Общая проблема: между львом и змеёй

Первый взгляд — и сразу не туда.

Софья Самоделкина не любила Слизерин. Точнее, она была уверена, что не любит Слизерин, ещё до того, как успела нормально разобрать, где вообще находится их гостиная. Гриффиндорский стол в Большом зале шумел, как буря перед матчем по квиддичу, когда профессор Макгонагалл назвала новое имя: — Георгий Рештенко. Слизеринский стол будто чуть выпрямился. Высокий парень с холодным взглядом спокойно сел на табурет. Распределяющая шляпа даже не колебалась: — СЛИЗЕРИН! Софья фыркнула раньше, чем успела подумать. Он это услышал. И посмотрел на неё так, будто она только что наступила ему на новую метлу. Так началась их история.

Заклятие, которое “случайно” сработало.

На Зельеварении они оказались в паре. Конечно же. — Гриффиндор и Слизерин, — протянул Снейп с удовольствием человека, который собирается наблюдать катастрофу. Софья резала корень мандрагоры слишком резко. — Осторожнее, — холодно сказал Георгий. — Я сама знаю, — отрезала она. Через три минуты их котёл взорвался зелёным облаком. — Пять баллов с обоих факультетов, — произнёс Снейп с таким видом, будто это был лучший момент его недели. — Ты всё испортил, — прошипела Софья. — Это ты дернулась, как взрывной гном, — спокойно ответил Георгий. И, что хуже всего… он улыбнулся. Едва заметно. Но улыбнулся.

Дуэль, которая пошла не по плану.

В дуэльном клубе всё должно было быть просто. Софья была уверена, что поставит Слизерин на место. — Готова? — спросил Георгий, лениво крутя палочку. — Всегда. — Тогда удиви меня. — Expelliarmus! Он отбил. — Слабовато. — Ах так? Она атаковала снова. Он ушёл в сторону, как будто заранее знал. И вдруг… — Protego. Её заклинание вернулось обратно. Софья едва успела уклониться — и упала прямо на мраморный пол. Тишина. Георгий протянул руку. — Вставай, Гриффиндор. Она хотела отказаться. Но почему-то взяла руку.

Запретная библиотека.

Они столкнулись там случайно. Ну… почти случайно. Софья искала книгу по трансфигурации. Георгий — редкий трактат о защитных чарах. — Ты следишь за мной? — сразу спросила она. — Конечно. Моя любимая форма досуга, — сухо ответил он. Она фыркнула, но не ушла. Минуты тянулись странно тихо. — Ты не такая, как остальные Гриффиндорцы, — сказал он вдруг. — А ты не такой мерзкий, как остальные Слизеринцы. Пауза. — Это комплимент? — Даже не начинай. Но книга так и осталась закрытой. Они просто сидели рядом. Слишком близко для врагов.

Квиддич и ошибка сердца.

Матч Гриффиндора против Слизерина всегда был войной. Софья летала яростно, как будто метла — это продолжение её злости. И она увидела его. Георгий — загонщик. Он двигался точно, без лишних движений. И в какой-то момент… Он не попал бладжером в неё. Хотя мог. Он отвёл удар. Софья зависла в воздухе на секунду дольше, чем нужно. И именно в этот момент Слизерин поймал снитч. Гриффиндор проиграл. Но Софья почему-то думала не об этом. А о том, почему он не ударил.

Между львом и змеёй.

— Ты мог меня сбить, — сказала она вечером на пустой трибуне. Георгий стоял рядом, глядя на поле. — Мог. — Но не сделал. — Да. Тишина была странной. Не враждебной. Почти честной. Софья повернулась к нему: — Почему? Он молчал слишком долго. — Потому что ты… раздражаешь меня иначе. — Это что, новая форма оскорбления? — Нет. Он посмотрел на неё прямо. — Это проблема. Софья вдруг поняла, что злость куда-то исчезла. — Тогда у нас общая проблема, — тихо сказала она. Он усмехнулся. И впервые не как Слизерин. А как просто парень. — Похоже на то, Самоделкина. И где-то между Гриффиндором и Слизерином началось что-то, чему ещё не придумали заклинание.