The smell of your blood

Глава первая.

Зал частного клуба «Обелиск» был погружен в полумрак и тишину, нарушаемую лишь мягким перезвоном хрусталя и приглушенными деловыми разговорами. Воздух здесь был густым и тяжелым — не столько от дыма дорогих сигар и выдержанного виски, сколько от гремучей смеси феромонов. Власть. Деньги. Скрытая угроза. Этим воздухом нельзя было надышаться, им можно было только давиться, если ты не принадлежал к высшей касте. Лео Вальтер полулежал в глубоком кресле из темной кожи, словно на троне. Сама поза его была оскорбительно расслабленной: нога закинута на ногу, голова чуть откинута назад. Длинные, аристократические пальцы медленно вращали бокал с виски, и кубики льда тихо, мелодично звенели о хрусталь, отсчитывая секунды чужой нервной агонии. Перед ним, слегка наклонившись в почтительном полупоклоне, бухгалтер одной из его «дочерних» компаний тихо и быстро докладывал о квартальных цифрах. Пот градом катился по вискам беты, голос предательски дрожал. Лео слушал, не двигаясь; его голубые глаза, холодные, как ледники, были устремлены куда-то в пространство за спиной трепещущего подчиненного. Казалось, финансовые потоки империи интересовали его сейчас меньше, чем рисунок трещин на льду в бокале. Внезапно его внимание, острое, как лезвие отточенной опасной бритвы, уловило посторонний шлейф. Тонкий, едва уловимый, но раздражающе знакомый сладковатый аромат пробивался сквозь микс феромонов посетителей клуба. Вишневая косточка и горький кофе. Дешево. Дерзко. Навязчиво. Этот запах принадлежал тому, кого здесь быть не должно. Уголок его рта дрогнул в едва уловимой гримасе, больше похожей на оскал загнанного в засаду зверя. Он не повернул головы. Не подал виду. Но вся его энергия, ранее лениво рассредоточенная по залу, теперь сфокусировалась в одну раскаленную точку — на том, кто осмелился вторгнуться в его святилище, переодевшись в чужую шкуру. «Продолжайте», — тихо произнес он, и его голос, низкий и бархатный, заставил бухгалтера вздрогнуть и замолчать на полуслове. Лео медленно, наконец, поднял на него взгляд, и мужчина, побледнев, поспешно вернулся к цифрам, запинаясь еще сильнее. Но Лео уже не слушал. Его разум анализировал, вычислял, строил предположения. Как он прошел фейс-контроль? По чьему приглашению? Что ищет этот рыжий грызун в логове хищников? Он сделал едва заметный кивок в сторону тени у стены, где стоял его личный охранник, альфа с каменным лицом. Тот ответил почти неуловимым движением подбородка — понял. Через секунду его место занял другой человек, одетый в темный костюм официанта. Наклонившись к самому уху Вальтера, он прошептал короткий отчет. Лео оставался неподвижным, но его голубые глаза хищно сузились, впиваясь в центр зала, где под видом невзрачного омеги ошивался тот самый нарушитель. Намек на улыбку скользнул по его губам — холодную, недоброжелательную и полную скрытых намерений. Парик. Линзы. Фальшивые документы на входе. Мальчишка подготовился. Почти идеально. Почти. Лео отпил глоток виски, чувствуя, как обжигающая жидкость растекается по горлу. Охота, которую он считал мелкой и немного надоедливой игрой в кошки-мышки, только что вышла на новую, куда более личную стадию. И это его разозлило. Но гнев его был холодным, сконцентрированным, готовым превратиться в действие. Он дал рыжему грызуну почувствовать себя в безопасности, позволил ему бегать по его владениям, собирать крошки информации, тереться возле «восходящих звезд». Пора было показать, кто в этом городе настоящий хищник. Он закончит свой виски. Выслушает доклад до конца. А затем... В зале «Обелиска» стало чуть холоднее. Несколько альф за соседними столиками инстинктивно отодвинулись, почувствовав волну внезапного, сдерживаемого доминирования, исходящего от кресла в дальнем углу. Лео Вальтер улыбнулся. Улыбкой, которой не было в глазах. Сцена была готова. Оставалось дождаться, когда в кадр сам себя загонит главный герой его личного, не афишируемого триллера.

