Пока без

Математика выживания и катящийся кошмар ​Кратос и Лира углублялись в Храм. Коридор сужался, стены здесь были выложены жуткими барельефами, изображающими муки грешников в Аиде. Из глубины прохода доносился тяжелый, ритмичный грохот, от которого под подошвами кроссовок вибрировал каждый камень. ​ДУМ... ДУМ... ДУМ... ​— Так, стоп, — Лира выставила руку, останавливая спартанца. Наушник в её ухе улавливал изменения звуковой волны через диктофон. — Кратос, этот звук... это не просто грохот. Там впереди что-то катится. Большое. И круглое. ​Она подняла телефон, наведя камеру вглубь темного туннеля. Экран выхватил идеальный полукруглый свод. Лира, в которой в этот момент проснулся топовый математик своего класса, мгновенно прищурилась, оценивая пропорции. ​— Диаметр туннеля примерно метра четыре. Если камень катится впритирку к стенам, то воздушный поток перед ним должен... — она судорожно смахнула экран на калькулятор, вбивая пару цифр на интуитивных расчетах. — Короче! У нас будет ровно три целых и две десятых секунды, чтобы нырнуть в какую-нибудь нишу, когда эта дура покажется из-за поворота. ​— Спартанцы не прячутся в нишах, — прорычал Кратос, покрепче перехватывая клинки, на которых снова заискрились молнии Зевса. — Я расколю этот камень. ​— Да ты дебил, что ли?! — Лира от ужаса даже забыла, что общается с Призраком Спарты. — Камень размером с дом! Какая к черту гордость?! Помни про пять метров, если тебя расплющит, меня за компанию размажет! ​В этот момент из-за поворота с диким ревом вылетел колоссальный гранитный валун, занимающий всё пространство туннеля. Ветер от его приближения сдул капюшон с головы Лиры, а её повязанная на поясе кофта яростно захлопала. ​— ТРИ! — заорала Лира. — ДВА! ​Кратос, оценив масштаб катастрофы (и, возможно, нехотя согласившись с расчетами), схватил Лиру за шиворот, как котенка, и вместе с ней рыбкой нырнул в узкое углубление в стене, где стояла статуя какой-то плакальщицы. ​БДЫ-Ы-Ы-Ы-ЫЩЩЩ! ​Валун пронесся мимо в сантиметре от рюкзака Лиры, обдав их облаком вековой пыли и каменной крошки. Синий Стич на карабине бешено завертелся, будто тоже пытался отдышаться. Экран телефона, который Лира крепко сжимала в руке, зафиксировал ударную волну на диктофоне — частота звука ушла в красную зону. ​Лира, прижатая мощным плечом Кратоса к каменной статуе, осторожно открыла глаза и закашлялась от пыли. Она поправила съехавшие очки. ​— Один — ноль в пользу математики, лысый... — прохрипела она, пытаясь унять бешеный пульс. — Ну что, Гнев Спарты, идем дальше, пока второй не покатился? ​Кратос молча отпустил её, повернулся в сторону уходящего валуна, а затем посмотрел на светящийся прямоугольник в её руке. На его суровом лице не было улыбки, но Клинки Хаоса он опустил чуть ниже. ​— Твое зеркало считает быстрее, чем думают мои враги, — признал он, шагая дальше по освободившемуся коридору. — Но впереди Храм Муз. Там твои цифры должны будут сложиться в проход, иначе мы останемся здесь навечно. ​Лира шмыгнула носом, проверила, цел ли кинжал за поясом, и поспешила за ним. Пятиметровый поводок снова натянулся, увлекая её вглубь самого опасного лабиринта в истории Греции.