутри. Она не толкнула шаттл Силой. Не потребовалось. Чуть яснее подсветила ему нужный путь в общем ритме боя. Пилот увидел окно между трассами. Машина ушла ниже, в слепую зону батареи, почти скользнув по остову промышленного крана. Через секунду два истребителя прикрытия ударили по вражескому посту. - Посадка первая, - сообщил Хейвен. - Восточный массив в зоне. Входим. Элара чувствовала, как Эгида касается земли. Сотни тяжелых шагов в броне, обрушивающихся на мостовые платформы Лиорры. Бело-золотые отметины среди дыма и бетонной пыли. Роты расходятся веером: одни к гарнизону 311-го, другие к широкой линии гражданского коридора, третьи к блокированному медблоку. Эвакуационно-штурмовые группы, для которых «вернуть своих» не было красивой формулой на плакате, а привычным способом идти в огонь. - Лиоррский командный узел, это генерал Вейр, - сказала Элара, не открывая глаз. Голос ушел в подтвержденный канал. - Восточную связку держим вместе. Не отступайте от коридора на запад без моего приказа. 707-й уже принимает участок. Ваши люди нужны живыми, не героически потерянными в одиночных точках. На секунду в канале была тишина. Потом ответил усталый женский голос: - Принято, генерал. Будем держать. В этой короткой реплике Элара ощутила не сломленность, а облегчение человека, которому наконец дали не красивую обязанность погибнуть, а реальный план выжить. Орбита тем временем закипала. «Грань» приняла первый тяжелый сектор. Ее носовые батареи ударили по сепаратистскому крейсеру, который пытался развернуть давление на транспортный коридор. «Оплот» дал боковое прикрытие. Малые суда периметра, пока еще непривычные в общих маневрах Эгиды, двигались точнее, чем на тренировках, будто сами втягивались в общее дыхание боевой медитации. - «Грань» продавила южную дугу, - сказал Вард. - Варсен просит разрешение расширить захват на второй крейсер. Элара увидела это не глазами, а как вспышку возможности в орбитальном рисунке. Если «Грань» пойдет глубже сейчас, откроется окно для медтранспортов. Если задержится на первой цели, сепаратисты успеют подтянуть дроидные фрегаты к коридору вывода. - Разрешаю, - сказала она. - «Оплот» заходит в поддержку справа. Малому периметру не втягиваться в тяжелую дуэль, держать быстрые перехваты. - Есть. Вниз, к Лиорре, шли первые эвакуационные шаттлы. Они спускались по коридору, который Эгида буквально вырезала в хаосе минутами боя. С поверхности к ним уже поднимались сигналы готовых гражданских групп. Хейвен удерживал мостовой участок. Кайр с ARC почти добрался до артиллерийского ядра, но дроиды неожиданно вывели резервные турели из подземных ангаров. - Кайр, у вас слева дополнительный контур, - сказала Элара. - Чувствую, - ответил он в канале, и она уловила короткий оттенок сухого понимания. Он действительно чувствовал. Не так, как она. Через собственный бой, усиленный общей ясностью. - ARC-второй, обход по нижней галерее. Не лезть в лоб. На поверхности 707-й ускорился. Не бессмысленно. Не в слепом порыве. В нужном месте. Элара слышала их. Всех сразу и никого по отдельности настолько, чтобы нарушить границу. Большие роты. Взводы. Линии отхода. Тяжелые дыхания бойцов в шлемах. Резкие вспышки боли, когда кто-то падал. Немедленный ответ братьев, которые не оставляли тело на земле, если оставался хотя бы шанс вытащить. На «Покрове» уже принимали первые раненые потоки, а Патч через закрытый медканал коротко координировал тяжелые случаи со своей сменой, не отрывая внимания от Элары на мостике. Она удерживала над этим поле. Не покой. В бою покой иногда опасен. Собранность. В мостовом секторе «Астер - Клин» гражданские колонны начали движение. Сотни, потом тысячи жизней, которые еще недавно казались отметками в отчете. Теперь они смещались по эвакуационному коридору под прикрытием Эгиды. Дети в транспортных платформах. Раненые на антиграв-носилках. Рабочие в пыльной форме промышленных дуг. Лиоррские солдаты, которые