«Сверхъестественное: неизданный апокриф»

Строящийся жилой квартал в Оазис-Плейнс

штат Оклахома, США

День выдался тёплым и удивительно ясным. Яркое солнце освещало широкую строительную площадку, раскинувшуюся вдоль трассы, а совсем рядом стеной возвышался густой хвойный лес. Высокие ели тянулись к небу, их тёмно-зелёные кроны почти не шевелились на лёгком ветру, и лишь изредка где-то в глубине леса слышался приглушённый шелест ветвей. На месте будущего жилого квартала кипела работа. По обочинам и вдоль временных тротуаров стояли легковые автомобили, строительные фургоны и тяжёлые грузовики. Повсюду была перекопана земля: глубокие траншеи, насыпи песка и щебня, следы от ковшей экскаваторов. Рабочие в касках и ярких сигнальных жилетах непрерывно перемещались между строящимися домами. Один дом уже обзавёлся внушительным деревянным каркасом: мощные балки образовывали будущие стены и перекрытия. Внутри несколько человек настилали полы, кто-то закреплял доски, раз за разом ударяя молотком, где-то с пронзительным визгом работал шуруповёрт. Чуть поодаль мужчина в джинсах и выцветшей футболке сосредоточенно измерял длинные доски рулеткой, после чего наносил карандашом ровные отметки для распила. С противоположной стороны участка стоял белый служебный автомобиль. Неподалёку неторопливо осматривал территорию мужчина с лопатой в руках. Это был Трэвис. На вид ему было около тридцати пяти лет. Из-под строительной каски выбивались длинные тёмные волосы, лицо обрамляли аккуратные усы и короткая борода. На нём были синие рабочие штаны, такая же синяя рубашка, тяжёлые ботинки и поверх одежды — яркая оранжевая сигнальная жилетка. Подойдя к одному из участков, он с силой воткнул лопату в землю, положил ладони на черенок и, с удовольствием оглядев почти готовые дома, усмехнулся. — Приятель, симпатичные у них здесь домики, а? Хотел бы я здесь жить. На его слова обернулся молодой рабочий с ремнём для инструментов, закреплённым на бёдрах. Это был Дастин. Его друг и коллега газовщик. Он выглядел немного моложе Трэвиса, а на поясе у него висели молоток, рулетка и несколько других инструментов. Улыбнувшись, он с лёгкой насмешкой ответил: — Да, жаль, ты не можешь себе это позволить. Трэвис громко рассмеялся. — Да, ты прав. Он снова взялся за лопату и, покачав головой, добавил: — Это будет чертовски дорогой квартал, когда его достроят. Пока Трэвис возвращался к работе, Дастин присел возле небольшой ямы и включил какой-то измерительный прибор. Несколько секунд внимательно наблюдал за показаниями, затем достал небольшой баллончик, распылил его содержимое внутрь и сделал пару шагов вперёд. Неожиданно он остановился. Где-то поблизости послышался странный глухой звук. Словно внутри старого дерева что-то с сухим треском переломилось. Дастин настороженно прислушался. Несколько мгновений он пытался понять, откуда доносится шум, а затем нахмурился. Звук шёл не сверху. И не сбоку. Он исходил снизу. Будто глубоко под землёй одновременно затрепетали тысячи маленьких крыльев, сливаясь в тревожный, непрерывный шелест. Медленно опустившись на корточки, Дастин провёл ладонью по земле, словно надеялся нащупать источник странной вибрации. Позади него Трэвис снова оглядел будущий квартал и с довольной улыбкой произнёс: — Это место идеально. В этот же миг возле его уха назойливо прожужжало насекомое. Он раздражённо хлопнул себя по шее, раздавив его. — Если бы не москиты… Опустив взгляд на ладонь, Трэвис заметил оставшийся кровавый след. И тут за его спиной раздался тяжёлый глухой треск. Земля внезапно провалилась. Следом воздух прорезал болезненный человеческий крик. Трэвис резко обернулся. Возле одиноко стоящего дерева зияла свежая яма. На самом её краю валялись газоанализатор и баллончик Дастина, а из глубины медленно поднималась пыль. Снизу доносились приглушённые стоны. — Дастин! Не раздумывая ни секунды, Трэвис бросился к провалу и заглянул вниз. Из темноты послышался слабый голос: — Помоги… Я в ловушке… Сквозь оседающую пыль он увидел товарища. Дастин оказался зажат в тесной земляной яме, стены которой были испещрены сухими корнями деревьев и травы. Морщась от боли и крепко держась за ногу, он прохрипел: — Я сломал лодыжку… Трэвис быстро оценил ситуацию и, стараясь говорить спокойнее, ответил: — Я принесу верёвку. Развернувшись, он со всех ног помчался к белому служебному автомобилю. Оставшись один, Дастин попытался изменить неудобное положение, но теснота ямы почти не оставляла пространства для движения. Он сидел полусогнувшись, опираясь плечом о земляную стену. Одной рукой цеплялся за толстый сухой корень, другой сжимал повреждённую ногу. Из-под ботинка выглядывал носок, уже пропитавшийся кровью. На лбу выступили крупные капли пота. Он тяжело дышал, крепко стиснув зубы и стараясь не вскрикнуть от боли. — Проклятье… — едва слышно прошептал он. И вдруг снова услышал тот самый звук. Тихий. Шуршащий. Словно что-то пробиралось совсем рядом. Он медленно повернул голову. По всей окружности земляных стен уже копошились сотни мелких насекомых. Они выбирались из трещин, перебирали лапками, расправляли крошечные крылья и непрерывным потоком двигались вниз. Глаза Дастина в ужасе заметались. Он резко посмотрел на собственную руку. По коже уже ползали десятки мелких жучков и бледных личинок. В панике он одним движением стряхнул их. — О боже… Тем временем Трэвис подбежал к белому автомобилю, распахнул дверцу и быстро вытащил тяжёлый ящик, в котором лежала верёвка. Внизу же положение стремительно ухудшалось. Жуки покрывали рубашку Дастина, цеплялись за штанины, ползли по рукам, ногам и груди. Они забирались на шею, расползались по лбу, путались в волосах. Руки мужчины начали дрожать. Он уже не скрывал паники. — Трэвис! Помоги! Издалека донёсся крик: — Держись! Трэвис судорожно пытался быстрее достать верёвку. Но насекомые уже облепили Дастина почти целиком. Они ползли по его носу, губам и щекам, лезли в уши, заползали под веки и в рот. Казалось, сама кровь стыла в его жилах от охватившего ужаса. Срывая голос, он снова закричал: — Трэвис, помоги! Наконец верёвка оказалась у Трэвиса в руках. Он бросился обратно, подбежал к краю провала и рухнул на колени. Быстро включив фонарик, направил луч в темноту. — Дастин? Несколько секунд он напряжённо всматривался вниз. — Дастин, я здесь… Яркий свет достиг дна ямы. Трэвис застыл. — О, Господи… Насекомых не осталось. На земле неподвижно лежал Дастин. Его руки были сложены на груди так, словно кто-то нарочно придал телу этот неестественный вид. Лицо распухло почти до неузнаваемости. Белки глаз налились кровью, а радужка приобрела жуткий красный оттенок, полностью скрыв зрачки. Из носа, ушей и уголков рта медленно стекала кровь. На месте бороды виднелись рваные кровоточащие участки кожи, будто волосы были выдраны с корнем. Губы и зубы были испачканы алыми подтёками, по лицу тянулись тёмные полосы запёкшейся крови, а под кожей отчётливо проступала густая сеть воспалённых красных вен. Всё это выглядело настолько неестественно и жутко, что Трэвис не смог произнести больше ни слова, продолжая в оцепенении смотреть в безмолвную темноту провала.

Придорожный байкерский бар

на подъезде к Оазису-Плейнс, штат Оклахома

У придорожного байкерского бара стояла чёрная Импала Винчестеров. Она выделялась среди десятков припаркованных вокруг пикапов, старых седанов, хромированных мотоциклов и тяжёлых грузовиков, которые заполнили почти всю площадку перед заведением. На капоте, опершись спиной и локтем о лобовое стекло, удобно расположился Сэм. Одну ногу он согнул в колене, поставив ступню на металл, а другая свободно свисала вниз. В одной руке он держал раскрытую газету, в другой — карандаш, которым время от времени делал пометки на полях или подчёркивал отдельные строки, полностью погрузившись в чтение. Над баром красовалась потёртая вывеска "The Loading Jack". К небольшому деревянному крыльцу вели лестницы сразу с трёх сторон, а широкий навес поддерживали толстые балки, потемневшие от времени. Рядом покачивалась на ветру мигающая табличка с надписью «Бильярд», а чуть выше лениво развевался американский флаг. Из открытых дверей доносились приглушённая музыка, смех и звон бутылок. На крыльце несколько байкеров и две женщины с пивом в руках о чём-то оживлённо разговаривали, не обращая внимания на происходящее вокруг. После недавнего дождя перед баром осталась огромная лужа. Один из мотоциклистов, выезжая с парковки, нарочно резко развернулся прямо в ней, подняв в воздух целую волну грязной воды. Неподалёку в старой металлической бочке что-то тлело, и над ней медленно поднимался густой сизый дым. Сэм, не отвлекаясь ни на шум двигателей, ни на музыку, продолжал внимательно изучать статью о загадочных местных смертях. В этот момент дверь бара распахнулась. На улицу вышли Дин и Джен. Дин выглядел невероятно довольным. Он широко улыбался, громко смеялся и в руке сжимал внушительную пачку наличных. По дороге к машине он легонько ткнул Джен локтем в бок. — Видела? Видела, как я их? Джен лишь покачала головой из стороны в сторону, с трудом сдерживая улыбку. — Видела, видела. В её руке оставалась почти пустая бутылка пива. Сделав ещё несколько глотков, она неспешно последовала за братом. Подойдя к капоту, Дин снова рассмеялся и демонстративно потряс выигранными деньгами перед лицом Сэма. Тот наконец оторвался от газеты и сухо заметил: — Знаешь, мы могли бы иногда наниматься на обычную работу. Дин фыркнул. — Охота — наша обычная работа, а зарплата — это ерунда. Сэм спокойно возразил: — Да, но машина через бильярдными ставками, жульничать с кредитками — это не самая честная вещь в мире, Дин. Тот сделал вид, будто всерьёз задумался. Поднял одну руку, словно изображая чашу весов. — Честная… — потом поднял вторую, в которой всё ещё были зажаты деньги. — …или весёлая и интересная. Рука с купюрами нарочито опустилась вниз, будто перевешивая. Дин довольно усмехнулся. — Никакого сравнения. Кроме того, мы это умеем. Сэм только покачал головой. — Это то, для чего нас растили, — подытожил Дин. — Нас растили, как в казарме, — сказал Сэм. — Да, ты уже говорил. Тем временем Джен отошла к ближайшей урне, выбросила пустую бутылку и, вернувшись к братьям, спросила: — Ладно, пока мы с Дином там развлекались, у тебя есть что-нибудь новенькое? Сэм отложил карандаш, поднялся с капота и, всё ещё держа газету в руках, ответил: — Возможно… — он перевёл взгляд на статью. — Здесь говорится о городе Оазис-Плейс, штат Оклахома, недалеко отсюда. Служащий газовой компании Дастин Барвош, похоже, умер от синдрома Крейтцфельдта — Якоба. Он положил газету на капот и, опершись на него ладонями, посмотрел на брата и сестру. Дин задумчиво протянул: — Гм. Джен, чуть нахмурившись, пояснила: — Что-то вроде человеческого варианта коровьего бешенства. — Бешенства? — переспросил Дин, убирая выигранные деньги во внутренний карман куртки. — Разве об этом не говорили у "Опры"? Сэм удивлённо поднял бровь. — Ты смотришь Опру? Джен едва заметно усмехнулась. Сам Дин на секунду смутился, быстро отвёл взгляд и поспешил сменить тему: — Парень съел плохой бургер. Что здесь общего с нашим делом? Он невольно сжал челюсти, осознав, что сказал лишнее, коротко посмотрел на Джен и тут же отвернулся. Сэм снова взглянул в газету. — Коровье бешенство вызывает обширные повреждения мозга. Требуются месяцы, даже годы, чтобы оно проявило себя, но этот парень, Дастин, похоже, его мозг был разрушен за час. Он сделал небольшую паузу. — А может, и меньше. Джен уже без тени улыбки произнесла: — Ну, это довольно странно. — Да, — согласился Сэм. — Может, это была болезнь, а может, что-то гораздо более противное. Джен кивнула, А Дин улыбнулся. — Ладно. Оклахома. Поехали. Работа, работа, работа… Нет времени даже денежки мои потратить. Все трое сели в машину, и вскоре она покинула парковку бара, оставив позади музыку, дым и шум байкерской компании.

