Treasure of Hogwarts

      Сложившуюся ситуацию сложно было назвать обычным шоком. Вся жизнь Гарри перевернулась с ног на голову за какие-то десятки минут. Мандраж прошёлся по всему телу, заставляя спину слегка взмокнуть. Слишком много информации для одного настрадавшегося подростка за один день.       Риддл говорил это слишком безмятежно, даже не собираясь при этом смотреть Гарри в глаза. С каждым словом ужас и осознание всей ситуации обрушивались на встревоженного подростка лавиной. Приплыли.       — Кхм, — он прочистил горло и обратился к Дамблдору, — а почему всё вышло именно… Так?       — Почему именно я, вы хотели узнать? Не так ли? — раздалось со стороны профессора Риддла.       Снова этот отстранённый тон. Поттер не удержался от того, чтобы громко фыркнуть. Том говорил это настолько индифферентно, будто его заставили это делать. А он ведь вызвался сам, иначе и быть не могло. Гарри слишком хорошо знал Дамблдора – он бы со стопроцентной вероятностью взял опекунство над Гарри сам, если бы не вмешался Риддл. Вот только как Том узнал?       Они с Дамблдором тёплым общением никогда не славились, а о вопросах жизни учеников и речи не шло. Может, дело было в дополнительных занятиях. Или Риддл действительно каждое утро читал журналы и маггловские газеты. Гарри нервно хохотнул.       Взгляд профессора скользнул по нему, и на мгновение маска безразличия дрогнула. Слизеринец уловил беспокойство. Или его расшатанная психика подкинула это видение, чтобы ослабить общую боль.       — Да, сэр, — он не скрывал яд в голосе.       Зрачки напротив сузились.       — Потому, мистер Поттер, что я первым увидел в газетах новость о закрытии приюта Святой Магдалины. Вы же сами мне рассказывали про него. Верно? Как я мог отказать в помощи своему ученику.       «Скотина», — подумал Гарри.       Он даже не попытался изобразить сочувствие. На чужом лице застыло полное безразличие.       Внутри Гарри же бушевало пламя. Даже мыслей не хватало, чтобы выразить, насколько могут задеть обычные слова. Точнее, посыл, которым они пропитаны.       — Что ж, как пожелаете, — глухо сказал слизеринец и развернулся к директору, — это всё? Я могу идти?       — Разумеется.       Он заторможенно кивнул и пошёл на выход, чувствуя кожей движение сзади: профессор шёл за ним.

***

      Сбежать не получилось. У горгульи его окутало знакомое тепло, а кольцо родных рук сомкнулось вокруг живота. Профессор молча прижал парня к своей груди и размеренно дышал. Никто из них не сказал ни слова, прекрасно понимая, что малейшая фраза перерастёт в скандал. Сейчас они просто позволили себе молчаливую, минутную слабость: просто чувствовать тепло тела и вдыхать запах, по которому каждый успел затосковать до дрожи. Гарри отрешённо смотрел вперёд, вложив всю свою силу воли, чтобы не накрыть холодные ладони, которые так бережно держали его в своих сетях.       — Мы можем поговорить? — нарушил тишину профессор.       — Зачем? — Гарри тяжело сглотнул, преодолев стойкий ком в горле.       — У тебя наверняка много вопросов.       — А разве я что-то решаю? По-моему, вы и сами прекрасно справляетесь, — усмехнулся слизеринец, не скрывая горечь в голосе.       — Гарри, нам придётся поговорить. Ты же это понимаешь?       — Явно не сейчас. — Попытка отойти не увенчалась успехом. Стоило ему дёрнуться вперёд, как профессор усилил хватку.       — Сейчас – нет, — ответная усмешка стала первой, хоть сколько-нибудь значимой эмоцией в чужом голосе. — Но позже я встречусь с тобой, чтобы всё объяснить.       — Хорошо, — безразлично пожал плечами парень.       — Вот так просто? — с сомнением спросил Риддл.       — А вас это волнует? Захотели – позвали, захотели – прогнали. Я ничего не решаю.       — Гарри, — профессор тяжело вздохнул, — не веди себя как ребёнок.       Гарри приложил силу и крутанулся на месте. Снова увидеть цвет этих глаз так близко было невыносимо, поэтому он поспешно увёл взгляд в сторону и выставил руки к чужой груди в защитном жесте.       — Я и есть ребёнок, — прошептал Гарри.       Остекленевшие глаза быстро скользнули по лицу профессора. Родные руки обессиленно опустились. Послышался тяжёлый вздох, а спокойная атмосфера сменилась могильным холодом.       — Хорошо. Как будешь готов – сообщи.       — А если этого никогда не произойдёт? — парировал парень.       Риддл медленно обогнул ученика и встал прямо перед ним, сцепив руки в замок за спиной. Безэмоциональное лицо исказилось в кривой усмешке, а успевшие позабыться алые всполохи разгорались слишком активно. Риддл подошёл ближе, не обратив внимания на вздрогнувшего парня и наклонился к его лицу. Как же Гарри захотелось его поцеловать, чтобы стереть эту усмешку с чужого лица, конечно.       — Не получится, дорогой мой, — он приблизился ещё немного. — Теперь я твой опекун, Гарри. На каникулах нам придётся видеться очень часто.       Профессор отклонился обратно и немигающе смотрел на ученика.       — Хорошего дня, мистер Поттер.       Крутанувшись на пятках, Риддл ушёл, оставив подростка с невыносимой обидой в душе. Гарри изо всех сил сдерживал слёзы, обещая себе, что ещё чуть-чуть он продержится, а потом обязательно позволит себе побыть слабым. Хотя бы минуту.

