В ритме Рио

Прошло два дня, но легче не стало. Чонгук целыми днями сидел в своей комнате под кондиционером, уставившись в потолок, и гонял по кругу одни и те же мысли. Злость, которая душила его на пляже, немного утихла, уступив место какому-то дурацкому чувству вины. Брюнет злился на себя за то, что так сильно вспылил. Ну устроил скандал, ну накричал, а ради чего? Да, у него была причина — видеть, как этого блондина целует какой-то местный парень, было просто невыносимо. Внутри всё взрывалось от ревности, кровь в висках стучала. Но с другой стороны... Чонгук закрыл глаза рукой и обреченно вздохнул. Кто он вообще такой Чимину? Они знакомы всего пару дней. Он ему никто, чтобы устраивать сцены ревности на глазах у всех на пляже. Чонгук вспомнил, как Чимин обиженно и зло смотрел на него перед тем, как развернуться и уйти. От этого воспоминания внутри всё неприятно сжалось. Чонгук понимал, что перегнул палку с этими своими пальцами-кавычками на слове «парень», да и эта ревность. Ему было дико стыдно за свою грубость, но гордость не позволяла просто взять, прийти через дорогу и извиниться. Он тупо листал телефон, обновляя ленту, но перед глазами всё равно стояло лицо Чимина. Тут в дверь тихо постучали, и в комнату заглянула Миён. Она мягко улыбнулась, оценив унылый вид сына, который так и лежал бревном на кровати. — Милый, ну хорош тут киснуть, — ласково сказала она, проходя внутрь. — Иди в гостиную, там кондиционер помощнее пашет, да и поедим чего-нибудь вкусненького. Я там фруктов нарезала, мясо приготовила. Ты же приехал сюда отдохнуть, а сам заперся в четырех стенах. Чонгук нехотя отложил телефон в сторону, вздохнул и посмотрел на неё. Внутри шевельнулась легкая совесть — он ведь действительно за эти два дня почти не вылезал из своей конуры, совсем не обращав внимание на маму. — Я приехал сюда ради тебя, мам, — тихо сказал он, присаживаясь на край матраса. — Просто... настроения нет. Миён тепло улыбнулась, подошла ближе и села рядом на кровать. Она аккуратно положила свою ладонь поверх руки своего мальчика и легонько её сжала, поддерживая. — Я знаю, дорогой. И я очень ценю, что ты здесь, — она заглянула ему в глаза. — Но раз уж ты приехал ради меня, то, может, ты всё-таки выйдешь из комнаты и проведешь со своей мамой немного времени? Хватит уже себя мучить. Жизнь продолжается, даже если кто-то с кем-то немного повздорил. Чонгук посмотрел на её доброе лицо, почувствовал, как глупо выглядит со своими страданиями, и согласно кивнул. — Ладно. Идем есть. — Воот, это мой Чонгук, — вставая с кровати, и с улыбкой на лице сказала женщина. Через дорогу, в доме напротив, Чимин сидел на подоконнике и злобно крутил в руках пустой стакан из-под сока. Он то и дело бросал взгляд на закрытые шторы в окне Чонгука, и внутри у него всё кипело. Чимин прокручивал в голове то утро на пляже снова и снова. И знаете что? Он был просто на сто процентов уверен, что поступил правильно. Ну а как иначе? Чимин злился до дрожи. Всё, что он наговорил Чонгуку в лицо, казалось ему чистой правдой. Чонгук ведь прилетел из своего Сеула всего на пару месяцев. Потусуется, попользуется местным гостеприимством, покрутит романы и улетит обратно, даже не обернувшись. Чимин был уверен, что он для этого корейца — просто кратковременное увлечение, яркая игрушка на лето, чтобы не скучать на каникулах у мамы. — «Парень» он, видите ли, не такой... — пробормотал Чимин себе под нос, вспоминая, как Чонгук нагло показывал пальцами кавычки в воздухе. От этого воспоминания к горлу подкатывала обида. Ну ошибся парень из баттла, ну полез целоваться, с кем не бывает в Рио? Это же просто эмоции, просто глупая уличная тусовка! А Чонгук сразу устроил сцену, будто Чимин ему изменяет на каждом шагу. Гордость Чимина была задета так сильно, что он пообещал себе: ни за что в жизни он не подойдёт к этому сеульскому идиоту первым. Пусть сидит там за своими шторами и киснет дальше, раз такой правильный. Пока парни тухли эти дни дома, Тэхён лениво вытирал столики в кафе, думая о чём-то своём, как вдруг со спины его кто-то крепко обнял за