Батарейки не прилагаются (только любовь)

Коридоры университета гудели, как улей. Майское солнце проглядывало из окон, подсвечивая пылинки и лица студентов. Ева шла сквозь толпу, прижимая к себе сумку с тетрадями. На ней был тепло-бежевый кардиган, белая футболка с рисунком черных сердечек и любимая коричневая юбка с цветочками. Её русые волосы каскадом спадали с плеч, мягко покачивались с каждым шагом, а почти незаметные, покрашенные в нежно-розовый концы переливались на свету. Образцовая студентка, «прилежная милашка», как её шутливо называли в группе. — Ева! Пойдешь с нами в парк после пар? — окликнул её Тима, привлекательный и дерзкий парень. Девушка обернулась и почти профессионально, вежливо улыбнулась: — Прости, Тим, сегодня никак. Нужно курсовую дописать. В следующий раз? Он был уже четвертым за эту неделю. В его глазах мелькнуло разочарование, но и какая-то надежда. До него ещё была и Катька, и другие два парня. Все они были... хорошими, нормальными. Еве было неудобно отказывать, но когда они смотрели в её оливкового цвета глаза, брали за руку, она лишь могла с сочувствием смотреть на них. Она чувствовала... пустоту и лёгкую скуку. Не чувствовала к ним чего-то взаимного, видела в них просто друзей и знакомых. Ева никогда не понимала, что такое любовь. Нет, она не была холодной или бесчувственной: одно дело — любить свою семью, друзей и домашних питомцев. Другое дело — пылать от влюбленности, расцветать от счастья, но и тосковать, целовать, обнимать и... прочее, что делают парочки. Дверь в общежитие захлопнулась. Соседки по комнате уже умчались на «двойное свидание», оставив после себя кучу косметики на кровати и запах приторных, химозных духов. Ева с облегчением выдохнула и скинула туфли. Всё это так утомляет... Она подошла к своей кровати и вытащила из-под неё небольшую пошарпанную коробку. В переезд она взяла минимум вещей, только самую нужную косметику, ноутбук... Но самыми первыми были упакованы они: её любимые, милые Фёрби. Она достала первого Фёрби. Его звали Голубика: весь такой чистый, пушистый, яркий мех, совсем как новый. Отыскала на дне коробки залежавшиеся батарейки и отвертку и вставила аккумуляторы в него. Он задвигал своим корпусом, захлопал пластиковыми веками, проснулся и сказал своё обычное: — Dah-ay-loh-oo-tye! — протараторил он своим цифровым голосом. Ева посмотрела на него пару минут, покрутила в руках. Он смеялся и выдавал заложенные программой реплики. Это было... скучно. Слишком предсказуемо. Не дослушав его очередную фразу, Ева резким движением вытащила батарейки. Голубика замолк на полуслове, его глаза погасли. — Не то, — прошептала она. А затем её пальцы коснулись другого меха — более жёсткого, местами свалявшегося. Виви. Ева аккуратно достала её. Даже сквозь слой пыли и времени Виви поражала буйством красок: её мех украшали яркие диагональные полосы — глубокий синий переплетался с малиновым и сочным персиковым. Бирюзовая маска вокруг глаз выделялась на фоне пестрого узора, а ярко-розовые ушки и рыжие лапки делали её похожей на забавную тропическую птицу. Виви выглядела усталой. Её моторчик сгорел еще три года назад, а внутри, под пластиковым корпусом, наверняка разрослась рыжая ржавчина — память о той зиме, когда маленькая Ева таскала её за собой по глубоким сугробам, не желая расставаться ни на секунду. Ева вставила в неё батарейки. Виви не двигалась, но дернула розовым ушком, а потом захрипела. Она невнятно пробормотала что-то и отключилась. — Прости меня, — прошептала Ева, прижимая Виви к своей щеке. — Я так долго не обращала на тебя внимания. В этот момент где-то глубоко в груди, под белой футболкой, сердце Евы внезапно и ощутимо ёкнуло. Это было странное, непривычно тёплое и одновременно щемящее чувство. Девушка на секунду замерла, прислушиваясь к себе, но тут же мысленно отмахнулась — ну конечно, это просто нахлынувшая ностальгия по детству и острое, внезапное желание во что бы то ни стало починить свою самую любимую вещь. Ничего больше. Она резко выпрямилась и открыла ноутбук. Её пальцы быстро забегали по клавишам. «Купить моторчик для Ферби…», «Инструменты для пайки…». Ева посмотрела на грязный и заржавевший батарейный отсек рядом с ярко-рыжими лапками. «Очистка контактов от ржавчины…» Она смотрела на цены и сроки доставки, и ей было плевать, что придется неделю сидеть на одном дошираке. Как-нибудь выкрутится. Она чувствовала странный, почти болезненный азарт. Пока её ровесницы готовились к ночным клубам, Ева готовилась к своему первому опыту в починке. — Ничего, маленькая, — Ева посмотрела на неподвижную Виви, — всё будет хорошо.