Всадник
22 мая 2026 г., 12:20
Чонгук голову сломал за те три часа, что ждал встречи с Намджуном.
Где? Как? А целоваться уже можно?
Потом он вспоминал слова Намджуна, и счастливо краснел и жмурился: тот думал о депиляции.
Нет, Чонгук не был противником волос на теле. Но у него были свои определённые стандарты, которых он придерживался: физическая форма и содержание, вопрос был исключительно в стиле. Например, он знал одного француза, у того грудь и живот были покрыты тёмными жёсткими волосами, и при этом Анри был чертовски сексуален, а вот совершенно гладкий, безупречно прекрасный и чуть манерный Джихун не вызывал у него никаких чувств.
Вообще, он был удивительным человеком: пробовал новое, чтобы достичь в этом какой-то определенной планки, и переходил к следующему. Так он сдал экзамен по математике, выучил японский, научился водить машину, мотоцикл, ездить верхом, готовить треугольный кимпаб, точить ножи, стирать носки, рисовать, боксировать, прыгать на скакалке, лепить из глины посуду, отжиматься, стоя на руках, подтягиваться и плести фенечки. А, ну ещё научился и вот здесь продолжает совершенствоваться, драть волоса, как говорят его друзья. При этом при всём он не умел каких-то простых вещей типа гладить бельё или забивать гвозди. Ну, не пришлось.
И при всём при этом Чонгук совершенно искренне считал себя неуклюжим и неумелым.
Хотя… Кажется, он придумал.
Ровно в девять перед дверями тату-салона стоял собранный мастер депиляции.
— Привет! — воскликнул он при виде Намджуна, который не выглядел усталым, а ещё, кажется, был очень рад его, Чонгука, видеть.
— Привет! Куда мы пойдём? — Намджун пристроился с левой стороны.
— Тут недалеко, — уверил его Чонгук. — Прогуляемся?
— Супер, а то сидеть весь день попа отваливается, — смущённо усмехнулся Намджун.
Чонгук улыбнулся открыто, и уверенно продолжил идти. Время, конечно, уже позднее, и совершенно не хотелось как-то сильно напрягать Намджуна, но он надеялся, что это сработает.
— Конюшня? Ты серьёзно?
— Ещё как. У тебя как с верховой ездой? Ну там… I'm gonna take my horse to the old town road. i'm gonna ride 'til I can't no more. Ну или там… He a pro rider, hoo, hoo, hoo, hoo rider, must be an A1 guider, always on that fuckin' 카톡
Намджун внимательно посмотрел на Чонгука: волнистые кудри до плеч, круглые чёрные глаза блестят, и весь такой из себя… Сладкий бублик. Нежный пончик. Но как только отводишь глаза от лица, и смотришь на… Ну, например, на грудь, вся приличность слетает с тебя быстрее, чем тот самый pro-всадник. Точнее, очень даже, блин, лезет на ум всадник. От слова «всадить». Потому что… Ну… в общем…
— Знакомься, это Джин. Он сегодня нас покатает. Точнее, меня. Или тебя. Или как повезёт. Просто я не знаю, кто второй свободен, если Шуга, то точно меня. Слишком с характером. А если, например, Тэша, то тебя, он любит высоких мужчин. В общем, разберемся. А потом можно будет прямо тут остаться, я ужин заказал.
— Куда, на корт? — Намджун пытался шутить из последних сил.
— Зачем? В домик. Ну в общем, пойдём уже, потом будет понятно! Тебе кто больше нравится? Вот, смотри!..
