Арлекино или как приручить неудачу

Утро началось с крика.

Королева проснулась от того, что рядом с ней было холодно. Она протянула руку — и не нащупала тело мужа. Встала, накинула халат, вышла в гостиную. Чарльз лежал на кровати поперёк, в том же камзоле, в сапогах. Глаза его были открыты и смотрели в потолок. Не моргая. Не видя. — Лекаря! — закричала королева так, что зазвенели стёкла. — Срочно лекаря! Слуги прибежали первыми — заспанные, взлохмаченные, с округлившимися от ужаса глазами. Они замерли на пороге, увидев бледное лицо королевы и тело на кровати. — Что стоите? — крикнула она. — Бегом за лекарем! Один из слуг сорвался с места, второй попятился, третий упал на колени и начал бормотать молитву. Вскоре явился лекарь — ещё в ночном колпаке, с накинутым на плечи плащом, с выпученными от страха и недосыпа глазами. Он склонился над телом, пощупал пульс, заглянул в зрачки, приложил ухо к груди. Лекарь выпрямился и снял колпак. В комнате стало тихо — так тихо, что стало слышно, как за окном чирикнула проснувшаяся птица. — Ваше Величество… — начал он и замолчал. Поднял глаза на королеву. — Король мёртв. Уже несколько часов. Королева не заплакала. Она медленно опустилась на стул, сжала пальцы в замок и уставилась в одну точку на полу. Губы её шевелились, но звука не было. Когда она наконец заговорила, голос её звучал глухо и страшно. — Зовите советников. Пусть соберутся в тронном зале. И найдите… найдите, кухарку. — Кухарку? — переспросил слуга, не поняв. — Марфу, — королева подняла на него тяжёлый взгляд. — Того, кто вчера готовил ему булочки. Я хочу знать, что было в этих булочках.

***

Советники собрались в тронном зале через час. Они шептались, переглядывались, бросали косые взгляды на дверь. Никто не знал, что делать. Двадцать лет узурпатор правил железной рукой — и вот его нет, а наследника… наследника тоже нет. Но об этом никто не говорил вслух. По приказу королевы вызвали коронера — сухопарого человека в чёрном плаще, с острым носом и цепкими глазами. Его звали мастер Уильям. — Король умер внезапно, — сказала ему королева. — Вы должны узнать причину. Опрашивайте всех, кто был рядом. Поваров, служанок, стражу, шута. Мастер Уильям поклонился, достал пергамент и гусиное перо. — Начну с кухни, Ваше Величество, — сказал он. — Говорят, король любил булочки. Полдень наступил быстрее, чем ожидал Арлекин. Его вызвали в малую советную палату — ту самую, где вчера он стоял с подносом у двери и подслушивал крики. Теперь здесь было тихо. Холодно. Пахло старой бумагой и страхом. Мастер Уильям сидел за длинным дубовым столом, разложив перед собой пергаменты и чернильницу. Рядом с ним — советник с кислым лицом и стражник с рукой на эфесе меча. В углу, скрестив руки на груди, стояла королева. Она не села за стол, предпочла наблюдать из тени. Арлекин вошёл, поправил колпак, звякнул бубенцами и отвесил шутовской поклон. — Вызывали? Или я сам пришёл развеселить почтеннейшую публику? Мастер Уильям не улыбнулся. Он поднял на шута холодные, немигающие глаза и указал пером на стул напротив. — Садитесь. Арлекин сел. Бубенцы жалобно звякнули. — Ваше имя? — начал коронер. — Арлекин. Шут. Так значится в дворцовых книгах, если такие вообще ведутся. — Настоящее имя. Он помедлил. Никто во дворце не называл его Оливером, кроме Марфы. Но этот человек смотрел так, будто видел насквозь. — Оливер, — ответил он тихо. — Оливер. Хорошо. Где вы были вчера вечером? — Развлекал короля. Ну… пытался. Он не был в настроении. — Я не про вечер. Я про ночь. — Гулял. В деревне. Мне нужен свежий воздух, иначе бубенцы начинают звенеть в голове. — Кто-нибудь вас видел? — Лукас, сын кузнеца. В абрикосовом саду на окраине,-Мастер Уильям записал что-то на пергаменте, потом отложил перо и сложил руки перед собой. — Оливер, — сказал он вкрадчиво, — что у вас в кармане? - Арлекин машинально прижал ладонь к боку. — Что вы имеете в виду? — Я слышу. Когда вы двигаетесь, что-то шуршит,- Арлекин помялся, потом вывернул карман и положил одну косточку на деревянный стол. В комнате стало тихо. — Косточки? — мастер Уильям поднял бровь. — Вы носите в кармане абрикосовые косточки? — Это… семейное, — буркнул парень. — Привычка с детства. — Семейное, — повторил коронер, записывая что-то. — Хорошо. А почему вы не пробовали булочки, которые принесли королю? — Не люблю миндаль, да и нельзя же. — Но абрикосы любите? — Да,- Мастер Уильям кивнул — Это всё, Оливер. Пока вы свободны. Но не покидайте дворец. У нас будет ещё много вопросов, - Арлекин встал, сунул косточку обратно и направился к двери. У порога он обернулся. — Я не убивал, — сказал он тихо. — Я пока никого не обвиняю, — ответил коронер. Арлекин вышел в коридор, прижался лбом к холодной каменной стене и закрыл глаза. Он не знал, что лекарь ещё не дал заключения. Но он чувствовал, как земля уходит из-под ног. А где-то в деревне, у абрикосового сада, Лукас рассказывал матери о вчерашней встрече с шутом. И эта встреча была единственным, что могло спасти Оливера.