шли последними, оглядываясь на те районы, что приходилось оставлять. Элара чувствовала их краем поля, но не входила глубже. Ее медитация была для войск. Гражданским она давала только то, что приходило естественно рядом с большим стабилизирующим контуром: чуть меньше паники, чуть больше способности идти вперед, когда за спиной взрывается вчерашняя жизнь. На мостике «Заступницы» голос оператора резко повысился: - Осколочное облако в верхнем секторе эвакуации! Один из подбитых дроидных фрегатов разрушается. Фрагменты идут на гражданские шаттлы! Элара увидела их через голокарту и Силу одновременно. Пять эвакуационных машин поднимались из атмосферы слишком тесной группой. Дроидный фрегат, пораженный огнем «Грани», действительно разваливался в орбите, и часть его бокового массива неслась по смещенному вектору прямо в коридор подъема. У шаттлов не было времени полностью разойтись. Один успел бы уйти. Два, возможно. Остальные приняли бы удар. - «Оплот», можете снять? - спросил Вард. - Отрицательно, поздний угол, - ответил капитан поддержки. - Срежем часть, но не весь фронт. Элара уже тянулась. Не глубже в медитацию. В действие. Осколки не были кораблем. Каждый отдельный фрагмент сам по себе меньше, чем тяжелая платформа, которую она могла бы сдвинуть даже без особой подготовки. Но их было десятки, и они шли на огромной скорости, рассыпаясь веером. Элара подняла правую руку. На мостике этого никто не требовал. Жест просто помог телу следовать за мыслью. В космосе, между поднимающимися шаттлами и облаком металла, развернулась широкая бело-золотая плоскость щита. Не стена на весь сектор. Точная защита в нужной плоскости, только там, где ударный фронт должен был пересечь эвакуационный коридор. Первые фрагменты врезались в нее и распались в ярких искрах. Несколько ушли по краям, но «Оплот» добрал их точечным огнем. - Коридор чист! - крикнул оператор. - Все шаттлы вышли! - подтвердил второй канал. Элара опустила руку. Щит стоил усилия, но не выбил ее из ритма. Сила прошла через нее уверенно. Без Харрона. Без памяти о боли, способной перехватить дыхание. Только действие, точность и ответ мира. На долю секунды Элара ощутила внутри чистую радость. Я снова могу. Не как девочка, которой нужно доказать, что она не сломана. Как генерал, для которого это знание означает конкретное: пять шаттлов с людьми продолжают жить. - Генерал, - Вард говорил рядом ровно, но в голосе был тот особый оттенок, который появлялся только после вещей, которых другие командиры не могли бы требовать даже от самых лучших кораблей. - Эвакуационный верхний сектор подтверждает выход без потерь. Элара кивнула, не открывая глаз. - Продолжаем. Бой не позволил задержаться в облегчении. На поверхности Кайр вскрыл артиллерийский узел. Дроидные батареи замолчали одна за другой, и Хейвен получил долгожданное окно для расширения коридора. «Грань» в орбите продавила южный клин сепаратистов, вынуждая два вражеских корабля разойтись. «Заступница» начала плотнее работать по второму сектору, не выходя из центра командной схемы. Лиорра постепенно переставала быть ловушкой. И именно тогда пришла новая беда. - Нестабильный фрегат на нисходящем векторе! - голос дальнего сенсорного поста сорвался выше нормы. - Республиканский транспортно-снабженческий фрегат, сектор «Орикс». Повреждение двигателей после повторного попадания. Теряет высоту! Вард мгновенно вывел проекцию крупнее. Фрегат шел неправильно. Не контролируемо снижался для аварийной посадки. Падал. Корпус среднего класса, старый, но массивный, с внешними контейнерными дугами и частично заполненными грузовыми отсеками. На борту - экипаж, техники, часть раненых, которых не успели перевести перед вторым ударом. Его путь проходил через атмосферу Лиорры под страшным углом, и если он продолжал идти так, как сейчас, удар приходился не в пустую равнину и не в океан. Прямо в вытянутую дугу эвакуационного коридора между «Астером» и «Клином». Туда, где двигались гражданские колонны и где Хейвен только что закрепил линию. - Время до критической точки? - спросила Элара. - Четыре минуты до входа в плотные слои. Дальше изменение курса практически невозможно обычными средствами, - ответил оператор. - Эвакуировать наземный коридор не успеем, - сказал Вард уже после первого расчета. - Хейвен может сжать линию к северной стороне, но не вывести весь поток. - Тяговые системы? - спросила Элара. - «Оплот» и «Грань» готовят захват, но фрегат слишком низко и вращается. Без стабилизации луч не удержат. На голокарте одна большая зеленая метка превращалась в летящую катастрофу. Элара слышала Хейвена в поле медитации. Не его слова еще, а момент, когда он понял, что над линией людей падает собственный корабль. Рядом с ним - бойцы 707-го, гарнизон Лиорры, тысячи гражданских. Страх не сломал их, но ударил по строю, заставив взгляды подняться вверх, хотя смотреть было бесполезно. - Вард, - сказала Элара. Он повернулся к ней. - Держите операцию. Не дайте полю развалиться, если я сужу медитацию. - Генерал... - Я беру фрегат. На мостике никто не сказал, что это невозможно. Они слишком хорошо знали ее. Но Вард посмотрел так, будто уже видел цену. - «Грань» и «Оплот» подготовить к тяге по моему сигналу, - сказал он сразу, принимая решение вместе с ней. - Все десантные группы на поверхности - продолжать вывод. Хейвену передать: не останавливать коридор, мы снимем корабль с линии. «Мы». Элара была благодарна ему за это слово. Она не собиралась в одиночку удерживать падающую гору металла до полной остановки. Так не работало даже для нее. Но без нее корабли не получат шанс. Она должна была сделать невозможное достаточно возможным, чтобы флот смог закончить работу. Элара глубже вошла в Силу. Боевая медитация не исчезла. Она сузилась, стянулась ближе к ключевым линиям: Хейвен и его коридор, Кайр, завершающий зачистку артиллерии, Вард на мостике, основные корабли Эгиды. Остальные ритмы она отпустила чуть дальше, доверяя уже выстроенной координации. Это было не бросить. Это было перераспределить вес, иначе все рухнет сразу. А затем она потянулась к фрегату. Масса ударила в восприятие почти физически. Корабль не был точкой на карте. Он был чудовищным телом из металла, топлива, раскаленных линий поврежденных систем, человеческих жизней внутри и слепой инерции падения. Его вращало вокруг смещенной оси, так что нос то проваливался вниз, то поднимался, открывая боковые контейнеры атмосферному трению. Каждое мгновение движение усиливалось. Гравитация Лиорры тянула его к поверхности с равнодушной окончательностью. Элара не пыталась остановить. Сначала - замедлить вращение. Она взяла корпус не как руку за поручень, а как огромную поверхность, которую нужно охватить вниманием сразу в нескольких точках. Нос. Центральный корпус. Левую контейнерную дугу, уходящую в перекос. Силой прошла по линиям массы, почувствовала, где сопротивление бесполезно, а где даже малое давление изменит траекторию. На мостике что-то едва заметно завибрировало. Не корабль. Воздух вокруг нее. Бело-золотой край света скользнул по панели у ее коленей. Глаза Элары открылись сами. Серо-зеленый цвет ушел в глубокую живую зелень. - Есть контакт, - прошептала она. Вард услышал. - «Грань», «Оплот», готовность. Голоса капитанов ответили почти одновременно. - «Грань» готова. - «Оплот» готов. Элара тянула. Фрегат не послушался сразу. Он был слишком тяжелым, слишком быстрым, слишком уже выбравшим падение. Сила вошла в него не приказом, а сопротивлением. Вращение стало медленнее на едва заметную долю. Потом еще. Голокарта подтвердила изменение. - Вектор дрогнул, - сказал оператор. - Она его ловит. Не она. Элара не думала словами. Весь мир сузился до того, чтобы горящая масса перестала быть стрелой, направленной в колонны людей. Она усилила давление. Тело отозвалось сразу. Воздух в легких стал плотнее. Мышцы спины