Они ненавидели друг друга с первого курса

Метро пахло железом, мокрыми куртками и чьим-то слишком сладким ванильным парфюмом. Тем самым, от которого через десять минут начинает мутить. Яна сидела у окна, прижав лоб к холодному стеклу, и вяло смотрела, как в чёрном тоннеле мелькают редкие огни. Телефон показывал 7:12. Три часа сна. Просто великолепно. В вагоне кто-то тихо кашлял, у двери спорили двое мужчин, кажется, о футболе или политике, разницы в семь утра всё равно никакой. Напротив сидела девушка в огромном сером шарфе и спала с открытым ртом. Яна отвела взгляд. Ей почему-то стало неловко за неё. Ещё четыре станции. Потом Ксюша с её вечным лицом человека, которого заставили жить. Потом Даша и её бесконечная болтовня. Потом университет. Потом Андрей. Господи… От одной мысли о гражданском праве у неё неприятно свело челюсть. Телефон завибрировал. Ксюша «если ты опять купишь этот мерзкий кофе из автомата я перестану с тобой общаться» Через секунду. 7:13 ✓✓ Даша «она врёт, не перестанет» И ещё одно. «купи мне булку» 7:13 ✓✓ Яна усмехнулась — коротко, почти незаметно. Настолько автоматически, что сама этого не заметила. Пальцы быстро набрали. Яна «Булку тебе, может, ещё с маслом?» 7:14 ✓✓ Даша «ДА» 7:14 ✓✓ Поезд дёрнулся, сбавляя скорость. Название станции медленно проплыло за окном. Яна поднялась с места, поправляя ремень сумки на плече. Волосы лезли в лицо, глаза неприятно жгло от недосыпа. Она выглядела собранной, как всегда, но внутри всё ощущалось ватным и раздражающим. Сентябрь только начался, а она уже устала так, будто семестр длился месяцев восемь. Двери метро разъехались с мерзким писком. И почти сразу всё пошло по одному месту. — Смотри куда прёшь, — лениво бросил до боли знакомый голос. Яна резко остановилась, потому что буквально врезалась плечом в кого-то на выходе. Сначала она увидела светлые волосы и безразмерную толстовку и только потом до мозга дошло. Это была Дарья. Кто ещё может выглядеть так, будто пережил худшее похмелье в мире и всё равно считает себя центром вселенной? Белая рубашка на ней была помята, рукава закатаны кое-как, светлые волосы спутались после ночи, а серо-зелёные глаза оставались неприятно ясными. От неё пахло дорогими духами, сигаретами и клубом и этим странным запахом алкоголя, дыма и чужих тел, который въедается в кожу до самого утра. Рядом стояла Аля, держа в руках стаканчик воды и явно уже устав объяснять Дарье, что мир не обязан вращаться вокруг её драм. — Ты сама посреди прохода стоишь, — сразу отрезала Яна, сдвигая брови. Голос у неё был хриплый после сна. Дарья медленно скользнула по ней взглядом сверху вниз. Демонстративно. — Ой, а что это у нас? "Мисс Идеальная" проснулась не с той ноги? — А ты вообще ложилась? — Холодно отрезала девушка. Аля тихо прикрыла глаза, буквально на секунду, будто внутренне сказала "только не начинайте, пожалуйста, я слишком трезвая для этого". Но было поздно, Дарья коротко усмехнулась и качнулась чуть ближе, не потому что хотела напугать, скорее потому что её всё ещё слегка качало после тяжёлой пьяной ночи в клубе. — Завидуешь? — Усмехнулась Дарья едва стоя на ногах. — Чему именно? Бессмысленно прожигать деньги родителей? — Яна устала потёрла переносицу и медленно выдохнула. — Ну да, конечно. Лучше сидеть ночами с конспектами и дрочить на свой рейтинг в универе. Яна почувствовала, как внутри моментально вспыхнуло раздражение. Быстро. Сухо. Как спичка. Она терпеть не могла, когда кто-то вот так, походя, обесценивал вещи, в которые она вкладывала себя полностью. — По крайней мере я хоть чем-то занимаюсь. — Ой, только не строй из себя святую, — Дарья закатила глаза. — Это уже даже скучно. Мимо них начали обходить люди. Кто-то недовольно цокнул. Где-то вдалеке женщина ругалась на турникет. Обычное утро. Обычный ад. Аля осторожно коснулась локтя Дарьи. — Даш, пойдём уже. — Умоляющий начала девушка поправляя свои волосы. Но та даже не посмотрела на подругу и это было странно, потому что рядом с Алей она обычно становилась мягче, что ли, не такой колючей, не такой показательно мерзкой. А сейчас в ней будто специально включили режим «раздражать Яну до последнего». — У тебя вообще есть кнопка выключения? — устало спросила Яна. Дарья вдруг улыбнулась. Медленно. Растягивая улыбку на все тридцать два удивительно белых зуба. — Есть. Но тебе я её не покажу. На секунду между ними повисла тишина. Яна уже хотела ответить что-нибудь резкое и желательно такое, после чего этот бессмысленный разговор закончится, но вдруг услышала знакомый голос: — О, боже. Они опять. Ксюша стояла чуть дальше у колонны, засунув руки в карманы огромной тёмной куртки. Рядом Даша держала кофе и булочку, которую, судя по лицу, уже успела отстоять в маленькой утренней войне с автоматом. — Я ставлю пять евро, что Яна первая кого-нибудь ударит, — сказала Даша совершенно буднично. — Нет, — сонно ответила Ксюша. — Она сначала прочитает лекцию о морали. — Очень смешно, — процедила Яна, не оборачиваясь. Дарья фыркнула. И почему-то именно это — этот короткий смешок — раздражало сильнее всего. Потому что он звучал живо, не наигранно. Аля наконец мягко, но настойчиво потянула Дарью за рукав. — Всё. Домой. Пока ты не сказала ещё что-нибудь тупое. — Ещё? То есть текущее тебя устраивало? — пробормотала Дарья лениво облокачиваясь на бедную Алю. — На тридцать процентов. — Какая же ты... Она всё же отступила на шаг, но перед тем как уйти, снова посмотрела на Яну очень внимательно. Слишком внимательно для человека, которому подозрительно всё равно. — Не перенапрягись сегодня, отличница. — Раздался мерзкий голос почти возле уха, а затем девушка скрылась вместе с Алей к эскалатору. Яна проводила её взглядом дольше, чем стоило, потом лишь раздражённо выдохнула всё ещё чувствуя Дарьино амбре после бара. — Я надеюсь она споткнётся где-то по дороге. — Мгм, — кивнула Ксюша. — я тож. Даша протянула Яне кофе. — Держи. А то у тебя сейчас глаз дёргаться начнёт. Хотя… вроде уже начал. Утренний воздух снаружи оказался неожиданно холодным, сентябрь только начался, а ветер уже вёл себя так, будто ему срочно нужно напомнить всем о приближающейся осени. По асфальту катались сухие листья, возле ларька с кофе кто-то нервно искал мелочь по карманам, а над городом висело серое небо цвета старых конспектов. Яна шла быстро, будто от быстрого движения её мозг забудет о неприятном инциденте в метро. Ксюша с Дашей переглянулись ещё на светофоре. — Всё, — тихо сказала Даша. — Пошла фаза кипения. — Сейчас будет лекция. — Напомни, а почему лекция нам, а не Дарье? — Добавила Ксюша обращаясь к Даше как можно тише. — Я вас слышу вообще-то. — Раздражённо ответила Яна набирая в лёгкие побольше воздуха. — Фак. — Грустно ещё тише сказала Ксюша. Яна раздражённо поправила сумку на плече. Её до сих пор трясло от этой встречи. Причём не столько из-за самой перепалки, господи, они с Дарьей цеплялись друг к другу с первого курса, сколько из-за того, как именно та это делала. Будто специально искала, куда ткнуть. — Да, я сейчас буду выговаривать вам всё что думаю о ней потому что она, — выдохнула Яна. — Просто невозможная. Буквально человек живёт ради того, чтобы всех бесить. — Ну, не всех, — заметила Даша. — Меня она скорее утомляет. Это как смотреть один и тот же сериал пять сезонов подряд. Сначала весело, потом хочется выключить. — Нет, серьёзно. Вот что у неё в голове вообще?!— Яна уже почти не ждала ответа, она просто выливала всё то, что накопилось. — Ей двадцать один год, она ведёт себя как избалованный подросток, которому ни разу в жизни не сказали «нет». Университет для неё — это вообще что? Декорация между клубами? Ксюша сонно зевнула. — Технически… да. — Ксюша! — А что? Это правда. — Ксюша хмыкнула, допивая зелёный чай в картонном стаканчике и бросая его в мусорную корзину по пути в университет. Яна резко выдохнула через нос. Внутри всё ещё неприятно скребло. Она ненавидела такие ощущения, когда чужие слова застревают где-то под рёбрами и продолжают раздражать даже спустя полчаса. Особенно слова людей, мнение которых не должно иметь значения. Но почему-то имело. — “Дрочить на рейтинг”, серьёзно? — продолжила она коверкая фразу девушки. — Да, конечно, прости меня за то, что я хотя бы пытаюсь чего-то добиться без денег родителей. — Девушка жестикулировала воздуху, будто проводила воспитательную беседу невидимой Дарье. — Ну вот это уже было личное, — хмыкнула Даша, отпивая кофе. — Видишь? Она умеет попадать. Яна ничего не ответила. Потому что да, чёрт возьми, умела. И, наверное, именно поэтому их ссоры всегда выходили такими выматывающими. Дарья не кричала, не устраивала сцен на пол университета. Она просто говорила вещи с этим своим ленивым видом, будто ей абсолютно плевать, а потом фраза крутилась в голове весь день как песня из тиктока, которую ты не хотел запоминать и даже наоборот, абсолютно ненавидел. — Мне вообще кажется, — вдруг сказала Ксюша, — что она тебя специально цепляет. — Конечно специально. — Резко ответила Яна всё ещё сжимая руку на лямке чёрного рюкзака. — Нет, я не про “поругаться”. Я про конкретно тебя. Яна нахмурилась и перевела взгляд на Ксюшу. — Очень лестно. Спасибо. — Да не в этом смысле, господи, — Ксюша поморщилась. — Просто Дарья с остальными ведёт себя иначе. Мерзко. Да. Но иначе... А с тобой у неё прям спортивный интерес какой-то. Даша тихо присвистнула. — Вот сейчас звучало как начало фанфика. — Какой. Нахрен. Фанфик!? — Процедила фразу Яна сквозь зубы. — Нет, подожди, — Даша уже улыбалась еле сдерживая смех. — “Они ненавидели друг друга с первого курса…” — Я клянусь, если ты не замолчишь... — …но всё изменил один дождливый вечер— — Даша! — Ладно-ладно. Но Яна всё равно закатила глаза слишком резко и быстро отвернулась. Потому что где-то внутри совсем глубоко, настолько, что даже неприятно туда смотреть, её кольнуло странное чувство, не мысль даже, просто ощущение, будто подруги случайно ткнула пальцем куда-то не туда.