Оазис-Плейнс

штат Оклахома

Они въехали в небольшой городок Оклахомы. Дин припарковал машину возле здания газовой компании. Перед входом стоял высокий знак с эмблемой предприятия, а рядом тянулся ряд служебных автомобилей. Неподалёку мужчина раскладывал какие-то бумаги на крышке багажника своей машины. Подойдя ближе, Дин окликнул его: — Трэвис Уивер? Мужчина повернулся. — Да, это я. На нём были обычные джинсы, ботинки, простая футболка и накинутая сверху джинсовая рубашка. Не слишком длинные волосы были аккуратно зачёсаны назад. Он вопросительно посмотрел на незнакомцев. Дин сделал шаг вперёд. — Вы тот Трэвис, что работал с дядей Дасти? Мужчина удивился. Он был в приятном замешательстве. — Дастин никогда не упоминал, что у него есть племянники. Ещё и целых трое. — Правда? — невозмутимо ответила Джен. — А он о вас точно упоминал. — Он говорил, что вы замечательный, — убедительно добавил Сэм. На лице Трэвиса появилась немного смущённая улыбка. — О… Он так сказал? Джен сразу перешла к делу. — Мы хотели спросить вас, что именно случилось. Трэвис отвёл взгляд куда-то в сторону, медленно покачал головой и после короткой паузы ответил: — Я не уверен. Он упал в водосток. Я пошёл к грузовику за верёвкой. И к тому времени, когда я вернулся… — Что вы увидели? — спросила Дин. Трэвис снова замолчал. Его взгляд заметался, а затем он слабо улыбнулся какой-то неестественной, нервной улыбкой. — Ничего. — через мгновение он тихо добавил. — Только Дастина. Сэм внимательно наблюдал за ним. — У него не было никаких ран или чего-то в этом роде? — Ну… у него текла кровь из глаз, из ушей, из носа. И всё. — Как вы думаете, это могло быть коровье бешенство? — спросила Джен. Трэвис беспомощно пожал плечами. Его губы дрогнули, складываясь в печальную гримасу. — Я не знаю. Так сказали доктора. Сэм задумчиво продолжил: — Но если так, он должен был вести себя странно перед этим. Забывчивость, плохая координация… Вы ничего такого не заметили? Трэвис уверенно покачал головой. — Нет. Ничего подобного. — он ненадолго замолчал и тихо произнёс. — Но если это была не болезнь, то что, чёрт возьми? Дин слегка усмехнулся. — Хороший вопрос. Потом посмотрел ему прямо в глаза. — Можете сказать, где это случилось? Трэвис сразу кивнул. — Да.

Строящийся жилой квартал в Оазис-Плейнс

штат Оклахома, США

Чёрная шефроле неспешно свернула с дороги и въехала на территорию нового жилого комплекса, где полным ходом продолжалось строительство. У самого въезда стояла аккуратная рекламная табличка, закреплённая на двух белых деревянных опорах, вкопанных в землю. На зелёном фоне красовался круглый логотип с крупными буквами «O» и «P», а ниже было выведено название: Oasis Plains Estates. Ещё ниже золотистыми буквами сияла надпись: Now Selling. Солнечные лучи отражались от лакированной поверхности, делая вывеску особенно заметной на фоне строительной площадки. Повсюду кипела работа. Между недостроенными домами передвигались рабочие, где-то были сложены штабеля досок, лежали рулоны изоляции, инструменты и строительные материалы. На одних участках только начинали возводить деревянные каркасы, на других уже были готовы стены и крыши. По грунтовым дорогам медленно проезжали грузовики, а в стороне возвышались кучи свежевырытой земли. Импала остановилась на обочине неподалёку от одного из строящихся домов. Именно там, где погиб Дастин. Чуть в стороне росло невысокое, почти высохшее дерево. Возле него всё ещё виднелся провал в земле, а опасную зону окружали вбитые в почву металлические штыри, между которыми была натянута ярко-жёлтая предупреждающая лента с повторяющейся чёрной надписью ОСТОРОЖНО. Дин заглушил двигатель, и все трое выбрались из машины. Некоторое время они молча осматривались по сторонам, затем направились к ограждённому участку. Подойдя ближе, Дин чуть наклонил голову набок и задумчиво спросил: — Что думаете? Сэм остановился у самой ленты, внимательно разглядывая яму. — Не знаю. Но если Трэвис был прав, случилось это чертовски быстро. Все трое осторожно пригнулись и пролезли под предупреждающей лентой. Оказавшись внутри ограждения, они подошли к самому краю провала и заглянули вниз. Дин включил фонарик и направил луч в темноту. — Ну так что? Какое-то создание сожрало его мозг? Сэм покачал головой, не сводя взгляда с ямы. — Нет. Тогда бы осталась входная рана. Рядом присела Джен, стараясь рассмотреть дно. — Может, оно как-то повлияло изнутри? Братья тоже опустились на корточки. Джен перевела весёлый взгляд сначала на одного, потом на другого и с лёгкой улыбкой поинтересовалась: — И кто туда полезет? Сэм и Дин одновременно посмотрели друг на друга. Повисла короткая пауза. Дин первым поднялся на ноги, выбрался обратно из-под ленты и, усмехнувшись, произнёс: — Похоже, там место только для одного. Бросим монетку? Сэм тоже вылез наружу. — Дин, мы понятия не имеем, что там такое. Следом за ним из-под ленты выбралась и Джен. Тем временем Дин уже подошёл к машине, достал из багажника верёвку и, взяв её в руки, спокойно заявил: — Ладно, я пойду, если ты боишься. С этими словами он сделал ещё несколько шагов к брату и с насмешливой улыбкой добавил: — Боишься? Сэм лишь усмехнулся в ответ. — Бросай чёртову монету. Дин рассмеялся, сунул руку в карман и достал мелкую монетку. — Называй, пока она не упала, трусишка. Монета взмыла в воздух, несколько раз ярко блеснув на солнце, и, вращаясь, начала падать обратно. Не дожидаясь, пока она коснётся земли, Сэм ловко поймал её рукой. Дин посмотрел на него и уверенно сказал: — Я же сказал, что пойду. Но Сэм только скривился и, забирая верёвку, начал обматывать её вокруг себя. — Пойду я. Дин на секунду задержал на нём взгляд, затем нехотя кивнул. — Ладно. Рядом стоявшая Джен молча наблюдала за их привычной перепалкой, а потом подошла чуть ближе. Сэм затянул узел, проверил крепление и поднял глаза на брата с сестрой. — Не уроните меня.

Дорога по улице/Дом Пайков

Импала медленно тронулась с места и покатилась по улицам нового жилого комплекса. По обе стороны дороги тянулись недостроенные дома, вокруг которых всё ещё кипела работа: где-то лежали штабеля досок, где-то были свалены трубы и инструменты, а на участках виднелись свежие насыпи земли и строительная техника. За рулём сидел Дин, сосредоточенно глядя на дорогу. На заднем сиденье Джен недовольно скривилась и, поджав ноги, старалась держаться подальше от предмета, который Сэм рассматривал на пассажирском сиденье. В пальцах он осторожно держал мёртвого жука. Тонкие лапки насекомого были поджаты к туловищу, хитиновый панцирь уже начал подсыхать, а Сэм задумчиво переворачивал его кончиком пальца, внимательно изучая. Дин бросил на него брезгливый взгляд. — Итак, ты нашёл нескольких жуков в земле внутри ямы. Джен поморщилась и почти сразу воскликнула: — Это отвратительно. Сэм лишь мельком посмотрел на нее и спокойно ответил: — Там нет тоннелей, нет следов, никаких признаков каких-то других существ. Знаете, некоторые жуки питаются мясом. Правда, обычно это падаль. Джен всё ещё смотрела на насекомое с нескрываемым отвращением. — И сколько жуков ты там нашёл? — Десять. Дин покачал головой. — Требовалось намного больше, чтобы сожрать чей-то мозг. — Ну, может, раньше их было больше, — предположил Сэм. — Не знаю. По-моему, это притянуто за уши, — не отводя взгляд от дороги сказал Дин. Несколько секунд в машине стояла тишина. Потом Сэм задумчиво произнёс: — Нам нужно больше информации об этом месте. О квартале. Узнаем, случалось ли здесь прежде что-то подобное. Джен тяжело выдохнула, всё ещё морщась. — Не нравится мне всё это. Дин бросил на неё короткий взгляд. — Почему? Она передёрнула плечами и с явным раздражением ответила: — Терпеть не могу жуков. Чем быстрее закончим это дело, тем лучше. По её голосу было понятно, что тема вызывала у неё куда больше неприязни, чем она хотела показать. Дин понимающе покачал головой и снова сосредоточился на дороге. Через несколько минут они проехали мимо аккуратного дома, украшенного разноцветными шарами: красными, белыми и синими. Рядом стояла табличка со стрелкой, указывающей в сторону двора. Дин прищурился, пытаясь прочитать надпись. Сэм заметил его интерес. — Что? На лице Дина появилась хитрая улыбка. — Я знаю хорошее место, откуда мы можем начать. Он выдержал короткую паузу. — Я достаточно проголодался для небольшого барбекю. А вы? Почти сразу впереди показалась ещё одна табличка с указателем на праздник. Сэм усмехнулся. — И бесплатная еда тут, конечно, ни при чём? Дин сделал вид, что искренне оскорбился. — Конечно нет. Я профессионал. — Ну да, точно, — буркнула сзади Джен. Вскоре машина остановилась возле одного из домов неподалёку от строящегося комплекса. Дин заглушил двигатель, вышел наружу и небрежно убрал ключи в карман куртки. Оглядев идеально ухоженную улицу, Дин негромко произнес. — Я бы чокнулся, если бы рос в таком месте. Сэм вопросительно посмотрел на него. — Почему? — Вылизанная лужайка, "Как прошел день, дорогуша?". Джен на секунду задумалась. Будто удивляясь своим мыслям, она невольно улыбнулась. — Знаешь, нет ничего плохого в нормальности. Дин несколько раз качнул головой. — Я предпочитаю нашу семью такой нормальности. Они подошли к дому и поднялись на крыльцо. Дин постучал. Спустя мгновение дверь открылась. На пороге стоял мужчина лет сорока пяти в светлом кремовом костюме и голубой рубашке. Его короткие волосы уже тронула седина, а на лице играла приветливая улыбка. — Добро пожаловать. Дин сразу перешёл к делу: — Слушайте, барбекю здесь? Мужчина рассмеялся. — Да. Погода, правда, немного подвела, но ничего страшного. Я Ларри Пайк, разработчик. А вы? Дин протянул руку. — Дин. Следом представились Сэм и Джен, по очереди пожав ему руку. — Рад встрече. Ларри окинул гостей оценивающим взглядом. — Вас интересует «Оазис Плейнс»? Дин уважительно кивнул. — Да, сэр. Ларри с добродушной улыбкой произнёс: — Позвольте сказать, мы рады всем независимо от их расы, религии… — он сделал многозначительную паузу. — …или сексуальной ориентации. Дин недовольно посмотрел на него, будто обидевшись на только что сказанные им слова. Сэм не удержался и тихо рассмеялся. — Это мой брат, — заметил Дин, указывая на него. Джен прыснула от смеха и поспешила объяснить: — Наш отец выходит на пенсию, и мы присматриваем место для него. Лицо Ларри просияло. — О... Замечательно! Замечательно. Ну, пожилым мы тоже рады. Проходите. Он приглашающе махнул рукой, и троица вошла внутрь. За домом располагался просторный, удивительно ухоженный задний двор. Несмотря на пасмурную погоду, он казался светлым и уютным. Повсюду стояли большие декоративные горшки с аккуратно подстриженными кустами, вдоль дорожек выстроились деревянные ящики с молодыми деревцами и цветущими растениями. Между ними были расставлены круглые столики, за которыми общались гости. Над внутренним двориком висели белые, синие и красные воздушные шары, лениво покачивавшиеся на ветру. В стороне стояла небольшая беседка, увитая зеленью, а под навесами и большими зонтами люди спокойно ели, разговаривали и держали в руках бумажные тарелки, пластиковые стаканчики и напитки. Кто-то был одет в деловой костюм, кто-то в обычную повседневную одежду. Продолжая экскурсию, Ларри с гордостью сказал: — Восемнадцать месяцев назад я пришёл в эту долину со своей командой. Здесь не было ничего, кроме зарослей, кустарника и белок. И знаете что? Мы построили тут прекрасное место для жизни. Затем он указал рукой на стоящий дом. — И я купил часть ее земли. Это наш дом. Мы — первая семья, поселившаяся в «Оазис Плейнс». Возле дома стояла светловолосая женщина в лёгком белом платье. Ларри подошёл к ней. — Это моя жена, Джоанна. Она приветливо улыбнулась. — Привет. Все трое поздоровались в ответ. Ларри с улыбкой обратился к супруге: — Скажи им, как тебе здесь нравится, милая. Джоанна кивнула. Но Ларри, чуть понизив голос, шепнул ей: — Мне надо продать ещё несколько домов. Она лишь понимающе улыбнулась. После этого Ларри извинился: — Извините меня. И ненадолго отошёл к другим гостям. Джоанна проводила его взглядом и, повернувшись к Винчестерам, тихо сказала: — Не позволяйте его брокерским замашкам запугать себя. Это действительно чудесное место для жизни. Не успела она договорить, как к ним подошла ещё одна молодая женщина. — Привет. Я Линда Блум, риелтор. На ней были строгий чёрный пиджак, юбка, полосатая блузка и аккуратные туфли на небольшом каблуке. Тёмно-рыжие волосы были собраны в аккуратный пучок. Джоанна с улыбкой представила её: — Линда была второй, кто сюда переехал. Хотя она очень шумная соседка. После этих слов Джоанна отошла к другим гостям. Линда рассмеялась. — Она, конечно, шутит. Затем внимательно посмотрела на Дина, Сэма и Джен. — Я так поняла, вы трое заинтересованы в покупке дома? — Да, — ответил Сэм. Линда дружелюбно улыбнулась. — Хочу сказать, мы рады всем независимо от их расы, религии и ориентации. Джен прикрыла лицо рукой, пряча улыбку. Сэм невольно усмехнулся, а Дин тихо рассмеялся, после чего повернулся к брату. — Ладно, я пойду поговорю с Ларри. Ты не против, дорогуша? Сэм тут же несильно ткнул его локтем в бок. Джен уже откровенно улыбалась, наблюдала за выражением лица младшего брата. Сам Сэм немного смутился, неловко посмотрел на Линду и, виновато улыбнувшись, лишь слегка пожал плечами. — Я думаю, мне стоит пообщаться с другими гостями, — шепнула она ему, оставив парня наедине с Линдой.