напряглись, хотя она сидела неподвижно. Пальцы сжались на краю платформы. Где-то дальше оставались Хейвен, Кайр, 707-й, поле боя. Она держала их как ритм на периферии, не позволяя панике разорвать линии, но основная мощь ушла в фрегат. Снаружи, на Лиорре, люди увидели, как падающий корабль начал менять наклон. Слишком медленно для глаза, если смотреть только на секунду. Невероятно явно, если знать, каким должен был быть его путь. Нос фрегата дрогнул в сторону океанского сектора. Центральный корпус перестал крутиться так бешено. Разрушенный левый борт все еще горел, но теперь корабль не шел прямо на эвакуационный коридор. Он шел рядом. Пока еще недостаточно далеко. - Еще, - выдохнула Элара. На границе слуха Вард что-то говорил операторам. Страж сделал шаг ближе, но не коснулся ее. Пока она держала такую мощь, любое лишнее вмешательство могло сбить тело. Элара потянула снова. Мир стал тяжелым. Не темным. Не больным. Харрон не вернулся. Но сила действия взяла цену прямо сейчас. Будто из груди медленно вытягивали воздух, а вместо костей в тело вставляли раскаленные металлические балки. Она не падала. Пока не могла позволить. Фрегат еще чуть ушел с линии. - Расчет! - голос Варда прозвучал резче. - Дайте мне расчет! - При текущем отклонении край ударной волны все еще накрывает южный сегмент коридора! - Нужно еще двенадцать градусов и снижение скорости вращения вдвое для стабильного тягового захвата! Двенадцать градусов. Элара услышала цифру как почти невозможную. И все равно взяла. В поле медитации Хейвен отдал приказ сжать гражданские колонны к северному краю, но не останавливать движение. Солдаты 707-го стали живой стеной вдоль потока людей. Один взвод бросился к тяжелой платформе с ранеными, которая застряла на обломках. Элара почувствовала их упорство и на мгновение дала им дополнительную ясность в движении. Платформа пошла. Одновременно она удерживала фрегат. Это было слишком много для обычного джедая. И именно поэтому Элара не была обычной. Сила развернулась через нее бело-золотой глубиной. На мостике приглушился чужой шум, будто сам корабль на секунду оказался внутри большого невидимого давления. За обзорным стеклом пространство не менялось, но люди рядом инстинктивно говорили тише. Фрегат развернулся еще. Семь градусов. Девять. Одиннадцать. - Есть! - оператор почти сорвался на крик. - Двенадцать! Захват возможен! - «Грань», «Оплот» - тяга! - приказал Вард. Сразу два мощных луча схватили фрегат. Сначала световые линии дрогнули, почти сорвавшись из-за остаточного вращения. Элара удержала его еще на миг, не позволяя корпусу уйти обратно. «Грань» дала больше мощности. «Оплот» поймал противоположную дугу. Общим усилием они повели поврежденный корабль дальше от линии эвакуации, к заранее рассчитанной аварийной зоне над пустой соляной равниной у побережья. Элара не отпустила сразу. Пока траектория не закрепилась. Пока оператор не произнес: - Коридор вне зоны удара. Повторяю, эвакуационный коридор вне зоны удара. Только тогда ее пальцы разжались. Фрегат остался в тяге кораблей. Его уводили. Медленно, тяжело, но уводили. Люди внутри получили шанс. Люди внизу - жизнь. Элара вдохнула. Воздух не вошел как следует. Платформа под ней будто наклонилась, хотя «Заступница» оставалась стабильной. Голокарта расплылась. Боевая медитация еще держалась на остатке воли, но полные контуры уже выходили из рук. Она почувствовала это и заставила себя завершить правильно, а не просто сорваться. - Вард, - голос вышел тише, чем хотелось. - Я здесь. - Операция... - Идет к завершению. Кайр уничтожил артиллерийский узел. Хейвен удержал коридор. Вторая и третья гражданские колонны уже входят в подъемные сектора. «Грань» держит южную дугу, сепаратисты отступают к внешнему кольцу. Элара кивнула. Значит, можно. Она медленно начала выводить себя из медитации. Не броском, а шаг за шагом, как учили Йода и Шаак Ти. Сначала отпустить дальние приданные силы. Потом