***

— Ты иногда ведёшь себя как идиотка. — раздражённо начала Аля придерживая дверь такси, чтобы усадить девушку. — Ого. Даже без “доброе утро”? — Дарья сидела на заднем сиденье такси, откинув голову назад. За окном медленно тянулись улицы, утренние люди, остановки, кофейни. Город выглядел помятым, особенно с утра. Прямо как она сама. Аля рядом молчала секунд пять. Это был плохой знак. Потому что если Аля не начинала сразу читать нотации, значит, она действительно злилась. — Я серьёзно, Даш. — Девушка захлопнула дверь такси слишком громко для воспалённого мозга Дарьи рано утром. Дарья лениво повернула голову в её сторону смотря на то, как Аля садиться в такси с другой стороны. Она выглядела слишком собранной для восьми утра: тёмные волосы аккуратно уложены, пальто застёгнуто, на щеке ярко выделялась родинка, а в руках уже едва тёплое кофе. — Ну что опять? — протянула Дарья. — Мы просто перекинулись парой фраз. — Ты её провоцируешь каждый раз. — Аля отвернулась от Дарьи и кивнула таксисту когда тот уточнял нужный адрес. — Она меня тоже бесит. — Дарья отвернулась к окну стараясь избегать этого диалога, но к сожалению они были в машине и бежать было некуда. — Это не ответ. — буркнула Аля хмуро смотря на девушку. Дарья усмехнулась и продолжила смотреть в окно. Стекло было прохладным. Хорошо. Голова после клуба гудела, тушь наверняка размазалась, а внутри сидела эта тупая усталость, которая всегда приходила под утро, не физическая даже. Какая-то липкая. Будто всю ночь смеялась громче, чем хотелось. — Я просто не понимаю тебя иногда, — тихо сказала Аля. — Серьёзно. Зачем ты постоянно лезешь к ней? — Она первая начала сегодня. — Дарья повернулась на девушку. Аля посмотрела на неё тем самым взглядом, материнским, разочарованным, очень утомлённым. — Ты стояла посреди выхода и решила прокомментировать её появление ещё до того, как она рот открыла. — Ну потому что у неё лицо было такое… — Какое? — Перебила Аля всматриваясь в серо-зелёные глаза. Дарья замолчала на секунду. Перед глазами почему-то всплыло лицо Яны — сонное, раздражённое, с чуть растрёпанными тёмными волосами и этим выражением человека, который держится исключительно на кофеине и силе ненависти. И почему-то захотелось рассмеяться. — Не знаю, — фыркнула Дарья. Аля не оценила. — Это уже не смешно. — А я и не шучу. — Даш. — Аля поняла что диалог зашёл в тупик и та устало прикрыла глаза. — Да что ты хочешь от меня.. — Дарья посмотрела в циферблат на телефоне. и продолжила — В семь сорок утра, Аля. В машине стало тихо. Только поворотники щёлкали где-то впереди. Аля смотрела на неё долго. Совсем не строго даже, а скорее с этим странным сожалением, которое Дарья терпеть не могла видеть у близких людей. — Я хочу понять, почему рядом с ней ты начинаешь вести себя как идиотка. Дарья коротко усмехнулась. Но как-то без настроения. — Я просто не выношу её, она слишком низкого мнения обо мне. — А тебе не всё равно? Отстань от бедой девочки, она скорее всего днями и ночами сидит над конспектами, а не по клубам шляется. Ответ появился слишком быстро. — Ты разговариваешь, как моя мать. — Устало вздохнула Дарья прикрывая глаза. После этого Аля сразу поняла, что нет смысла сейчас объяснять Дарье, потому-что после клубов девушка была до жути упрямой.

