Между долгом и последним вздохом

Чонвон не спал почти всю ночь. Голову посещали мысли об этом Джее, что же он из себя представляет, и так ли он холоден и жесток как о нем говорят. После долгих размышлений, принц все же решил поспать, ведь он должен хорошо показать себя на тренировке. Утро. Солнце уже освещало комнату, и где то за стеной послышались приглушенные голоса — слуги начинали свой день. Чонвон уже не спал. Он лежал на спине, уставившись в потолок, и прокручивал в голове вчерашние мысли, как в его дверь тихо постучали — Войдите, — сказал он, не поворачивая головы. Дверь скрипнула. И в комнату вошёл Ники — личный слуга принца. Ему совсем недавно исполнилось 17, хотя ростом он был намного выше чонвона, пусть и младше него на год. А знали они друг друга еще с детства.

***

Чонвону тогда было лет семь. Король с королевой совершали обычный объезд земель, и остановились у маленькой деревушки на границе леса. Принц, вечно любопытный и непоседливый, ускользнул от нянек и забрёл на пустующую улицу, в центре которой стоял уже старый заброшенный колодец. Там, около него он увидел маленького мальчика. Тот сидел, свернувшись калачиком, и был похож на брошенного котёнка: лохмотья вместо одежды, тонкие руки в ссадинах, бледное лицо с огромными синяками под глазами. Волосы спутаны, губы потрескались. Он смотрел в землю пустым, ничего не выражающим взглядом. — Эй, — позвал его маленький Чонвон. — Ты чего тут сидишь? Мальчик поднял голову. Его глаза — пустые, уставились на принца с недоверием и какой-то звериной настороженностью. — Тебя кто-то обидел? Как тебя зовут? — не унимался Чонвон. — Ники, меня побили родители, — тихо ответил мальчик и отвернулся. Принц тогда не понял, как можно избивать собственного ребёнка. Он побежал к отцу и матери, расталкивая придворных локтями, и затараторил, сбиваясь и путаясь в словах. Король нахмурился. Королева поморщилась, нищие дети не были её заботой. Но Чонвон смотрел на них своими чёрными кошачьими глазами с такой мольбой, что даже ледяное сердце королевы дрогнуло. Мальчика забрали. Его обучали манерам, грамоте, готовили к жизни в замке. С принцем они быстро сблизились, и проводили много времени вместе. А когда они стали старше, Чонвон попросил отца назначить Ники его личным слугой, и с тех пор они всегда были вместе. И пожалуй, Ники единственный, кто мог называть принца просто "Чонвон", когда они оставались вдвоем.

***

— Я смотрю, ты уже проснулся, — весело произнес ники, с одеждой в руках. — Уже готов к занятиям? Чонвон сидел на кровати, и протирал лицо руками. — Готов ли я к встрече с монстром в человеческом обличье? — он криво усмехнулся. — Пожалуй, нет. Но и выбора у меня, тоже нет. Ники молча протянул форму. Принц взял её, пальцами ощутив грубоватую, но приятную ткань. — Ты слышал о нём что-нибудь? — спросил Чонвон, начиная переодеваться. — Ну, кроме того, что он лучший и беспощадный. — Слуги треплются, — Ники пожал плечами и отошёл к окну, встал так, чтобы не смотреть на принца, но быть в пределах слышимости. — Говорят, он ни разу не улыбнулся. Никому. — Думаешь, он не улыбнулся бы даже тебе? — Даже мне. А я, знаешь ли, обаятельный. Чонвон фыркнул, натягивая сапоги. — Сегодня проверим, кто из нас возьмет вверх. — Ставлю на Джея, — невозмутимо сказал ники, и тут же получил подушкой в лицо. — Предатель — Реалист, — поправил слуга, но в его голосе слышалась едва заметная улыбка. Принц закончил одеваться, подошёл к зеркалу и внимательно оглядел себя. Костюм на нем сидел отлично. — Ладно, — выдохнул Чонвон. — Мне пора Ники открыл перед ним дверь и тихо сказал в спину — Удачи, я буду недалеко, если что сразу кричи.

