Ария для двоих

Дом казался вымершим. Не было слышно ни привычного утреннего шума, ни голоса Макса, ни звуков музыки из студии. Только гнетущая, звенящая тишина, которая давила на уши сильнее любого крика. Ари лежала на кровати, уставившись в потолок. Её мысли хаотично кружились вокруг одного воспоминания — поцелуя с Тэхёном. Она не могла выбросить его из головы, несмотря на все попытки отвлечься. Каждое касание, каждая эмоция возвращались к ней волнами, заставляя сердце биться быстрее. Ей хотелось бежать, кричать, плакать... но она боялась признаться себе в истинных чувствах. Это было неправильно. Опасно. Запретно. Из комнаты брата слышались тяжёлые, размеренные шаги. Макс. Он не насвистывал, как обычно, и не напевал. Он просто ходил. Туда-сюда. Внезапно к шагам Макса добавился другой звук — тихий шум воды и едва слышный звон посуды. Тэхён. Он тоже не спал. Он готовился к завтраку, но его мысли были столь же беспокойны, как и у Ари. Он прокручивал в голове каждую деталь прошедшего вечера: как дрожали её губы, как пахли её волосы...  Он чувствовал вину за то, что позволил себе нарушить границы дружбы, но одновременно испытывал облегчение от того, что наконец признался ей в своих чувствах. Ари замерла, услышав эти звуки. Он там, внизу. Всего один пролет лестницы отделяет её от человека, чьё имя она боялась произнести даже мысленно. Тихий стук в дверь заставил её вздрогнуть. — Ари? — голос Тэхёна был едва слышен. — Ты... ты в порядке? Она замерла. Сердце пропустило удар и забилось где-то в горле. — Я... сейчас спущусь, — прошептала она в ответ, не открывая двери. Она слышала, как его шаги удаляются по коридору. Внизу снова скрипнула половица. Затем раздался голос Макса — низкий, спокойный: — Доброе утро. Как спалось? Тишина затянулась на несколько мучительных секунд. — Как убитый, — наконец ответил Тэхён. Его голос звучал хрипло и немного неуверенно. — Спасибо за гостеприимство. Ари выдохнула и прижала ладони к пылающим щекам. Она должна спуститься. Должна вести себя, как обычно. Делать вид, что вчерашней ночи в саду не было. Глубоко вдохнув, она открыла дверь и на ватных ногах пошла к лестнице. Каждая ступенька казалась ей целой вечностью. Она старалась двигаться бесшумно, но каждое её движение казалось ей оглушительным. Наконец, она добралась до кухни. Макс стоял у плиты, помешивая что-то в кастрюле. Тэхён сидел за столом, держа в руках чашку кофе. Оба молчали. Атмосфера была настолько плотной, что Ари показалось, что она может задохнуться. Она робко пожелала доброго утра обоим мужчинам, стараясь избегать прямого зрительного контакта. Макс коротко кивнул в ответ, продолжая заниматься своими делами. Тэхён поднял на неё глаза, но тут же отвёл взгляд, словно боясь выдать свои настоящие чувства. Ари села за стол, чувствуя, как на неё давит напряжённая тишина. Она не понимала, что происходит. Ей казалось, что Макс всё понял и злится на неё, но он молчал. Это сбивало её с толку и давило ещё сильнее. Время тянулось бесконечно долго. Завтрак превратился в пытку молчания и невнятных жестов. Никто не решался заговорить первым. Тэхён пил кофе мелкими глотками, стараясь не смотреть на Ари. Ари вертела в руках ложку, не притрагиваясь к еде. Макс, казалось, был погружён в свои мысли, методично помешивая суп в миске. Внезапно он вскочил со стула. Он выглядел энергичным и напряжённым, таким же, как и настроение за столом. — Надеюсь, вам понравился завтрак? Тэхён и Ари синхронно подняли головы, словно школьники, пойманные за списыванием. Макс сделал вид, что не заметил их неловкости и продолжил: — Я тут подумал, — он оперся о край стола, — что нам нужно провести день вместе. Как семья. Может, съездим на природу? Ари почувствовала, как её щёки снова начинают гореть. Она украдкой взглянула на Техёна, но тот сосредоточенно рассматривал дно своей чашки. — Хорошая идея, — отозвался Тэхён, наконец поднимая глаза. — Я с радостью. Макс довольно улыбнулся и хлопнул в ладоши. — Замечательно! Тогда давайте решим, куда поедем. Предложения принимаются! Он отошёл к холодильнику, доставая оттуда бутылку сока. Ари лихорадочно вскинула голову и испуганно посмотрела на Тэхёна. Тэхён едва заметно кивнул, понимая, что ситуация требует немедленных действий — Мы можем посмотреть парк возле реки, там красивые тропы. — Согласна, — поддержала Ари, стараясь не выдавать своего волнения. — Парк возле реки — отличное место для прогулки. Макс