Внутри дома

Со второго этажа послышались приглушённые голоса и неторопливые шаги. Через несколько секунд на лестнице показались Дин и Ларри. Они неспешно спускались вниз, продолжая о чём-то разговаривать. Ларри время от времени жестами указывал на отделку дома и с заметной гордостью рассказывал о его преимуществах, а Дин внимательно слушал, иногда с усмешкой кивая и оглядывая просторный интерьер. В просторной светлой комнате стоял небольшой деревянный стол, на котором красовалась высокая стеклянная ваза с белыми и жёлтыми лилиями. Рядом с ней аккуратным рядом были расставлены несколько прозрачных баночек с насекомыми. В одних лениво копошились бледные личинки, в других медленно ползали небольшие жучки с розоватыми панцирями, перебирая тонкими лапками по стеклу. Дин задержал на коллекции взгляд и с любопытством наклонился чуть ближе. — О, кому-то нравятся жуки. Стоявший неподалёку мужчина поставил руки на бёдра, с лёгкой гордостью кивнул и ответил: — Это мой сын. Он занимается насекомыми. Очень любознательный парень.

На улице

Тем временем Линда, не сдвинувшись с места, все также увлеченно беседовала с Сэмом. К ним неспешно подошла Джен, держа в руке стаканчик, и остановилась рядом, прислушиваясь к разговору. Заметив сестру, он слегка выдохнул. — Ничего, — прошептала Дженни и сделала глоток. С улыбкой, словно рекламируя любимый товар, Линда произнесла: — Кто устоит перед парным душем? Я своим пользуюсь ежедневно. Сэм вежливо улыбнулся в ответ, хотя весь этот диалог и на долю секунды не приносил ему удовольствия. — Звучит чудесно. Воодушевившись его интересом, Линда продолжила: — А ещё можно выбрать разные варианты труб: есть кевларовые, медные. А для кухни можно… Но договорить она не успела. В этот момент Джен едва заметным кивком привлекла внимание Сэма к столу. Проследив за её взглядом, он увидел большого чёрного паука, который медленно полз прямо к руке Линды. Размером почти с кулак, покрытый густыми волосками, с белыми и оранжевыми полосами на лапках, он выглядел довольно внушительно. Напротив стоял мальчик, лет шестнадцати, сложив руки на груди. На его лице играла довольная улыбка, словно он с интересом ждал, заметит ли кто-нибудь его питомца. — Извините, — спокойно произнёс Сэм. Он мягко отодвинул Линду от стола, затем осторожно подхватил паука пальцами и, удерживая его на ладони, подошёл к мальчику. — Это твоё? Тот беззаботно пожал плечами и подставил руку, забирая своего питомца. — Скажите моему отцу? — Не знаю. А кто твой отец? Парень коротко усмехнулся. — Да. Ларри обычно пропускает меня, когда представляет свою семью. На губах Сэма появилась лёгкая улыбка. — О, называешь старика по имени? Слушай, довольно мрачно. — Да. Я точно не подхожу для их проспектов. Сэм посмотрел на него с искренним сочувствием. — Всё изменится к лучшему. Хорошо? Обещаю. Мальчик поднял на него взгляд, поглаживая паука в руке. Его тон был насмешливым. Отношение родителей, явно не приводило его в восторг. — Когда? — Мэттью! Его окликнула отец. Из дома как раз вышли Дин и Ларри. Мужчина сразу направился к сыну, а на лице читалась подходящая к пику злость. — Я очень извиняюсь за моего сына и его... любимца. Сэм спокойно покачал головой. — Ничего страшного. Ларри, развернув Мэттью к себе, быстро увел мальчика за собой, а Дин и Джен не спеша подошли к Сэму. Дин проводил удаляющихся взглядом, слегка хмурясь, а Сэм вопросительно приподнял бровь и с лёгкой усмешкой произнёс: — Никого вам не напоминает? Джен тоже посмотрела вслед отцу, который уже что-то строго выговаривал мальчику, вскидывая рукой. — Отца, — дополнил он. Дин ещё раз посмотрел в их сторону и едва заметно улыбнулся. — Отец никогда так с нами не обращался. Сэм тихо фыркнул. — Ага. Это с вами он так не обращался, — он сделал небольшую паузу, а потом вскинул подбородок. — Ты был совершенством, — Сэм по очереди осмотрел брата с сестрой. Джен слегка вскинула голову, уводя взгляд, показывая всем видом, что не желает что-либо отвечать на этот счет, а Дин насупился, после чего встряхнул головой, принимая его слова за бред. — Но со мной другое дело. Ты не помнишь? — спросил его Сэм. Дин пожал плечами. — Может, он иногда и повышал голос, но ты тоже был не подарок. Младший усмехнулся. — Ну да, точно. Как тогда, когда я сказал, что лучше буду играть в футбол, чем стрелять из лука. — Уметь стрелять из лука важно для охоты. Сэм махнул рукой, не желая продолжать старый спор. — Проехали. Как прошла ваша экскурсия? На лице Дина снова появилась довольная улыбка. — Превосходно. Я уже готов купить здесь дом… если бы у меня ещё было на что покупать. Он ненадолго посерьёзнел. — И, похоже, смерть Дастина Барвиша здесь не первая странная смерть. Джен тут же оживилась. — Что произошло? Дин скрестил руки на груди. — Год назад, когда они только начали эту стройку, один из рабочих, Ларри, рухнул замертво прямо на работе. Что-то вроде... аллергии на пчелиный укус. Она сразу помрачнела. — Опять жуки. — Опять жуки, — подтвердил Дин. Джен заметно скривилась, сглотнула и тихо, почти себе под нос, пробормотала, откидывая голову назад: — Ненавижу жуков.

Ночной город. В машине

Сэм уверенно держал руль, не отрывая взгляда от тянувшейся впереди дороги. За окнами медленно проплывали аккуратные улицы нового района и одинаковые дома с идеально подстриженными лужайками. — Ну, иногда рост числа насекомых сопровождает появление нечисти, — задумчиво произнёс он. На пассажирском сиденье Дин листал записи, старые папки и заметки из дневника, время от времени перелистывая страницы большим пальцем. Позади него Джен, устроившись поудобнее, внимательно просматривала распечатанные материалы, делая взглядом короткие остановки на отдельных строчках. — Да, но я не заметил никаких проявлений тьмы или призраков, — сказал Дин, не отрываясь от бумаг. — Да, я тоже, — поддержала его Джен. На несколько секунд в салоне воцарилась тишина, нарушаемая лишь ровным гулом двигателя. Затем Дин поднял голову, задумчиво посмотрел вперёд и произнёс: — Может, ими кто-то… или что-то управляет? Сэм слегка нахмурился. — Хочешь сказать, что-то вроде Крысолова? — Да. Только с насекомыми вместо крыс. Сэм ненадолго задумался, затем едва заметно кивнул. — Встречается мысленная связь людей и животных. Телепатия. С заднего сиденья сразу же отозвалась Джен: — Ага, как в истории с Тимми и Лесси. Сэм слегка покачал головой, а Дин, словно вспомнив что-то важное, вдруг сказал: — Сын Ларри увлекается насекомыми. — Мэтт? — переспросила Джен. — Да. Сэм бросил на них короткий взгляд и удивлённо поджал губы. — Он ведь пытался напугать риелтора тарантулом. — Думаешь, он наш Крысолов? — спросил Дин. — Не знаю. Думаю, всё возможно. Дин быстро захлопнул дневник Джона, перевёл взгляд за окно и вдруг указал рукой вперёд. — О, эй. Остановись здесь. Импала плавно свернула к обочине и замерла возле одного из новых домов. Сэм вопросительно посмотрел на брата. — Что мы здесь делаем? Но Дин уже открыл дверь, выбрался наружу и, захлопнув её за собой, на ходу бросил: — Слишком поздно, чтобы говорить с кем-то ещё. Джен опустила стекло и выглянула наружу. — Ты собираешься полезть в пустой дом? Дин обернулся, на его лице появилась широкая ухмылка. — Не я. А мы. Он жестом подозвал остальных и, всё так же улыбаясь, добавил: — И я хочу принять паровой душ. Вперёд. Затем сделал рукой приглашающий жест, показывая Сэму, чтобы тот заезжал в гараж. Сэм недовольно усмехнулся и покачал головой. — Давай, давай, — нетерпеливо поторопил его Дин. Вздохнув, Сэм медленно завёл Импалу внутрь открытого гаража, осторожно направляя машину между стенами. Дин стоял сбоку, придерживая подъёмную дверь. В какой-то момент автомобиль слегка задел его боком, отчего он поморщился, машинально прижал ладонь к ушибленному месту, а затем, не придав этому особого значения, сразу опустил руку и закрыл гаражные ворота.