вернуть корабли к собственным ритмам. Затем 707-й, оставляя только обычную защитную связь, ту, что не требует быть руками в каждом движении. В конце - поверхность, голоса, мостик, собственное тело. Когда она открыла глаза полностью, мир качнулся. Страж оказался рядом сразу. Не слишком рано. Не после падения. В точный миг, когда колени попытались подломиться, хотя Элара еще сидела. Его ладонь легла ей под локоть, вторая - за спину, не сдавливая. Вард был с другой стороны почти одновременно. - Генерал, - сказал Страж. - Я в порядке, - по привычке ответила Элара. Потом увидела лицо Варда. - Хорошо. Не в порядке полностью. - Уже точнее, - произнес Вард. Платформа медленно опустила спинку, переводя ее из прямого положения в более поддерживающее. Элара не помнила, чтобы кто-то дал системе команду, но, вероятно, Вард сделал это одним движением по панели. - Патч на мостик, - сказал он в комлинк. - Уже иду, - пришел раздраженно-собранный ответ. - И если генерал снова говорит, что все нормально после перемещения фрегата Силой, передайте ей, что я слышу. Элара слабо улыбнулась. - Он всегда выбирает момент. - Это его дар, - сказал Страж. Голос у него был ровный, но Элара почувствовала, как крепко он держит ее, будто в этом хвате еще живет Селор. Тогда он упал и не смог удержать. Сейчас стоял. Сейчас подхватил. Она повернула к нему голову. - Спасибо. Он не ответил сразу. - К вашим услугам, генерал. Вард вывел перед ней укрупненную сводку, не спрашивая, потому что знал: пока она не услышит результат, спокойно уйти не позволит. - Быстрая итоговая картина, - сказал он. - Эвакуационный коридор сохранен. Поток гражданских продолжается. Потери среди первой линии 707-го ниже прогнозных, точные цифры уточняются. Хейвен удерживает восточный массив до полного прохода четвертой колонны. Кайр докладывает: артиллерийский узел КНС уничтожен, подземные коммуникации гражданского сектора не задеты. Фрегат «Ластерн» выведен с линии удара, «Грань» и «Оплот» тянут его к аварийной зоне. Экипаж на связи. - Раненые на борту? - спросила Элара. - Подтверждены, но корпус держит. «Покров» готовит прием, если стабилизация завершится. Элара закрыла глаза на секунду. - Хорошо. - Операция еще не закончена, - добавил Вард. - Но перелом произошел. - Тогда продолжайте без меня. - Именно это мы и собирались сделать. Патч вошел на мостик быстро, с медицинским набором в руке и выражением человека, который уже заранее составил список претензий. Однако, увидев Элару в полулежащем положении между Стражем и Вардом, сразу перешел к делу без слов. - Пульс, дыхание, уровень реакции, - произнес он, подключая медицинский сенсор. - Глаза на меня, генерал. Элара открыла их. - Вы выглядите довольным, - сказала она. - Это вы от перегрузки неверно считываете мимику. - Фрегат сняли. - Я уже слышал. Весь медицинский сектор слышал. Некоторые раненые тоже. Один попросил записать, как генерал Вейр таскает корабли, потому что «такое надо показывать всем, кто жалуется на тяжесть носилок». Она тихо выдохнула. Почти смех. Это оказалось сложнее, чем должно быть. Патч сразу посерьезнел. - Достаточно. В медотсек. - В каюту, - сказала Элара. - После того как я решу, что каюта не превратится в место, куда вы эффектно рухнете без наблюдения. - Патч. - Генерал, вы только что совместили боевую медитацию такого масштаба, защитный щит в орбитальном коридоре и отклонение падающего фрегата Силой. Мое уважение безгранично. Моя готовность спорить - тоже. Вард наклонился чуть ближе. - Разрешите Патчу победить в этой части операции. Элара посмотрела на них обоих. Затем на голокарту, где зеленый коридор Лиорры теперь тянулся ровнее, чем полчаса назад. - Хорошо, - сказала она. Патч кивнул так, будто именно это и было главной победой дня. *** До медотсека она дошла не сама. Сначала попыталась, когда платформа подняла ее и Вард сдержанно предложил оставить положение полулежа. Элара настояла, что может