талию. От неожиданности он едва не замахнулся тряпкой, собираясь хорошенько врезать наглецу, но в следующую секунду услышал до боли знакомый голос Юнги: — Спокойно, это всего лишь я. Тэхён тут же расслабился, обернулся в его руках и с улыбкой оставил быстрый поцелуй на губах старшего. Юнги хмыкнул, выпустил его из объятий и положил на свободный столик свой ноутбук. — С этой дурацкой драмой мелких я тебя не видел целых два дня, — вздохнул Тэхён, поправляя фартук на поясе. — Чимин дома вообще с ума сходит, подушки бьет. — Да уж, Чонгук тоже заперся у себя и сидит как идиот, — Юнги закатил глаза. — Но ты давай не лезь туда. Им не по пять лет, сами пускай разбираются со своими обидками. Тэхён закусил нижнюю губу, соглашаясь, и пошёл за стойку готовить кофе. Юнги не захотел сидеть в углу, поэтому сразу забрал свой ноутбук и пересел к самому бару, чтобы быть поближе к парню и нормально общаться. — А я… — тихо начал Тэхён, стараясь, чтобы голос не дрожал. Он поставил кружку с ароматным кофе прямо напротив Юнги. — У нас ведь с тобой абсолютно то же самое. Ты тоже улетишь? Юнги оторвался от экрана, внимательно посмотрел на Тэхёна и мягко улыбнулся. Он перехватил его ладонь, слегка сжимая пальцы. — Да, у нас то же самое. Только я через полтора месяца либо вернусь домой, либо просто сниму здесь какую-нибудь уютную квартирку и останусь. Буду сидеть тут, пить твой кофе и писать свои коды. Мне вообще без разницы, в какой точке мира это делать, лишь бы интернет не тупил. Тэхён замер на секунду, переваривая его слова, а потом сам себе тихонько посмеркнулся. Внутри разлилось такое приятное, глухое тепло, что вся уличная жара Рио резко отошла на второй план. Он посмотрел на Юнги, который уже снова что-то уверенно клацал по клавишам, и окончательно понял, что сделал самый правильный выбор в своей жизни. Уже вечером дядя парня отпустил того домой пораньше, Тэхён сразу после работы побежал к Чимину. Он без стука влетел в комнату друга, запыхавшись, и уставился на него. Чимин всё так же уныло сидел на постели в домашней одежде. — Ты ещё не готов? — возмутился Тэхён, всплеснув руками. — Чимин, ты чего? Такой вечер на улице! Там уже скоро вечеринка на пляже начнётся, все наши собираются. Чимин тяжело простонал, утыкаясь лицом в колени, а потом снова кинул быстрый взгляд на дом напротив через дорогу. — Они тоже там будут? — глухо спросил он. — За Чонгука не знаю, но Юнги точно будет, — Тэхён завалился прямо на кровать Чимина и уставился в потолок. — Вы так с Чонгуком больше и не говорили? — Нет. И я его даже видеть не хочу, — зло бросил блондин, дернув плечом. Тэхён повернул голову и внимательно посмотрел на друга. — А ты посмотри на всю эту ситуацию с его стороны? Ему ведь действительно было паршиво. Чимин закинул голову назад и начал тяжело, шумно дышать, будто ему не хватало воздуха в этой душной комнате. — А с моей стороны ты посмотреть не хочешь? Он наорал на меня, устроил сцену из-за глупости! — Чимин, ты ведь сам прекрасно знал, что это всё только на лето, — тихо, но серьезно перебил его Тэхён. — Вы познакомились пару дней назад. Ты не можешь его сейчас ни в чём обвинять. Чимин резко сдулся. Вся его злость куда-то исчезла, уступая место грусти. Он обнял свои колени руками и уставился в одну точку. — Я знаю, Тэхён... — тихо, почти шёпотом признался он, и его голос немного дрогнул. — Я просто чертовски боюсь влюбиться. Боюсь привязаться к нему, а потом когда это лето закончится, он уедет обратно в свой Сеул. А я останусь здесь один. Тэхён ничего не ответил, только ободряюще похлопал друга по ноге. В комнате повисла тишина, но Чимин уже понимал — вечно прятаться не получится. Нужно вставать, одеваться и идти на этот пляж, чего бы это ему ни стоило. Минут через сорок Тэхён и Чимин уже были на пляже. Солнце давно зашло, и побережье горело сотнями огней. Музыка играла так, что песок вибрировал под ногами. Едва они подошли к толпе, Чимин сразу замер — его взгляд моментально выцепил среди людей Юнги и Чонгука. Чонгук стоял недалеко от бара, но, стоило ему заметить Чимина, его лицо помрачнело. Брюнет