***

Дарье нужно было зайти в родительский дом, перед тем как пойти к себе домой, и её это не радовало ни чуть. Ключ в замке провернулся только со второго раза. Дарья тихо выругалась себе под нос и, сбросив кроссовки прямо в прихожей, медленно прошла внутрь дома. Голова всё ещё неприятно ныла после клуба, а свет в коридоре оказался слишком ярким, таким стерильно белым, будто в частной клинике, а не "дома". Хотя… иногда их дом и ощущался как клиника. Дорогая и холодная, с идеально ровными стенами и людьми, которые разговаривают друг с другом так, будто подписывают договор. Из кухни доносились родные голоса. Чёрт. Дарья прикрыла глаза на секунду. Только не сейчас. — Наконец-то появилась, — сухо произнёс отец, даже не поздоровавшись. Она зашла на кухню медленно, уже заранее чувствуя, как внутри поднимается знакомое раздражение. Мать сидела за столом с чашкой кофе и планшетом, неестественно прямая, как всегда после работы. Отец стоял у окна в рубашке с закатанными рукавами и листал что-то в телефоне. Никто не выглядел рад её видеть. Сюрприз. — Доброе утро, семья, — протянула Дарья и открыла холодильник. — Какие у нас сегодня претензии по расписанию? — Ты серьёзно сейчас? — резко спросила мать. Дарья достала бутылку воды и пожала плечами. — Ну обычно вы начинаете либо с “ты опять пила”, либо с “ты позоришь фамилию”. Я просто пытаюсь понять, какая у нас сегодня серия? Отец раздражённо бросил телефон на стол. — Вот именно поэтому с тобой невозможно разговаривать. — А вы всё ещё пытаетесь? Мать шумно поставила чашку. — Дарья, тебе двадцать один год. Ты учишься в университете, за который мы платим огромные деньги, а твои оценки выглядят так, будто ты там появляешься исключительно ради флирта и баров. — Ну почему исключительно? Иногда я ещё ем в столовой. — Господи, — выдохнула мать не понимая, как нужно ещё разговаривать со своим чадом. Отец смотрел на неё тяжёлым взглядом. Тем самым, который у него появлялся на деловых встречах перед тем, как кого-то уничтожить финансово. — Ты думаешь, это смешно? Дарья отпила воду. На самом деле — нет. Уже давно нет. Но если начать воспринимать их разговоры всерьёз, можно было случайно признать, что это её задевает. А этого ей не хотелось. — Я просто не понимаю трагедии. Я закрою хвосты. — Дарья лениво посмотрела на своих родителей и плюхнулась на стул отводя взгляд к окну. — Когда? — резко перебил отец. — Под конец года? Через постель с преподавателями? Или снова попросишь кого-нибудь сделать за тебя половину работы? — Не перегибай! — Это ты перегнула, Дарья! — Крикнул отец. Тишина ударила по кухне быстро и неприятно, даже холодильник гудел как-то громче обычного, а мать устало потёрла переносицу. — Мы дали тебе всё. Абсолютно всё. А ты ведёшь себя так, будто единственная твоя цель — спустить жизнь в унитаз под техно в три утра. Дарья нервно усмехнулась. — Красиво сказано. — Хватит. — Голос отца стал жёстче. — Если к концу месяца твоя успеваемость не изменится, мы заблокируем твою карту полностью. Она замерла. Совсем ненадолго. Буквально на секунду, но этого хватило чтобы отец заметил. — И да, — спокойно продолжил он, — никакой оплаты квартиры, поездок, клубов и прочего цирка тоже больше не будет. Хочешь жить как взрослая, попробуй хотя бы раз стать взрослой. Дарья медленно поставила бутылку обратно на стол. — Вы сейчас серьёзно? — Более чем. — Подала голос мать уходя из кухни. Внутри неприятно кольнуло. Не страх даже. Скорее… злость вперемешку с чем-то более мерзким. Потому что впервые за долгое время ей показалось, что они не блефуют. — И ещё, — добавил отец. — Я уже разговаривал с директором. Дарья нахмурилась. — Зачем? — Потому что кто-то должен наконец заставить тебя учиться. Мы договорились приставить к тебе человека, который будет помогать с учёбой и контролировать процесс. Несколько секунд стояла тишина, потом Дарья рассмеялась в голос. — Вы мне няньку нашли? — Наставника. — Отец откусил яблоко и поправил очки. — Господи, это ещё хуже. — Дарья упёрлась в свои ладони переваривая фразы отца в голове. — Можешь издеваться сколько угодно, — холодно сказал отец. — Но либо ты начинаешь нормально учиться, либо остаёшься без денег. Выбирай сама. Дарья смотрела на них и чувствовала только одно: чудовищную усталость, не обиду, не желание оправдаться, просто желание уйти в комнату и закрыть дверь, потому что спорить с людьми, которые уже всё решили за тебя, — занятие примерно настолько же полезное, как объяснять коту налоговую систему.