***

      Гарри всеми силами пытался отсрочить время зимних каникул, но оно неизбежно летело.       Осенняя хандра ни с чем не сравнится с зимней, когда единственное, что хочется это какао и укутаться в плед, чтобы никто не трогал. Он даже просил Дамблдора позволить ему остаться на каникулы в Хогвартсе, но тот лишь помотал головой и сообщил, что Риддл уже всё решил. Мольба отменить решение преподавателя едва не на коленях не помогала. Старый маразматик гаденько ухмылялся и говорил, что это невозможно.        Это было ожидаемо, учитывая последнее обещание профессора. За эти месяцы они практически делали вид, что не знают друг друга. Изредка Астория прибегала и выдавала ему лещей, а потом убегала обратно. Видок у неё был усталый, но Гарри был слишком обиженным и гордым. Дайте ребёнку побыть ребёнком. Профессор сам так говорил, в конце концов.       И снова всё сводится к нему.       Впрочем, именно такое решение проблемы Гарри и выбрал. Трансфигурировать бордовый плед, забрать с кухни какао и завалиться в кресло – это прекрасно. Для лучшего эффекта нужно было сделать это в Выручай-комнате, а не в общей гостиной.       — Гарри, — в сотый раз обратился Драко. — Сколько можно рефлексировать? Ты скоро дыру в этом кресле просидишь. Хоть газеты почитай.       — Пошёл вон, — лениво ответил Поттер, укутываясь плотнее в свой плед.       — Не-а, — протянул Малфой и дёрнул за конец пледа. — Завтра отправка по домам, к этому моменту ты обязан быть на перроне. Ну, или в кабинете профессора.       Гарри закатил глаза. С тех пор, как он рассказал друзьям о новом опекуне, те не упустили ни одной возможности пошутить над другом. Они смогли свыкнуться с хандрой Поттера и отстали, просто решив доставать его по полной.       — Нет.       — Поттер! — всплеснул руками Малфой. Под тяжёлый вздох к нему подошёл Блейз.       — Так и не встаёт?       Малфой скривился и драматично махнул на укутанную гульку в кресле. Блейз многозначительно поднял брови.       — Гарри, тебе придётся поехать к Риддлу. Да, Дамблдор запретил тебе оставаться, но это ещё не катастрофа. Ты сам упёрся. Что такого-то? Ну поживёте вы в одном доме. Он тебя не съест.       — И не трахнет. Возможно, — добавил Блейз, уже готовясь бежать.       Гарри вспыхнул румянцем и вскочил с кресла, предусмотрительно отлевитировав какао на столик. Под угрожающим взглядом Блейз испарился на ближайшие пару часов.       Малфой прикусывал губы, пытаясь не засмеяться. Гарри подхватил подушку с диванчика рядом и бросил в Малфоя. Раздался сдавленный кашель. Первая причина для улыбки Гарри за многие недели.       Помимо опекунства, Гарри больше никому ничего не рассказал. Астория и так знала, но после просьбы не говорить на эту тему она успокоилась.       — Да чего ты от меня хочешь?       — Это не конец света, ты просто выделываешься.       — Спасибо, друг, — Гарри закатил глаза.       — Хотя бы выйди из гостиной. Сколько можно питаться одним какао?       — Сколько хочу, — пробурчал Гарри и готовился рухнуть обратно в кресло, но Малфой его опередил.       Гарри с претензией посмотрел на занявшего его царское место Малфоя и хмыкнул.       — Ты думаешь я другое кресло не найду?       — Я думаю, что тебе надо выйти отсюда. Совсем плесенью покрылся.       Гарри скривился. После молчаливой борьбы он протяжно застонал и отбросил плед на диван.       — Хорошо, — он встал в любимую позу «ну и что теперь?», скрестив руки. — Пошли прогуляемся.       — Вот так бы сразу, — кивнул Малфой. — Но ты идёшь с Адрианом. Мы с Асторией договорились встретиться перед каникулами в библиотеке.       Гарри непонимающе посмотрел на него. Ну вот и к чему эти уговоры.       — Чудно, где он?       Как говорится, вспомнишь солнце вот и лучик. Пьюси вышел из мужского крыла и заприметил парней, махнув в качестве приветствия.       — Привет, уговорил его? — не скрываясь спросил Адриан, поймав хмурый взгляд Драко.       Гарри шумно втянул воздух. Адриан потянул его за рукав на выход, буквально оттаскивая от любимого кресла. Драко мило помахал им вслед, вполне чётко разобрав в движениях губ Гарри слово «предатель».

