Exit | Выход

      Дверь в аудиторию громко хлопает. Омеги ахают, видя, как альфа заходит и садится на предпоследний ряд.       — Здравствуйте, Ли Ёнбок. Могли бы извиниться за опоздание. — Мужчина средних лет смотрит на зашедшего.       — Извините за опоздание. Сделаю так ещё раз, — огрызается альфа и бросает тетрадь с ручкой на стол.       Преподаватель лишь тяжело вздыхает и продолжает лекцию. Он успел смириться с поведением молодого человека к этому разу.       Люди шепчутся: омеги текут от вида Ёнбока, а альфы осуждающе скалятся на него. Хёнджин относился к первому типу. Ли Феликс — один из популярных альф в их университете. Он пользовался известностью среди омег, которые только и хотели, чтобы альфа трахнул их как какую-нибудь из своих сучек. Но все знали, какой Ёнбок самовлюблённый и вспыльчивый. Не зря у него было прозвище: «Драчун». Он часто дрался с другими альфам, обычно побеждая их.       Это всё, что знал Хван о нём.       Всё время Хёнджин потратил не за тем, чтобы послушать слова преподавателя и законспектировать информацию, а пытался незаметно полюбоваться Феликсом. Он влюблён в альфу. Это явнее, чем вода. Его чувства всегда видны на лице, как бы омега ни старался скрыть это всеми возможными способами.       В очередной раз Хёнджин поворачивается назад, как вдруг встречается взглядом с Феликсом. Последний смотрит на него: то ли изучает его, то ли смотрит прямо в глаза. Издалека было непонятно. Однако щёчки Хвана вспыхиваю красным цветом, видным через толстый слой тональника. В одну секунду омега отворачивается. Он подбирает голову рукой и рисует каракули на листе бумаги. Его чувства на пределе сейчас. Хотелось бы раствориться в доминирующем взгляде альфы... Особенно Хёнджин запомнил одну вещь: Феликс облизнул свои губы при их встрече взглядами. Может ли это значит, что Ли питает романтические чувства к скромной омежке? Или его губы просто пересохли?..       Хёнджин до сих пор смущённо поправил очки на переносице. Он пробовал попытки вновь начать слушать преподавателя, но все они сводились к мысли об альфе с задних рядов.

⛓️⛓️⛓️

      — Что, вернулся? — Парень появляется в коридоре и облокачивается об косяк двери. — Чего молчим?       — Да, вернулся. — Хёнджин склонил голову вниз, боясь человека перед ним.       — Иди готовь. Я хочу есть, — бросает парень и уходит в гостиную.       — Хорошо, — шепчет омега больше себе, нежели собеседнику.       Хёнджин проходит дальше в квартиру и видит, как его альфа развалился на диване перед телевизором. Конечно, с банкой пива в руке. Хван вздыхает и проходит в гардеробную, чтобы переодеться из студенческой формы в домашнюю одежду.       На кухне он начинает готовит ужин для своего альфы. Он не сказал бы точно, что ему нравились отношения с Минхо, но омега не мог уйти от альфы по причине, лежащей перед глазами. У него нет ничего, а у Ли есть деньги, власть и связи. Он захочет — и всё будет по его воле, даже не пытайся избежать. Из-за этого в голове Хёнджина не возникало мыслей о побеге. Их отношения что-то бытовое, давно вросшее каждому в сердце, но нельзя назвать здоровым. Просто никто не может выйти из этой больной любви (если она осталась): альфа из-за желания властвовать над кем-то; омега из-за своего партнёра.       Они оба заперты в этой клетки, из которой исключительно сложные способы выйти. Поэтому парни не хотят завершать отношения, законченные ещё после первого изнасилования.       Вдруг приходит сообщение от парня из банды Феликса. Бан Чан Привет! Хочу пригласить тебя на вечеринку в честь своего дня рождения. Приходи, буду ждать.       Во время ужина они молча принимают еду. Хёнджин тяжело проглатывает кусок мяса, прежде чем начать говорить:       — Моя мама просит посидеть со своими братьями и сестрами завтра вечером.       — Во сколько точно? И до скольки? — задаёт вопрос Минхо, грубо глядя на него. Он всегда доминирует над омегой. Хван не смеет смотреть на старшего, всего лишь опускает глаза на тарелку с едой.       — Примерно с шести до десяти, — отвечает Хёнджин и наконец поднимает свой умоляющее взгляд на альфу.— Отпустишь? Я не могу отказать собственной матери...       — Иди, я всё равно буду на работе. Но знай, что за каждое моё разрешение ты должен будешь поблагодарить меня, как следует. — Минхо ставит явную точку в разговоре. Омега кивает, соглашаясь на условия.       Хёнджин знает, что он всегда должник Минхо. За всё. Ведь именно альфа приютил его у себя, когда пришлось уйти из дома. Ему давно вбили эту веру в голову, и он просто следует ей, как остальным. Но наручники, сковывающее все эти года, начинают расстёгиваться. И Минхо не сможет контролировать это, как бы ни хотел.