***

К последней паре Яна уже хотела умереть или хотя бы лечь лицом в парту минут на сорок. День тянулся бесконечно: конспекты, душные аудитории, первокурсники, которые толпились в коридорах как потерянные NPC, и преподаватели, внезапно решившие, что первая неделя семестра — отличное время для контрольных вопросов. Ксюша большую часть лекции спала, спрятав лицо в рукаве свитера. Даша рисовала в тетради какую-то собаку в мантии судьи. А Яна всё ещё периодически возвращалась мыслями к утренней встрече. — Нет, я всё-таки не понимаю, как можно быть настолько раздражающим человеком, — тихо сказала она, пока они сидели перед последней парой. — Вот реально. Это талант. — Ты сегодня уже раз двадцать про неё говорила, — заметила Даша. — Потому что она меня бесит. — Да мы поняли. — почти в голос сказали девушки. — Нет, вы не понимаете. Она буквально существует мне назло. Ксюша, не открывая глаз, пробормотала: — Возможно, ты для неё тоже. — Очень смешно. — Яна уткнулась в конспект перед лицом. — Я серьёзно, просто, вдруг это какой-то кармический этап в твой жизни. Яна хотела ответить, но дверь аудитории открылась и, словно вселенная решила окончательно испортить ей день, внутрь вошла Дарья. В аудитории сразу стало чуть шумнее. Кто-то тихо поздоровался, кто-то усмехнулся. Дарья выглядела так, будто вообще не спала: чёрная кофта, небрежно собранные волосы, телефон в руке и абсолютно равнодушное выражение лица. Только под глазами залегли тёмные тени. Она мельком посмотрела на Яну. Яна на неё. И сразу отвернулась. Нет. Даже смотреть не хочу. Дарья села на последний ряд и закинула ноги чуть вперёд, будто находилась не на паре, а в кинотеатре. — О, смотри, явление Христа народу, — шепнула Даша. Яна пнула её под столом. Пара тянулась мучительно долго. Профессор что-то рассказывал про процессуальные нормы, мел скрипел по доске, за окном медленно серело небо. А потом, когда занятие наконец закончилось и студенты начали шумно собираться, по громкоговорителю раздался голос секретаря: — Студентка Яна Воронцова, подойдите в кабинет ректора. Повторяю: Яна Воронцова, кабинет ректора. Даша присвистнула. — О-о-о. Ты кого убила? — Пока что не успела. Но внутри у Яны всё равно неприятно сжалось, она не любила, когда её вызывали без причины, особенно к директору. Кабинет встретил её запахом кофе и бумаги. Директор сидел за столом, листая какие-то документы. Рядом лежала папка с логотипом университета. — Присаживайся, Воронцова. У неё сразу появилось плохое предчувствие. И, как оказалось, не зря. — Ты одна из лучших студенток университета, — начал директор спокойно. — Ответственная, дисциплинированная, с отличной успеваемостью. — услышав ректора Яна молча кивнула, пока пальцы под столом нервно теребили край белой рубашки. — Поэтому мы хотим поручить тебе… помощь одному студенту. Нет. Почему-то эта мысль возникла раньше, чем он договорил. — Дарье Морозовой. Вот теперь точно. Нет. — Простите… что? — Её успеваемость вызывает серьёзные вопросы. Нужен человек, который сможет её подтянуть. — Почему я? — Потому что ты справишься. — Нет, не справлюсь. — Она пыталась упираться, но ректор был серьёзным и страшным человеком. Он тяжело вздохнул. — Яна, университет готов пойти тебе навстречу в некоторых вопросах... — Мне не нужна “навстречу”. Мне нужна нормальная жизнь без Дарьи Морозовой. Вы просто не понимаете что.. — Не перебивай. Она сжала челюсть. В кабинете стало тихо. А потом директор произнёс уже совсем другим тоном, тем самым, которым тебе обычно говорят, когда ты очень сильно влип — Твоя стипендия полностью зависит от университета. Думаю, ты это понимаешь что это означает. У Яны внутри всё похолодело, а в лёгких словно не осталось воздуха. — Что… вы имеете в виду? Он аккуратно сложил руки в замок. — Либо ты помогаешь Дарье с учёбой до конца семестра, либо университет пересматривает вопрос твоей финансовой поддержки. Мир будто резко стал тише. Где-то за окном кто-то смеялся. В коридоре хлопнула дверь. Жизнь продолжалась как обычно. Только у Яны в этот момент всё провалилось куда-то вниз. Стипендия. Оплата квартиры. Еда. Проезд. Учебники. Вся её жизнь буквально держалась на этих деньгах. Она смотрела на директора и чувствовала, как к горлу подступает злость. Чистая. Горячая. Почти унизительная. — Это шантаж. — Это всего лишь предложение. — Предложение - это тогда, когда человек может отказаться, а не стоять на распутье... — Так ты согласна? — Перебил её ректор и устало снял очки. Яна молчала долго. Так долго, что у неё начали дрожать пальцы, потом тихо выдохнула. — …да. И в этот момент ей, кажется, впервые за весь день захотелось кого-нибудь придушить. Скорее всего — Дарью. Яна вышла из кабинета так резко, что стул за её спиной слегка скрипнул по полу. Ей казалось, если она останется там ещё хотя бы на минуту — скажет что-нибудь такое, после чего её действительно отчислят. Или посадят. Возможно, сразу по двум статьям. В коридоре было душно. Слишком ярко горели лампы. Кто-то из младших курсов смеялся возле автомата с кофе, у окна стояли две девушки с папками, а у Яны внутри всё гудело от злости так сильно, что звуки вокруг ощущались приглушёнными. Либо ты подтягиваешь Дарью, либо лишаешься стипендии. Прекрасно. Просто, блять, великолепно. Она стиснула челюсть и пошла к выходу из крыла администрации, но не успела даже коснуться ручки двери, потому что дверь открылась сама. И в проёме появилась Дарья. — О. — Дарья замерла буквально на секунду, заметив выражение лица Яны. Потом медленно приподняла бровь. — Выглядишь так, будто тебе сообщили о конце света. Яна ничего не ответила. Она смотрела на неё и чувствовала, как внутри поднимается новая волна раздражения — уже почти физическая. Потому что вот она, причина. Главная проблема последних часов стоит напротив с растрёпанными светлыми волосами и телефоном в руке, даже не подозревая, что только что превратила её жизнь в какой-то дешёвый ситком про “отличницу и проблему курса”. Дарья нахмурилась чуть сильнее. — Чего ты.. — Тебя директор ждёт, — резко перебила Яна. Голос прозвучал холоднее, чем она ожидала. Дарья медленно скользнула по ней взглядом. Не насмешливо даже — скорее пытаясь понять, что именно произошло за этой дверью. И это почему-то раздражало сильнее обычного. — Ладно?.. — протянула она. Яна отступила в сторону, пропуская её. На секунду между ними оказалось слишком мало расстояния. Яна уловила знакомый запах духов — уже слабее, чем утром, вперемешку с мятной жвачкой и сигаретным дымом, въевшимся в ткань кофты. Дарья чуть наклонила голову. — Ты и в правду выглядишь так, будто готова меня убить. Не помогай мне с идеями. Но вслух Яна только коротко бросила: — Иди уже, Морозова. Дарья ещё секунду смотрела на неё. Потом фыркнула себе под нос и зашла в кабинет директора и дверь закрылась. Она осталась стоять в коридоре и только сейчас поняла, что у неё дрожат руки. Девушка резко выдохнула и опустилась на подоконник возле кабинета, уставившись в пол. Люди проходили мимо, кто-то здоровался, где-то звенел телефон, но всё это ощущалось как фон. В голове крутилась только одна мысль: Я не выдержу. Она буквально не понимала, как сможет находиться рядом с Дарьей добровольно. Регулярно. Помогать ей. Объяснять материал. Смотреть, как та закатывает глаза, язвит, опаздывает, забивает. И при этом ещё сохранять нормальную психику. Стипендия. Чёртова стипендия. Яна закрыла лицо ладонями. На мгновение ей снова стало девятнадцать — тот месяц, когда она считала мелочь на еду и делала вид перед матерью по телефону, что “всё нормально, не переживай”. Она слишком хорошо помнила, что такое жить без денег. Без подушки безопасности. Без возможности “попросить родителей помочь”. У неё не было запасного варианта. Поэтому выбора тоже не было. От этого становилось почти тошно.