Дом Линды Барс

На втором этаже дома Линды Барс в окнах тускло горел свет. Сам дом выглядел новым и безупречно ухоженным: двухэтажный, с аккуратной бежевой отделкой, широкими окнами и небольшим крыльцом под навесом. Вдоль выложенной плиткой дорожки росли несколько декоративных деревьев с густой зелёной листвой, а перед фасадом были разбиты аккуратные клумбы с цветами и невысокими кустарниками. Линда вошла внутрь, закрыла за собой дверь и остановилась у небольшой тумбочки возле входа. На ней стоял изящный светильник с длинной декоративной верёвочкой вместо выключателя. Женщина потянула за неё. В ту же секунду комнату залил тёплый мягкий свет. Затем она взяла лежавший рядом пульт и включила небольшой телевизор, установленный на комоде у противоположной стены. На экране уже шёл выпуск вечерних новостей, негромкий голос ведущей сразу наполнил тихий дом. Гостиная выглядела просторной и очень уютной. Светлые стены, большие окна и деревянный пол создавали ощущение тепла и домашнего спокойствия. На комоде рядом с телевизором стояли тарелка со свежими фруктами, ваза с цветами и несколько аккуратно расставленных декоративных мелочей. Над ним висели две картины с изображением золотисто-оранжевого заката, словно добавляя комнате ещё больше солнечных оттенков. У стены располагался мягкий диван, рядом стояли удобное кресло и небольшой журнальный столик, завершая обстановку, которая казалась почти образцом идеального семейного дома. На экране небольшого телевизора появилась темнокожая женщина. Сохраняя серьёзное выражение лица, она спокойно, но тревожным тоном произнесла: — Местные власти начали масштабную дезинсекцию из-за участившихся случаев заболевания малярией. Из авторитетных источников известно, что причиной вирусной инфекции стало резкое увеличение популяции комаров. По экрану тут же побежали кадры репортажа: больничные коридоры, врачи и медсёстры в защитных масках, люди в белых халатах, а затем — крупные планы пластиковых поддонов, почти сплошь усыпанных десятками мёртвых комаров. Линда, не отрываясь, смотрела на телевизор. Медленно опустившись на край дивана, она сложила руки на коленях и задумчиво наблюдала за выпуском новостей. На её лице постепенно проступало беспокойство, а между бровями залегла едва заметная складка. Неожиданно прямо перед её лицом с тихим писком пролетел комар. Женщина машинально махнула рукой, пытаясь его отогнать, и на секунду замерла, настороженно всматриваясь в воздух перед собой. Тем временем ведущая продолжала: — Многие жители обеспокоены широким использованием пестицидов… Линда нервно огляделась по сторонам, поправила волосы, словно пытаясь избавиться от неприятного ощущения, затем резко взяла пульт и выключила телевизор. Комната мгновенно погрузилась в непривычную тишину. Она тяжело выдохнула и направилась в ванную. Горячая вода шумным потоком стекала по её волосам, плечам и спине. Линда стояла под душем с закрытыми глазами, наслаждаясь теплом, медленно проводя руками по мокрым прядям и отбрасывая их то на одну сторону, то на другую. От густого пара стеклянные стенки душевой кабины давно покрылись мутной пеленой, скрывая очертания помещения. И вдруг сквозь ровный шум воды пробился другой звук. Едва различимое жужжание. Сначала тихое, почти незаметное, оно с каждой секундой становилось всё громче, превращаясь в плотный, вибрирующий гул, словно сотни крошечных крыльев одновременно рассекали воздух. Линда медленно открыла глаза. Насторожившись, она повернула голову в сторону душевой лейки. И застыла. Вместе с потоками горячей воды из отверстий наружу вырывались десятки крупных чёрных насекомых. Их блестящие тела мелькали в струях воды, прозрачные крылья бешено дрожали, а цепкие лапки хватались за стекло и влажные стены кабины. Женщина оцепенела от ужаса. Спустя мгновение её тишину прорезал отчаянный крик. Насекомых становилось всё больше. Они заполняли тесное пространство душевой, кружили вокруг неё густым роем, с силой ударялись о стеклянные стенки, облепляли поверхность кабинки и продолжали нескончаемым потоком вылетать из душевой лейки. Линда в панике бросилась к выходу. Поскальзываясь босыми ногами на мокром кафеле, она рванула дверцу душевой кабины, но не успела открыть её полностью. Раздался оглушительный треск. Стекло с грохотом разлетелось на сотни осколков, осыпавшись на пол сверкающим дождём. Почти сразу вслед за этим на белый кафель начали падать тяжёлые капли крови. Горячая вода всё ещё продолжала литься, смешиваясь с алыми разводами и медленно смывая их к сливному отверстию. Когда всё стихло, ванная представляла собой страшное зрелище. По полу были разбросаны осколки разбитой душевой кабины. Мокрые, скомканные полотенца валялись среди них, а на белой плитке, стенах и небольшом коврике темнели кровавые брызги и длинные алые следы. Чуть поодаль, среди этого хаоса, неподвижно лежало тело Линды. Её лицо и открытые участки кожи почти полностью скрывались под слоем крупных чёрных насекомых. Они непрерывно копошились, медленно переползая друг через друга, беспрестанно жужжали и ползали по неподвижному телу, пока струи горячей воды продолжали стекать по разбитому кафелю, унося тонкие кровавые ручейки в слив.

Дом в котором ночевали Винчестеры

На втором этаже дома царила почти идеальная тишина, нарушаемая лишь приглушённым шумом воды, доносившимся из ванной. В своей комнате Сэм сидел на краю кровати, склонившись над раскрытой дорожной сумкой. Сосредоточенно и без лишней спешки он укладывал внутрь радиосканер — компактный прибор с потёртым пластиковым корпусом, небольшой гибкой антенной и рядом кнопок, над которыми располагался крошечный экран. На дисплее мерцали цифры и частоты полицейской связи. Рядом лежали запасные батарейки и аккуратно свёрнутый провод наушника, которые он тоже убрал в сумку. Дверь в комнату оставалась приоткрытой. В проёме показалась Джен. Она негромко постучала костяшками пальцев по косяку и спросила: — Можно? Сэм поднял глаза, встретился с ней взглядом и молча кивнул. Джен вошла, тихо прикрыла за собой дверь и присела рядом с ним на кровать. — Дин всё ещё в душе? — поинтересовался Сэм, продолжая складывать вещи. На её лице мелькнула едва заметная улыбка. — Да. Уже час там сидит. Разговор снова оборвался. Несколько секунд они сидели молча. Джен перевела взгляд к окну, машинально подтянула рукава кофты, выглядывавшие из-под чёрной куртки, и будто собиралась с мыслями. Наконец она тихо произнесла: — Сэм… я хотела поговорить с тобой. Он застегнул сумку, положил на неё ладонь и внимательно посмотрел на сестру. — О чём? Джен поджала губы, ненадолго отвела взгляд в сторону, глубоко вдохнула и медленно выдохнула. Потом снова посмотрела ему прямо в глаза. — Тогда, в Толедо… призрак сказал, что ты знал о смерти Джесс ещё до того, как это случилось. Эти слова словно ударили Сэма. Его лицо мгновенно изменилось. Скулы напряглись, челюсть сжалась, а взгляд стал тяжёлым и отстранённым. В памяти вспыхнули события, о которых он старался не думать: ночные кошмары, предчувствие беды, огонь и потеря, навсегда оставившая в душе незаживающую рану. Где-то глубоко внутри снова поднялось знакомое чувство вины и бессилия. Он ощутил, как по груди медленно расползается неприятный холод, а сердце начинает биться чаще. На мгновение ему даже стало трудно выдерживать взгляд Джен. Она внимательно наблюдала за братом. — Что ты скрываешь? Ответа не последовало. Он лишь опустил глаза на сумку и крепче сжал её ручку. В комнате повисло напряжённое молчание. Джен слегка наклонилась вперёд, терпеливо ожидая, что он всё-таки заговорит, но Сэм сидел неподвижно, будто споря с самим собой. И хуже всего было то, что он действительно скрывал. Спустя несколько долгих секунд он глубоко вдохнул. — Джен, — он замешкался, взвешивая смысл их разговора и то, что он хотел сказать. А сказать было что. И много. У него в голове было слишком много всего. Но рассказать сейчас, было ровно самоубийству. Он заговорил так убедительно, как только смог. — Это уже не важно. Его взгляд был молящим. Разговор хотелось закончить как можно быстрее. Он не любил врать. Особенно кому-то из близких. А особенно тем, кто его растил. Он был готов принять пулю за брата с сестрой, чем рассказать им правду. Но сейчас так было нужно. Так было правильно, как ему казалось. Джен сглотнула и слегка закивала. Ожидаемо. Ее голос стал жестче, а взгляд устремился куда-то в стену. — Ты можешь сколько угодно врать Дину, Сэм. Но мы оба были там, — она сделала вдох, дабы сдержать подходящую злость. — Ты мой брат, и я хочу знать, что с тобой происходит. Не сказав больше ни слова, он резко поднялся с кровати, избегая её взгляда. Он остановился у двери, застыв на несколько секунд, а потом поднял на нее глаза. — Я за Дином. В трех кварталах отсюда нашли новый труп. Он крепче сжал сумку в руке и быстрым шагом вышел из комнаты, а Джен откинулась на кровать. У нее было еще минут 5, прежде чем Дин выйдет с ванной. Сэм что-то скрывал и Дженни это знала. Как и то, что он скорее всего попытается уйти от разговора с ней. Дин не единожды пытался заговорить с ним после случая с Кровавой Мэри. Результат нулевой. Как горохом об стену. Каждый раз одно и тоже. Но Дин не знал о словах призрака и это довольно усугубляло ситуацию между ними. Никто из младших Винчестеров ничего ему не сказал. А это говорило лишь о том, что все намного серьезнее, чем им могло казаться на первый взгляд. А хуже всего, было то, что Сэм отказывался говорить об этом. По коридору разнеслись тяжёлые, глухие шаги, в которых без труда угадывались раздражение и желание поскорее уйти от неприятного разговора. Из ванной по-прежнему доносился непрерывный шум льющейся воды. Подойдя к двери, Сэм громко постучал. — Ты когда-нибудь вылезешь оттуда?! Изнутри почти сразу раздался приглушённый голос Дина: — Что? Сэм с силой ударил по двери ещё раз. — Дин! Сообщение на полицейских частотах! Послышалось неразборчивое движение, а затем ответ: — Погоди! — Кого-то нашли мёртвым в трёх кварталах отсюда. Едем! Через несколько секунд дверь распахнулась. Горячий пар лавиной хлынул из-за двери. На пороге появился Дин с полотенцем, смешно намотанным на голову. Он выглядывал лишь частично. Судя по выражению лица, он пребывал в превосходном настроении и с неподдельным восторгом заявил: — Этот душ — нечто! Но Сэм уже развернулся. — Пошли. Он быстро зашагал по коридору, даже не оглянувшись.

