Хвост Феи: Серебряная Кровь

Ария открыла глаза. Вокруг была тьма — не та, что пугает, а та, что успокаивает. Серебряный туман стелился под ногами. Бесконечное пространство, пронизанное холодным светом. Перед ней возвышалась клетка. Её прутья — толстые цепи, увитые крестами, — светились тусклым серебром, но теперь на них виднелись новые наслоения: оплавленные звенья, следы огненной ковки — память о битве Нацу со Зверем. Клетка выдержала. Но внутри по-прежнему обитала тьма. Два алых глаза смотрели на Арию. Зверь сидел у самой решётки, поджав колени к груди, и глядел на неё не с яростью, не с насмешкой — а с каким-то странным, почти материнским выражением. Так смотрят на щенка, который приполз к маме после того, как его побили старшие собаки. — Ну и как ты дошла до этого? — голос Зверя был мягким, почти вкрадчивым, но в нём слышались стальные нотки. — Слабый человек парализовал тебя куском дерева. А теперь наше тело находится в руках других, ещё более слабых людей. Ария стиснула зубы. — Слабый? Жозе — Святой Маг. Один из Десяти Святых Волшебников. Он сильнее любого обычного мага. И что значит «наше» тело? Оно моё! Зверь расхохотался. Смех разнёсся по серебряному пространству, отразившись от невидимых стен. Затем он резко оборвался, и Зверь метнулся к решётке, с силой ударив по ней. Цепи зазвенели, кресты задрожали, но клетка не поддалась — лишь новые оплавленные звенья, выкованные огнём Нацу, засияли ярче. — Для меня все людишки — это корм, — прошипел Зверь, прижимая лицо к решётке. — И не более того. Неважно, насколько они сильны. Люди ограничены в своём потенциале, как ни крути. Их потолок — это наш пол. А тело... Он отступил в тень, и его глаза загорелись ещё ярче. — Тело всё-таки наше. Потому что нас тут двое. Не ты одна. Ария сжала кулаки. Её голос прозвучал низко и глухо: — Как мне хочется, чтобы ты исчезла. Зверь остановился. На мгновение в пространстве повисла абсолютная тишина. А затем он заговорил — и в его голосе не было ни злобы, ни насмешки. Только холодная, расчётливая констатация факта: — Единственная, кто исчезнет, — это ты. Если тело умрёт, ты умрёшь вместе с ним. А я — я освобожусь от тебя. Он начал отступать в глубину клетки, растворяясь во тьме. — Мне остаётся лишь немного подождать. Пока ты не исчезнешь. Тьма сомкнулась. Но два алых глаза ещё долго горели в темноте, словно два маяка, обещающих неизбежное. Волшебники «Хвоста Феи» вернулись в Магнолию. Отступление было тяжёлым. Израненные, уставшие, подавленные — они несли на руках своего мастера и свою подругу. Макарова немедленно передали Полюшке. Старая целительница, ворча и ругаясь сквозь зубы, уложила его на койку в своём лазарете и принялась за работу. Его магические каналы были серьёзно повреждены заклинанием Metsu, но Полюшка знала своё дело. Арию оставили в гильдии. Для неё не требовался врач в привычном смысле — здесь нужны были знания иного рода. Мираджейн и Леви вызвались добровольно. Они были единственными в гильдии, кто серьёзно изучал вампирскую физиологию: Мира — потому что когда-то сама интересовалась тёмной магией в своих демонических формах, а Леви — потому что прочитала об этом всё, что только можно было найти в библиотеке, включая редкие трактаты на мёртвых языках. Когда-то она сделала это из простого любопытства. Теперь это любопытство могло спасти жизнь. Когда Арию положили на кровать и сняли верхнюю часть разорванной сутаны, Мираджейн тихо ахнула. Из груди, чуть левее сердца, всё ещё торчал обломок деревянной ножки стула. Кровь продолжала сочиться — медленно, но