***

На рассвете, дворцовый плац встретил Чонвона холодом и запахом мокрой земли. — Ну где он? — принц оглядел пустую площадку. — Пунктуальность, признак профессионала, — раздался голос за спиной. Чонвон резко обернулся. На краю плаца стоял мужчина, возраста 25-ти лет. Он был выше чонвона на голову, с цепким взглядом и чёрными волосами. На нем, обычная одежда для боя — никаких доспехов, никакой мишуры. Но что-то в нём было такое, от чего по спине пробежали мурашки. Взгляд. Да. Именно взгляд — холодный, пустой, как у человека, с каменным сердцем. — Джей? — спросил принц. — Для вас, учитель, — поправил рыцарь и скользнул глазами по фигуре Чонвона. Без выражения. Без интереса. — Вы опоздали на три минуты. — Я принц, — напомнил Чонвон, пытаясь улыбнуться своей обычной лукавой улыбкой. — Принцы не опаздывают. Они задерживаются. — Ваше высочество, — Джей склонил голову, но в поклоне чувствовалась насмешка. — Здесь вы не принц. Вы ученик. Я понятно объясняю? — Понятно, — принц выдохнул и поправил волосы — Что будем делать? — Сначала верховая езда, — Джей махнул рукой в сторону конюшни. — Посмотрю, как вы держитесь в седле. — Я неплохо держусь. — Увидим.

***

В конюшне пахло сеном и лошадьми. Джей уже оседлал своего любимого коня — "Шторма", черного, огромного, самого быстрого из всех, которые здесь были. Чонвон же не спешил. Он нашел взглядом свою любимую лошадь, и подозвал ее к себе. Принц протянул руку, и лошадь сама ткнулась мордой в его ладонь, тихо фыркнув. Крупное, тёплое животное с мягкими губами и умными глазами. Чонвон погладил её по бархатистому носу, и провёл ладонью по гриве. — Ну здравствуй, Лилия, — тихо сказал он, почти шёпотом. — Выспалась? Не хочешь покатать меня сегодня? Лошадь мотнула головой, и довольно заржала, прижав уши. — Я приму это за "да", — тихо усмехнулся принц. Сзади раздался сухой, как треск костра, голос: — Вы что, разговариваете с лошадью? Чонвон обернулся. Джей сидел на своём коне, скрестив руки на груди, и смотрел на принца так, будто тот только что станцевал менуэт перед троном. — Разговариваю, — спокойно ответил Чонвон, не убирая руки с лошадиной морды. — А что? — Это животное, — рыцарь дёрнул поводья, усмиряя своего жеребца, который тоже потянулся к принцу. — Ему не нужны ласковые слова. Ему нужна твёрдая рука и чёткие команды. — Она ведь тоже живая, — сказал Чонвон, будто размышляя вслух. — У неё есть сердце, и она может чувствовать. Иногда ей хочется ласки. А иногда, просто постоять в тишине и никого не видеть. Любая лошадь, иногда хочет ласки. — Я вам покажу. Он направился прямо к коню, на котором восседал рыцарь, и не спрашивая разрешения, медленно, плавно, протянул раскрытую ладонь к морде жеребца.Чёрные ноздри раздулись, втягивая запах. Тёплый воздух коснулся пальцев Чонвона. Шторм моргнул — и вдруг сам потянулся вперёд, ткнулся мягкими губами в ладонь принца. Не укусил Не отшатнулся. Джей замер. Он видел, как его конь сбрасывал с себя взрослых мужчин. Как скалился на тех, кто приближался без спроса. Чонвон осторожно, едва касаясь, провёл рукой по бархатистой морде — от ноздрей к виску, от виска к уху. Шторм прижал уши — нет, не от злости. От удовольствии. И тихо, совсем не страшно, заржал. Принц улыбнулся. Той самой светлой, мальчишеской улыбкой, которую никто из придворных никогда не видел. — Вот, видите, — тихо сказал он, не отнимая руки. — Он тоже живой. Тоже хочет, чтобы его поняли. А не просто командовали. Джей сидел в седле, как громом поражённый. Он видел этого коня сто раз — злого, неприступного, верного только ему. И ни разу он не подпускала к себе чужого. А тут какой-то мальчишка с блондинистыми волосами и кошачьими глазами подошёл, погладил — и Шторм..таял. Рыцарь почувствовал, как внутри что-то кольнуло. Не больно. Странно. Будто лёд, который он носил в груди много лет, дал едва заметную трещину. — Может, тебе тоже иногда этого не хватает, Джей И, не дожидаясь ответа, принц вскочил на свою лошадь, и направил его к выходу из конюшни. Джей остался сидеть на коне, который всё ещё поворачивал голову вслед уходящему принцу, будто надеялся, что он вернётся. Рыцарь провёл рукой по лицу и тихо выругался сквозь зубы.