резко развернулся, зашагал к бару и с ходу заказал себе пару шотов текилы. — Кажется, наш роман подошел к концу, — перекрикивая плотный бит музыки, горько бросил Чимин Тэхёну. Тэхён только сочувственно вздохнул, но ничего не ответил. Дальше всё закрутилось по привычному сценарию: потекло море выпивки, смеха и диких бразильских танцев. Чимин делал всё, чтобы казаться весёлым. Он прыгал в самую гущу толпы, танцевал, улыбался. Чонгук не сводил с него взгляда. Стоя у барной стойки и медленно цедя алкоголь, брюнет завороженно смотрел, как Чимин двигается. То, как легко он отдавался ритму, как позволял себе веселиться на полную катушку и как обычные люди со всей округи буквально тянулись к этому светлому, сияющему блондину. Чонгук опрокинул в себя последний шот текилы. Горло обожгло, а в голове наконец прояснилось. Он посмотрел на Чимина и вдруг четко осознал: он не имел никакого права так по-идиотски себя с ним вести. Чимин — свободный человек, яркая личность, у него своя жизнь в этом городе. Они просто были совершенно разными. Чонгук сам всё испортил своей дурацкой ревностью. Через пару минут к погруженному в свои мысли брюнету подошел Юнги. Он бесцеремонно хлопнул Чонгука по плечу. — Хорош тут стоять, пошли. Там пацаны круг собирают, зовут в бутылочку рубиться. Хоть расслабишься. Чонгук не стал спорить, ему было уже всё равно. Они подошли к большой компании, которая уселась прямо на теплый песок у костра. Чимин и Тэхён уже сидели там. Чимин демонстративно смотрел в сторону, делая вид, что Чонгука здесь нет. Какая-то местная яркая девчонка крутанула в центре пустую стеклянную бутылку и начала быстро, активно жестикулируя, объяснять правила игры на португальском. Тэхён сразу наклонился поближе к корейцам и начал вполголоса переводить для парней: — Короче, правила простые. Играем «Пей или действуй». Бутылочка крутится, на кого показывает — тот выбирает. Либо выполняешь то, что тебе загадает круг, либо, если струсил или не хочешь — без разговоров глушишь полную стопку кашасы. Всё честно. Погнали? Чонгук молча кивнул, переведя взгляд на Чимина. Тот сидел, напряженно замерев, и тоже ждал первого хода. Бутылочка бешено закрутилась прямо на сухом песке в центре круга. Все вокруг заулюлюкали, захлопали в ладоши, а Чимин незаметно сжал пальцами край своих шорт. Стекло шуршало по песчинкам, замедляя ход, и горлышко чётко указало прямо на Чонгука. — О-о-о! — закричали местные, пальцами показывая на брюнета. Та самая заводила-бразильянка, которая крутила бутылочку, хитро прищурилась. Она окинула Чонгука оценивающим взглядом, а потом перевела глаза на свою шикарную подругу — высокую мулатку с пышными кудрявыми волосами и открытой улыбкой. Девчонка быстро залопотала по-португальски, и Тэхён тут же сдал назад, округлив глаза. — Так, малый, тебе прилетел жесткий вызов, — Тэхён повернулся к Чонгуку, ухмыляясь. — Французский поцелуй с той красоткой. Или пей. Чимин рядом с Тэхёном в секунду замер. Он даже дышать перестал, уставившись на Чонгука во все глаза. Внутри у блондина всё сжалось от дикого страха и ревности. Он до боли закусил губу, ожидая, что сделает Чонгук. Чонгук спокойно перевел взгляд на мулатку. Девчонка действительно была очень красивой, настоящая королева этого пляжа. Она призывно улыбнулась ему, готовая к игре. Но Чонгук даже с места не сдвинулся. Он протянул руку, взял с песка стопку, до краев налитую местной крепкой кашасой, и поднял её вверх, глядя прямо на девушку. Он вспомнил пару слов, которые учил в эти дни, и, кривовато, но с мягкой улыбкой произнес на португальском: — Desculpa. Isso é meu... mas você é muito linda (Извини. Это моё... [принцип], но ты очень красивая). Мулатка понимающе закивала, толпа одобрительно загудела, а Чонгук одним махом, даже не поморщившись, заглушил обжигающий алкоголь до дна. Он поставил пустую стопку назад на песок. Чимин на другом конце круга судорожно, шумно выдохнул, чувствуя, как с груди будто сняли бетонную плиту. Чонгук не стал целовать другую. Он отказался. Блондин закусил губу еще сильнее, пряча вспыхнувшую в глазах сумасшедшую