непрерывно. Рана, которая у неё затянулась бы или хотя бы перестала кровоточить, здесь не закрывалась. Леви наклонилась над обломком и осторожно поскребла его ногтём. Поднесла к свету. Принюхалась. — Так и есть. Осина. — Осина? — переспросила Мира. — Да. Я читала об этом в «Трактате о кровопийцах» авторства епископа Марцелла, — Леви поправила очки. — Осина парализует вампира. Замедляет регенерацию. Если обломок останется внутри слишком долго, рана не закроется, и она истечёт кровью. Мира сжала губы. — Нужно вытащить. — Да, но тут нужна точная рука. Если внутри останутся мелкие щепки, они будут действовать так же, как большой обломок. Они продолжат мешать заживлению. И тогда... — Леви запнулась. — Тогда она умрёт, — закончила Мира. — Да. А ещё, когда мы вытащим обломок, ей понадобится кровь для быстрого восстановления. Мира посмотрела на свои руки. Руки барменши. Руки, которые привыкли держать стаканы и разнимать драки. Но когда-то — очень давно — эти руки были руками мага S-класса. И они не забыли, что такое точность. — Я попытаюсь, — сказала она. — У меня точная рука. И кровь я могу дать свою. — Тогда я принесу пинцет, — Леви уже бежала к двери. — И спирт. И бинты. И... — Леви, — мягко остановила её Мира. — Всё будет хорошо. Леви кивнула и исчезла в коридоре. В дверях появилась Эрза. Она посмотрела на Арию, на обломок в её груди, на бледное лицо подруги — и стиснула челюсть. — Мне нужно собрать наших, — сказала она. — Фантомный Лорд может напасть снова. — Иди, — ответила Мира. — Мы справимся. Эрза развернулась и направилась в подвал, где укрылись остальные члены гильдии. Пока в гильдии шла борьба за жизнь Арии, Нацу не терял времени. Он узнал, где держат Люси. Эту информацию из захваченного мага фантомного лорда вытряс Грей — буквально, подвесив его за ногу над провалом в полу. И теперь Нацу, не слушая ничьих возражений, мчался обратно в Дубову. Он проник в штаб-квартиру врага через чёрный ход. Его нюх не подвёл: он нашёл Люси быстрее, чем охрана нашла его. В камере, подвешенная в магических оковах, Люси услышала голос Жозе. — Ты — причина этой войны, Люси Хартфилия. Люси открыла глаза. Жозе стоял перед ней, скрестив руки. — Твоё похищение было заказано. И знаешь, кем? Она не хотела знать. Но он сказал. — Твоим отцом. Джудом Хартфилией. Он хочет вернуть тебя. За любую цену. Люси почувствовала, как внутри что-то оборвалось. Отец. Тот самый отец, который не разговаривал с ней годами, который был холоден как лёд, который смотрел на неё как на вещь, — он заказал её похищение? А потом что-то внутри неё загорелось. Злость. — Вот как, — тихо сказала она. И со всей силы ударила Жозе ногой в пах. Он не ожидал. Никто не ожидал. Святой Маг согнулся пополам от боли — и в эту секунду Люси, освободившись от хватки, бросилась к окну камеры. Внизу была пропасть. Но она знала. Знала, что он её поймает. Она прыгнула. И Нацу поймал. Его руки — горячие, надёжные, сильные — сомкнулись вокруг неё, и они полетели вниз, а затем — вверх, взмывая над шпилями замка. Люси уткнулась лицом в его плечо и впервые за день выдохнула. — Ты опоздал, — прошептала она. — Я пришёл вовремя, — ответил Нацу. И они помчались домой, в Магнолию, а разъярённый Жозе кричал им вслед, что заставит Люси заплатить. Вернувшись в гильдию, все начали готовиться к возможной контратаке. Люси, считавшая себя виноватой во всём произошедшем, сидела в углу, обхватив колени руками. — Это из-за меня, — повторяла она. — Из-за меня гильдия разрушена. Из-за меня мастер ранен... — Хватит, — сказал Грей, подходя к ней. — Никто здесь так