Дом Линды Блум

Дождь не прекращался ни на минуту. Тяжёлые капли с глухим стуком били по крышам домов, стекали по окнам и с силой барабанили по капотам припаркованных автомобилей. Мокрый асфальт отражал вспышки проблесковых маячков, превращая улицу в дрожащую смесь красных и синих отблесков. Небольшой двухэтажный дом был оцеплен полицией. Несколько патрульных машин стояли вдоль дороги с включёнными мигалками, рядом дежурила карета скорой помощи. Вокруг участка уже натянули жёлтую сигнальную ленту, а несколько офицеров под дождём негромко переговаривались между собой, время от времени бросая взгляды в сторону дома. Под навесом у входа стоял мужчина в тёмном комбинезоне, на спине которого крупными белыми буквами выделялась надпись «CORONER». Вместе с двумя помощниками он осторожно катил каталку, на которой под плотным чёрным мешком покоилось тело погибшей женщины. Медленно преодолев дорожку, они направились к машине судмедэкспертов. В этот момент к месту происшествия, разбрызгивая воду из глубоких луж, подъехала чёрная Импала. Дворники размеренно скользили по лобовому стеклу, разгоняя потоки дождя. Автомобиль плавно остановился позади полицейской машины. Почти одновременно открылись двери. Дин и Сэм выбрались наружу, раскрывая зонты над головами. Джен молча подошла ближе и встала под зонт Дина, прячась от проливного дождя. Между ней и Сэмом чувствовалась натянутость. После недавнего разговора они старательно избегали встречаться взглядами, будто невысказанные слова до сих пор незримо стояли между ними. Дин заметил это почти сразу. Он поочерёдно посмотрел сначала на сестру, затем на брата, на мгновение нахмурился, однако решил не вмешиваться и не задавать лишних вопросов. Неподалёку под своим зонтом стоял Трэвис, разговаривая по мобильному телефону. — Ладно, послушай, пока это всё, что я знаю. Я тебе перезвоню. Хорошо. Закончив разговор, он убрал телефон в карман и только после этого заметил приближающихся Винчестеров. — Привет. Вы быстро вернулись. — Да, — ответил Дин. — Мы решили снова осмотреть квартал. Сэм сделал шаг вперёд. — Что случилось? Трэвис тяжело вздохнул, явно не желая вновь возвращаться к произошедшему. — Вы встречали Линду Блум на барбекю? — Риелтор? — уточнил Сэм. Мужчина медленно кивнул. — Она… скончалась прошлой ночью. Джен невольно нахмурилась. — Что случилось? — Я пока пытаюсь это выяснить. Я только что опознавал тело для полиции. Он устало кивнул в сторону дома, возле которого продолжали работать криминалисты и сотрудники судмедэкспертизы. — Мне очень жаль. Сейчас не самое подходящее время. — Всё нормально, — спокойно ответил Сэм. Трэвис ещё раз виновато кивнул. — Извините. Опустив голову, он медленно направился прочь, растворяясь под завесой дождя. Дин проводил его взглядом, а затем серьёзно посмотрел на брата и сестру. — Вы же знаете, что мы должны делать? — Мы должны попасть в этот дом, — без колебаний ответил Сэм. Джен на выдохе недовольно скривилась. — И посмотреть, что там с жуками. В этот момент одна из полицейских машин медленно отъехала от участка, освобождая обзор. Не теряя времени, Винчестеры двинулись к невысокому забору. Дин первым перелез через ограждение, затем помог Джен, подсадив её на верхнюю перекладину. Она осторожно перебралась на другую сторону, подошла к дому и, забравшись на небольшой выступ под окном, аккуратно приоткрыла створку и первой проскользнула внутрь. Следом за ней в дом бесшумно забрался Дин, а затем и Сэм. Оказавшись внутри последним, он тихо притворил окно, и вместе с этим шум проливного дождя остался снаружи, уступив место настороженной тишине пустого дома. Оказавшись внутри, они на несколько секунд замерли, внимательно оглядываясь по сторонам. В доме стояла гнетущая тишина, нарушаемая лишь приглушённым шумом дождя за окнами. Дин медленно обвёл взглядом гостиную и тихо произнёс: — Похоже на место преступления. Не теряя времени, он первым направился к ванной комнате. Остальные последовали за ним. Дверной проём был усеян мелкими осколками стекла, которые поблёскивали на полу. Неподалёку лежало мокрое, скомканное полотенце, словно его в спешке отбросили в сторону. Внутри ванной всё ещё сохранялись следы недавней трагедии: разбитая душевая кабина, кровавые пятна на белом кафеле и россыпь стеклянных осколков, отражавших холодный свет из окна. Дин присел, поднял полотенце за край и слегка встряхнул его. В тот же миг из-под ткани с тихим стуком посыпались несколько крупных засохших пауков. — А-а! — вскрикнула Джен. Она мгновенно отшатнулась назад, едва не налетев на стену, и тут же вцепилась в дверной косяк, с явным отвращением выглядывая из-за него. Сэм и Дин одновременно повернули к ней головы. На лице Дина появилась сдержанная улыбка. — Я думал, ты уже переросла это. Джен поморщилась, не сводя взгляда с пауков. — Просто… убери их отсюда. Дин тихо усмехнулся, снова бросил полотенце на пол, накрывая неприятную находку, и задумчиво произнёс: — Пауки… Он на мгновение застыл, будто в памяти неожиданно сложились отдельные детали. — Тот мальчик с пауками. — Мэтт, — согласился Сэм. — Возможно. Спустя некоторое время чёрная Импала уже стояла неподалёку от дома Пайков. На противоположной стороне улицы с шипением тормозов остановился ярко-жёлтый школьный автобус. Его двери со скрипом распахнулись, выпуская учеников. Среди них появился Мэттью. Поправив жёлтую куртку и забросив рюкзак на плечо, он уверенным шагом двинулся прочь. Дин проводил его взглядом и указал рукой налево. — Разве его дом не там? Сэм посмотрел в ту же сторону. — Да. Автобус закрыл двери и медленно поехал дальше. Дин нахмурился. — Тогда куда он направляется? Вместо того чтобы свернуть к дому, Мэттью сошёл с дороги и начал спускаться по тропинке к лесу. Винчестеры быстро выбрались из машины и, стараясь не привлекать внимания, последовали за ним. Через несколько минут мальчик остановился на небольшой лесной поляне. Он присел на корточки возле куста, внимательно рассматривая тонкое насекомое-палочника, которое почти полностью сливалось с сухой веткой. Осторожно подставив ладонь, Мэттью бережно пересадил его в стеклянную банку. Из-за спины раздался спокойный голос Сэма: — Привет, Мэттью. Парень резко обернулся. — Помнишь меня? Он настороженно посмотрел на троицу. — Что вы здесь делаете? Дин слегка улыбнулся. — Мы хотим с тобой поговорить. Мэттью прищурился. — Вы же здесь не для того, чтобы купить дом? Дин удивлённо поднял брови. — Погодите… Вы ведь не серийные убийцы? На лицах Винчестеров невольно появились улыбки. — Нет, — ответила Джен. — Нет-нет, — добавил Сэм. — Думаю, ты в безопасности. Дин кивнул на стеклянную банку в руках мальчика. — Я уверен, ты много знаешь о насекомых. — И? — Ты слышал, что случилось с Линдой, риелтором? Лицо Мэттью сразу стало серьёзным. — Слышал. Она умерла сегодня утром. — Гм, так и есть — сказал Дин. — От укуса паука. Сэм внимательно наблюдал за реакцией подростка. — Мэтт, ты пытался напугать её пауком. Мэттью нахмурился. — Стоп, — он посмотрел прямо на Сэма, вскидывая рукой. — Вы думаете, я имею к этому отношение? Не дожидаясь ответа, он быстро добавил: — Тарантул был всего лишь шуткой. И это никак не объясняет укус пчелы или смерть газовщика. — Ты знаешь об этом? — спросила Джен. Мэттью кивнул. — Да. Здесь что-то происходит. Не знаю что именно, но с насекомыми явно что-то не так. Сэм переглянулся с Дином и Джен, напряжённо сжав челюсти. После короткой паузы Мэттью убрал банку в рюкзак и сказал: — Пойдёмте. Я хочу вам кое-что показать. Развернувшись, он уверенно направился в глубь леса. Винчестеры молча пошли следом. Тропинка петляла между высокими деревьями, а влажная после дождя земля пружинила под ногами. Через несколько минут Сэм нарушил молчание: — Если ты понимаешь, что творится с жуками, почему не расскажешь отцу? Может, он смог бы что-нибудь сделать. Мэттью невесело усмехнулся. — Поверьте, я пытался. Но Ларри меня не слушает. — Почему? Парень безразлично пожал плечами. — Если коротко… он слишком разочарован своим сыном. Сэм тяжело вздохнул. — Я тебя понимаю. Мэттью удивлённо посмотрел на него. Джен, уловив едва заметную перемену в голосе брата, на мгновение перевела на него взгляд, но почти сразу отвернулась, ничего не сказав. Дин вопросительно посмотрел на Сэма. — Понимаешь? Но тот вместо ответа спросил у Мэттью: — Сколько тебе лет? — Шестнадцать. Сэм понимающе кивнул. — Тогда потерпи. Через два года тебя ждёт нечто замечательное. Мэттью с любопытством наклонил голову. — Что именно? На лице Сэма появилась слабая улыбка. — Колледж. Ты сможешь уехать из этого дома и начать жить своей жизнью, подальше от отца. — Что это за совет? — нахмурился Дин. — Ребёнок должен держаться своей семьи. Сэм раздражённо вздохнул, медленно выпуская воздух сквозь сжатые губы, и повернулся к брату. На короткое мгновение его взгляд встретился со взглядом Джен, но он тут же отвёл глаза, снова сосредоточившись на Мэттью. На его лице появилась едва заметная усталая улыбка. — Далеко ещё, Мэтт? — Почти пришли, — ответил парень. Он развернулся и вновь уверенно зашагал по едва заметной лесной тропе. Сэм, не произнеся больше ни слова, последовал за ним. Дин лишь молча покачал головой и двинулся следом, а Джен замкнула шествие. Тропинка извивалась между густыми зарослями папоротника и молодыми елями. Под ногами то и дело хрустели сухие ветки, влажная земля слегка пружинила после недавнего дождя, а сверху доносился размеренный шум ветра, гулявшего в кронах деревьев. Со всех сторон слышалось стрекотание насекомых, птичьи голоса и едва различимые звуки леса, жившего своей неспешной жизнью. Спустя несколько минут деревья начали редеть, и путники вышли на круглую поляну. Высокая трава мягко покачивалась на ветру, а по краям поляны плотной стеной возвышались старые деревья с раскидистыми ветвями. Где-то неподалёку жужжали букашки, перекликались птицы, в отдалении лениво квакали жабы, а листья тихо шелестели, создавая почти убаюкивающий фон. Мэттью остановился и огляделся. — Я наблюдаю здесь за популяцией насекомых. Это часть моего научного проекта по биологии. Дин с усмешкой кивнул. — Вы два сапога пара. Сэм лишь тихо хмыкнул, бросив на брата короткий взгляд. — И что ты заметил? — Много всего. Пчёлы, земляные черви, жуки… — ответил Мэттью. — Но создаётся впечатление, будто все они собираются именно здесь. Джен сделала шаг вперёд. — Зачем? Парень пожал плечами. — Не знаю. Внезапно совсем рядом раздалось низкое, необычно громкое жужжание. Сэм сразу насторожился. — Что это? Мэттью перевёл взгляд на небольшой бугорок, скрытый среди высокой травы, и направился к нему. Джен вопросительно посмотрела на братьев и тоже пошла следом. Подойдя ближе, все четверо заглянули в неглубокое углубление в земле. Внутри непрерывно шевелилась живая масса. Десятки, а возможно, и сотни толстых земляных червей извивались друг на друге, образуя сплошной копошащийся клубок. Джен мгновенно поморщилась и инстинктивно отступила на шаг. Дин осторожно наступил ботинком на край рыхлой почвы, проверяя её, а затем быстро убрал ногу. — О боже… — едва слышно пробормотала Джен, заметно поёживаясь. Сэм машинально посмотрел на сестру. Мэттью тоже бросил на неё взгляд, но Джен почти сразу заставила себя собраться, глубоко вдохнула и, пересиливая отвращение, снова подошла ближе. Она присела возле ямы, старательно избегая смотреть на копошащихся червей. Дин тоже опустился на корточки. Подняв с земли крепкую сухую палку, он начал осторожно разгребать рыхлую землю между извивающимися телами. Внезапно конец палки с глухим стуком ударился обо что-то твёрдое. Дин поднял взгляд на Джен. — Тут что-то есть. Не тратя времени, он отбросил палку в сторону и по локоть запустил руку в холодную влажную землю. Джен тут же отвернулась и скрестила руки на груди. — Давай же… — пробормотал Дин, нащупывая скрытый предмет. Через несколько секунд его пальцы наконец зацепились за что-то твёрдое. Он медленно потянул находку наверх. Из рыхлой почвы показался человеческий череп, покрытый налипшей влажной землёй и тонкими корешками. Джен резко повернулась обратно. Её глаза широко распахнулись. На поляне повисла тяжёлая тишина. Винчестеры молча переглянулись, а Сэм, не сводя взгляда с жуткой находки, лишь крепче сжал челюсти. Ветер снова прошёлся по верхушкам деревьев, и шелест листвы неожиданно показался зловеще громким.