***

Верховая езда продлилась почти час. И каждую секунду Чонвон чувствовал на себе пристальный взгляд Джея, который, казалось, видел каждую ошибку, каждое неверное движение, каждое лишнее напряжение в мышцах. Рыцарь то и дело повторял. — Спина прямее. — Поводья короче. — Вы что, собрались спать в седле? — Ваше высочество, лошадь — не кресло у камина. Чонвон сжимал зубы. Он старался. Честно старался. Лилия слушалась его хорошо — умная лошадь, чуткая, но постоянные команды Джея сбивали с ритма. Принцу казалось, что стоит ему сделать вдох — и рыцарь уже найдет, к чему придраться. — Вы слишком напряжены, — бросил Джей, когда они закончили круг по полю. — Потому что вы за мной следите как ястреб, — огрызнулся Чонвон, вытирая пот со лба. — Я не железный. — Я заметил. К концу занятия у принца ныла поясница, гудели бёдра, а от постоянных «прямее-ниже-выше» голова шла кругом. Он слез с лилии и погладил её по шее, шепнув: «Прости, что мучил тебя сегодня». Они загнали лошадей обратно в конюшню, и побрели на плац.

***

Фехтование началось с того, что Джей кинул принцу учебный меч — тяжелее, чем те, к которым привык Чонвон. — Это зачем? — спросил принц, поймав оружие и поморщившись от веса. — Чтобы вы перестали махать им как веткой. — Я никогда не махал мечом, как веткой, — раздраженно хмыкнул Чонвон. — Сегодня начнёте, если не возьмёте себя в руки. Джей обнажил свой клинок — настоящий, острый, с холодным блеском, от которого по спине бежали мурашки. Чонвон сглотнул. — Вы будете биться настоящим мечом? — А вы думали, деревянным? — рыцарь встал в стойку. — Нападайте. — С ума сошли? — принц попятился. — Это опасно. — В бою не будет учебных мечей. Нападайте, ваше высочество. Чонвон стиснул зубы и сделал выпад. Удар. Блок. Ещё удар. Джей даже не сдвинулся с места, отбивая атаки с ленивой грацией сытого кота. — Медленно. Слабо. Вы что, боитесь меня? — Не боюсь! — рявкнул Чонвон и пошёл в атаку, раз за разом обрушивая удары на меч Джея. Сталь звенела, искры летели. Принц вложил в каждый выпад всю свою злость — на отца, на корону, на этого каменного рыцаря, который смотрел на него как на провинившегося щенка. Джей легко парировал. Уклонялся. Отступал на полшага, ровно настолько, чтобы Чонвон не мог достать. — Уже лучше, — сказал он холодно. — Но злость, плохой советчик. Вы раскрываетесь. — А вы, — бездушная машина! — выдохнул принц, нанося очередной удар, который Джей даже не потрудился заблокировать — просто ушёл в сторону, и Чонвон пролетел мимо, едва не упав. — Машины не думают, — спокойно ответил рыцарь. — А я думаю. В отличие от вас. Чонвон развернулся, тяжело дыша, рубашка промокла насквозь. Он был зол. Зол на себя, на эту тренировку, на этого человека, который ни разу не повысил голос, но умудрялся унижать одной лишь своей непробиваемостью. — Зачем вы так? — спросил принц, опуская меч. — Зачем вы меня унижаете? Джей замер. Медленно опустил клинок. — Я вас не унижаю. — Вы говорите, что я слаб. Что медленный. Что боюсь. — Чонвон посмотрел ему прямо в глаза, его чёрные зрачки сузились. — Вы же меня даже не знаете. — Я знаю, что вы наследник, — ответил Джей тихо. — И что от