***

      Последний день перед каникулами выпал на выходной, так что учеников вокруг было немного. Все либо спали, либо собирали вещи домой или закупались в Хогсмиде. Больше всего было видно когтевранцев, те всегда были ранними пташками. По пути Гарри увидел Луну, которая спокойно ему помахала. Он кивнул и пошёл дальше за Адрианом. В Большом зале из слизеринцев было шаром покати. Половина отправлялись прямо сегодня, а кто-то ждал поезда завтра.       Стоило им упасть на скамью в зале, как Адриан принялся накладывать Гарри еду. В преддверии каникул в Большом зале можно было попросить обед вне зависимости от времени.       — Всё, хватит, — он разглядывал целую гору из овощей и мяса, которую ему навалил от души Адриан. Ещё немного, и начнёт кормить с ложечки.       — Ешь давай.       Гарри скуксился и благоразумно принялся жевать ненавистные овощи, пока Адриан следил за каждым его движением. Поттеру это надоело.       — Прекрати, это жутко.       — А что такого? Вдруг не наешься.       — Адриан, мне что, десять лет?       — Не-а, — протянул парень и ухмыльнулся, — но ведёшь себя именно на столько.       — Иди в зад! — прошипел Гарри, отбросив вилку на стол.       Они проследили взглядом за звонко упавшей вилкой и Гарри покраснел. Со стороны он и правда выглядел как капризный ребёнок.       — Я об этом же, — подытожил Адриан, выдав другу новую вилку. Вид пристыженного Гарри явно доставлял ему удовольствие. Может хоть думать начнёт.       — Извини, — он отодвинул тарелку и схватился руками за щёки. — Не понимаю, что со мной происходит.       — Это нормальная реакция на всё происходящее, но лучше не злоупотреблять.       — На что? — подозрительно спросил Гарри.       Адриан умостил голову на подпёртую локтем ладонь и качнул головой назад. Гарри увидел только преподавателей, включая одного «любимого».       — И что? — он постарался не придать голосу какой-либо эмоциональной окраски.       Адриан закатил глаза и приблизился к Гарри и цепко схватил подбородок, приближая к себе. Между ними оставались какие-то миллиметры.       — Что ты делаешь?! — испуганно спросил Гарри, чувствуя чужое дыхание.       — Я об этом пожалею, но теперь посмотри на преподавательский стол.       Гарри чуть подвинул голову и увидел, как все учителя спокойно разговаривают, кроме Риддла, сидящего с краю. Вилка в его руке стала активно сгибаться под силой сжатия. В сторону парней он упорно не смотрел.       — Не понимаю, о чём ты, — отмахнулся Гарри и вырвал своё лицо из чужой хватки. Что у людей за тяга к его хрупкому личику?       — Ври себе сколько угодно, лучше от этого не станет.       — Придурок, — буркнул Поттер, утыкаясь в свою тарелку. Он невольно посмотрел на профессора.       Под тяжёлым взглядом по его телу пробежали тысячи искр. Такого огня в чужих глазах он не видел никогда. Риддл даже не пытался скрывать своё внимание и продолжал сверлить Гарри взглядом. Дышать стало тяжелее. Гарри ухватился за чашу с водой и судорожно начал пить, смотря на Адриана.       Парень, казалось, позеленел. Поттер встрепенулся.       — Адриан? Ты в порядке?       — Ага, — скривился Пьюси, поёрзав на месте. — Он смотрел сюда, верно?       — Ага, — сложно не почувствовать такую обжигающую ненависть, сосредоточием которого являются ваши с другом жалкие тушки.       — Всё ещё будешь отрицать?       — Не-а, — нервно хохотнул Гарри.       Он медленно наколдовал Агуаменти в чашу и картинно приподнял, плеснув себе в лицо. Сидящие неподалёку студенты странно уставились на их стол.       — Полегчало? — он повернулся к Пьюси, скользнув глазами по столу учителей.       — Что ж, да, на самом деле, — с осторожной интонацией сказал Пьюси.       — Чудно.       Гарри отметил, что странная выходка помогла. Больше никакого удушающего ощущения не было, а студентам лучше от его странностей не отвыкать. Слишком расслабились.       — Мы будем это обсуждать? — бровь друга взметнулась вверх. Иногда Пьюси был слишком любопытным.       — А если я не хочу? — устало попытался откосить Поттер, но безуспешно.       — Многие начинают замечать, что Риддл относится странно ко всем, кто с тобой взаимодействовал. Да и с тобой, если честно. С ним что-то не так.       — А вы мне как поможете? — фыркнул Гарри, но мысленно обеспокоился. Он не мог оставить без внимания поведение профессора. Неужели у него тоже начались странные видения?       — Побудем рядом.       Такая драматичность в стиле Гриффиндора Гарри не впечатлила. Он картинно скривился.       — Нет спасибо, вот этого точно не надо, — язвительно отчеканил парень и встал со скамейки. Он намеревался окончить этим диалог и уйти.       Собственно, так он и сделал.       — Поттер! Ты – невыносим! — прокричал Пьюси уходящему парню.       «Привыкайте, никто меня долго не выносит», — горько усмехнулся про себя Гарри.       Сейчас он планировал вернуться к любимому креслу и какао, мечтая спрятаться от всего мира.       Друзья в течение всего дня его ловили, но он спрятался в Выручай-комнате со всеми вещами и сидел до самой ночи. Он понимал их переживания и осознавал своё детское поведение, поэтому не стал оставаться в комнате на ночь. Он вернулся в комнату перед самым отбоем и увидел целую толпу: сёстры Гринграсс сидели рядом с Драко и Блейзом, а Адриан и Тео стояли прямо перед ними. Кружок по интересам, не иначе.       Стоило Гарри зайти как они разом обернулись на него, но он предупреждающе выставил руку и печально улыбнулся, глядя в пол. Вскочившие с дивана ребята медленно уселись обратно, а стоящие понимающе кивнули. Так Гарри и вернулся в спальню, скинув вещи на тумбочку и рухнул лицом в подушку, сразу проваливаясь в царство Морфея.