***

— …простите, что? Дарья смотрела на ректора так, будто ожидала, что сейчас он рассмеётся и скажет, что это социальный эксперимент, но ректор не смеялся. Он спокойно перелистывал бумаги. — Яна Воронцова будет помогать тебе с учёбой. Несколько секунд стояла абсолютная тишина. Потом Дарья нервно фыркнула себе под нос. — Вы издеваетесь. — Нет. — Нет, серьёзно. Это шутка? Потому что если да — очень несмешная. — Это решение университета и твоих родителей. Вот теперь внутри действительно неприятно кольнуло. Дарья откинулась на спинку стула и прикрыла глаза. Из всех людей. Из всего чёртового университета. Они выбрали Яну. Яну, которая смотрела на неё так, будто Дарья лично разрушила ей жизнь. Яну, которая вечно была правильной, собранной и раздражающе идеальной. Яну, рядом с которой Дарье почему-то постоянно хотелось либо спорить, либо специально доводить её до белого каления. — Это катастрофа, — пробормотала она и закрыла лицо ладонями. — Это твой шанс нормально закончить семестр. — Нет, вы не понимаете. Мы с ней друг друга терпеть не можем и... — Тогда придётся научиться. — Ректор перевернул страничку журнала успеваемости и поднял глаза. Дарья тихо рассмеялась и покачала головой. Если бы ей вчера ночью кто-то сказал, что через сутки университет буквально приставит к ней Яну как академического надзирателя, она бы решила, что человек перепил. — И что, она правда на это согласилась? — вдруг спросила Дарья. Директор сделал долгую паузу и Дарье это сразу не понравилось. — Университет смог её убедить. Что-то в этой фразе царапнуло, потому что Яна не выглядела человеком, который добровольно подписался бы проводить время с Дарьей. Скорее человеком, которого в этот момент насильно отправляют в ад. Дарья вспомнила её лицо в коридоре, напряжённое и злое до дрожи, и почему-то стало… странно. Не стыдно. Нет. До этого она ещё не доросла, но где-то под привычным раздражением появилось другое чувство. Очень неприятное. Будто она случайно стала причиной чего-то, чего не понимает до конца. Она терпеть не могла такие ощущения. Поэтому почти сразу спряталась за привычной усмешкой. — Ну, — медленно протянула Дарья, поднимаясь со стула, — надеюсь, у Воронцовой крепкая психика. Директор только устало вздохнул, а когда Дарья вышла из кабинета и увидела Яну на подоконнике — с опущенной головой и побелевшими пальцами, вцепившимися в рукава кофты, — внутри снова неприятно кольнуло. Яна подняла взгляд, в её глазах было столько плохо скрываемой злости, что Дарье впервые за долгое время стало не по себе по-настоящему, будто она случайно задела оголённый провод и только сейчас поняла, что ток всё-таки бьёт. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга через коридор. Яна первой отвела взгляд. Резко поднялась с подоконника и уже собиралась пройти мимо Дарьи, когда в конце коридора показалась знакомая фигура в длинном тёмном пальто. Профессор Ламара держала в руках папки и стаканчик зелёного чая — конечно же зелёного, Яна вообще ни разу не видела её с кофе — и о чём-то негромко разговаривала с двумя студентами. Как всегда спокойная, без этого преподавательского пафоса, от которого половина кафедры выглядела лет на десять старше. — О, Яна? — Ламара сразу заметила её. — Ты чего тут сидишь с таким лицом, будто гражданское право наконец запретили? Обычно Яна бы даже улыбнулась. Но сейчас сил хватило только на короткий выдох. — Можно вас на минуту? Дарья молча наблюдала, как Яна почти моментально переключается и собирается. Прячет эмоции куда-то глубоко под кожу, будто пару секунд назад не выглядела человеком на грани нервного срыва. Яна подошла к Ламаре чуть ближе. — Я хотела спросить… можно ли иногда использовать ваш лекционный кабинет после пар? Для дополнительных занятий. Ламара слегка удивлённо приподняла брови. — Дополнительных? Яна на секунду замялась. Дарья заметила это сразу. Совсем короткая пауза. Почти незаметная. Но она была. — Мне нужно будет подтягивать одного человека по программе, — сухо объяснила Яна. — А в библиотеке постоянно шумно. — А-а, вот оно что. — Ламара сделала глоток чая и перевела взгляд на Дарью, стоящую чуть поодаль, потом снова на Яну и, кажется, поняла примерно всё. Не детали, но атмосферу точно. — Ну… если вы не будете устраивать там подпольные бои без правил, то конечно можно, — сказала она уже мягче. — Только предупреждай заранее, чтобы кабинет не оказался закрыт. — Спасибо. — коротко выдохнула девушка кивая в ответ. — И Яна? Та подняла взгляд. — Постарайся хотя бы иногда спать. Это прозвучало так спокойно и по-человечески, что у Яны внутри вдруг что-то неприятно дрогнуло. Потому что за весь день это был первый человек, который не требовал от неё решений, результатов или терпения. Ламара слегка коснулась её плеча папкой — почти дружески — и ушла дальше по коридору. Повисла тишина. Дарья мгновенно поняла: это идеальный момент свалить, потому что лицо Яны прямо сейчас говорило только одно — ещё немного, и кто-то точно умрёт. Скорее всего она. — Ну… — протянула Дарья, медленно отступая к лестнице. — Увидимся, отличница. — К сожалению. — Яна даже не посмотрела на неё. Дарья фыркнула себе под нос и быстро направилась к выходу из университета, пока её не заставили обсуждать расписание их будущего “академического рабства”. На улице воздух оказался прохладнее, чем утром. Солнце уже медленно клонилось вниз, окрашивая окна университета в тусклое золото. Студенты толпились у входа, кто-то курил, кто-то спорил о расписании, а Дарья стояла на ступеньках и чувствовала только одно, ей срочно нужно выпить. Не потому что весело. Скорее наоборот. Она достала телефон из кармана и несколько секунд смотрела в экран. Потом открыла чат с Лерой. Лера была… удобной. С ней не нужно было строить из себя кого-то конкретного. Они познакомились случайно пару месяцев назад в баре — Дарья тогда перепутала их куртки, а Лера вместо скандала рассмеялась и предложила ей сигарету. Как-то так и начали иногда пересекаться. И, наверное, Дарье нравилось, что Лера никогда не пыталась её “исправить”. В отличие от всех остальных. Пальцы быстро застучали по экрану. Дарья ты сегодня свободна? 17:30 ✓ у меня ощущение что я пережила худший понедельник в своей жизни 17:30 ✓ пошли в бар вечером 17:30 ✓ мне нужен алкоголь и человек который не будет читать мне лекции 17:30 ✓ Сообщения улетали один за одним. Дарья сунула телефон обратно в карман и медленно выдохнула, глядя куда-то мимо дороги. Перед глазами снова всплыло лицо Яны в коридоре. Уставшее. Злое. С этим взглядом, будто её заставили тащить на себе что-то неподъёмное. И почему-то впервые за всё время Дарье пришла мысль. Она ведь реально меня ненавидит. Не как раньше - в формате взаимных подколов и раздражения. По-настоящему. Глубоко. От этой мысли внутри стало как-то… пусто. Непривычно пусто.