не думает. — Но... — Ты член Хвоста Феи, — твёрдо сказала Эрза. — А мы своих не сдаём. Тем временем Кана пыталась связаться с Гилдартсом через коммуникационную лакриму. Но тот был где-то далеко, вне зоны досягаемости. Оставался Лексус. Эрза активировала лакриму, и в воздухе появилось изображение высокого блондина с надменной усмешкой. — Чего надо? — Лексус, гильдии нужна твоя помощь. Фантомный Лорд напал на нас. Мастер ранен. Ария на грани смерти. Лексус помолчал. Затем усмехнулся ещё шире. — Значит, Эрза не справилась. И Ария не справилась. Слабые. — Лексус... — в голосе Эрзы зазвенела сталь. — Если вы просите помощи у меня, — перебил он, — то сами признаёте, что вы — слабаки. А слабакам не место в моей гильдии. Изображение погасло. Лакрима с треском врезалась в стену — её швырнул Эльфман. — Зараза! Если бы мастер был в порядке, он бы задал трёпку этому засранцу! — Не переживай, — тихо сказала Эрза. — Мастер скоро придёт в себя. Как и Ария. Я надеюсь. Леви вернулась с пинцетом, спиртом, бинтами и ещё каким-то пузырьком, содержимое которого пахло травами. Мираджейн склонилась над Арией. Её лицо было спокойным. Руки — твёрдыми. — Я начинаю. Она осторожно ухватилась за край обломка. Медленно — миллиметр за миллиметром — потянула. Дерево выходило с влажным, чавкающим звуком. Кровь потекла сильнее. Обломок вышел целиком. Мира отложила его в сторону и взяла пинцет. Теперь — самая сложная часть. Она проверяла рану слой за слоем, извлекая мельчайшие щепки, которые могли остаться внутри. Каждая была не больше песчинки, но каждая была смертельно опасна. Прошло пять минут. Десять. Пятнадцать. — Готово, — выдохнула Мира. — Щепок больше нет. Она продезинфицировала рану — Ария даже не вздрогнула, — затем взяла небольшой нож, протёрла лезвие спиртом и сделала аккуратный надрез на собственном запястье. Кровь закапала в приоткрытый рот Арии. Сначала ничего не происходило. А затем её глаза распахнулись. Алые. Горящие. Голодные. Она вцепилась обеими руками в руку Миры и вонзила клыки в запястье с такой силой, что брызнула кровь. Она пила — жадно, неистово, по-звериному. Её тело содрогалось. Рана на груди начала затягиваться — медленно, но верно. — Ария... — прошептала Мира, чувствуя, как слабость разливается по телу. — Я... не могу остановиться... — прохрипела Ария, не отпуская её руку. — Оттащите меня... Грей и Эльфман бросились вперёд. Они схватили Арию за плечи и с силой оторвали от Миры. Та, всё ещё в полубессознательном состоянии, пыталась вырваться, но сил уже не было. Через минуту её глаза потускнели. Алый сменился чёрным. Клыки втянулись. — Что... — она обвела взглядом комнату. — Что произошло? Ей всё рассказали. И Ария вскочила с кровати. — Ты куда?! — воскликнула Мира, держась за перевязанное запястье. — Тебе нужно сменить одежду! Сутана порвана в районе груди! Ария даже не обернулась. Она была уже на улице. В тот самый момент, когда Ария выбежала на площадь перед гильдией, земля содрогнулась. Все, кто был снаружи, замерли. На горизонте, со стороны Дубовы, двигалась громада. Огромный замок на механических ногах шагал через озеро, поднимая волны, и его тень накрывала полнеба. Штаб-квартира Фантомного Лорда превратилась в гигантского робота — Магического Гиганта Фантом MK II. И он шёл прямо на Магнолию. — Он... ходит?! — выдохнула Люси. Робот остановился на расстоянии выстрела. На его вершине раскрылось жерло огромной пушки, и в нём начал клубиться фиолетовый свет. Жозе Порла, стоявший в командной рубке, отдал приказ: — Огонь! — Волшебная Конвергентная Пушка «Юпитер», пли! — хором