Машина/ Возле кафедры

По городской улице неспешно катилась чёрная шевроле, мягко урча двигателем и отражая в идеально отполированном кузове витрины магазинов, светофоры и редкие лучи солнца, пробивавшиеся сквозь плотные облака. За рулём сидел Сэм. Он был сосредоточенный, с привычно серьёзным выражением лица. Его пальцы уверенно лежали на руле, а взгляд неотрывно следил за дорогой. Дин, напротив, давно перестал обращать внимание на маршрут. Его взгляд зацепился за молодую блондинку в голубом деловом костюме, уверенно шагавшую по тротуару. Короткая юбка слегка колыхалась при каждом шаге, а волосы поблёскивали на солнце. Дин проводил её глазами с такой откровенной заинтересованностью, что даже повернул голову вслед, не сводя взгляда до тех пор, пока девушка не скрылась за углом. На заднем сиденье Джен заметила это, но никак не отреагировала. Она сидела молча, прислонившись виском к прохладному стеклу, и лишь уголок её губ едва заметно дрогнул. Это была почти привычная усмешка человека, который слишком хорошо знает Дина Винчестера. Она ничего не сказала, только опустила взгляд на собственные руки, переплетённые на коленях. Через несколько минут Сэм плавно притормозил у обочины и заглушил двигатель. В салоне сразу стало непривычно тихо. Рядом с Джен на заднем сиденье стояла неприметная картонная коробка. С виду она выглядела совершенно обычной, но внутри лежали три человеческих черепа и несколько найденных костей. Сэм выбрался наружу, снял куртку и, открыв заднюю дверь, молча протянул её сестре. Та без лишних слов аккуратно накинула ткань поверх коробки, полностью скрывая её содержимое. — Держи, — тихо сказала Джен. Сэм осторожно принял коробку из её рук, прижимая к груди, словно в ней находилось что-то хрупкое. Втроём они пересекли улицу, растворяясь в потоке прохожих, а затем свернули в небольшой парк. Ветер лениво перебирал листву деревьев, где-то неподалёку смеялись дети, на лавочках сидели студенты с книгами и кофе. Джен нарушила молчание первой. — Несколько скелетов в незарытой могиле. Замечательно. Её голос прозвучал с сухим сарказмом. — Может, это дело рук какого-нибудь разгневанного духа, — предположил Дин. — Какое-то незаконченное дело. — Вполне возможно, — кивнул Сэм. — Вопрос только один: почему жуки? И почему именно сейчас? Дин даже не повернул головы. — Вообще-то это два вопроса. Джен тяжело вздохнула, устало потерев переносицу. — Из них меня интересует только один. Дин тихо хмыкнул. Пару секунд они шли молча, слыша лишь собственные шаги по асфальтовой дорожке и шелест ветвей над головой. Потом Дин словно невзначай покосился на брата. — Кстати, о том парне. Как ты вообще мог посоветовать ему просто порвать со своей семьёй? Сэм едва заметно напрягся. Он прикусил внутреннюю сторону щеки и некоторое время молчал, прежде чем ответить: — Я знаю, через что он проходит. — А как насчёт совета уважать своего старика? — не отступал Дин. Сэм издал короткий, невесёлый смешок. — Как насчёт такого совета? Брось, Дин. Речь не об его отце. Ты думаешь, я не уважал нашего? Джен почувствовала, как воздух вокруг будто стал тяжелее. Она посмотрела сначала на Сэма, потом на Дина и почти сразу отвернулась, предпочитая не вмешиваться. Между братьями уже давно существовали разговоры, в которых постороннему не находилось места. Дин первым отвёл взгляд. Его голос стал заметно тише. — Просто забудь. Прости, что поднял эту тему. Он ускорил шаг и ушёл немного вперёд. Джен же невольно осталась рядом с Сэмом. Тот заговорил не сразу. — Я уважал его. Но это не имело значения. Что бы я ни делал, всё было недостаточно хорошо. Дин остановился. Медленно обернулся. — Хочешь сказать, он был разочарован в тебе? — Был. Я всегда его разочаровывал. — С чего ты взял? Сэм глубоко вдохнул. — Потому что я не хотел заниматься охотой, не хотел стрелять из лука. Я хотел учиться и жить собственной жизнью. И из-за этого стал белой вороной в нашей семье. На лице Дина появилась кривоватая усмешка. — Ага. Как лебедь среди гусей. Но Сэм не улыбнулся. Он посмотрел брату прямо в глаза. — Дин, знаешь, что обычно чувствует отец, чей сын получил полную стипендию? На мгновение лицо Дина изменилось. Весёлое выражение исчезло так же быстро, как и появилось. — Гордость. Большинство отцов не выгоняют за это сыновей из дома. Дин медленно кивнул. Перед глазами будто вспыхнули старые воспоминания. — Я помню тот скандал. Но, если честно, ты тогда тоже наговорил лишнего. Сэм отвёл взгляд. Шедшая рядом Джен крепче стиснула зубы. Каждое слово будто цепляло и её собственные воспоминания. Тот вечер. Та охота. Повышенный голос отца. Её собственное решение уйти, хлопнув дверью. Она так долго пыталась убедить себя, что поступила правильно… но сейчас чувство вины снова тяжёлым комом поднялось к горлу. После затянувшейся паузы Сэм заговорил почти шёпотом: — Знаешь… правда в том, что когда мы наконец найдём отца, я не уверен, что он вообще захочет меня видеть. Дин уже открыл рот, чтобы возразить, но вдруг заметил выражение лица Джен. Она будто исчезла отсюда, погрузившись в собственные мысли. Он нахмурился. — Ты тоже хочешь что-то сказать? Сегодня ты сама не своя. Сэм сразу повернулся к сестре. Джен машинально приоткрыла рот, явно собираясь придумать какое-нибудь безобидное оправдание. Но слова так и не сорвались. Она медленно выдохнула. — Я не должна была тогда уходить. Дин покачал головой и тихо усмехнулся. — Похоже, это у вас семейное — сбегать после ссор с отцом. Сэм лишь негромко хмыкнул, едва заметно закатив глаза. Однако Джен было не до улыбок. Она смотрела куда-то вперёд, не замечая ни деревьев, ни прохожих. — Я не уверена, что отец сам хотел меня тогда видеть, — призналась Джен. — Я облажалась, Дин. И дело было не только в Сэме. — Нет? Она отрицательно кивнула и сказала лишь одно слово, после которого лицо Дина сразу же отразило мысль: "Как я сам мог не догадаться?". — Чикаго. Сэм резко перевёл взгляд на брата. В его глазах читалось искреннее недоумение. — Я о чём-то не знаю? Дин медленно провёл языком по пересохшим губам, проводил глазами проехавшую мимо машину, будто выигрывая для себя ещё несколько секунд, и лишь потом ответил: — Было дело. Призрак. Мы были втроём, Он ненадолго замолчал. В голосе больше не осталось привычной лёгкости. — Если бы отец тогда вовремя не вмешался, могли погибнуть люди, — он указал взглядом на Джен, поджимая губы. — Мелочь тоже. Он отвёл взгляд. Сэм нахмурился ещё сильнее. Этой истории он действительно никогда не слышал. Джен опустила голову, негромко бормоча под нос. — Папа был вне себя от гнева. Он тогда кричал так, как никогда раньше. Но Дин почти сразу покачал головой. — Потому что это напомнило ему тебя, — уверенно произнёс он, посмотрев на Сэма. — И он никогда не разочаровывался в тебе. Никогда. Он боялся. Сэм нахмурился. — О чём ты? — Что с вами обоими что-нибудь случится, если его не окажется рядом. Когда Джен ушла, думаешь, мы её не искали? Ещё как искали. Он всех на уши поднял. На губах Дина появилась едва заметная улыбка. Грустная, полная старых воспоминаний. Он кивнул в сторону брата. — А когда вы перестали разговаривать, он при любой возможности заезжал в Стэнфорд. Просто чтобы посмотреть, как ты. Чтобы убедиться, что ты жив и в безопасности. После этих слов он посмотрел уже на Джен. Сэм буквально застыл на месте. В его глазах смешались неверие, удивление и боль. — Что? Дин заметил, что Джен тоже выглядит растерянной, словно сама не была в те моменты в машине, и всё же спокойно повторил. — Да. Именно. Повисла долгая тишина. Даже ветер, казалось, стал тише. Наконец Сэм спросил едва слышно: — Почему он ни разу сам мне этого не сказал? Дин тяжело вздохнул. — Потому что улица с двусторонним движением, приятель. Ты тоже мог ему позвонить. Никто больше ничего не говорил. Несколько секунд братья просто стояли друг напротив друга, а рядом молчала Джен, ощущая, как внутри переплетаются сожаление, надежда и давно забытая тоска по дому. Потом Дин шумно хлопнул ладонями по карманам куртки и, будто намеренно разрушая тяжесть момента, с привычной непринуждённостью произнёс: — Ладно. А то мы так на свидание опоздаем. Он первым зашагал вперёд. Сэм и Джен переглянулись, после чего без слов последовали за ним. Вскоре перед ними выросло строгое университетское здание. Над главным входом висела лаконичная табличка: Department of Anthropology.

Аудитория

В аудитории царила тишина, которая бывает только в старых университетских корпусах. Наполненная едва различимым гулом вентиляции, тихим потрескиванием ламп под потолком и шелестом страниц, доносившимся из соседних помещений. Амфитеатром вверх поднимались ряды деревянных сидений, отполированных тысячами студентов за долгие годы. Внизу, у преподавательской зоны, стоял широкий стол, заставленный микроскопами, стеклянными колбами, банками с порошками неизвестного происхождения и аккуратно разложенными образцами минералов и костных фрагментов. Рядом поблёскивал монитор компьютера, на стене висела испещрённая отметками карта местности, а над всем этим возвышался массивный проектор, будто безмолвный свидетель бесчисленных лекций. Винчестеры уже сидели на первых рядах, ожидая появления преподавателя. Из боковой двери неторопливо вышел пожилой профессор. Он двигался медленно, с достоинством человека, привыкшего не спешить. Седые волосы были аккуратно зачёсаны назад, короткая борода выглядела безупречно ухоженной, а светло-кремовый пиджак резко контрастировал с чёрными брюками и тёмными ботинками. В правой руке он уверенно держал трость, опираясь на неё скорее по привычке, чем по необходимости. Заметив посетителей, он приблизился к ним. Сэм, Дин и Джен почти одновременно поднялись со своих мест. Профессор внимательно осмотрел всех троих поверх очков. — Так вы студенты? — спросил профессор. — Да, — ответил Дин. — Мы на вашем курсе. Антропология, — добавил Сэм. — А-а, да. Не тратя времени на формальности, Дин сразу наклонился чуть вперёд. — Что насчёт костей, профессор? Пожилой мужчина задумчиво провёл пальцами по бороде, словно ещё раз прокручивая в памяти результаты осмотра. — Вы нашли кое-что действительно любопытное. Я бы сказал, им около ста семидесяти лет. Судя по времени и месту обнаружения, они принадлежат коренным американцам. Сэм нахмурился. — Поблизости ведь не было никаких племён или резерваций? — Согласно историческим данным — нет. Однако в те годы переселение индейцев было обычным явлением. Джен слегка подалась вперёд, её взгляд стал внимательнее. — А есть ли какие-нибудь местные легенды или слухи об этом месте? Профессор ненадолго задумался. Медленно потёр бороду, перевёл взгляд на карту, словно искал на ней нужную точку, и наконец кивнул. — Знаете… примерно в шестидесяти милях отсюда до сих пор живут потомки племени юта. Кто-нибудь из них может знать правду. Сэм и Джен обменялись быстрым взглядом. Это была первая зацепка, которая действительно могла привести их к ответу. — Хорошо, — кивнул Сэм.

Городок в округах Оклахомы

Мили одна за другой исчезали под колёсами Импалы. Чёрный автомобиль уверенно мчался по извилистым дорогам, рассекая бесконечные полосы лесов, редкие фермерские хозяйства и небольшие пригороды. За окнами сменялись пейзажи: старые деревянные заборы, заросшие поля, одинокие почтовые ящики и высокие сосны, склонявшиеся над дорогой. По пути они остановились возле местного жителя в потёртой ковбойской шляпе. Старик, не торопясь, объяснил нужное направление, указав рукой куда-то за холмы, после чего машина вновь сорвалась с места. Спустя некоторое время впереди показалось небольшое придорожное кафе. Невысокое здание выглядело просто, почти неприметно, но парковка возле него была заполнена машинами. Внутри царила тёплая, шумная атмосфера. Посетители негромко переговаривались за столиками, где-то в углу тихо играла старая музыка, официанты ловко лавировали между людьми с подносами, а из кухни доносились запахи свежего кофе и жареного мяса. Оглядев помещение, Винчестеры почти сразу заметили нужного человека. За одним из дальних столов сидел длинноволосый пожилой мужчина, неторопливо раскладывавший перед собой игральные карты. Его движения были удивительно размеренными, словно он никуда не спешил и прекрасно знал, что рано или поздно к нему всё равно подойдут. Дин сделал несколько шагов вперёд. — Вы Джо Белое Дерево?? Мужчина поднял голову и спокойно кивнул. — Мы хотели бы задать вам несколько вопросов, если можно, — сказал Сэм. — Мы студенты университета, — добавил Дин. Старик долго смотрел прямо ему в глаза. Затем едва заметно покачал головой. — Нет. Вы не студенты. Ты лжёшь. На мгновение между братьями повисло неловкое молчание. Они быстро переглянулись. Дин попытался выкрутиться. — Ну, правда в том.. Но договорить ему не дали. — Знаешь, кто начинает фразы со слов «Ну, правда в том»? Лжецы. Старик медленно повернулся к Сэму. Его палец остановился прямо в его стороне. — Он мне лжёт, а ты нет. Сэм мгновенно сменил направление разговора. — Вы слышали об Оазис-Плейнс? Это жилой комплекс возле долины Атока. — Знаю это место. — Вы можете рассказать нам его историю? — спросила Джен, делая шаг вперед. Прищурившись, старик спросил: — Почему вы интересуетесь этим? Сэм ответил уже без попыток что-либо приукрасить: — Кое-что плохое случилось в Оазис-Плейнс. Мы думаем, что к этому могут иметь отношение старые кости, найденные неподалёку. Мужчина медленно кивнул. Его взгляд стал тяжёлым. — Индейские кости… Он осторожно собрал карты и положил их на стол. Затем заговорил так, будто пересказывал историю, которую слышал всю свою жизнь. — Я расскажу вам то, что слышал от своего деда. А ему рассказал его дед. Шум кафе словно отошёл на второй план. Даже звон посуды и музыка перестали восприниматься, уступая место словам старика. — Двести лет назад в той долине жило племя моих предков. Однажды пришла американская кавалерия, чтобы переселить их. Мы не подчинились. Люди сопротивлялись, а войска проявляли всё больше нетерпения. Он ненадолго опустил глаза. В его голосе не было злости. Только память. — Как говорил мой дед, в ночь, когда луна и солнце поровну разделили небо, солдаты первыми напали на деревню. Они убивали… насиловали… На следующий день пришли снова. И на следующий. И ещё. На шестую ночь они вернулись в последний раз. Когда взошло солнце, все мужчины, женщины и дети, не покинувшие деревню, были мертвы. Лицо Дина помрачнело. Он нервно провёл языком по внутренней стороне щеки, стараясь скрыть эмоции. Джен молча поджала губы, чувствуя, как внутри всё сжимается. Сэм перевёл взгляд сначала на неё, затем на брата, но никто из них не произнёс ни слова. Старик продолжил почти шёпотом: — Говорят, умирая, вождь обратился с молитвой к небесам: «Если белый человек вновь осквернит эту землю своим присутствием, пусть сама природа поднимется на её защиту и принесёт белым столько дней страданий и смерти, сколько выпало моему народу». Дин первым нарушил тишину. — Насекомые… Он обменялся взглядом с братом и сестрой. В голове части мозаики стремительно складывались в единое целое. — Для меня это звучит как природа. Старик медленно кивнул. — И в ночь шестого дня в живых не останется никого. После этого он снова взял карты в руки, словно разговор был окончен. Когда дверь кафе закрылась за их спинами, прохладный ветер сразу ударил в лицо. Несколько секунд никто ничего не говорил. Первой нарушила молчание Джен. Она остановилась возле машины и задумчиво спросила: — Когда умер сотрудник газовой компании? Дин на мгновение прикрыл глаза, мысленно перебирая события последних дней. — Мы приехали во вторник… Сегодня пятница... Двадцатого марта. Сэм почти сразу подхватил мысль: — День весеннего равноденствия. Дин медленно кивнул. — Ночь, когда луна и солнце разделили небо поровну. Джен скрестила руки на груди, ощущая, как тревога постепенно перерастает в уверенность. — Значит, каждый год в это время жители Оазис-Плейнс оказываются в опасности. Сэм нахмурился ещё сильнее.Перед его глазами уже вырисовывалась вся картина. — Ларри построил свой квартал прямо на проклятой земле. Дин резко поднял голову. Осознание пришло мгновенно. — А шестая ночь — это сегодня. Не теряя ни секунды, Сэм уже распахнул водительскую дверь. — Если мы ничего не предпримем, семья Ларри не доживёт до рассвета. Джен остановилась у пассажирской стороны, крепко сжимая ручку двери. — Только если мы не снимем проклятие. Дин покачал головой. — Его невозможно снять. Нужно вывести людей из зоны действия. — Значит, мы должны увезти их отсюда, — твёрдо сказал Сэм. Двери захлопнулись почти одновременно. В следующее мгновение двигатель Импалы взревел, нарушая тишину придорожной парковки, и чёрная машина резко сорвалась с места, оставляя за собой лишь шлейф дорожной пыли и ощущение того, что времени до катастрофы остаётся всё меньше.

