Пока без

Клетка, грек и спартанский многоборец ​Комната Жертвоприношения встретила их удушливой жарой. По канону, Патос Вердес превзошел сам себя в жестокости: чтобы открыть ворота к Щиту Посейдона, нужно было дотолкать огромную металлическую клетку с запертым в ней визжащим солдатом Афин вверх по наклонному коридору и засунуть её прямо в огненную пасть алтаря. ​И всё бы ничего, но пол коридора был усечен скрытыми нажимными плитами, а из стен нескончаемым потоком перли легионеры Ареса. ​— Помогите! Спасите! Выпустите меня, ради богов! — истошно орал солдат, ломая ногти о прутья клетки. ​Лира, едва завидев эту картину, затормозила так, что её турецкие кроссовки со скрипом проехались по каменной крошке. ​— О нет... Нет-нет-нет, Кратос! — она вцепилась в его огромную руку. — Я знаю этот квест! Ты сейчас собираешься сделать из этого бедолаги барбекю ради какой-то двери?! Это же негуманно! Это статья! У нас в Швейцарии за такое... ​— В моем мире за это открываются двери, — отрезал Кратос, хватаясь за тяжелые прутья клетки и начиная с силой толкать её вверх по склону. ​— Да стой ты, танк лысый! — взвизгнула Лира, так как пятиметровая привязь тут же рванула её следом. ​В этот момент из стен с диким воплем выскочили сразу пять легионеров со щитами. Один из них спикировал прямо на Лиру, целясь ржавым мечом ей в плечо. ​— СЗАДИ! — рявкнул Кратос. ​Ему пришлось резко бросить клетку (которая тут же покатилась обратно вниз, заставив солдата внутри орать еще громче) и совершить бешеный рывок назад. Клинки Хаоса прочертили огненный круг, разрубая легионера пополам в полуметре от Лиры. ​— Мамочки! — Лира инстинктивно ушла с линии атаки, как учил «лучший балетмейстер Спарты», и, зажмурившись, наотмашь ткнула кинжалом вперед. Кинжал со звоном отскочил от щита второго зомби. — Кратос, они со всех сторон! ​Спартанцу пришлось крутиться как юла. Ему нужно было одновременно: ​Ловить клетку, чтобы она не улетела в самый низ туннеля. ​Кромсать легионеров, которые пытались сделать из Лиры решето. ​Следить, чтобы сама Лира, панически прыгая от мечей, не наступила на огненные плиты. ​— Держись ближе ко мне! — рявкнул Кратос, хватая Лиру за шкирку и буквально перебрасывая её через катящуюся клетку, как мешок с канцелярией. ​— Я держусь! Я держусь, но твой поводок меня дергает! — Лира перелетела через металлическую конструкцию, едва не потеряв очки. В полете она умудрилась выхватить свой проклятый степлер и со всей силы запустить им в рожу нападающему скелету. Бдыщ! Скелет отшатнулся, и Кратос тут же добил его молнией Зевса. ​— Клетка уходит! Лови её! — заорала Лира, заметив, что подношение богам опять катится вниз. ​Кратос выдал такое рычание, что, казалось, сам Посейдон на дне затрепетал. Спартанец уперся мощными ногами в пол, поймал клетку одной рукой, а второй с помощью клинка пригвоздил последнего легионера к стене. ​— Толкай! — приказал он Лире, тяжело дыша. На его плечах проступил пот — так сильно он не потел даже в битве с Гидрой. Защищать исцеляющую тень и одновременно заниматься логистикой живого груза было адским трудом. ​— Кого, клетку?! Да я её не сдвину! — Лира подбежала, уперлась мокрыми кроссовками в пол и всем весом навалилась на металл рядом с Кратосом. — Слышь, мужик в клетке, не ори, мы тебя... ну, мы пытаемся минимизировать ущерб! Кратос, давай на счет три! Раз, два, три, ПОШЛА-А-А-А! ​С диким совместным криком — басовым спартанским рыком и девичьим визгом на французских матах — они дотолкали чертову клетку до самой вершины и с грохотом загнали её в пазы алтаря. ​ЩЁЛК. Рычаг заблокировался. Солдат внутри затих, понимая, что финал близок. ​Кратос подошел к рычагу поджога. Лира отвернулась, зажав уши руками и крепко зажмурившись. — Я этого не вижу, этого нет в моей медицинской карте, я просто стою рядом... — быстро-быстро забормотала она. ​Раздался грохот пламени, жуткий крик, а затем — тяжелый, благословенный щелчок открывающихся ворот позади алтаря. Путь к Щиту Посейдона был свободен. ​Кратос подошел к тяжело дышащей Лире, которая сидела на полу, уткнувшись носом в рюкзак со Стичем. Он опустил руку ей на плечо — на этот раз удивительно аккуратно. ​— Ты выжила. И помогла дотащить груз. Из тебя выходит паршивый гуманист, Лира, но отличный напарник. Идем за Щитом. ​Лира подняла голову, поправила очки и слабо выдохнула: — Если мы еще раз будем кого-то жарить, я требую, чтобы это был нормальный стейк. Пошли уже за твоим щитом, спартанский многоборец...