закричали операторы. Луч чистой магической энергии сорвался с жерла и понёсся к гильдии. Он был такой яркий, что на мгновение затмил солнце. Воздух загудел. Эрза выбежала вперёд. — Адамантовая броня! Её доспехи засверкали — самые прочные из всех, что у неё были. Она расставила руки, готовясь принять удар. И в этот момент рядом с ней приземлилась Ария. — Кровавые Крылья! За её спиной раскрылись два огромных крыла, сотканных из алой магии крови. Она сложила их перед собой, создав второй щит — живой, пульсирующий, готовый принять на себя всю мощь врага. Два щита. Эрза и Ария. Плечом к плечу. Луч ударил. Взрывная волна пронеслась по площади. Дома вокруг задрожали. Стекла вылетели. Но луч был остановлен. Отражён. Рассеян. Когда свет погас, Эрза стояла на ногах — израненная, но живая. Ария — рядом с ней, тяжело дыша. — Ария! — закричали маги гильдии. — Ария в порядке! Победа будет нашей! Ора-а-а-а! Ария повернулась к Эрзе. Её порванная сутана развевалась на ветру, обнажая окровавленную, но уже затянувшуюся рану на груди. — Прости, Эрза. Долго ждала? Эрза улыбнулась. — Нет. Я знала, что ты будешь в порядке. Ария медленно повернулась к роботу-замку. — А теперь... — Я сражалась с демонами размером с этот штаб, — произнесла Ария. — Справлюсь. Она оттолкнулась от земли и взмыла в воздух. На середине дистанции за её спиной раскрылись Кровавые Крылья — широкие, алые, пронизанные светом. Она понеслась к роботу, как стрела, и приземлилась прямо на ствол пушки «Юпитер». В её правой руке начал формироваться меч. Но не обычный. Двухметровый одати — японский большой меч, сотканный из её собственной крови и воли. Лезвие сияло алым и серебряным одновременно. — Попробуем. Она побежала по стволу пушки. Быстро. Очень быстро. Её меч вращался, нарезая металл, как масло. Искры летели во все стороны. Броня орудия трескалась и разваливалась. Она добежала до конца ствола. Развернулась. Ударила тупой стороной меча по корпусу. И орудие развалилось на ломтики. Аккуратные, ровные ломтики, как порезанный рулет. Они падали в воду один за другим, поднимая фонтаны брызг. В командной рубке Жозе вскочил с трона. — Что за?! — его голос сорвался на визг. — Быстро убейте её, мать вашу! Иначе нас всех перебьют! — Посмотрим, кто кого, Жозе, — прошептала Ария, преобразуя одати обратно в обычный серебряный меч. В этот момент в небо вокруг робота взлетели остальные члены «Хвоста Феи». Нацу на Хэппи. Эрза со своим мечом. Грей на ледяной платформе. Эльфман используя частичное превращение. Штурм начался. Жозе, поняв, что «Юпитер» уничтожен, приказал призвать Тени. Из тёмных углов робота-замка начали выползать бесчисленные призрачные фигуры — солдаты тьмы, созданные магией Жозе. Маги «Хвоста Феи» вступили в бой. — Я иду внутрь! — крикнул Нацу. — Ага! — Хэппи подхватил его и понёс к пролому, который оставила Ария. — Я тоже хочу сражаться! — крикнула Люси, но Мираджейн положила руку ей на плечо. — Нет. Ты слишком важна. Ридус! Ридус подхватил Люси и понёс её в секретное убежище гильдии. Та брыкалась и кричала, но Ридус держал крепко. Мира повернулась к Теням. Её глаза загорелись уверенностью и отвагой. — А теперь — сражаться. Тем временем Нацу и Хэппи пробрались внутрь замка через пролом, оставленный Арией. Их путь привёл их в сердце робота — туда, где располагалась гигантская Лакрима, питающая орудия энергией. Нацу уже приготовился её уничтожить, когда перед ним возникла фигура. Невысокий человек в странной одежде, с мечом за спиной и надменной улыбкой. Тотомару. Один из Элемента 4. Повелитель огня. — Так-так, — произнёс