Пока без

Сухая кофта, адский пилон и законы физики ​— Так, стоп, — Лира резко остановилась на уступе из черепов, потрогала свою кофту на поясе и облегченно выдохнула. — Ну слава богу! Хоть что-то в этом аду работает правильно. Высохла! Сухая, чистая, даже гарпиями не пахнет. Хоть один плюс в этом прыжке с тарзанки без тарзанки. ​Кратос, который лез на два метра выше, вонзая Клинки Хаоса в стену, хмуро обернулся. — Хватит щупать свои тряпки, Лира. Смотри наверх. ​Лира подняла глаза и чуть не выронила кинжал. Перед ними высилась легендарная, монументальная и абсолютно негуманная Колонна Аида. Огромный вращающийся столб, уходящий в бесконечную высь, который был полностью, снизу доверху, утыкан сотнями острых, как бритва, лезвий и шипов. Они вращались в разные стороны, создавая сплошной смертоносный миксер. ​— О-о-о... Приехали, — Лира судорожно натянула очки на переносицу и вытащила телефон. Математический мозг мгновенно включился в режим суперкомпьютера. — Так, Кратос, слушай сюда. Нижний ярус лезвий смещается по часовой стрелке с угловой скоростью примерно два радиана в секунду. Если мы прыгаем на колонну прямо сейчас, нам нужно лезть строго по спирали, смещаясь влево на тридцать градусов после каждого шага! ​— Спартанцы не ходят по спиралям. Спартанцы идут напролом! — рявкнул Кратос и мощным прыжком сиганул прямо на вращающийся столб, намертво уцепившись руками за костяные пазы между ножами. ​— Да стой ты, танк призрачный! — взвизгнула Лира, так как пятиметровый поводок со звоном натянулся и увлек её следом. ​Ей пришлось прыгать. Благодаря янтарным ягодам Посейдона, которые всё еще давали ей дикую легкость, она уцепилась за колонну чуть ниже Кратоса. Её турецкие кроссовки четко встали на выступы. Лира начала быстро перебирать руками и ногами, высчитывая тайминги лезвий на ходу. ​— Вверх! Теперь влево! Кратос, пригнись, над тобой нож! — орала она. ​И тут случилось то, о чем предупреждала логика: чем выше они поднимались по колонне, приближаясь к миру живых, тем сильнее менялся Кратос. Его полупрозрачное, светящееся призрачное тело начало стремительно тяжелеть, наливаться плотной, настоящей мускулатурой и... возвращать физические свойства. ​СКРЕЖЕТ-Т-Т! ​В один из моментов, когда Кратос уже почти восстановил свою материальную форму, огромное лезвие колонны с размаху полоснуло его по плечу. Но если пять минут назад нож просто прошел бы сквозь прозрачный дух, то теперь сталь с мерзким звуком разрезала живую, вновь обретенную плоть. Из глубокой раны брызнула вполне настоящая, теплая багровая кровь. Спартанец глухо зарычал от боли, его хватка ослабла, и он едва не сорвался вниз. ​— КРАТОС! Ты материализуешься, дурень! Ты снова смертный! — заорала Лира. ​Поводок натянулся, удерживая его вес. Лира, ставшая крепкой как спортивный инструктор, уперлась сухими кроссовками в костяной выступ, подтянулась к нему вплотную и прямо на ходу, балансируя над бездной Аида на одной руке, прижала вторую ладонь к его кровоточащему плечу. ​— Включайся, магия, давай! — взмолилась она. ​Золотисто-зеленый свет вырвался из её пальцев, окутывая материализующееся плечо Кратоса. Боль мгновенно утихла, края раны с шипением стянулись, возвращая спартанцу его невероятную силу. ​— Твой дар... возвращается вместе с моим телом, — прохрипел Кратос, чувствуя, как мышцы снова наливаются стальной мощью. Его глаза хищно блеснули. — Хорошо! Чем ближе к выходу, тем сильнее я буду бить! ​— Ты главное под миксер больше не подставляйся! — тяжело дыша, крикнула Лира, вытирая пот со лба. — Давай, лови ритм! Еще три пролета, и эта чертова колонна закончится! На счет три — прыжок вверх! Раз... два... три! ​С диким криком они преодолели последние метры адского пилона и вылетели на твердую, верхнюю платформу Аида. Кратос уже стоял на ногах, почти полностью вернув себе осязаемую, тяжелую форму, а Лира сидела рядом, поправляя очки и бережно проверяя Стича на рюкзаке. ​— Ну всё, Арес... — Лира злобно посмотрела наверх, где уже виднелся яркий солнечный свет из мира живых. — Мы почти вылезли. Наша сухая кофта и математика официально победили твой загробный мир. Пошли, Кратос, вернем твое тело и устроим этому богу войны тотальный дестрой!