задумался на секунду и отрицательно покачал головой. — Мне кажется, — он потер подбородок, — Природа прекрасна, но я уверен, что нам будет мало одного пикника на побережье. Ари и Тэхён переглянулись, и в их глазах мелькнул одинаковый оттенок радости и тревоги. — Осталось теперь распределить роли, — продолжил он, выходя из задумчивости. — Я пойду поищу нам подходящий дом. Чтобы был небольшим, но и не маленьким. Не будем же мы спать все вместе в одной кровати, — Макс, который хранил тревожное молчание до этого, решил действовать агрессивно и столкнуть Ари и Тэхёна лбами. Для неё эта фраза прозвучала как тонкий намёк, скрытый под маской шутки. Она представила, как Макс, возможно, догадывается о том, что происходит. Её сердце учащенно забилось, а воображение нарисовало картину, как они окажутся в одной спальне, где придётся выбирать, кто с кем останется. И эти мысли заставили её содрогнуться от страха. Тэхён, в свою очередь, воспринял слова Макса как провокацию. Он не понимал, Макс специально выбирает такие двусмысленные фразы или это его воспаленный мозг впадает в паранойю.  Он боролся с желанием бросить осторожность и просто признаться Максу, что между ним и Ари что-то есть, но страх потерять дружбу удерживал его. Макс бодрым шагом направился в гостиную, оставим этих двоих наедине. Тэхён долго подбирал нужные слова, чтобы начать разговор с Ари. Она же, осознавая, что страх сильнее её новых чувств к Тэхёну, ушла глубоко в себя, поглощённая тревогой последних дней. Не обратив внимания на то, что Тэхён собирается что-то сказать, она молча покинула кухню и отправилась к брату. Макс разговаривал по телефону с кем-то из своих помощников. Он был раздражён, она поняла это по холодному требовательному тону.  Ари оказалась в плену собственных мыслей, разрываясь между желанием выплеснуть все свои страхи в слезах и просить прощения у брата, и острым желанием сбежать, навсегда закрыться в своей комнате, чтобы больше никогда не сталкиваться с этой мучительной реальностью.  Макс заметил присутствие сестры и кинул на неё короткий взгляд. Она была настолько поглощена чувством вины, что её лицо стало зеркалом, отражающим все её внутренние переживания.  Макс не хотел вгонять сестру в такое состояние. Он сделал это неосознанно и теперь сожалел. Но картина взаимодействия между Ари и Тэхёном, которую он наблюдал с утра за завтраком, когда она встала из-за стола, чтобы налить себе воды, а Тэхён инстинктивно придержал её стул, вызывала у него бурю непонятных ему самому эмоций. Он вдруг осознал, насколько глубоко запутался. Его стремление контролировать всё, что неизменно приносило успех в профессиональной сфере и позволяло справляться с повседневными трудностями, в сложившейся ситуации дало обратный эффект. Теперь эта особенность характера, ранее служившая источником уверенности, превратилась в источник беспокойства. Закончив разговор с помощником, Макс аккуратно отложил телефон и медленно повернулся к сестре. Ари, погружённая в свои мрачные мысли, не замечала, как он пристально рассматривает её, словно пытаясь разглядеть в её облике что-то новое, неизведанное. Мягко окликнув её, он спросил с заботливой тревогой. — Сестрёнка, что случилось? Лишь тогда Ари подняла на него глаза, и Макс с болезненной ясностью увидел, что её взор затуманен горькими слезами, готовыми пролиться в любой момент. Испытывая острый укол совести за нанесённую неосторожной фразой обиду, он мгновенно преодолел расстояние между ними и крепко прижал её к себе, стремясь согреть теплом своих объятий. Казалось, что они стояли так целую вечность. Макс прижимал к груди свою младшую сестру так крепко, будто она ускользала от него. На деле же всё было наоборот — она не хотела, чтобы этот миг заканчивался.  Тэхён прервал молчание. — Что случилось? — с тревогой в голосе спросил он. Макс поднял на него взгляд, который выражал вселенскую боль. Он мог пережить всё что угодно, но не слёзы своей сестры. Ари тихонько плакала, прижавшись к брату. Взгляды Макса и Тэхёна оставались прикованными друг к другу, но ни один из них не решался нарушить тишину словами. Тэхён первым прервал зрительный контакт и, не произнося ни слова, покинул комнату. Тихие всхлипы Ари в этой мертвой тишине казались оглушительными, бьющими по ушам, словно звон колокола.  Макс осторожно отстранил сестру, заглянул в глаза и задал всего один вопрос, от которого слёзы Ари полились ещё сильнее: «Это из-за него?»