***

      — Ты уверен, что в порядке? — обеспокоенно спросил Драко.       — Ага, — нахмурился Гарри.       Драко и Адриан не отходили от него с самого начала дня. Сами же говорили, мол что такого? А сейчас боятся, что Риддл его утащит в свою нору навсегда. Сейчас же они стояли на перроне, выжидая родителей и опекуна. От мысли про последнего настроение улетучилось далеко и надолго. Умеет же Риддл производить неизгладимое впечатление, да ещё настолько, что непонятно, придушить или поцеловать хочется.       — До встречи, дружище! — Они повернулись в сторону голоса и увидели идущих к ним вдоль перрона Блейза, следом за которым спокойно плёлся Теодор.       Последний приветственно кивнул.       — Как настрой? — у самого Забини был, очевидно боевой.       «Конечно, вы-то едете домой», — мысленно хмыкнул Гарри.       Но по большей части он был им благодарен. Сейчас оставаться одному хотелось все меньше. Чтобы отсрочить неминуемое, или наоборот встретить Риддла с гордо поднятой головой и показать, что у него тоже что-то есть за спиной. Хотя Риддлу, наверняка это было не нужно.       — Поттер!       — Да ты сегодня популярен, — хохотнул Блейз.       Гарри разглядел за спиной Забини идущих к нему сестёр Гринграсс. Дафна выглядела спокойной, а Астория, как всегда, надела маску полного безразличия.       Как будто не кричала его фамилию на всю платформу минутой ранее.       — Ты как, готов к отправлению? — как бы между делом поинтересовалась Дафна.       Она единственная, кто к нему не лез, да и общаться они стали намного меньше, но Гарри так было только по душе. Благодаря этому они с парнями даже сдружились, обсуждая заскоки Поттера. Хоть какая-то от него польза, как думал он сам.       — Вроде того. — Выдавить обнадёживающую улыбочку не получилось.       — Это хорошо, — выдохнула Дафна и толкнула Асторию в плечо.       Девушка пронзила её недовольным взглядом и деловито сложила руки на груди.       — Слушай, если тебе станет совсем невыносимо, ты можешь отправиться к нам на некоторое время. Если хочешь, конечно. А то у нас делать даже нечего особо…       — Тори! — шикнула Дафна, натягивая неловкую улыбку. — Это правда, ты всегда можешь попасть к нам через камин.       Блейз и Драко присвистнули.       — К нам тоже, как и летом, например, — поддержал Драко.       — Да и ко мне, — хлопнул его по плечу Блейз. — Хочешь, устроим тебе тур по чистокровным домам?       Гарри весело фыркнул. Они невыносимые. Но они стараются.       — Спасибо, правда.       — Можешь ко мне, родителей всё равно большую часть каникул не будет, — подал голос Адриан, заговорщицки улыбаясь.       — Сомневаюсь, что это будет нужно, господа и дамы, — прохладный голос за спиной развеял всю позитивную атмосферу.       