***

У главного входа в университет уже начинало пустеть. Сентябрьский вечер медленно оседал на город — небо стало бледно-синим с серыми разводами, асфальт ещё хранил дневное тепло, а возле ступенек курили студенты, обсуждая преподавателей так, будто те были персонажами реалити-шоу. Даша сидела на низком бетонном ограждении возле клумбы и лениво листала что-то в телефоне. Увидев Яну, она сразу подняла голову. И почти мгновенно убрала телефон. Потому что лицо у Яны было… ещё хуже чем утром. Как у человека, которого долго держали под водой и только сейчас отпустили — а он ещё не понял, можно ли дышать. — Эй, — Даша быстро встала. — Что случилось? Яна молчала секунд пять. Потом нервно усмехнулась. Совсем без радости. — Ты сейчас охренеешь. — Так. Мне уже не нравится начало. Они медленно пошли вниз по улице, в сторону остановки. Люди обгоняли их, машины шумели где-то рядом, ветер таскал по тротуару чеки и сухие листья. Яна долго не начинала говорить. Даша не торопила. Она слишком хорошо её знала. Если Яна молчит — значит внутри уже штормит так, что любое слово может стать последним толчком. — Директор хочет, чтобы я подтягивала Дарью по учёбе, — наконец выдавила Яна. Даша сначала просто моргнула. Потом остановилась посреди тротуара. — Чего. — Она повернулась на Яну и встала, как вкопанная по среди тротуара — Именно это я ему и сказала. — Нет, подожди… в смысле “подтягивала”? Типа репетитор? Наставник? — Да. — Яна коротко кивнула. — Они там все ебанулись? Яна резко выдохнула и провела ладонью по лицу и они продолжили идти. — Я отказалась сначала. — И правильно сделала. — А потом он сказал, что иначе меня лишат стипендии. Тишина. Даже улица будто резко стала дальше. Даша медленно снова повернулась к ней. — Что?! Яна смотрела куда-то вперёд. Не на неё. — Либо я занимаюсь с Дарьей до конца семестра, либо университет “пересматривает вопрос моей финансовой поддержки”. Последние слова она произнесла с таким ледяным раздражением, будто до сих пор не могла поверить, что это реально прозвучало вслух. Даша несколько секунд просто переваривала услышанное. А потом её лицо резко изменилось. — Нет. Нет, это уже пиздец какой-то. — Угу. — Это вообще законно? — Мы на юрфаке, Даш. Люди тут законностью подтираются чаще, чем туалетной бумагой. Даша нервно рассмеялась, но почти сразу снова стала серьёзной. Она смотрела на Яну внимательно — не оценивающе, не с жалостью. Скорее пытаясь понять, насколько сильно та сейчас держится исключительно на упрямстве. И ответ ей не понравился. Яна выглядела вымотанной. Морально вымотанной. Будто за день из неё медленно вытянули все силы, а сверху ещё сказали: “ну давай, улыбайся нормально.” — Ян… — Я не понимаю, за что мне это вообще, — вдруг тихо сказала Яна на грани дрожащего голоса. — Серьёзно. Я просто хотела спокойно учиться. Всё. Я пашу как ненормальная ради этой чёртовой стипендии, я нормально учусь, не создаю проблем, не прогуливаю, а в итоге меня буквально заставляют нянчиться с человеком, который ненавидит всё, что для меня важно. Голос всё же начал дрожать ближе к концу фразы, и Яна тут же зло прикусила язык, будто разозлилась на саму себя за это. Даша заметила. — Эй. Эй, смотри на меня. Яна нехотя подняла взгляд. — Ты сейчас имеешь полное право злиться. — Я не просто злюсь, Даш. Я… господи, я её терпеть не могу. Она издевается над всем этим. Над учёбой, над людьми, над собой даже. Ей плевать вообще на всё. — Не на всё. — Да брось. — Я серьёзно. Они снова медленно пошли вперёд. Даша сунула руки в карманы куртки и нахмурилась. — Дарья выглядит как человек, которому плевать на всё. Это не совсем одно и то же. — О боже, только не начинай психологический анализ. — А что? Я смотрю тру-крайм. — Это не делает тебя психотерапевтом. — Зато делает меня женщиной с наблюдательностью. Яна всё-таки фыркнула, почти незаметно. Но Даша сразу это уловила и мысленно выдохнула. Потому что последние десять минут Яна выглядела так, будто ещё немного - и она просто сядет прямо на асфальт от перегруза. — Я просто боюсь, что сорвусь на неё, — призналась Яна уже тише. — Реально. Потому что если она начнёт вести себя как обычно… — Она начнёт. — Спасибо за поддержку. — Я честная. Несколько секунд они шли молча. Потом Даша вдруг осторожно толкнула её плечом. — Слушай. Ты не обязана тащить её эмоционально. Только учёбу. Всё. — Ты так говоришь, будто это легко. — Нет. Я говорю так, будто знаю тебя. Яна нахмурилась, а Даша продолжила уже спокойнее: — Ты всегда пытаешься взять на себя слишком много. Если человек рядом с тобой разваливается - ты автоматически начинаешь чувствовать ответственность. Даже если этот человек тебя бесит. — Неправда. — Яна, ты в прошлом году притащила домой раненого голубя и плакала, когда ветеринар сказал, что у него “сомнительные шансы”. — Это другое. — Это буквально та же самая проблема. — Яна закатила глаза, но теперь хотя бы выглядела живой. Даша поймала себя на мысли, что готова сейчас лично придушить директора за то, как сильно тот её выжал за один разговор. Когда они дошли до дома Яны, уже начинало темнеть. Свет в окнах зажигался один за другим, где-то во дворе лаяла маленькая собака, а воздух пах мокрым бетоном и чьим-то ужином. Даша остановилась у подъезда. — Ты точно нормально дойдёшь? — Тут три метра. — Не умничай. Яна устало улыбнулась уголком губ. И вот эта крошечная улыбка выглядела почему-то почти болезненно. Будто человек вспомнил, как это вообще делается. — Спасибо, что дождалась меня. — Ну а как иначе? — Даша вдруг шагнула ближе и коротко обняла её. Быстро, без лишних слов. Но очень крепко. Яна сначала замерла, а потом всё-таки уткнулась лбом ей в плечо на пару секунд. Совсем на чуть-чуть, будто позволила себе перестать держаться хотя бы на мгновение.