____________________

Джошуа Сталлоне чувствовал себя почти невидимым. Люди, особенно те, у кого деньги превышали уровень интеллекта, редко обращают внимание на детали, полагаясь лишь на грубый запах. На голове вместо его фирменных рыжих волос красовался дорогой черный парик, плотно сидящий, как вторая кожа. Карие линзы меняли цвет глаз до неузнаваемости, а очки в тонкой оправе довершали образ скучного библиотекаря, случайно попавшего в притон нуворишей. Омега умело терся вокруг восходящих звезд — тех самых юнцов, которые уже дорвались до больших денег, но еще не научились держать язык за зубами. Они пили, заливались смехом, хвастались контрактами и угрозами, рассказывали все свои грязные секретики. А Джошуа лишь улыбался и кивал им, словно заботливый друг, попутно записывая каждое слово на скрытый диктофон в нагрудном кармане. Он был так увлечен игрой, так уверен в своей маскировке, что пропустил момент, когда атмосфера вокруг начала сгущаться, а гул голосов — стихать. Джошуа не заметил, как хищник поднялся со своего трона. Лео Вальтер пересек зал с безразличной уверенностью. Его движения были плавными и грациозными, как у гепарда, готовящегося к прыжку. Дорогой костюм цвета темного графита едва шелестел. Охранники на периферии зала незаметно сместили позиции, блокируя возможные пути отхода. Подойдя к группе захмелевших «звездочек», он мягко, но властно положил руку на плечо одному из них, заставив парня замолчать на полуслове и буквально осесть под тяжестью чужой ауры. — Интересно, — голос прозвучал тихо, но в наступившей тишине его услышали все. Он нес в себе ледяную тяжесть и был обращен напрямую к Джошуа. — Я, кажется, не припоминаю вашего лица среди списка приглашенных. «Обелиск» — место для избранных. Для тех, чье присутствие... одобрено. Взгляд Вальтера бесцеремонно скользнул по искусственным черным волосам, задержался на линзах, будто сканируя их насквозь. Джошуа замер, стараясь дышать ровно, но сердце уже ухнуло в пятки. Лео наклонился чуть ближе, бесцеремонно вторгаясь в личное пространство. Он сделал глубокий, почти оскорбительно заметный вдох у самой шеи омеги. Аромат вишневой косточки и кофе, хоть и приглушенный специальными блокаторами, был для него отчетлив, как сигнальная ракета в ночном небе. — Парик — дорогой, — прошептал он так, что слышал только Джо. Голос его был бархатным, но слова царапали, как наждак. — Глаза — обманчивы. Но запах... запах всегда выдает, мистер Сталлоне. Вишня и кофе в моем клубе — как сигнал тревоги. Джошуа похолодел. Его настоящее имя, произнесенное этим тоном, звучало как приговор. Лео выпрямился, и лицо его вновь обрело непроницаемую маску светского человека. Вот только глаза оставались ледяными, лишенными всякой человеческой эмоции. — Мне кажется, наш... новый гость немного заблудился, — произнес он громче, обращаясь к окружающим, но прожигая взглядом Джошуа. — Как хозяин данного заведения, я помогу ему сориентироваться. Он сделал едва заметный жест двумя пальцами. Тут же двое крупных альф в безупречных костюмах выросли по бокам от Джо. Они не хватали его за локти, не выкручивали руки, но стояли достаточно плотно, чтобы создать непреодолимую живую стену. Пути назад не было. Сам Лео жестом пригласил Джо следовать за ним — вглубь клуба, подальше от любопытных глаз и ушей, в сторону своих личных апартаментов, куда обычных гостей не пускали. Его улыбка стала чуть шире, но от этого не стала теплее. Скорее, она напоминала оскал волка, загнавшего лисицу в нору. — Пойдемте, — тихо приказал он, не оборачиваясь. — Я думаю, нам стоит обсудить вашу... настойчивую творческую одержимость моей персоной. В более приватной обстановке. Он вдруг остановился и бросил короткий взгляд через плечо. В полумраке коридора его зрачки опасно блеснули. — Могу я предложить вам кофе? Настоящий. Чтобы перебить этот ваш... фирменный аромат. Слишком сладкий для мужского клуба. Джошуа сглотнул. Впереди была дверь, обитая черной кожей. За ней — неизвестность и гнев самого опасного человека в городе. Омега глубоко вздохнул, чувствуя, как липкий страх смешивается с выбросом адреналина. Игра только началась.