Дом Пайков

Мэттью осторожно расстегнул рюкзак и, стараясь не шуметь, достал небольшой фонарик и фотоаппарат. Щелчок включателя прорезал ночную тишину, и узкий луч света скользнул по влажной траве, стволам деревьев и низким кустам, отбрасывая длинные, ломанные тени. Он медленно обходил задний двор, внимательно всматриваясь в темноту. Время от времени поднимал фотоаппарат и делал снимки. Вспышка на долю секунды выхватывала из мрака кусок забора, старый пень, клумбу, и тут же всё снова погружалось в густую ночь. Вокруг стояла странная, почти неестественная тишина. Не пели птицы. Не слышалось ни лая собак, ни гула машин. Лишь изредка ветер едва заметно тревожил листву, да где-то совсем близко раздавался тихий, настойчивый стрекот, от которого по спине пробегал холодок. Мэттью тяжело дышал. Он и сам не понимал, чего боится больше... увидеть что-то или не увидеть ничего. Сердце колотилось всё быстрее, а ладонь, сжимавшая фонарик, начала предательски потеть. И вдруг, совсем рядом послышался шорох. Не громкий. Не резкий. Но такой, будто кто-то медленно двигался под самой землёй. Парень резко повернулся на звук. Луч фонаря замер на небольшом тёмном отверстии между корнями дерева. Мэттью осторожно присел на корточки. Подавшись ближе, он медленно протянул руку и кончиками пальцев коснулся края норы. В ту же секунду земля будто ожила. Из отверстия с пугающей скоростью хлынули тараканы. За ними жуки, многоножки, какие-то крылатые насекомые и десятки других существ, настолько тесно переплетённых между собой, что казалось, будто сама почва превратилась в копошащуюся чёрную массу. Они лезли друг через друга, стремительно расползаясь по земле, по корням, по сухим листьям. Воздух наполнился отвратительным шелестом тысяч крошечных лапок. Мэттью застыл. Лицо побледнело. — Господи… — выдохнул Мэттью и, резко вскочив, бросился к дому. Он почти не чувствовал ног, лишь бежал, спотыкаясь и постоянно оглядываясь назад, словно опасался, что этот живой поток уже несётся следом.

—

Тем временем чёрная Импала летела по ночному шоссе с такой скоростью, что дорожные знаки превращались за окнами в размытые пятна. Фары прорезали темноту, двигатель работал на пределе, а стрелка спидометра упрямо ползла вверх. За рулём все также сидел Сэм, напряжённо сжимая его. Рядом Дин держал телефон у уха. — Да, мистер Пайк. В вашем квартале произошла утечка газа. Из динамика донёсся встревоженный голос: — Господи, правда? И насколько всё серьёзно? — Довольно опасно. Не хочу вас пугать, но лучше увезти семью часов на двенадцать. Просто ради безопасности. Наступила короткая пауза. Затем Ларри спросил уже совершенно другим тоном: — Повторите, кто вы? На лице Дина мелькнула досада . — Трэвис Уивер. Я работаю в газовой компании Оклахомы. Ответ последовал мгновенно. — Проблема в том, что я знаю Трэвиса. Он год у нас работал. Так кто вы? Дин молча убрал телефон от уха. Несколько секунд смотрел на экран. Потом без единого слова сбросил вызов, а Сэм выхватил его из рук брата. Джен сидящая сзади лишь покосилась на них. — Дай мне. Сэм быстро набрал новый номер. После пары гудков раздалось: — Алло? — Мэтт, это Сэм. Голос мальчика дрожал от паники. — Сэм! У нас на заднем дворе повсюду тараканы! Сэм моментально выпрямился. — Мэтт, слушай меня внимательно. Ты должен немедленно вывести свою семью из дома. — Что? Почему? — Потому что кое-что приближается. — Снова жуки? — Да. И на этот раз всё гораздо хуже. На другом конце повисло тяжёлое молчание. Потом Мэттью нервно произнёс: — Мой отец меня и в лучшие дни не слушает. Как, по-вашему, я его должен убедить? — Заставь его выслушать! Не успел он договорить, как Дин стремительно выхватил телефон. В его глазах читалась тревога. — Мэтт, только не говори ему правду. Он решит, что ты сошёл с ума. — Но он мой… — Скажи, что у тебя жутко болит правый бок и тебя срочно нужно везти в больницу. Хорошо? — Да… да, хорошо. Связь оборвалась. В салоне стало тихо. Лишь двигатель продолжал глухо рычать. Дин искоса посмотрел на брата, не отрывая взгляда от дороги. — «Заставь его слушать». О чём ты думал? С заднего сиденья, за ними все также наблюдала Джен. Очередной спор между виденьем отношений отца с сыном. Она почти шёпотом произнесла: — Хорошим это точно не закончится. Сэм ничего не ответил. Только на секунду встретился с ней взглядом. По выражению его лица было ясно: он и сам прекрасно это понимает.