Тотомару, оглядывая Нацу. — Огненный Убийца Драконов. Я ждал этой встречи. — Отойди, — сказал Нацу. — Я иду крушить вашу лампочку. — Боюсь, не получится. Тотомару взмахнул рукой, и пламя Нацу, которое тот уже готовил для атаки, внезапно... изменило направление и ударило в стену. — Что за?! — Мой огонь, — усмехнулся Тотомару, — единственный в мире, способный контролировать чужое пламя. Даже твоё. Я — Мастер Огня. Ты ничего не сможешь мне сделать. Нацу зарычал. Битва зашла в тупик. Нацу поглощал пламя Тотомару, а Тотомару контролировал пламя Нацу. Никто не мог нанести удар. Тогда Нацу применил хитрость. Он сделал вид, что готовит Рёв Огненного Дракона. Тотомару приготовился контролировать его пламя. Но в последний момент Нацу плюнул ему в лицо. — Тьфу! Тотомару замер. А затем — взорвался яростью. — Ты... ты плюнул в меня?! Я убью тебя! Оранжевый Огонь! Он создал пламя — но не красное, не жёлтое, а ярко-оранжевое, испускающее отвратительный запах. Запах был настолько мерзким, что Нацу — с его драконьим обонянием — зашатался и едва не потерял сознание. — Ага! Попался! — Тотомару выхватил меч и бросился в атаку. Нацу едва уклонялся. Запах душил его. Но в какой-то момент он понял: если Тотомару может контролировать его пламя, значит, нужно сделать пламя больше. Он создал огненный шар. Тотомару потянулся к нему своей магией. Нацу сделал его ещё больше. Ещё. ЕЩЁ. Пламя выросло до такой степени, что Тотомару больше не мог его контролировать. — РЁВ ОГНЕННОГО ДРАКОНА! Поток пламени снёс Тотомару и врезался в Лакриму. Гигантский кристалл треснул, а затем разлетелся вдребезги. Робот-замок содрогнулся и замедлился. — Получилось... — выдохнул Нацу. Но Тотомару ещё не был побеждён. Он поднялся и уже готовил свой последний приём — Радужный Огонь, когда его накрыла ледяная глыба. — Замёрзни, — сказал Грей. — А теперь — полетаем! — Эльфман схватил ледяную глыбу и швырнул её в небо. На помощь Нацу прибыли друзья. Эльфман двинулся дальше по замку. Его цель была — добраться до Эрзы, чтобы помочь. Но дорогу ему преградил Сол. Человек с неестественно длинными конечностями и лицом, застывшим в гримасе насмешки. Его магия — Магия Земли — позволяла ему превращать своё тело в камень, песок и грязь. И он знал больное место Эльфмана. — Эльфман, — пропел Сол, пританцовывая. — Помнишь ту ночь? Ночь, когда ты убил свою сестру? Эльфман замер. — Она была такой маленькой. Такой хрупкой. А ты превратился в монстра и разорвал её на куски. — Замолчи... — Ты хотел защитить её, да? А вместо этого — убил. Свою младшую сестру. Своими собственными руками. — ЗАМОЛЧИ! Сол рассмеялся. Он думал, что сломил его. Что сейчас Эльфман рухнет на колени и заплачет. Но Эльфман не рухнул. Он поднял голову. Его глаза горели. — Да, — сказал он. — Я слаб. Я был слаб тогда. И я слаб сейчас. Но я знаю это. Я признал это. И именно поэтому я стал сильнее. Я трудился все эти годы, чтобы защищать близких. Чтобы больше никогда не допустить такой ошибки. Чтобы защитить свою семью! Его тело начало меняться. Мышцы раздувались. Кожа грубела. Руки превращались в лапы монстра — того самого монстра, который убил Лисанну. Но на этот раз он контролировал его. — Полный Захват Монстра! Прими Звериную Душу! Сол попятился. — Что... подожди... Чудовищный удар обрушился на него. Затем второй. Третий. Эльфман забил Сола в пол замка — буквально, оставив в каменном полу вмятину в форме человеческого тела. Затем он развернулся и пошёл помогать Эрзе. Работая сообща, они расколотили ещё одну руку робота, и та с грохотом рухнула в озеро.