⛓️⛓️⛓️

      Оверсайз свитер, джинсы-клёш и кеды — наряд Хёнджина перед Минхо. Так омега выглядит, будто по-настоящему идёт к матери. У альфы не появляются лишние подозрения, когда он видит свою омегу до выхода из квартиры.       — Чтобы вернулся ровно в десять, иначе получишь наказание, — напоминает Минхо правило, что уже давно въелось в голову, как молитва. Иногда их отношения Хёнджину напоминают какую-то секту: правила, наказание и жестокость. Он хочет убежать из неё хотя бы на пару часиков, вдохнуть свежий воздух на свободе.       — Я помню, спасибо. — Омега спешно накидывает ветровку на плечи и чмокает альфу в губы. — Пока! — прощается он.       Минхо выходит и захлопывает дверь. Пока Ли садится в машину, Хёнджин кладёт каблуки в сумку и сморит в окно. Когда крутой автомобиль чёрного цвета скрывается из виду, Хван уходит и торопится на последний отъезжающий автобус, так как дом Чана находился далеко.       Запрыгивая в полный автобус, Хёнджину приходится стоять всю поездку, но он рад этому. Он один без Минхо, а значит может делать что-угодно и ходить куда захочет. Улыбка сама появилась на его лице. Приходится только полностью отключить телефон, чтобы альфа не смог отследить его местоположение через устройство. В принципе, Хван не теряет много, лишь бы не потеряться по дороге.       Хёнджин едет недолго: остановок семь, — и останавливается на одной из них. Рядом с ней он видит какую-то забегаловку, в которой сидят одни пьяницы, и заходит в неё. В ней пахло не слишком неприятно из-за запаха перегара, да и атмосфера оставляла желать лучшего.       — Не подскажете, где туалет здесь? — спрашивает Хёнджин, подходя к кассе. За ней девушка, явно уставшая.       — Там, — нехотя отвечает она и указывает пальцем в верную сторону.       — Спасибо, — благодарит её Хёнджин и проходит в ванную комнату.       Он запирается в грязноватой кабинке, что не важно, и переодевается. На худощавом теле оказывается приталенное платье кофейного цвета с открытыми плечами и не доходящее до колен; на ногах — капроновые колготки и чёрные туфли на высоком каблуке. На быструю руку Хёнджин делает нюдовый макияж перед запачканным зеркалом и смотрит на свой вид. Он никогда не одевался так, будучи тихоней и под контролем своего парня, однако в моменте омега замечает, что ему даже нравится видеть себя таким. Такого нового.       К сожалению, ему не удаётся долго полюбоваться на себя — время доходит до семи. Как раз Хван успеет к разгару вечеринки.       В зале омега ловит на себе двуличные взгляды, но быстро скрывается за дверями выхода из забегаловки.       Хёнджин неловко идёт на каблуках. Обычно он не ходит в них и с непривычки спотыкается об каждую неровность асфальта.       И, Слава Богу, Хван добирается до места встречи и стучится в дверь дома, из которого слышатся тяжёлые басы, а из окон исходит тёмно-фиолетовый свет. Ему открывает сам именник с улыбкой, уже выглядящий потрепанным. От него исходил запах сигарет.       — А, ты пришёл, — говорит Чан, не ожидая, что тихоня придёт на его вечеринку. — Проходи, — запускает он в дом.       — Спасибо за приглашение. Извини, я пришёл без подарка. — Хёнджин заходит.       — Да тут половина пришла с пустыми руками. Не переживай, вечеринки — это чисто побухать. — Чан уходит, поэтому Хёнджин входит глубже ,рассматривая помещение.       Почти везде отсутствует свет, кроме коридоров, где он приглушён. Из гостиной исходят трендовые треки, кажется, на максимальной громкости, ибо от этого разрываются перепонки ушей. Хотя омега чувствует прилив веселья и направляется на импровизированный танцпол. Он находился в середине комнаты. Потные туши людей вплотную собрались в нём и толкали друг друга, танцуя. Хёнджин пытается влиться в эту тусовку, забираясь сильнее в эту кучу. Сегодня диджеем был Ким Тэхён — гитарист в музыкальном клубе университета. Ему нравилось работать с музыкой, поэтому неудивительно видеть за диджейской стойкой.       