***

Лера ответила почти сразу. Лера это звучит как серьёзная причина напиться 17:32 ✓✓ в восемь? 17:32 ✓✓ и если ты опять выберешь бар с отвратительными коктейлями я уйду 17:32 ✓✓ Дарья тогда впервые за день нормально усмехнулась. К восьми вечера город уже окончательно потемнел. Бар встретил их тёплым жёлтым светом, музыкой где-то на фоне и запахом алкоголя, цитруса и дерева. Не клуб — слава богу. Здесь хотя бы можно было разговаривать, не пытаясь перекричать басы. Лера сидела за стойкой в тёмной рубашке с закатанными рукавами и лениво крутила в руках меню. — О, вот и ты, — протянула она, увидев Дарью. — Ты выглядишь так, будто готова устроить государственный переворот. — Не исключено. — Дарья плюхнулась рядом и сразу махнула бармену. — Два коктейля. Что-нибудь крепкое. — Это вместо “привет”? — Привет. Мне плохо. — Уже лучше. Первый коктейль Дарья выпила слишком быстро. Потом второй — чуть медленнее. А потом началось. — Нет, ты просто не понимаешь масштаб трагедии, — простонала она, уронив голову на ладонь. — Из всех людей. Из всего университета. Они выбрали именно её. Лера сдержанно улыбнулась. — Ты говоришь это уже минут двадцать. — Потому что это ужасно. — А она настолько плоха? Дарья подняла на неё взгляд. — Лера. Она смотрит на меня так, будто я личное оскорбление её системы ценностей. — Может, так и есть. — Очень смешно. Лера тихо рассмеялась и сделала глоток коктейля. — Ну а ты? Ты ведь тоже постоянно её цепляешь. — Потому что она бесится забавно. — Даш. — Что? — Ты сейчас говоришь как ребёнок, который дёргает девочку за косички. Дарья чуть не подавилась напитком. — Фу. Никогда больше так не говори. — Значит попала. — Нет. — Ну да, ну да. Дарья закатила глаза и откинулась на спинку стула. Музыка мягко гудела где-то над головой. Люди смеялись за соседними столиками, бармен полировал стаканы, а за окном медленно моросил дождь. И почему-то именно сейчас весь день вдруг навалился целиком. Родители. Угроза заблокировать карты. Ректор. Яна. Яна с её взглядом в коридоре. Дарья раздражённо застонала и закрыла лицо руками. — Я не хочу с ней заниматься. — А учиться? — Тоже. — Это уже больше на тебя похоже. Несколько секунд Лера просто молчала, наблюдая за ней. Потом спокойно спросила. — А что тебя бесит больше? Что тебя заставляют учиться или что рядом будет именно она? Дарья открыла рот. И не ответила сразу. Это ей не понравилось. Поэтому она тут же схватила коктейль и пробормотала. — Ой всё. Не начинай свои психологические штучки. Лера усмехнулась. — Как скажешь. После третьего коктейля Дарья заметно расслабилась. Плечи опустились, голос стал ленивее, а взгляд начал привычно скользить по залу. Вот теперь она снова становилась собой. Ну. Почти. — Так, — протянула она, подперев щёку рукой. — Ладно. Где тут красивые люди и сомнительные решения? Лера тяжело вздохнула. — Господи, началось. — Что? Я переживаю стресс. — Ты ужасно флиртуешь. — Будто ты лучше. — Стрелочница. Дарья уже почти не слушала. За дальним столиком сидела компания незнакомцев. Кто-то смеялся слишком громко, кто-то курил электронку прямо у окна, парень в чёрной рубашке поймал её взгляд и улыбнулся. Автоматически, как это всегда и происходило. Дарья медленно улыбнулась в ответ. Лера проследила за её взглядом и покачала головой. — Ты неисправима. — Зато стабильна. Но улыбка у Дарьи всё равно получилась какой-то… пустоватой. И Лера это заметила, но решила ничего не говорить. Парень всё-таки подошёл. Дарья заметила это ещё до того, как он оказался рядом со стойкой — слишком уверенная походка, эта типичная полуулыбка человека, который уже заранее считает разговор удачным. На нём была чёрная рубашка с расстёгнутым воротом и часы, которые явно стоили больше, чем месячная аренда Яниной квартиры. Ну конечно. — Девушки, не помешаю? — спросил он, опираясь локтем на стойку. Лера уже заранее прикрыла глаза. Дарья лениво крутила трубочку в коктейле. — Смотря насколько ты разговорчивый. Он усмехнулся, явно решив, что это флирт. — Я Егор. — Сочувствую. Лера тихо прыснула в стакан. Парень на секунду завис, но быстро вернул улыбку обратно. Тренированный. — А тебя как зовут? Дарья подняла взгляд. Медленно. Без особого интереса. — А это принципиально? — Ну я хотя бы пытаюсь познакомиться. — Да, я заметила. Она скользнула взглядом мимо него — туда, к столику, откуда он пришёл. Там сидела девушка. Тёмные волосы, кольца на пальцах, белая рубашка oversize и усталый вид человека, которого притащили в бар после работы против его воли. Она лениво листала что-то в телефоне и даже не смотрела в их сторону. Дарья чуть прищурилась, а потом снова перевела взгляд на парня. — Если честно, я заинтересована не в тебе. Он моргнул. — В смысле? — В твоей спутнице. Повисла пауза, очень короткая, но этого хватило, чтобы выражение его лица неприятно дёрнулось. — А-а, — протянул он уже совсем другим тоном, пока Дарья спокойно отпивала коктейль. — Ага. Лера мысленно приготовилась к худшему. Парень натянуто усмехнулся. — Ну… удачи тогда. Но по голосу сразу было понятно — задело, при чём заметно сильно. Он пробормотал что-то себе под нос, явно не слишком лестное, и ушёл обратно к столику. Дарья даже не проводила его взглядом. — Ты не умеешь отшивать людей нормально? — спросила Лера. — А что не так? Я была честной. — Ты была угрозой его самооценке. — Это уже не моя проблема. Лера покачала головой, но всё-таки улыбнулась. Её давно перестало удивлять такое поведение Дарьи. Та могла флиртовать с кем угодно, исчезать из баров под утро с незнакомцами, а потом через десять минут вести абсолютно нормальный разговор про сериалы или университет, будто ничего не произошло. Иногда Лере казалось, что Дарья специально живёт так шумно, лишь бы не оставаться наедине с собственной головой. — Кстати, — сказала Лера, меняя тему, — Аля тебя ещё не убила за сегодняшнее? — Она пыталась. — Морально? — Очень профессионально морально. — Люблю её. Дарья фыркнула и потянулась за телефоном, который завибрировал по столешнице. Неизвестный номер, это заставило её нахмуриться. — О-о, — тут же протянула Лера. — Тайный поклонник? — Скорее коллекторы. Дарья открыла сообщение и уже через секунду прикрыла глаза рукой. — Нет. Хуже. — Что там? Дарья медленно повернула экран к Лере. Неизвестный номер Это Яна. Завтра после пар у нас дополнительное занятие. Кабинет Ламары, 17:20. И пожалуйста, хотя бы один раз не опаздывай. 21:45 ✓✓ Лера замолчала на секунду. Потом очень медленно подняла взгляд на Дарью. И рассмеялась, прямо в голос. — Нет, подожди… она реально написала “пожалуйста, хотя бы один раз не опаздывай”? — Я её ненавижу. — Боже, это великолепно. — Лера. — Нет, серьёзно. Это звучит как начало очень странной судебной драмы. Дарья уронила голову на стойку. — Почему она пишет так, будто уже устала от меня? Мы ещё даже не начали. — Потому что ты её уже достала. — Даже ты на её стороне. — Я на стороне комедии. Но, несмотря на смех, Лера всё равно заметила, как Дарья несколько секунд продолжала смотреть на сообщение. Дольше, чем было нужно, будто пыталась представить Яну в этот момент. Сидящую где-нибудь за столом с идеально разложенными конспектами и выражением человека, которого жизнь предала лично.