встать. Встала. Два шага прошла с поддержкой Стража. На третьем ноги напомнили, что героическая отчетность не заменяет физиологию. Страж не дал ей опуститься на пол. Вард только коротко сказал: - Платформа. Элара не спорила второй раз. Путь с мостика оказался размытым. Не потому, что она теряла сознание. Сознание держалось упрямо, цепляясь за звуки корабля, за голос Патча, который диктовал кому-то данные, за мерные шаги Стража рядом. Просто тело перешло в тот режим, где все лишнее становилось фоном. У входа в медотсек загорелся индикатор защищенного личного канала. Патч недовольно посмотрел на боковую панель, словно сам факт сообщения был медицинским нарушением, но Вард уже увидел отправителя. - «Решительный», - сказал он. - Приоритетный закрытый пакет. Генерал Скайуокер. Элара подняла взгляд. - Выведите сообщение. Вард активировал короткий пакет без голопроекции, учитывая канал и ее состояние. Над платформой развернулась всего одна строка: «Сводку увидел. Лиорра держится. Ты живая?» Элара смотрела на сообщение, и усталость на секунду отступила в сторону, уступая место теплу. Конечно, он уже увидел. Где бы ни шел его бой на Тирренском разломе, он все равно нашел способ достать сводку по Лиорре прежде, чем официальные отчеты успели остыть. - Ответ, - сказала она. Вард подготовил канал. Элара подумала лишь мгновение. - «Живая. Лиорра держится. Фрегат тоже. Вернусь к каналу после Патча». Вард отправил. Через секунду добавил от себя, не спрашивая: - «Состояние под контролем. Перегрузка после масштабного применения Силы. Патч сопровождает». Элара посмотрела на него. - Это было обязательно? - Для его здравомыслия - да. Она не нашла сил спорить. Патч тоже не возразил, что уже было одобрением. Медотсек принял ее мягким светом и подготовленной койкой. Элара позволила снять наплечник, меч, перчатки. Цепочка Эгиды звякнула, когда Вард аккуратно уложил клинок на боковую поверхность у кровати, не унося дальше. - Оставьте здесь, - сказала она. - Конечно, - ответил он. Патч подключал датчики, при этом тихо комментируя почти каждое движение больше для удержания ее в ясности, чем по необходимости: - Сейчас вода. Потом восстановительный раствор. Потом полное отсутствие докладов до моего разрешения. - Сколько? - До моего разрешения. - Очень гибкий срок. - Я учусь у Верховного командования. Элара хотела улыбнуться, но веки уже становились тяжелыми. На краю зрения Страж занял место у двери. Не в боевой стойке. Просто рядом. Вард еще оставался у койки, хотя его ждала операция, которая продолжалась без нее. Он уйдет через минуту. Должен. Она знала это. И все равно было хорошо, что прямо сейчас он еще здесь. - Коммандер, - выдохнула Элара. - Генерал. - Когда завершите вывод... сообщите. - Сообщу после того, как вы проснетесь. - Если до того? - Тогда сохраню сообщение. Она слабо кивнула. Снаружи, за стенами медотсека, Лиорра продолжала освобождаться от петли. Гражданские колонны шли к шаттлам. Хейвен держал причальный массив. Кайр выводил ARC из разбитого артиллерийского узла. «Грань» и «Оплот» уводили спасенный фрегат в аварийную зону, и люди на его борту еще не знали, как близко были к тому, чтобы стать падающей смертью для других. Элара знала. И знала другое. Она снова смогла. Не просто услышать Силу в тихом храмовом саду. Не только вернуться к легиону в ангаре «Заступницы». Сегодня она вошла в войну всем своим масштабом и не дала Харрону решить за нее, какой будет ее сила после боли. Цена пришла честно. Она приняла и ее. Когда голова коснулась подушки, мир наконец потускнел. Последнее, что Элара успела увидеть перед тем, как сон сомкнулся над ней, - бело-золотая рукоять меча у кровати и маленький знак Эгиды на цепочке, неподвижно лежащий рядом. На защищенном личном канале, уже после того как глаза закрылись, вспыхнул новый ответ с «Решительного». Патч увидел, но не стал будить ее. В сообщении было всего три слова: «Жду твоего голоса».