Вдруг Хёнджин видит Феликса, танцующего в самом ядре толпы. Он замирает, очарованный внешностью и движениями парня. Альфа одет в совершенно обычную одежду: белая футболка, расстёгнутая кофта от адидас и узкие джинсы. Но она идеально подчёркивает стройную фигуру Ли, и Хван тяжело сглатывает от нервов. Он подходит ближе, наблюдая за идеальным танцем Феликса.       Рядом с альфой становится жарко. Хёнджин старается сделать вид, что ему всё равно, дабы никто и ничего не заподозрил, а сам подсматривает за альфой. Он трётся где-то поблизости с Феликсом. Сердце бьётся быстрее, когда Хван смотрит на Ли. Хочется, чтобы альфа заметил его, поговорил с ним.       Не зря говорят, что желания рано или поздно сбываются.       Внезапно Феликс начинает пристально следить за Хёнджином. Хван сразу отводит взгляд, так смущённо, словно его поймали за просмотром чего-то запрещённого. Он танцует, прежде чем вновь взглянуть на Ли. Тот не отводит своих глаз. Альфа прищуривает их так, что омега двигается более раскрепощенно, мол «смотри, я не просто тихоня». Однако Хёнджин всё время неловко поправляет своё платье, лишь бы не спало, и старается не запнуться на каблуках.       Хван видит, как Ли идёт к нему, но он подумал, что ему показалось. На ухо чувствуется тёплое дыхание       — Встретимся на улице. Сейчас, — шепчет Феликс. Хёнджин вздрагивает от того, как бархатистый голос ласкает его ушко.       Феликс уходит. А Хёнджин мнётся на месте, пытаясь осознать только что произошедшее. Сердце вырывается из грудной клетки. Хван успокаивается несколькими глубокими вдохами-выдохами и идёт за невидимым следом альфы.       Омега выходит на заднюю часть дома. Он видит, как Ли стоит и курит сигарету, отпуская дым в вечернюю неизвестность.       — Зачем ты позвал меня сюда? Что-то случилось? — Хёнджин скрывает своё истинное счастье от того, что он наедине со своим объектом воздыхания. Он аккуратно делает шаг ближе.       Феликс молчит, прежде чем повернуться и заговорить:       — Я же вижу, как ты смотришь на меня. Если думаешь, что это незаметно, то ты ошибаешься. — Он делает новую затяжку.       — Это простая случайность... — Хван краснеет и отпускает глаза. Он не может выдержать зрительного контакта с альфой.       Ли с силой тушит сигарету, что та трескается, об деревянный столб ,и бросает окурок в сад друга.       — Детка, не вешай мне лапшу на уши. — Феликс подходит, практически не оставляя расстояния, чтобы свободно вдохнуть. — Таких случайностей не бывает в помине. Я замечаю твой взгляд на мне буквально везде. — Он берёт подбородок Хвана и заставляет посмотреть на себя.       Хёнджин засматривается в утягивающие чёрные глаза. В голову не приходит ни одно здравое оправдание на правдивые факты парня. Но невозможно, чтобы омега так сильно палился. Он старался быть как можно менее заметнее.       — Даже... Даже если так, то что? — Тихо и мягко спрашивает Хёнджин.       — Ну, у меня только один вопрос на этот счёт. Я нравлюсь тебе? — Феликс ещё приближает своё лицо к Хвану. Их губы в опасной близости. Несколько сантиметров...       — Я предпочёл бы не отвечать.       — Ты должен ответить. Я задал тебе вопрос.       — Да, ты мне нравишься! — получается громче, чем хотелось бы.       Между ними возникает короткая тишина. Каждый думает о своём, переваривая информацию. У Хёнджина внутри полная каша, зато ожили и залетали бабочки в животе, которые давно лежали мёртвым грузом.       