радость, но Чонгук на него даже не посмотрел — просто молча ждал, пока игра пойдет дальше. Бутылочка снова закрутилась на песке, шурша стеклом, и на этот раз остановилась точно напротив Чимина. Круг одобрительно загудел. Та самая девчонка-бразильянка хитро сверкнула глазами — она явно хотела заставить Чимина повторить то же самое задание, что только что провалил Чонгук. Она уже открыла рот, чтобы выбрать ему в пару кого-то из местных, но тут в игру резко вмешался Тэхён. Тэхён нагло ухмыльнулся, подался вперед и громко выдал на португальском, перекрывая гул костра: — Deixe-o mostrar ao próprio Jeongguk o que é um verdadeiro beijo francês! (Пусть он покажет на самом же Чонгуке, что такое настоящий французский поцелуй!) Толпа мгновенно взорвалась дикими криками и свистом. Местные обожали такой накал страстей. Чимин замер, взвешивая в голове этот вызов. Сердце заколотилось как сумасшедшее. А Чонгук... Чонгук на него даже не смотрел. Он сидел абсолютно неподвижно, уставившись в песок, и безучастно выводил пальцем какие-то узоры на нем, делая вид, что его это вообще не касается. Эта холодность окончательно добила Чимина. Гордость, ревность и два дня невыносимой тоски смешались в одну кучу. Чимин резко поднялся на ноги. Пока Чонгук вообще ничего не понимал и продолжал ковырять песок, блондин уселся брюнету прямо на колени. Чонгук резко вскинул голову, округлив глаза от шока. — Если ты сейчас хоть шевельнешься, — процедил Чимин ему прямо в губы, опаляя его губы горячим дыханием, — я покажу тебе, как в Рио разбираются с такими туристами. И прежде чем Чонгук успел сказать хоть слово, Чимин впился в его губы. Это не было робким или аккуратным прикосновением. Блондин целовал дико, голодно, сразу же нагло запустив язык в приоткрытый от удивления рот Чонгука. Сеульского парня прошибло током. Вся его гордость полетела к чертям в ту же секунду. Чонгук судорожно выдохнул прямо в поцелуй, его ладони сами собой взлетели вверх, ложась на тонкую талию Чимина и до боли сжимая её. Он так чертовски сильно соскучился по этим губам, по этому вкусу и по этому теплу, что готов был сожрать блондина прямо здесь. Чонгук перехватил инициативу, отвечая так же жадно, углубляя поцелуй и прижимая Чимина к себе так близко, насколько это вообще было возможно. Толпа вокруг них окончательно сошла с ума. Местные весело захлопали в ладоши, начали свистеть и выкрикивать одобрительные ругательства на португальском. Хосок что-то победно орал, Тэхён довольно ухмылялся, а Юнги просто покачал головой, пряча улыбку. Чонгук, уже совершенно не соображая от нахлынувших чувств, оторвался от губ Чимина и жадно переместил поцелуи на его шею. Он вжимался губами в горячую кожу, дорожкой поднимаясь к уху, но блондин вовремя перехватил инициативу. Чимин упёрся ладонями в его грудь и, тяжело, рвано дыша, попытался отстраниться. — Чонгук... — выдохнул он, сдерживая ответный стон. — Подожди. Мы тут не одни. Да стой же ты. Чонгука будто холодной водой окатило. Он шумно застонал от досады, прекращая поцелуи, и просто обреченно опустил голову на плечо Чимина. Он крепче сжал руки на его талии, утыкаясь носом в шею блондина, и глухо, с максимальной честностью признался: — Я так по тебе скучал. Чимин в ответ только мягко погладил его по затылку, запуская пальцы в темные волосы. Тэхён, наблюдавший за этой картиной, громко рассмеялся на весь пляж. Он повернулся к той самой заводиле-бразильянке, которая раздавала задания, и весело заговорил на португальском: — Acho que esses dois saíram do jogo! Eles têm seus próprios assuntos agora (Думаю, эти двое вышли из игры! У них теперь свои дела). Затем Тэхён хитро посмотрел на Юнги, который сидел рядом и молча улыбался, и без лишних слов крепко взял его за руку, переплетая пальцы. — И мы тоже больше играть не будем, — заявил Тэхён, поднимаясь с песка и утягивая Юнги за собой. — А то тут одни извращенцы собрались. Чимин прикрыл глаза, чувствуя, как сердце до сих пор колотится где-то в горле, а затем слегка отстранился и посмотрел Чонгуку прямо в глаза. Вся былая гордость и обида окончательно испарились. — Пойдем