вашего умения держать меч могут зависеть жизни. — А если я не хочу, чтобы от меня что-то зависело? — вырвалось у принца. В тишине ударил только ветер. Чонвон понял, что сказал лишнее. Для наследника — всегда лишнее. Для того, кто должен, обязан, вынужден. Джей долго смотрел на него. В его ледяных глазах мелькнуло что-то — неуловимое, быстрое, как тень. Он убрал меч в ножны. — Достаточно на сегодня, — сказал рыцарь. — Что? — Чонвон не поверил. — Но прошло всего полчаса. — Достаточно, — повторил Джей. — Вы устали. Злой ученик — глупый ученик. Завтра продолжим. Джей уже собирался уходить, но в этот момент на плац вышел ещё один человек. Рыцарь-стражник — одногодка джея, высокий, с дерзкими глазами и лёгкой ухмылкой на лице. Но прежде чем он подошел, рядом с Джеем и Чонвоном оказался Ники, который пришел проверить принца. Сонхун подошел ближе, и отвесил принцу поклон, а после обратился к другу. — Джеей, — протянул он, не глядя на принца. — Ты тут нянчишься с наследничком? Я искал тебя целый час. — Сонхун, — сухо ответил Джей. — Не при них. — А что они? — Сонхун равнодушно скользнул взглядом по Чонвону, и остановился на Ники. — А это что за птица? Ники поднял глаза. Спокойные, холодные. Ни тени улыбки. — Личный слуга принца, — ответил он. — И ты тут ошиваешься неподалеку, пока твой господин в поту? Удобно устроился. — Сонхун, — с нажимом повторил Джей. — Ладно-ладно, — стражник вскинул руки в примирительном жесте, но ухмылка не исчезла. — Просто хотел посмотреть, как идёт обучение. Может, помогу? — Не надо, они уже закончили, — отрезал Ники. — Я не тебя спрашивал. — Достаточно, — Джей встал между ними. — Сонхун, идем. Стражник скривился, но послушался. Уходя вместе с джеем, он бросил на Ники короткий взгляд — непонятный, колючий. То ли презрение. То ли что-то ещё. Ники проводил его ледяным взглядом. — Кто это? — спросил принц, когда рыцари скрылись в дали. — Насколько я знаю, это друг Джея, они близки — ответил Ники и добавил тише, с какой-то странной интонацией. — ...Козёл. — Да уж, они друг друга стоят, — отметил Чонвон. — Не будем о них, лучше расскажи, как прошли занятия? И на вот, я принес воды, выпей. Ники протянул Чонвону стеклянную бутылку с водой, и тот залпом выпил ее, не оставив ни капли. Они подошли к ближайшей скамье, и Чонвон устало плюхнулся на неё. Его ноги слегка дрожжали от усталости, а запястье саднило после неудачного блока. — Ники, он просто монстр, — выдохнул Чонвон. — Мне тебя даже жаль, сколько тебе придется его терпеть, ты точно выдержишь? — Ники похлопал принца по плечу. — А у меня есть выбор? — закатил глаза Чонвон. — У него словно совсем нет сердца. — Скорее всего, оно заледенело и разбилось на маленькие кусочки, — засмеялся слуга. — Ники, ты ужасный человек, — коротко усмехнулся Чонвон. — Знаю, но ты все равно меня любишь. — Однако, — он вдруг хмуро уставился на запястье принца. — Это надо показать лекарю, пойдем к Джейку. Чонвон посмотрел на свое запястье, оно покраснело и начинало припухать. — Ерунда. — Покажешься ему, он сейчас у себя, — Ники поднялся и протянул руку, помогая Чонвону встать. — Ты невыносим, — вздохнул чонвон — Знаю.

