Между мирами

Готический зал встретил меня привычным холодом. Я шла по длинному коридору медленно, чувствуя, как после вчерашнего испытания внутри всё ещё остался неприятный осадок. Такое бывало редко. Обычно после чистки становилось легче, будто чужие эмоции наконец уходили, растворялись, переставали цепляться за сознание. Но в этот раз что-то осталось. И меня это раздражало. Я поправила рукава чёрного пиджака и вошла в зал. Участники уже были на местах. Кто-то разговаривал между собой, кто-то молча ждал начала съёмок. Свет был приглушённым, тяжёлым. Как всегда. Я почти сразу почувствовала на себе взгляд. Даже не увидела — почувствовала. Медленно подняв глаза, я встретилась взглядом с Артёмом Бесовым. Он сидел чуть в стороне, облокотившись на спинку кресла, и смотрел прямо на меня. Спокойно. Слишком спокойно. Я первой отвела взгляд. Почему-то именно это разозлило меня больше всего. Я прошла к своему месту и встала, стараясь не обращать внимания на странное ощущение внутри. Но оно не исчезало. Наоборот — становилось сильнее. Будто рядом с ним пространство начинало работать иначе. Съёмка началась как обычно. Обсуждения испытаний, разговоры, комментарии экстрасенсов. Я слышала голоса, но почти не вслушивалась в них. Потому что постоянно чувствовала этот взгляд. Каждый раз, когда я случайно поднимала глаза, Артём смотрел на меня. Не как остальные. Не с интересом. Не с насмешкой. А так, будто пытался что-то понять. И это начинало действовать мне на нервы. Я резко выдохнула и отвернулась. После вчерашней ночи внутри всё ещё оставалось неприятное ощущение. Меня до сих пор подташнивало от одной мысли о том, как резко сорвалась чистка. И это имя. Артём. Я снова невольно посмотрела в его сторону. Он всё ещё смотрел. Будто почувствовал. По спине прошёл холод. Нет. Так не бывает. Я сжала пальцы в кулак. Чем дольше длилась съёмка, тем сильнее я раздражалась. Мне хотелось выйти из зала хотя бы на несколько минут, чтобы наконец перестать ощущать это давление. Но вместо этого я продолжала сидеть на месте. А он продолжал смотреть. В какой-то момент я не выдержала. Когда объявили небольшой перерыв, я резко поднялась с места и направилась к выходу из зала. Каблуки громко стучали по полу, раздражая даже меня саму. Я почти дошла до двери, когда услышала позади спокойный голос: — Дженнифер. Я остановилась. Медленно повернулась. Артём стоял в нескольких шагах от меня, засунув руки в карманы. Спокойный, как будто ничего не происходит. Это бесило ещё сильнее. — Что? — резко спросила я. Он несколько секунд молча смотрел на меня. — Ты слишком нервная сегодня. Я усмехнулась. — А ты слишком внимательно за мной наблюдаешь. На его лице появилась едва заметная улыбка. — Ты сама привлекаешь внимание. — Неужели? — я скрестила руки на груди. — Или тебе просто нравится лезть туда, куда не надо? Несколько секунд между нами висела тишина. Тяжёлая. Неприятная. Я видела, что он не собирается уходить, и внутри снова начало подниматься раздражение. — Ты что-то делал? — спросила я прямо. Артём нахмурился. — Что? — Не притворяйся, что не понимаешь. Он смотрел спокойно, но именно это спокойствие выводило меня из себя сильнее всего. — Дженнифер, ты сейчас вообще о чём? — О том, что после испытания меня два часа рвало после чистки, — процедила я сквозь зубы. — И единственное имя, которое пришло мне в голову, было твоё. На секунду его взгляд изменился. Совсем немного. Но я заметила. — Серьёзно думаешь, что я стал бы заниматься такой ерундой? — тихо спросил он. — Я уже не знаю, что думать. И это была правда. Он сделал шаг ближе. Я сразу почувствовала, как внутри снова появляется то странное давление. Будто рядом с ним мой дар начинал работать слишком резко. Неправильно. — Тогда разберись сначала в себе, — спокойно сказал Артём. — А потом обвиняй других. Я резко отвела взгляд. Потому что неожиданно поняла — мне нечего ответить. Это злило ещё сильнее. — Не подходи ко мне больше, — холодно сказала я. И, не дожидаясь ответа, вышла из готического зала. ⸻ На улице было холодно. Я глубоко вдохнула ночной воздух, пытаясь успокоиться, но внутри всё только сильнее сжималось. Что-то было не так. И хуже всего — я не понимала, связано это с Артёмом или со мной самой. Я вызвала такси и всю дорогу домой смотрела в окно. Москва мелькала огнями, люди куда-то спешили, машины проезжали мимо, а у меня в голове снова и снова прокручивался этот разговор. «Разберись сначала в себе.» Я раздражённо закрыла глаза. Дом встретил меня тишиной. Я бросила сумку возле двери и медленно прошла в комнату. Сил почти не осталось. Хотелось только одного — перестать думать. Я начала разбирать вещи после съёмок: карты, свечи, украшения, амулеты. Всё аккуратно раскладывала по местам, как делала всегда после тяжёлых дней. Это успокаивало. Немного. Я уже собиралась убрать последнюю свечу обратно в ящик, когда вдруг почувствовала знакомое напряжение. Резко подняла глаза. И на секунду мне показалось, будто в отражении окна за моей спиной кто-то стоит. Я резко обернулась. Пусто. Только тёмная квартира и слабый свет с улицы. Но сердце всё равно забилось быстрее. Я медленно выдохнула и устало провела ладонью по лицу. — Да что со мной происходит… — тихо прошептала я. И впервые за долгое время у меня не было ответа.