со мной, — тихо, со знакомой нежной улыбкой прошептал Чимин, поднимаясь с его коленей и протягивая руку. — Я покажу тебе одно тихое место на этом пляже. Чонгук поднялся следом, перехватывая его ладонь. Ему было абсолютно всё равно, куда они идут, лишь бы подальше от этих криков, костров и поближе к шуму океана, где они наконец-то останутся только вдвоем. Они уходили от шума вечеринки всё дальше и дальше вдоль берега. Грохот колонок постепенно стихал, сменяясь мерным шумом океана. Когда вокруг не осталось ни одной живой души, а свет костров превратился в едва заметные точки на горизонте, Чимин резко остановился и обернулся к Чонгуку. В лунном свете его глаза блестели от переизбытка эмоций. — Давай проведём этот месяц как в последний раз, — тихо, но с какой-то отчаянной нежностью выдохнул Чимин. Он быстро сбросил с себя шорты, собираясь с разбегу прыгнуть в темную ночную воду, но Чонгук не дал ему сделать и шага. Брюнет собственнически перехватил его за талию, притянул к себе и с ходу впился в губы Чимина голодным поцелуем. Они переплелись телами, они потеряли равновесие, и вместе опустились на влажный, прохладный песок у самой кромки прибоя. Набегающие волны океана то и дело лениво омывали их ноги, но парни этого даже не замечали. Чимин на секунду застыл, чувствуя, как внутри всё плавится от близости, а в паху начинает невыносимо давить от дикого возбуждения. — Чонгук… — хрипло простонал блондин, сильнее вцепляясь пальцами в его плечи. — Тихо, — выдохнул Чонгук ему прямо в губы. Он спустился поцелуями на шею Чимина, вылизывая соленую кожу, а его правая рука скользнула вниз. Чонгук уверенно забрался под плавки Чимина, освобождая его напряженный член, и начал медленно водить по нему рукой. Чимин под ним громко застонал, выгибаясь в пояснице навстречу этим горячим пальцам. У него еще никогда в жизни не было ничего подобного. Вот так, на открытом ночном пляже, под звездами, когда в любой момент кто-то может застукать — это вышибало из головы последние остатки мыслей, оставляя только дикий кайф. Чонгук тяжело дышал, его кожа горела, несмотря на прохладную воду океана. Не разрывая поцелуи, он быстрым движением освободил свой член из шорт. Перехватив обе ладони Чимина одной рукой над его головой, Чонгук обхватил их органы вместе и начал быстро, ритмично двигать пальцами, лаская их обоих одновременно. Всплеск волн смешивался с их рваным дыханием и откровенными стонами. Песок под ними уже казался раскаленным. Скорость движений росла с каждой секундой, Чонгук двигал рукой всё плотнее, доводя их до самого пика, пока они одновременно, с громким синхронным стоном не кончили прямо на свои животы и горячий песок. Чонгук обессиленно упал грудью на Чимина, тяжело ловя ртом воздух, а океанская волна мягко накрыла их тела, смывая остатки страсти. Чимин лежал под ним, растрепанный и абсолютно счастливый. Чимин еще пару минут лежал неподвижно, уткнувшись носом в шею Чонгука и медленно восстанавливая свое рваное дыхание. Слышно было только, как океан лениво шумит у их ног. Через какое-то время они все-таки поднялись, отряхнулись от мокрого песка и натянули шорты. Возвращаться на шумную вечеринку не хотелось, поэтому они просто уселись на сухой части пляжа. Чимин пристроился рядом, уютно уложив голову на плечо Чонгука. Брюнет обнял его одной рукой, перебирая пальцами светлые волосы. — Чимин... — Чонгук... — начали они одновременно, в один голос. Оба замолчали на секунду, а потом Чонгук тихо вздохнул, глядя на темную воду, и заговорил первым: — Я не имел права тогда так реагировать. Мы и правда ничего друг другу не обещали, и я... просто сошел с ума от ревности. Прости меня. Чимин молча выслушал его, а потом медленно поднял голову с его плеча и строго шикнул на брюнета, приставив палец к его губам. — Не начинай еще одну ссору, Гук-и. Забудь. Мы просто постараемся круто провести то время, что у нас осталось. А там... там жизнь покажет. Посмотрим, что будет дальше. Чонгук посмотрел в его глаза, расслабился и снова притянул блондина к себе, целуя в макушку. На душе наконец-то стало спокойно.