Неожиданно Феликс хватает омегу за талию, прижимая к себе. Он дышит прямо в губы, а его небольшая ладонь сжимает тело Хвана.       — Значит ты не против, да? — Голос альфы, казалось, стал ниже.       Хёнджин необдуманно кивает, только затем задаёт вопрос, на что он вообще согласился.       — Что ты хоче-.. — Он не успевает договорить.       Их губы соприкоснулись друг с другом.       Хёнджин прикрыл глаза и положил руки на плечи Феликса. С каждым мгновением поцелуй переходил в более нуждающийся, заполняющий жажду, что накопилась за большое количество времени. Ясно одно: они оба искали любви.       Всё ощущалось как в первый раз. Хёнджин не знал, что и думать, но не желал отстраняться. Никогда. Они делали передышки на пару секунд и снова сливались в жаркий поцелуй. Руки Феликса спускаются на ягодицы, из-за чего Хван недовольно стонет ему в губы и прерывается.       Они жадно хватают воздух.       — Не надо... — шепчет омега и прикасается к запястью альфы, мол «я ещё не готов».       — Хорошо, я понял. — Феликс понимает сомнения Хёнджина и убирает руки, отходя. — Не думай, что это конец.       — Тогда почему отошёл? — Парень в недоумении. Он вроде постарался, а сейчас Ли уходит от него.       — Боюсь зайти дальше, чем мы хотим... — отвечает Феликс. — Давай встречаться, м? Просто ответь: да или нет. Этого будет достаточно. — Он берёт его ладонь в свою.       — Я-я... Не могу ответить прямо сейчас... — признаётся Хёнджин. Он смущённо потирает затылок и смотри в пол, будто это его сильно заинтересовало. И снова поднимает взгляд на альфу.       — Можешь ответить потом. Скажешь, когда встретимся, или напиши, — и Феликс уходит, оставляя вопрос висеть в воздухе.       Хёнджин смотрит ему вслед и уходит к чёрту с этой в вечеринки. А потом, лежа в своей постели, он думает над своим ответом. Настолько долго, что засыпает под утро.

⛓️⛓️⛓️

      В понедельник Хёнджин приходит немного невыспавшийся: всё время он заново прокручивает тот разговор с Феликсом в своей голове. И каждый раз смущается от этого, однако желает ещё или даже большего.       Альфа был в своей обычной форме: толстовка со засмыловатым принтом и широкие джинсы. Он, как и всегда, опоздал на все пары и курил в туалете, пока не спалили преподаватель. С одной стороны хулиган, не выросший из подросткового возраста, с другой — человек с глубокими чувствами и умеющий держать себя в узде. И Хёнджин разрывался между личностью Ли в ту встречу и в университете. Совершенно разные люди, но Хван думает, что может полюбить любого Феликса, ведь в первую очередь — это Феликс.       Из-за вечно пролетающих мыслей перед глазами или прыгающих овечек через забор в Хёнджина чуть не прилетает мяч во время пары физкультуры. Он сидел на скамейке, ведь все знали, что лучше не брать его в команду в силу его низких способностей играть в волейбол. Внезапно в него полетел мяч. Хван успел только моргнуть, как Феликс уже словил летящий шар в свои руки. Альфа подмигнул, от чего омега стеснительно поблагодарил:       — Спасибо...       После пар Хёнджин приготовился к разговору. Он подловил Феликса на выходе из университета. Сегодня моросил дождь, все спешили укрыться в тёплое одеялко.       — Я хочу поговорить. — Сразу говорит Хёнджин. Он держит альфу за запястье.       — Понял. Давай отойдём. — Феликс ведёт его в старые многоэтажки и заходит в случайный подъезд, представившийся курьером. — Теперь будет потеплее, — добавил он и остановился возле лестницы.       — Я тут подумал над твоим ответом. — Хёнджин видел, как Феликс внимательно слушает его. Они держались за руки. Ответ был очевиден. — Кратко говоря: да, давай начнём встречаться.       