Риддл вальяжно прошёл к ним и сцепил руки за спиной, осматривая каждого с ног до головы. Ребята съёжились, а Адриан рефлекторно сделал пару шагов назад, становясь ближе к Малфою. Они оба давно занимали почётное место персон нон грата в глазах профессора. В этот момент оба сетовали на манеру общения Поттера, которая привела к таким последствиям.       — Что ж, я так полагаю, — Риддл растянул губы в вежливой улыбке, которая поразительно контрастировала с кровавым цветом глаз. — Вы уже попрощались?       — Да-а, — раздалось со всех сторон.       Адриан подсуетился и поспешно обнял Драко.       — Пока-пока, Малфой! — он начал расцеловывать его щёки, на что Драко недоумённо посмотрел на него, а потом охотно поддержал.       — Пока, Пьюси! Увидимся очень скоро!       Они подбежали ко всем, заключив в медвежьи объятия, а после дошли до Поттера.       — Поттер, увидимся! — нервно потряс его руку Драко и ускакал в другую часть платформы.       — Согласен, пиши! — Адриан отзеркалил движение Драко и воспользовался портключом, растворяясь на месте.       Малфой с другого конца всплеснул руками.       «Предатель!» — про себя подумал Драко и пожалел, что не додумался до портключа домой.       Остальные странно наблюдали за всем этим представлением двух неумелых актёров и стыдливо прикрывали глаза.       — Придурки, — озвучил общую мысль Теодор.       — Ожидаемо, — фыркнула Дафна.       Гарри хотелось провалиться сквозь землю. И не только из-за бредовой игры парней, но и благодаря ощущением чужого тепла прямо за спиной. Кожа покрылась мурашками.       Прямо сейчас хотелось сбежать с Адрианом портключом Мерлину известно куда.       От этих мыслей его отвлекла крепкая хватка, обрушившаяся на его плечо. Элегантные пальцы двинулись дальше и сжали его локоть.       — Очень мило, что вы беспокоитесь за своего друга, но можете не бояться, я верну вам его в целости и сохранности. Наверное.       От последнего слова слизеринцы побледнели. Даже вечно невозмутимый Нотт напрягся, хоть и знал поболее остальных.       — Да я шучу-шучу, — хохотнул профессор, убрав руку от ученика. — Мистер Поттер, вы готовы?       — Ага, — гулко отозвался Гарри, пытаясь унять дрожь. И причиной был далеко не уличный мороз. В этом году зима в Шотландии выдалась холодной.       Друзья этого не видели, но магия Риддла лизнула его затылок, стоило профессору начать говорить. Хуже всего было не понимать, угроза это, или своеобразное приветствие. Вся эта ситуация начала порядком раздражать. Если уж Риддл так беспокоился за него, то к чему пугать до заикания своими действиями. От него не ушёл и цвет глаз, который стойко выдавал крайнюю степень раздражения.       Гарри попал в настоящую задницу. Абсолютно и бесповоротно.       — Отлично, — Риддл схватил Гарри за руку и обратился к ученикам: — Хороших каникул. Последнее что Гарри увидел, это встревоженные лица друзей. Дальше всё смазалось и перед глазами завертелась воронка из красок.