***
— О, Господи… — Можно просто «Намджун», детка, — он языком по горлу Чонгука провёл и вернулся к игре с сосками. — Ммм, а ты не думал сделать здесь прокол? Это не слишком приятно делать, наверное, но я бы сейчас поиграл… Хотя нет, не делай, так прикольнее, — все это Намджун рокотал, не отрывая рта от груди Чонгука. Тот прижимал его голову к себе или отталкивал — он и сам не мог понять — этот парень сносил все стоп-краны и переворачивал условности, проезжаясь по ним и словами («А какая разница на каком свидании секс, если он офигенный?»). Чонгук так плавился под его длинными пальцами, растекаясь в лужицу, что где-то на двадцатой минуте их поцелуев точно хотел большего прямо сейчас. Намджун и не собирался останавливаться или идти на попятный, он очень даже резво продвигался вперёд — без стеснения, предупредительно тактичный и уверенный. Тактильный Чонгук откликался на касание к скуле, и тонкий нежный пух на его коже вставал дыбом вслед пальцам, языку, губам. Намджун рисовал на нём линии, чертил знак «бесконечность» вокруг пупка, бережно прикусывал бусины сосков, заставляя Чонгука вздрагивать. Но он не касался члена. Вообще. Чонгук готов был взвыть от напряжения, елозил по простыне задницей, пытался дотянуться колом стоящим органом до бедра, живота или руки Намджуна, но тот улыбался и уворачивался. — За что? — Чонгук готов был хныкать, как малолетка, в щеку Намджуна. — Ни за что. Попроси как следует. — А как — следует? — глаза у Чонгука круглые чёрные бусины, лихорадочно блестели, призакрываясь, пока он пытался услышать Намджуна. — Скажи: «Пожалуйста». — Пожалуйста… — «Пожалуйста» что, Чонгук? — Пожалуйста, прикоснись своими губами к моему… Ко мне. к члену, — речь Чонгука прерывалась резкими вдохами, пока Намджун деловито гладил языком и губами его бок, обрисовывая рёбра. — Ну, раз ты так просишь… Он опустился ниже и устроился между ног Чонгука, закидывая их себе на плечи, и направил скользкий от естественного секрета член в рот. — Оххх, дааа… — Чонгук приподнялся на руках, не веря своему счастью. Но Намджун прижимал его к кровати и ритмично причмокивал, дразнясь. Его пальцы кольцом обхватывали член у основания, не позволяя перейти к финальной партии. Он тёрся носом, губами, пальцами, поглаживал вдоль вен, играл с мошонкой и наконец добрался до ануса. Он чуть выше поднял ноги Чонгука, любуясь гладкой кожей: — Гладенький… Ммм… — и его язык широко прошёлся по промежности, словно примериваясь, а после быстро-быстро заскользил по нежной коже, расслабляя. Он обильно смачивал слюной пальцы, нежно вводя один, совсем неглубоко, только играя с мышцами, и ещё раз, и ещё, пока не проскользнул внутрь на три фаланги. Снова втянул в рот член, и спросил: — Смазка?.. Чонгук откуда-то тут же подал ему флакон. — Хороший мальчик. Намджун посмотрел на раскрытую перед ним гладкую нежную задницу и поднялся на колени. Налил на ладонь достаточное количество смазки, прошёлся по своему члену вверх-вниз, проверяя, хорошо ли скользит, потом всё, что осталось на пальцах, медленно и уверенно нанёс на раскрытую перед ним задницу, раз за разом глубоко и осторожно проникая пальцами. Чонгук скулил и просил «Ещё, прямо сейчас, ещё!», пытался двигать бёдрами навстречу, но Намджун удерживал его. Он придвинулся ближе, приставил головку к подготовленному анусу и спросил: — Можно я?.. — Просто уже трахни меня, Намджун!.. — Хорошо, детка. Держись. И он медленно и уверенно вошёл, позволяя Чонгуку расслабиться и принять его целиком; он помедлил и чуть покачался вперёд-назад. — Приласкаешь себя для меня, мм? — наклонился и потерся носом о подбородок Чонгука, любуясь им сверху. Не дожидаясь ответа, он начал движение вперёд и назад, набирая скорость неспешно, вталкиваясь почти полностью, выбирая угол, под которым с губ Чонгука срывался самый сладкий стон. Чонгук гладил Намджуна по груди, задевая пальцами соски, чуть царапал ему спину, а потом добрался до собственного члена и принялся ласкать его в такт с оттяжкой. — Намджун, Намджун, я… Тот снова коротко поцеловал его и увеличил темп. Чонгук мягко обхватывал его изнутри, кажется, он пульсировал и готов был финишировать, когда Намджун замер и обхватил его пальцы своими, сжимая член у основания: — Погоди… Ещё немножко. — Я больше не могу!.. — Можешь! Совсем чуть-чуть, слушай… Слушай мой голос, Чонгук, чшшш, малыш, двигайся со мной, вот так… Вот так. Намджун чуть придвинул колени, чтобы изменить угол проникновения, и внимательно наблюдал за Чонгуком, попал ли. Точно попал: тот уставился ему глаза в глаза, обхватив за шею руками и за талию ногами, тогда Намджун ускорился, не в силах больше сдерживаться, и кончил, вибрируя от напряжения и наслаждения одновременно, рокоча что-то на низких нотах. После чего упал рядом с Чонгуком, бережно поддерживая его ногу. — Охуеть… Сходили верхом покататься… — Чонгук растекался блаженной лужей, наплевав на заляпанные спермой и смазкой простыни. — Он классный наездник. Whohohoho rider… — Намджун напевал очень тихо, почти бархатно, прямо в ухо Чонгуку, потом поцеловал его в шею и спросил: — А сделать так же гладко, как у тебя… Очень больно? — Ну, — Чонгук неопределённо взмахнул рукой. — Это много от чего зависит. От мастера, от метода, от всего. А что, тоже хочешь? — Хочу. — Намджун потёрся носом об его скулу. — Сделаешь? Пожалуйста. — Сделаю. — Чонгук прижался к нему спиной и блаженно зажмурился. — Хорошенько возьму тебя за яйца и сделаю.
