Отзвуки наших миров

Три дня в пути. «Гонец» шёл к внутренним планетам системы Тау Кита, и Кир впервые за долгое время мог просто смотреть. Панорамный обзор центрального отсека показывал звёздное небо, непривычное глазу землянина. Созвездия здесь были чужими: ни Большой Медведицы, ни Ориона, ни Южного Креста. Только россыпь незнакомых огней, среди которых двигалась яркая белая точка - Праматерь, пункт назначения. Кир сидел в одиночестве, когда мембрана двери раскрылась и вошёл Ириан. - Не спите? - Пытаюсь. Получается плохо. Ириан сел рядом - не в кресло, а прямо на пол, скрестив ноги. Движения его были плавными, текучими, без малейшего напряжения. Мускулистое тело, казалось, не знало усталости. - Я тоже плохо сплю последние дни, - признался он. - Слишком много всего случилось. - Расскажите мне о Праматери, - попросил Кир. - Если мы летим туда, я хочу знать, чего ждать. Ириан помолчал, глядя на приближающуюся белую звезду. - Праматерь - третья планета от Тау Кита. Чуть крупнее Земли. Гравитация - одна целая две десятых g. Атмосфера - азотно-кислородная, но кислорода чуть больше, чем на Земле. От этого воздух кажется сладким, и у вас первое время может кружиться голова. - А климат? - Умеренный на большей части суши. Три континента. Моря тёплые, но неглубокие. Леса... - он улыбнулся. - Леса там синие. - Синие? - Фотосинтез у местных растений использует другой пигмент. Не хлорофилл, а аналог фикоцианина. Поэтому листва отливает синевой, особенно на закате. Кир попытался представить: синие леса, белая звезда в небе, чужая гравитация. Мир, где люди живут пятьдесят тысяч лет. Мир, который построил кротовые норы и потерял свои колонии. - А люди? - спросил он. - Как вы живёте? - Долго и спокойно, - Ириан облокотился на стену. - Мы никогда не знали войн в вашем понимании. На раннем этапе, когда наши предки только начинали строить цивилизацию, они почему-то пошли не по пути конкуренции, а по пути сотрудничества. Никто не может сказать точно, почему так вышло - может быть, сказалась биология, может быть, условия среды, может быть, просто случай. Но у нас не сложилось иерархий, построенных на силе. Не возникло традиции доминирования. Когда пришло время создавать глобальную систему управления, женщины - Совет Матерей - просто взяли на себя эту роль. Не потому, что был кризис и кто-то кого-то остановил. А потому, что так сложилось исторически. Материнская модель заботы стала основой нашего общества. И оказалась эффективной.. - Как? - Консенсусом. Никаких единоличных решений. Каждый вопрос обсуждается, пока не будет найдено решение, устраивающее всех. Это медленно, но эффективно. - А наука? - Наука - наша главная ценность. Мы достигли многого: медицина, продлевающая жизнь до нескольких столетий; гравитационные технологии, позволяющие строить корабли вроде «Гонца»; управление климатом; симбиотическая архитектура. Но... - он запнулся. - Что? - Мы застыли. Уже несколько тысяч лет - никаких прорывов. Мы достигли потолка. И теперь, когда появился Паразит, мы не знаем, как с ним бороться. Наши старые методы не работают. - Поэтому вы ищете колонии? - Да. Каждая колония пошла своим путём. Мы надеемся, что где-то там, среди потерянных миров, найдётся решение. Или хотя бы его часть. Кир задумался. - Значит, мы - часть пазла? - Вы - важная часть. Земля - самая дальняя колония. Вы не знали о нас. Вы развивались сами, без нашей помощи. И вы достигли многого за ничтожный по нашим меркам срок. Мы наблюдали за вами последние столетия - и поражались. Ваша скорость, ваша адаптивность, ваша способность находить нестандартные решения... этого нам не хватает. - Вы за нами наблюдали? - Кир поднял бровь. - Издалека. С орбиты. Без вмешательства - таков закон. Но теперь закон придётся нарушить. Они замолчали. Праматерь на обзорном экране росла, превращаясь из точки в диск. Уже можно было различить очертания материков и синеватый отлив атмосферы. - Можно личный вопрос? - спросил вдруг Ириан. - Попробуйте. - Почему вы стали учёным, Кир? Кир не ожидал такого вопроса. - Не знаю, - честно ответил он. - Мне всегда было интересно, как устроен мир. Не просто смотреть - понимать. Разбирать на части и собирать обратно. Отец говорил, что я родился с гаечным ключом в руке. Только ключ был математический. - А что случилось с отцом?  - Умер. Когда мне было двенадцать. После этого мы остались вдвоём с мамой. Она... - Кир усмехнулся. - Она до сих пор живёт в Новосибирске и печёт пироги с капустой. Я не сказал ей, что лечу к кротовой норе. Сказал - в экспедицию к дальним планетам. - Она будет гордиться вами. Когда узнает. - Если узнает. Ириан внимательно посмотрел на Кира. Серый глаз - холодный, аналитический. Зелёный - тёплый, понимающий. - Узнает, - сказал он твёрдо. - Я обещаю. И Кир поверил. На четвёртый день «Гонец» вышел на орбиту Праматери. Кир стоял у панорамного обзора, не в силах оторваться. Планета висела в черноте космоса - огромный сине-зелёный шар, окутанный белыми спиралями облаков. Океаны, сверкающие под лучами Тау Кита, занимали больше половины поверхности. Материки, покрытые растительностью, отливали синевой - той самой, о которой говорил Ириан. И города. Они были не похожи на земные мегаполисы. Никаких небоскрёбов, никаких прямоугольных кварталов. Только плавные, органические структуры, вписанные в ландшафт, как если бы они выросли из земли сами. Белые, серебристые, перламутровые - они сияли в лучах закатного солнца, как россыпь драгоценных камней.  - Красиво, - прошептал Сато, стоя рядом. - Да, - согласился Кир. - Очень. - Мы правда здесь? Мне всё ещё кажется, что это сон. - Не сон. Реальность. В отсек вошла Линн. За трое суток она немного оправилась - синяки под глазами побледнели, плечи расправились, - но в глазах всё ещё стояла тень пережитого. - Ириан говорит, посадка через час, - сообщила она. - Нас примет Совет Матерей. Это... главный орган управления планетой. - Совет Матерей? - переспросил Сато. - У них матриархат, что ли? - Да. И я прошу всех воздержаться от комментариев по этому поводу. Мы - гости. Мы должны быть дипломатичными. - Мы - учёные, - заметил Кир. - Дипломатия не наш профиль. - Значит, придётся учиться на ходу. Час пролетел быстро. «Гонец» снижался плавно, без рывков и перегрузок. Гравитационное поле корабля гасило инерцию так мягко, что Кир почти не замечал торможения. За иллюминаторами проносились облака, потом - синие леса, сверкающие реки, белые башни городов. Корабль опустился на посадочную площадку, выраставшую прямо из скалы - словно камень сам расступился, формируя идеально ровную поверхность. Вокруг возвышались башни, больше похожие на гигантские деревья, чем на здания. - Добро пожаловать на Праматерь, - сказал Ириан. Шлюз открылся. В лицо ударил воздух - тёплый, влажный, пахнущий незнакомой зеленью и чем-то ещё, едва уловимым, похожим на озон после грозы. Кир сделал глубокий вдох и почувствовал лёгкое головокружение - кислорода действительно было больше. Тяжесть в ногах напомнила о себе - одна целая две десятых g. Каждый шаг требовал чуть больших усилий. Их встречали. Пять женщин в стояли полукругом у края площадки. Все - высокие, статные, с теми же правильными чертами лиц, что у Ириана. Волосы - у кого белые, у кого серебристые, у кого черные с проседью - были убраны в сложные причёски. Старшая - женщина с лицом, на котором не было ни единой морщины, но глаза выдавали возраст, намного превосходящий человеческий, - выступила вперёд. - Приветствую детей Земли, - произнесла она. Голос звучал низко и мелодично, как виолончель. - Я - Мать-Советница Ирэна. От имени Праматери - добро пожаловать домой. Кир поклонился - неуклюже, но искренне. - Благодарю, - сказал он. - Мы прошли долгий путь и потеряли многих. Но мы здесь. - Мы знаем о ваших потерях, - Ирэна склонила голову. - И скорбим вместе с вами. Паразит отнял у вас близких - как когда-то отнял наших. Но теперь мы вместе. И вместе остановим его. Она повернулась и пошла к башням. Остальные Матери последовали за ней. Кир, Линн, Сато, Элиас и остальные выжившие двинулись следом. Ириан поравнялся с Киром. - Как самочувствие? - Тяжеловато. Но жить можно. - Привыкнете. Аборигены Праматери рождаются с более плотными костями и мышцами. Поэтому я выгляжу так. - Как «так»? - спросил Кир и тут же пожалел. Ириан усмехнулся. - Иначе, чем земляне. Гравитация лепит тело. На Праматери все такие. Город был живым. Стены домов дышали. Улицы, мощённые перламутровыми плитами, светились изнутри мягким светом. Повсюду росли деревья с синей листвой, и в их кронах порхали существа, похожие на бабочек размером с ястреба. Воздух был наполнен звуками - не механическими, а живыми: журчание воды, шелест листвы, далёкое пение, напоминающее флейту.  Люди - мужчины и женщины- останавливались и смотрели на процессию. Одежда на них была простой, функциональной, но красивой. И все они были высокими. Все - с развитой мускулатурой. Все - с той же плавной грацией движений, что у Ириана. - Они знают, кто мы? - спросил Сато шёпотом. - Знают, - ответил Ириан. - Весть о вашем прибытии разнеслась ещё вчера. Для них вы - легенда, ставшая реальностью. Потерянная колония, которую искали тысячи лет. - И что они думают? - По-разному. Кто-то - с надеждой. Кто-то - с опасением. Но все - с интересом. Их проводили в гостевой дом - невысокое, но просторное здание, выраставшее прямо из скалы. Внутри было светло, тепло и тихо. Стены мерцали мягким светом. Пол пружинил под ногами, как лесной мох. Комнаты - отдельные для каждого - были обставлены просто, но удобно: ложе, стол, терминал, окно с видом на синий лес. - Располагайтесь, - сказал Ириан. - Завтра Совет Матерей соберётся официально. Вы расскажете о Земле. Мы расскажем о Паразите. И вместе решим, что делать дальше. - Вы будете там? - спросил Кир. - Да. Как куратор земной миссии. - Это официальная должность? - Теперь - да. - Ириан посмотрел на Кира, и в его разноцветных глазах мелькнуло что-то тёплое. - Отдыхайте, доктор Грачёв. Завтра будет тяжёлый день. Он повернулся и вышел. Кир остался стоять у окна, глядя на синий лес и чужую звезду, клонившуюся к закату. Где-то там, в двенадцати световых годах, осталась Земля. Мать. Обсерватория в Атакаме. Всё, что было его жизнью. А здесь начиналась новая.