***

Джейк был лекарем, каких поискать. Ему 24 года. Невысокий, с вечно взлохмаченными каштановыми волосами и тёплыми карими глазами, которые умели успокаивать одним своим взглядом. Он не носил дорогих одежд — простая льняная рубашка, жилет с карманами для трав, поношенные штаны. В его кабинете всегда пахло сушёной мятой, лавандой и ещё чем-то сладковатым — то ли мёдом, то ли счастьем. Джейк был из тех людей, кто появляется рядом незаметно, но становится необходим, как воздух. Он всегда лечил принца от простуд, зашивал порезы после падений с лошади, успокаивал горячку прохладными компрессами. И никогда не смотрел на Чонвона как на наследника. Для него, принц был просто юношей, который слишком часто попадал в переделки. Чонвон платил ему той же монетой. Джейк был одним из немногих, рядом с кем можно было не носить маску. Можно было жаловаться на боль, на усталость, на отца с матерью — и быть уверенным, что никто не донесёт. Сегодня запястье болело так, что каждое движение отдавалось тупой пульсацией. Ники вёл принца по длинному коридору, не говоря ни слова, но его молчаливая поддержка чувствовалась даже без слов. Кабинет Джейка находился в северном крыле, маленькая уютная комнатка с низким потолком и большим окном, выходящим в старый сад. Чонвон толкнул дверь и вошёл первым. Лекарь стоял у стола, перебирая склянки. Услышав шаги, он обернулся — и тут же вытянулся по струнке, лицо приняло почтительное выражение. — Ваше высочество, — Джейк низко поклонился, коснувшись груди. — Какой сюрприз. Чем могу служить, господин? Чонвон поморщился — не от боли, а от этих слов. — Джейк, — сказал он устало, присаживаясь на стул без приглашения. — Мы же сто раз это проходили. — Проходили? — лекарь приподнял бровь, но в глазах уже плясали смешинки. — Зови просто "Чонвон". И прекрати кланяться. У меня от твоих поклонов спина болит больше, чем запястье. Ники тихо прикрыл дверь и встал у стены, наблюдая. Джейк выдержал паузу, драматично, с притворной серьёзностью, а потом улыбнулся. Тепло, солнечно, так, что в комнате будто стало светлее. — Как скажешь, Чонвон, — сказал он, и имя прозвучало просто, по-дружески. — Что на этот раз? Опять мечом прилетело? — Догадливый, — хмыкнул принц, протягивая руку. — Новый учитель, садист. — Джей, — кивнул Ники со своего места. — Тот самый. — А, слышал, — Джейк осторожно взял руку Чонвона, ощупал запястье. — Говорят, зверь, а не человек, — Он нахмурился. — Растяжение. Не перелом, но до завтра не трогай. — Легко сказать, — вздохнул принц. — Он меня завтра снова гонять будет. — А ты скажи, что лекарь запретил, — Джейк подмигнул и начал накладывать прохладную мазь. — Я тебя прикрою. — Джейк, ты лучший, — Чонвон прикрыл глаза от удовольствия. — Знаю, — лекарь усмехнулся и закрепил повязку. — А теперь ступай, Чонвон. Отдыхай. И не зли своего рыцаря лишний раз. — О чем ты? Он не мой, — буркнул принц, поднимаясь. — Пока не твой, — слишком многозначительно протянул Джейк, и Чонвон бросил в него попавшей под руку завалявшейся тряпкой. — Заткнись. — Слушаюсь, господин, — лекарь прижал руку к груди с наигранным поклоном. Ники, стоявший всё это время в углу, негромко хмыкнул. Чонвон стрельнул в него взглядом, но слуга остался невозмутим. — Идём уже, — проворчал принц, направляясь к выходу. — Оба невыносимы. — Но ты же нас любишь, — в унисон сказали Ники и Джейк. Чонвон только рукой махнул, но на пороге всё же обернулся и улыбнулся..коротко, по-настоящему. — Люблю. Проклятье. Дверь за ним закрылась, а Джейк покачал головой и вернулся к своим травам. На губах его играла тихая, добрая улыбка.