—

Шевроле с визгом шин затормозила возле дома Пайков. Из окон всё ещё лился тёплый жёлтый свет. Дин выругался сквозь зубы. — Проклятье, они всё ещё там. Идём. Двери машины распахнулись почти одновременно. Все трое бросились к дому. Ларри заметил их через окно. Его лицо мгновенно исказилось раздражением. Он резко дёрнул штору и спустя секунду распахнул входную дверь. — Убирайтесь от моего дома, пока я не вызвал полицию! Сэм сделал шаг вперёд. — Мистер Пайк, послушайте… Из-за плеча отца показался Мэтт. Он выглядел смертельно испуганным. — Папа, они просто хотят помочь! Ларри резко ткнул в сына пальцем. — Марш домой! Дин вопросительно посмотрел на мальчика. — Прости… Я сказал ему правду. Он тяжело выдохнул. — У нас же был план, Мэтт. Что случилось с планом? Сэм снова попытался достучаться до хозяина дома. — Сейчас полночь. Они появятся с минуты на минуту. Вы должны увезти отсюда семью, пока не поздно. Ларри скептически усмехнулся. — Вы имеете в виду до великого нашествия саранчи? — А как, по-вашему, на самом деле погибли риелтор и рабочий? Не кажется, что здесь происходит что-то очень странное? Ларри раздражённо покачал головой. — Слушайте, я не знаю, кто вы такие, но вы явно спятили. Ещё раз приблизитесь к моему сыну или моей семье — и у вас будут большие проблемы. Джен сделала шаг вперёд. — У вас уже большие проблемы. Вы буквально загоняете свою семью в могилу. — Папа, они правы! Мы в опасности! — выкрикнул Мэтт. — Сейчас же домой! — Почему ты меня никогда не слушаешь?! — Потому что это безумие! В этом нет никакого смысла! Внезапно Джен замерла. Её взгляд устремился в темноту за пределами двора. — Слышите? Все стихли. Из ночи донеслось тихое, но стремительно нарастающее шуршание. Словно сухие листья одновременно зашелестели сразу со всех сторон. Звук усиливался. Становился ближе. Плотнее. Громче. Ларри непонимающе оглянулся. — Что за чёрт?.. В этот миг лампа над крыльцом вспыхнула, озарив пространство вокруг. И тут же в неё с глухими ударами начали врезаться насекомые. Одно. Второе. Десятки. Сотни. Их тела мгновенно обугливались от жара стекла, но следом прилетали новые. Дин всмотрелся вдаль. За линией деревьев двигалось нечто огромное. Чёрная масса. Живая. Пульсирующая. — Пора убираться отсюда. Ларри, забирайте жену! Но Мэтт уже стоял, не в силах пошевелиться. Его глаза расширились от ужаса. На дом с пугающей скоростью надвигалось гигантское облако из саранчи, жуков, мотыльков, ос и бесчисленного множества других насекомых. Оно закрывало собой звёзды. Гудело так громко, что заглушало все остальные звуки. Ларри пошатнулся. — Господи… Лицо Джен побелело. Она едва слышно прошептала: — Мы не успеем… Дин сорвался на крик: — Всем в дом! Живо! Они буквально влетели внутрь. Дверь захлопнулась за их спинами в тот самый момент, когда первые насекомые ударились в стены дома. — В квартале ещё кто-нибудь остался? — спросил Сэм. — Нет. Только мы. Ларри растерянно посмотрел на жену. Та дрожала всем телом. — Милый… что происходит? Что это за шум? — Звони в 911! Быстро! Не успел он договорить, как входная дверь содрогнулась от десятков ударов. Потом ещё раз. И ещё. Словно снаружи в неё бросали горсти камней. Дин метнулся к хозяину дома. — Мне нужны полотенца! Сэм уже удерживал Мэтта за плечи. — Нужно изолировать дом. Двери, окна, камин — всё. Понял? Джен на мгновение застыла, заворожённая этим непрекращающимся гулом за стенами. — Джен! Голос Сэма вернул её к реальности. Она резко кивнула и бросилась наверх по лестнице. Джоан несколько раз пыталась дозвониться по телефону. Безрезультатно. — Телефон не работает… Джен быстро опустилась рядом. — Похоже, они перегрызли кабель. Тем временем Дин уже запихивал полотенца под дверные щели. И именно тогда весь дом внезапно погрузился во тьму. Свет исчез. Лишь снаружи, за окнами, продолжало колыхаться чёрное живое море. — И электрические провода тоже, — мрачно сказал он. Ларри достал мобильный. — Может, сотовый… Экран засветился. Но сеть отсутствовала. Он медленно опустил руку. — Нет сигнала. — И не будет, — ответил Дин. Окна полностью почернели. Тысячи насекомых облепили стекло сплошным ковром, и лишь бесконечное движение их тел выдавало, что это не темнота, а живая масса. Джен невольно попятилась. По коже побежали мурашки. Она встретилась взглядом с Дином. Тот выглядел не менее напряжённым. К ним спустился Сэм. Семья Пайков молча смотрела на копошащуюся за окнами стену. Наконец Ларри тихо спросил: — Что нам теперь делать? Сэм выдержал долгую паузу. — Постараться пережить эту ночь. Дин уже забежал на кухню. За её окнами творилось то же самое. Стекло было полностью скрыто под слоями насекомых. Рывком распахнув шкаф, он нашёл баллончик со средством от насекомых и поспешил обратно. Джоан недоумённо посмотрела на него. — Средство от насекомых? — Просто доверьтесь мне. И вдруг сверху донёсся глухой скрип. Мэтт застыл. — Что это? Все одновременно подняли головы. Сэм нахмурился. — Дымоход… Джоан побледнела. — Думаю, нам лучше подняться наверх. Но договорить она не успела. Из дымохода с оглушительным гулом вырвался гигантский рой. Насекомые заполнили гостиную за считанные секунды. Раздались испуганные крики. Все инстинктивно закрывали лица руками, отбиваясь от крыльев и лапок. Дин вскинул баллончик. Струя аэрозоля ударила в воздух. В следующую секунду вспыхнуло пламя. Огненная стена с рёвом пронеслась по комнате, заставив рой отпрянуть. — Все наверх! Сейчас же! Живо! Пошли! — Быстрее! — крикнул Сэм, подталкивая оцепеневших Пайков к лестнице. Ларри распахнул люк на чердак. — Джоан, давай! Следом полез Мэтт. — Давай! Быстрее! Сэм пропустил семью вперёд, прикрывая их. Последним наверх поднялся Дин, всё ещё удерживая насекомых вспышками самодельного огнемёта. Люк с тяжёлым грохотом захлопнулся. На несколько секунд наступила почти полная тишина. Все жадно ловили ртом воздух. Потом сверху медленно посыпалась пыль. Следом мелкие щепки. Джоан дрожащей рукой указала вверх. — Господи… Что это? Пайки инстинктивно прижались друг к другу. Джен стояла рядом с братьями, бледная как полотно, с напряжёнными до боли плечами. Дин прислушался. За древесиной раздавался тихий, но отчётливый хруст. — Кто-то грызёт древесину. Мэтт едва слышно прошептал: — Термиты… Дин мгновенно сорвался с места. — Назад! Все назад! Но было поздно. Потолок с оглушительным треском проломился. Внутрь взорвался настоящий поток термитов, заполнив воздух плотным живым облаком. Джен не успела даже отступить. Дин снова выпустил струю аэрозоля и поджёг её, удерживая наступающий рой ревущей стеной огня. В это же время Сэм схватил тяжёлую металлическую крышку вентиляционного люка и, напрягая все силы, прижал её к образовавшемуся пролому, отчаянно пытаясь перекрыть насекомым путь, пока вокруг грохотали крылья, сыпались обугленные тельца и казалось, что сам дом вот-вот сдастся под натиском живой стихии. Тем временем у самой стены, среди рассыпанной пыли и обломков старых досок, лежала небольшая деревянная балка, почти незаметная в хаосе, который царил на чердаке. Но никто не обращал на неё внимания. Все силы уходили на то, чтобы просто выжить. Джен в ужасе вжалась в пол, инстинктивно прикрывая голову руками. Её плечи дрожали, дыхание стало частым и рваным, а вокруг с оглушительным жужжанием кружили сотни насекомых. Они ударялись о стены и балки, цеплялись за одежду, метались в воздухе плотным живым облаком, заслоняя свет и превращая пространство вокруг в настоящий кошмар. Каждый новый взмах крыльев отдавался в ушах болезненным гулом. Дин мгновенно оказался рядом. Не раздумывая ни секунды, он опустился на колено возле сестры, прикрывая её собой от роя и выставляя плечо навстречу насекомым. — Эй. Всё нормально? — быстро спросил он, стараясь перекричать шум. Джен с трудом сглотнула. Горло словно пересохло. Она несколько раз быстро кивнула, заставляя себя вдохнуть полной грудью. Сердце бешено колотилось, руки дрожали, но она пересилила страх и медленно подняла взгляд. Небольшая деревянная балка, лежала всего в паре шагов. Словно ухватившись за последнюю возможность хоть чем-то помочь, Джен резко подалась вперёд, обеими руками схватила тяжёлый кусок дерева и, напрягая все силы, подтолкнула его к Сэму. Тот понял её без слов. Не теряя ни мгновения, он подставил балку под металлическую крышку, которой удерживал пролом, используя её как подпорку. Дерево жалобно заскрипело под чудовищным давлением, но выдержало. На несколько секунд наступило относительное затишье. Все тяжело дышали. Дин, сжимая почти опустевший баллончик, не сводил глаз с отверстия в потолке. Сэм навалился всем весом на импровизированную преграду. Джен сидела рядом, пытаясь успокоить дрожь в руках. Но передышка длилась совсем недолго. С противоположной стороны чердака внезапно раздался новый, протяжный треск. Сначала тихий. Потом всё громче. Будто кто-то огромный с другой стороны медленно разрывал древесину. В следующую секунду потолок не выдержал. Термиты прогрызли ещё одну дыру. Из неё с гулом вырвался новый рой, мгновенно заполняя помещение. — Чёрт! — выкрикнул Дин, снова направляя струю аэрозоля и поджигая её зажигалкой. Яркая вспышка осветила перепуганные лица. Огненная волна заставила насекомых на мгновение отступить, и Дин, размахивая импровизированным огнемётом, начал буквально прорубать себе путь сквозь живое облако, пытаясь подобраться к новому пролому. Сэм тут же отступил к семье Пайков. Джен последовала за ним. Они почти одновременно встали перед Ларри, Джоан и Мэттом, заслоняя их собой, словно это могло остановить надвигающуюся стихию. Но в тот же миг раздался громкий металлический лязг. Крышка, которую они с таким трудом закрепили, сорвалась. С оглушительным грохотом она рухнула вниз. И в образовавшуюся дыру хлынула ещё одна волна термитов, жуков и прочих насекомых. Они лезли плотной массой, закрывая собой потолок. Воздух буквально почернел. Дин снова нажал на клапан баллончика. Тот жалобно зашипел. Пламя мигнуло. И погасло. Струя исчезла. Несколько долгих секунд он недоверчиво смотрел на бесполезный баллончик. Потом тихо, почти сквозь зубы, выругался: — Дерьмо. Швырнув его в сторону, Дин без промедления бросился обратно к остальным. — Держитесь вместе! Закрывайте лица! Все мгновенно сбились в тесную группу. Куртки натянули на головы, воротники подняли до самых глаз. Кто-то прикрывал лицо рукавами, кто-то ладонями. Они почти прижимались друг к другу, образовав крошечный островок посреди бушующего роя. Насекомые с яростью бились о плечи и спины, цеплялись за волосы и одежду, ползали по рукавам, пытались проникнуть под ткань. Жужжание стало настолько громким, что заглушило даже собственные мысли. Казалось, будто вокруг работает двигатель реактивного самолёта. Джен зажмурилась, изо всех сил вцепившись в рукав Дина. Он стоял рядом, не позволяя ей отступить в панику, и чувствовал, как напряжены её пальцы. Время словно остановилось. Секунда. Другая. Третья. И вдруг сквозь этот невыносимый гул прорезался дрожащий голос Мэтта. — Смотрите… Он осторожно поднял голову. В его глазах впервые за долгое время мелькнула надежда. Все почти одновременно посмотрели вверх. Сквозь проломы в крыше действительно пробивались первые, ещё совсем слабые лучи рассветного солнца. Небо медленно меняло цвет, переходя от густой ночной синевы к холодному серебристо-голубому оттенку. И тогда произошло нечто невероятное. Рой словно услышал беззвучный приказ. Насекомые начали покидать чердак. Сначала десятками. Потом сотнями. А затем целыми живыми потоками они устремились наружу через каждую щель, каждый пролом и каждую трещину, исчезая с такой же стремительностью, с какой несколько минут назад ворвались внутрь. Их стало меньше. Потом ещё меньше. Жужжание постепенно стихло. Пока наконец на чердаке не воцарилась почти полная тишина. Только тяжёлое дыхание людей нарушало её. Дин медленно выпрямился. Сэм осторожно отпустил металлическую крышку. Они вдвоём подошли к пролому в крыше и выглянули наружу. Над деревьями больше не кружило ни единого облака насекомых. Двор был пуст. Будто ничего и не произошло. Лишь разрушенная крыша и следы хаоса напоминали о пережитом кошмаре. Джен так и осталась сидеть на полу. Она медленно прислонилась затылком к стене. Закрыла глаза. И с облегчением выдохнула.

—

Позже Импала плавно остановилась возле дома Ларри. Утреннее солнце уже поднялось над горизонтом, окрашивая всё вокруг мягким золотистым светом. После ужаса минувшей ночи этот спокойный пейзаж казался почти нереальным. Винчестеры выбрались из машины. У крыльца их уже ждал Ларри. На его лице появилась усталая, но искренняя улыбка. Он сделал несколько шагов навстречу. — Даже не попрощаетесь? — спросил его Дин. — Вы вовремя, — добавил он. — Ещё час, и мы бы уже уехали. Он по очереди крепко пожал руку Дину, затем Сэму и, с особой теплотой, Джен. Она огляделась по сторонам. Во дворе уже стояли коробки, грузовик и несколько рабочих. — Насовсем? — спросила Джен. — Да. Проект свернули, пока не исследуют найденные вами кости. Но я почти уверен, что больше здесь никто ничего строить не станет. Сэм внимательно посмотрел на него. На лице Ларри не было ни раздражения, ни сожаления. Скорее странное спокойствие. — Вы не выглядите расстроенным. Ларри тихо усмехнулся. — Это, наверное, крупнейший финансовый провал в моей карьере… Он перевёл взгляд на двор. Там Мэтт бережно нёс коробку со своими вещами. — Но почему-то сейчас меня это совсем не волнует. Сэм едва заметно улыбнулся. Он подошёл к мальчику. Тот складывал в коробку стеклянные банки с насекомыми, книги, блокноты, объективы и прочее оборудование, которое ещё недавно было для него целым миром. — Что это? — спросил Сэм, кивнув на коробку. Мэтт пожал плечами. В его голосе не осталось прежнего энтузиазма. — Не знаю. Они меня больше не интересуют. Сэм понимающе кивнул. — Надеюсь, что так и останется, — с улыбкой ответил Сэм. Неподалёку, прислонившись к тёплому боку машины, стояли Дин и Джен. Несколько секунд они молчали. Потом Дин осторожно положил руку сестре на плечо. Она едва заметно вздрогнула от неожиданности, но не отстранилась. Лишь прикрыла глаза на мгновение. — Больше никаких жуков, — прошептала она. Дин внимательно посмотрел на неё. В его взгляде исчезла привычная насмешливость. Осталась только забота. — Послушай. Все совершают ошибки. Отец давно не злиться. Джен молча кивнула. К ним подошёл Сэм. Все трое одновременно посмотрели в сторону Ларри и Мэтта, разговаривавших возле грузовика. После долгого молчания Сэм негромко произнёс: — Я хочу найти отца. — Я тоже, — ответил Дин. На мгновение повисла тишина. Затем Сэм, не сводя взгляда с дороги, добавил: — И хочу извиниться перед ним. За всё, что тогда наговорил. Он просто делал всё, что мог. Джен опустила глаза и издала тихий смешок. — И я. Дин перевёл взгляд сначала на неё, потом на брата. На его лице появилась лёгкая, привычная улыбка. — Не переживайте. Мы его найдём. И ты извинишься. И ты тоже. Он выдержал короткую паузу и уже с куда более знакомой интонацией добавил: — А через пять минут вы двое опять начнёте спорить друг с другом. Сэм тихо рассмеялся. Напряжение последних дней наконец отпустило его. Джен тоже не удержалась и впервые за долгое время искренне улыбнулась. — Как всегда. Сэм открыл дверь. — Пора в дорогу. — Пора, — согласился Дин. Они ещё раз обернулись. Ларри и Мэтт стояли у дома, провожая их взглядами. Утренний ветер лениво шелестел в кронах деревьев, будто стирая последние следы пережитой ночи. Двери машины захлопнулись. Двигатель знакомо зарычал. И чёрная шевроле тут же плавно тронулась с места, исчезая вдали по залитой солнцем дороге, унося троих Винчестеров всё ближе навстречу к человеку, которого каждый из них хотел найти больше всего на свете.