***

Квартира встретила Яну привычной тишиной. Она скинула кроссовки у двери, машинально включила свет на кухне и почти сразу поставила чайник. Всё настолько автоматически, будто тело давно выучило этот маршрут без участия мозга. Хотя мозг сейчас всё равно был занят только одной вещью. Дарьей. Чёрт бы её побрал. Яна устало села за стол и открыла ноутбук. Рядом легли конспекты, кодексы, тетради с закладками — весь её привычный маленький мир, где всё обычно было логично и структурировано. Но не сегодня, текст просто расплывался перед глазами. Она читала страницу по уголовному процессу уже минут семь и понимала примерно ничего. Потому что мысли постоянно возвращались к завтрашнему дню. Как вообще это будет выглядеть? Она представила Дарью в кабинете Ламары. Опоздавшую. С кофе. С этим своим ленивым взглядом и привычкой раздражать одним фактом существования. И от этого, Яне сейчас же захотелось закрыть ноутбук и уйти жить в лес. — Господи, — пробормотала она себе под нос, потирая глаза. Часы показывали почти десять вечера. За окном моросил дождь. Где-то сверху соседи двигали мебель, в кружке давно остыл чай, а Яна всё сидела над конспектами, пытаясь убедить себя, что справится. Потому что должна, другого варианта всё равно нет. Через два часа бесполезных попыток сосредоточиться она наконец резко выдохнула, взяла телефон и открыла чат с Ламарой. Пальцы зависли над клавиатурой. Неловко. Почему-то это ощущалось ужасно неловко. Яна Извините за позднее сообщение. Можете, пожалуйста, отправить номер Дарьи Морозовой? Мне нужно договориться с ней насчёт дополнительных занятий. 21:31 ✓✓ Ответ пришёл удивительно быстро. Ламара Не спишь опять? 21:32 ✓✓ Сейчас скину номер. И Яна, пожалуйста, без драмы в моём кабинете. 21:32 ✓✓ Яна невольно фыркнула, почти незаметно для самой себя же. И тут же, через минуту пришёл номер. Она ещё секунд тридцать просто смотрела на экран. Будто надеялась, что ситуация магическим образом исчезнет сама собой. Но не исчезла. Тогда Яна открыла новый чат и быстро напечатала сообщение, пока не передумала. Это Яна. Завтра после пар у нас дополнительное занятие. Кабинет Ламары, 17:20. И пожалуйста, хотя бы один раз не опаздывай. 21:45 ✓✓ Отправлено и прочитанно. Яна сразу отбросила телефон на стол так, будто тот мог её укусить. Потом уткнулась лбом в ладони и тихо простонала. — Какого хрена происходит с моей жизнью…