***

      Стоило им приземлиться и почувствовать землю под ногами, Гарри мгновенно чуть не осел на месте, но был подхвачен профессором.       — Ты в порядке?       — Ага, — скривился он, пытаясь не извергнуть собственный желудок на мраморный пол. — Ненавижу аппарацию.       — Привыкай, — фыркнул профессор, растеряв всю свою отчуждённость.       — Где мы? — спросил Гарри, окончательно вернув себе баланс. Было невероятно стыдно, что он буквально упал в объятия Риддла, как какая-то кисейная барышня. Даже если он частично таким и был.       Профессор усмехнулся и развёл руками, показывая просторную и довольно роскошную гостиную в чёрно-зелёных оттенках. Серебряные вставки в орнаменте у камина просто сверкали в языках пламени.       — Добро пожаловать в Гонт-мэнор.       «По-другому и не скажешь», — мысленно прыснул Гарри, за что получил хмурый взгляд.       — Мило, — кивнул Гарри.       — И всё?       — А мне надо было канкан во имя твоей лепнины сплясать? —  невинно спросил слизеринец, чувствуя изменившуюся атмосферу.       — Приятно слышать, что твоя любовь к сарказму до сих пор при тебе, — осклабился Риддл.       Гарри это высказывание не понравилось.       — А из-за кого, позволь спросить? — ехидно парировал парень.       — А ты уже готов об этом поговорить?       — Нет, — вся дерзость схлынула, словно её и не было.       — Как будешь готов – сообщи. А сейчас я покажу тебе твою комнату.       Гарри покачал головой. Если этой комнатой окажется его собственная, Гарри в панике убежит к Малфоям и пожалуется, что злой дядя Том до него домогается. Не сказать, что в глубине души он бы этого не хотел, но это уже другой разговор. Думать не было ни сил, ни желания.       Комната оказалась небольшой, но уютной. В красных цветах. Стоило увидеть кровать с бордовым порогом, как у Гарри задёргались оба глаза разом. Он покосился на довольного, словно нюхлер, увидевший украшения, Риддла и настроение понизилось до отметки «отвратительно».       — Располагайся.       — Ага, — Гарри картинно скинул рюкзак на пуфик у кровати и сел на краешек. — Готово.       — Не густо.       — Ничего больше и нет, — пожал плечами парень.       Риддл сочувствующе сжал губы. Гарри от этого получил искреннее удовольствие.       «Давай, кори себя по полной», — злорадствовал парень в душе. Но недолго.       — Ну, если что – зови, — махнул Риддл и собрался выйти из комнаты.       — И всё?       — А что, мне надо было станцевать? — беззлобно усмехнулся Риддл, но под обиженным взглядом парня успокоился. — Чего бы ты хотел?       — Ничего, — он спрятался за чёлкой.       Том устало вздохнул.       — Гар…       — Ничего! Оставь меня, пожалуйста! — сорвался парень. Из-под чёлки показались блестящие от слёз глаза.       Первым порывом было подбежать и успокоить, утереть чужие слёзы и прошептать, что всё будет хорошо. Но сейчас Гарри всем своим видом показывал, что не хочет его видеть. Том кивнул и пошёл на выход. Придержав дверь, он оглянулся на Гарри через плечо.       — Домовика зовут Сорроу, если что-то будет нужно – позови его. Ужин в семь.       Дверь с тихим стуком захлопнулась.       Гарри обессиленно упал на кровать, зарывшись рукой в волосы. Вот как этот невыносимый мужчина может вызывать столько чувств сразу? Хотелось заставить его остаться и одновременно прогнать навечно. Но сколько бы он ни пытался, он не сможет отказаться от этого тёплого взгляда, даже если может его больше не увидеть.