Хван специально не стал упоминать Минхо. Он будет пытаться разорвать ненавистные отношения и построить новые и здоровые вместе с Феликсом.       — Ты не представляешь, как я рад... — Альфа берёт его за поясницу и приближает. — Хочешь первый поцелуй в наших отношениях?       Хёнджин кивает.       В подъезде тишина. Слышны лишь тихие мычание и звуки влажных чмоков. Хёнджин словно попал в другой мир, где есть только он, Феликс и вечность, которой они могут наслаждаться бесконечно. С каждым наступающим мигом хотелось всё больше и больше без каких-либо лишних перерывов. Так необычно чувствовать такое. Приятный жар несильно ощущался внизу живота.       Они отстраняются друг от друг и ещё долго обнимаются, но Хван смотрит на время и судорожно вспрыгивает:       — Я опаздываю на пару... Уже прошло десять минут от начала.       — Пошли. Как раз придёшь к середине и скажешь, что помогал какому-нибудь.       Всю дорогу до университета омега невиданно сияет от счастья.

⛓️⛓️⛓️

      Их отношения развивались стремительно быстро. Они узнавали друг друга лучше и лучше, иногда ходили гулять вместе. Феликс оказался не таким грубым и дерзким в отличие от образа, что ходит в стенах университета. Можно сказать, он даже слишком заботливый в некоторые моменты. А Хёнджина всё устраивало. Он наконец-то смог почувствовать настоящую любовь и сам любить другого человека.       Но была одна проблема: Хёнджин ведёт двойную жизнь. Он знал, что это неправильно, и думал над планом ухода от Минхо. К тому же, омега боялся рассказывать Феликсу, что у него есть парень, ведь тогда альфа может уйти от него. Этого сильно не хотелось. Поэтому на некоторое время Хёнджин придумал легенду про супер-строгих родителей, которые контролируют его во всём и проверяют телефон. Из-за этого Хван (типа) не желал выставлять отношения с Феликсом всему миру.       Пока что такое объяснение проходило через Ёнбока и он пытался помочь: не писал лишних сообщений, не появлялся в районе омеги и не разглашал об отношениях. Хёнджину не нравилось тайно встречаться и зажиматься в каждом углу, лишь бы поцеловаться, однако на данный момент у него нет ничего для изменений обстоятельств.       Остаётся радоваться маленьким вещам, даже быстрым поцелуям между парами. Утро.       Весь город просыпается и едет в нужные им места. Под частый шум машин во дворе Хёнджин прятал синяки на лице и шее под слоем тонального крема. Он не желал, чтобы кто-то узнал о ситуации внутри этой квартиры.       Слух ловил тихое сопение со стороны кровати. Минхо ещё крепко спал.       Вдруг послышался рёв мотоцикла из окна. Не придав этому особого значения, Хван продолжил собираться в университет. Время от времени с улицы доносилось рычание двигателя, а на телефон приходит сообщение: Йеджи (новый номер) Я жду на улице;)       Хёнджин выглядывает из окна и видит Феликса, который смотрит прямо на него. Мотоцикл издаёт очередной рык.       Обеспокоившись, Хван закрывает окно и шторы. Он берёт свои вещи, накидывает джинсовку и торопливо выходит из квартиры.       — Феликс, что это?! Почему ты шумишь на весь двор? — Хёнджин подходит к альфе.       — И тебе доброе утро, детка. — Феликс чмокает его в лоб. — Приехал за тобой, не видишь? Могу показать. — От нажатия на педаль от мотоцикла исходит рокот.       — Перестань! — восклицает Хван, а позже успокаивается. — Мои родители ещё спят, поэтому не шуми. Они не должны видеть нас вместе, — объясняет он.       — Понял. — Парень шарится в своём рюкзаке и протягивает шлем. — Надевай и садись.       — Зачем? Я доеду сам. — Хёнджин неуверенно берёт предмет из его рук и рассматривает. Весь светло-розовый; по бокам хэллоу китти. Что за детский рисунок?!.. Но Хван ничего не говорит. Видно, что альфа сам подбирал. Омеге нравится такая забота.       — На автобусе? Сейчас будет лучше: мы вдвоём, этот мощный двигатель, — и шлёпает по мотоциклу, — и время до пар. — Феликс ухмыляется. — Не бойся, если будешь держаться, то не разобьёшься.       — Уговорил. Моя жизнь теперь твоя ответственность. — Хёнджин собирается садиться, как Ёнбок останавливает его.       — Сначала это. — Феликс забирает шлем из его рук и надевает на его голову, крепко застёгивая. — Знаю, что не смог бы сделать этого сам.       Хёнджин цокает. Он осторожно садится на мотоцикл по воспоминаниям из фильмов, где герой круто оседлывает железную лошадь. Но у него получается только со второй попытки, так как Хван не может взобраться с первой.       — Поставь ноги позади моих, — инструктирует Феликс. — Обними меня за талию и прижмись. Не разжимай руки, пока не остановился. Всё. — Он заводит мотор. — Приготовься.       Мотоцикл поехал. Сначала медленно, а затем разогнался до приличной скорости. Наседая на парня перед собой всей силой, Хёнджин не открывал глаза. Он боялся всего этого развлечения, ибо на мотоциклах часто разбиваются. И вообще он едет первый раз.       — Открой глаза, малыш, — крикнул Феликс. Они уже выехали из города. Хван открыл свои очи и увидел деревья, утреннее небо и бесконечную дорогу. Он очарованно разглядывал всё вокруг, стараясь не отцепляться от альфы. Так красиво...       «Вот бы поехать куда-нибудь загород, в лес, вместе с Ликсом», — думает Хёнджин, когда они заезжают обратно и едут прямо в университет.       — Понравилось? — Феликс останавливается на парковке и сходит с мотоцикла, помогая Хёнджину встать на ноги.       — Да. — Приглушённо слышится сквозь шлем, прежде чем Ли снимает его с головы Хвана.       Феликс кладёт шлем обратно в рюкзак. Омеге стало интересно: есть ли тетради в нём или эта сумка чисто для красоты?       Поправляя волосы, Хёнджин следует за альфой, который ведёт его в учебное заведение.       Сейчас ещё около часа до начала занятий, но двери университета уже открыты для всех желающих. Студентов мало, в основном те, кто подготавливаются к предстоящим парам. Везде тихо и безлюдно — идеальная возможность, чтобы провести время вдали от чужих глаз.       — Пойдём в библиотеку? — предлагает Хёнджин. — Найдём какую-нибудь интересную книгу и почитаем.       — Не ври. Мы будет целоваться до посинения и забудем про твои книжечки.       Они заходят в библиотеку. Их встречают запах книг и особая атмосфера. Помещение среднего размера, но этого достаточно, чтобы, кажется, уместить все произведения мира и уединиться. Для удобного чтения расположены небольшие столики по всей библиотеке.       — Здравствуйте, — шепчет библиотекарь, который скоро начнёт видеть сладкие сны на своём рабочем месте       Парни проходят дальше, делая вид, что усердно ищут что-то.       — М-м...Мне нужна психология... — говорит Хёнджин, а сам сворачивает в самые дальние полки — в фантастику.       Он оказывается захвачен между стеной и полкой с книгами. Феликс зажал его, схватил его запястья и закрепил на холодной поверхности. Он приблизился, почти касаясь других губ своими. Хван сходил с ума от нетерпения, от ожидания новых влажных и страстных поцелуев. Ох, как же он любил это.       Хёнджин растворялся от каждого прикосновения альфы. Сейчас их губы сплетены в пока что нежном поцелуе, но омега ускоряется и запускает язык в чужой рот. Без сопротивления Ёнбок даёт ему это на время — ему нравилось, когда его парень старался доминировать в некоторых моментах. Спустя минуту Феликс пробирается в чужую полость и обследует всё. Вырывается первый стон. Тихий.       Словно сорвавшись, Ли отпускает хрупкие запястья и спускает одну руку на стену, а другую — на пах. Он поглаживает бугорок сквозь штаны. Хван точно мог увидеть его ухмылку, даже сквозь закрытые глаза.       — Нравится, да? — отрывается от поцелуя Феликс. Парень перед ним постанывал. Хёнджин попытался убрать его руку, однако попытка оказывается неудачной. — Подожди... Дай я сделаю тебе приятно.       — Феликс, не надо, — не сдаётся Хван. — Вдруг нас услышат?..       — Кто? Библиотекарь, который давно спит? Джинни, считай, мы одни здесь, — успокаивает его альфа. Он резко спускает брюки и боксеры с омеги, видя перед собой прекрасный вид: вставший член, блестевший от предэякулята.       — Хорошо, м... Да... — Хёнджин вздрагивает, когда Феликс касается его. Сначала медленно, изучая, а затем берёт и неспеша дрочит, иногда поглаживая голову.       Пальцы Хвана вцепились в кожанку. Он сдерживается, давая себе лишь постанывать. А эти стоны ласкают слух Ли и заставляют его делать ещё приятнее. Эта пытка была слишком сладкой, что одновременно хотелось всего: и закончить, и продолжать до самого конца.       Умелые руки Феликса больше приближали к краю. Вот-вот и Хёнджин грязно кончит прямо в библиотеке. От этой мысли лицо омеги покраснело.       — Я... мхм... Скоро, — сказал Хван, но Ли не прекращает.       — Кончай прямо в мою руку. Всё в порядке, — сказав эти слова, Ёнбок захватывает губы Хвана в поцелуе, в котором где-то тонет громкий стон. Хёнджин хватается за ближайшую полку. Одна из книг падает мимо парней.       Белая жидкость растекается по ладони Феликса.       Хёнджин не может совладать с собой после оргазма: глаза будто накрыло белой пеленой, а ноги слегка дрожат. Тело расслабилось, и омеге оставалось немного до падения. Но Феликс словил его свободной рукой, продолжая вытирать остатки спермы со своей ладони.       — Не падай, пожалуйста, — просит Ли.       Когда Феликс дотрагивается салфеткой до члена омеги с желанием убрать остатки спермы, Хван издаёт негромкие стоны, хватая воздух пухлыми губами. Идеально и так порочно одновременно, что хотелось повторять из раза в раз.       — Я хотел бы взять это. — Феликс кладёт перед библиотекарем книгу с названием «Норвежский лес».       — Как вас зовут? — Женщина лениво открывает толстый блокнот и берёт ручку в руки. Она совсем не замечает парня за спиной молодого человека, который до сих пор подрагивал       — Ли Феликс-Ёнбок. — Улыбчиво отвечает ей Феликс.       — Срок — две недели. Если не хватит, то обращайтесь ко мне и я продлю вам время. Приятного чтения. — Она откладывает блокнот. Парни выходят из библиотеки.       Пока Ли кладёт книгу в рюкзак, Хёнджин задаёт вопрос в недоумении от действий своего парня:       — И зачем тебе эта книга? Ты же не любишь читать...       — Захотелось почитать о парне-студенте из Японии. Интересно, — откликается Ёнбок.       — Сразу скажу: там есть неприятные моменты.       — Ничего, приду в твой дом и буду прижиматься к тебе, — усмехается Феликс.       Хёнджин смеётся. У него на душе появилась непонятная тревога, словно вот-вот случится что-то плохое. Даже недавний оргазм не может избавить от этого ощущения.       — Сходим в туалет? — предлагает Феликс, а Хван соглашается. С Ёнбоком приятно ходить куда-угодно: приятно находится вместе.

⛓️⛓️⛓️

Незнакомый номер Здесь вся информация, которую ты просил. Смотри и наслаждайся, как твоя маленькая шлюшка изменяет тебе)) *Файл*       Минхо смотрит на номер и понимает, что его план должен сработать. Усмехаясь, Ли выпивает стакан виски и читает всё, что написано в файле.       Теперь Хёнджин снова окажется в его руках.