Печать

Кромешная тьма. Тусклый луч направляющийся из палочки — единственный источник света, проникал вглубь нескончаемого коридора. Нагнетающую тишину разбавлял глухой, ритмичный стук ботинок о кафель, разбиваясь эхом в пустом здании. — Уверен, что ты не шизофреник? Пара охранников пробиралась вдоль. — Свалишь моё сумасшествие на Фаджа. Я третью ночь отрабатываю. - прыснул тот, что шёл спереди. — Ну, может, если бы ты не огрызался с руководством, проблем бы не было? Ты здесь работаешь два года от силы. Собеседник цокнул. — Кто ж знал, что Корнелиус такой нежный и чувствительный. - молчание. Стой. - резкий тон голоса раздался отголоском по просторному залу. Вытянутой рукой он перегородил коллеге путь дальше. — Может, отряд вызвать? – где-то сзади послышался неуверенный шепот. — Да подожди ты… Отряд… Лёгкие хлопки пронеслись прямо над головой. Он инстинктивно вздёрнул фонариком вверх. Ничего. Только качающаяся на потолке люстра. — Как тебя вообще на должность охранника взяли? — О, Мерлин. Закрой свой рот уже. Какого хера именно в мою смену происходит всякий… бред. Я мракоборец или ловец приведений. Ответчик похихикал, но диалог не продолжился. Одна из палочек взмыла носиком к верху и теперь направлялась на свечи. — А ты думал будешь гоняться за преступниками как в лучших детективах Британии? — Инсендио. - зашептал парень, проигнорировав подкол второго. Оранжево-красный поток магии стремительно взмыл наверх. Грохот колыхнул стены здания, с этажа выше донесся звучный треск стекла. Оглушительный удар. — Что там у вас?! - вопль долетел с лестницы, но они его уже не слышали.

***

— Сколько? - голос Фаджа звучал почти отчаянно. Со дня окончания Второй Магической прошло уже четыре года. Корнелиус и сам поверить не может, что разгребает последствия даже спустя три года с прошедших событий. Отчитываться перед маггловским министерством за все деяния волшебников оказалось особенно энергозатратно. И вроде бы всё давно должно было наладиться, и взаправду хаос среди утих. Пожиратели изолированы в Азкабане, тёмных магов, разбежавшихся на четыре стороны света, спокойно можно записать в красную книгу. Министр магии устало потёр переносицу. Изнурённость, которую он терпел вот уже последние несколько дней, без права на отдых. — Ну... Всё могло бы быть гораздо хуже. - замялся паренёк, которого вынудили излагать начальству о произошедшем. — Я спрашиваю: сколько? - тон Корнелиуса сменился на строгий и требовательный. — Двое в Мунго. Один... Мёртв. - парень съёжился. — Как мёртв? - воскликнул Фадж, ещё немного и глаза министра бы попросту выпали от шока, - Вы уверяли, что держите всё под контролем! — Так и было, н-но... - бедняжка запнулся и уже начал заикаться, - Утром нам сообщили, что Коннор умер. Сегодняшней ночью. Корнелиус поник. Лицо его оставалось таким же безэмоциональным и сдержанным, но внутри... Ладони потели, носок ноги невольно постукивал по деревянному лакированному полу. Он протёр лицо ладонями, затем резко сменил позу: решительно выпрямился, непоколебимо руки свёл в замок и положил их на стол перед собой. — Значит так... Об этом никто не должен знать. Мы оттянем этот момент настолько, насколько это возможно. Пока сами не разберёмся я не позволю никому совать свой любопытный нос в дела министерства. Общественность чересчур уязвима. Кто уже осведомлён о произошедшем? — Только вы, министр. Не считая колдомедиков из мунго. Хотя они заявляют, что причина летального исхода неизвестна, а с подобными симптомами они встречаются впервые. — Позаботься о том, чтобы никто, никто даже не догадывался о том, что произошло. Не знаю, придумайте что-нибудь, но чтобы ни единая душа не посмела вынести это за пределы наших стен, - Фадж выдохнул, понизив голос почти до шёпота, - я организую собрание. Сегодня же вечером. Доложи Грейнджер и Поттеру чтобы задержались сегодня. Это срочно. Приказ министра. Корнелиус махнул рукой, даже не дожидаясь словесного согласия подчинённого. Прогнав его из кабинета настойчивым жестом, он одним взмахом палочки, захлопнув за ним дверь.

***

— У меня были планы, почему о подобных вещах нельзя сообщать заранее?!       Поттер растерянно пожал плечами, следуя за носящейся по кабинету подругой, одними глазами провожая её метающийся из стороны в сторону силует. Атмосфера в кабинете была словно на иголках, воздух был пронизан электрическими голыми проводами. Гарри даже слова не осмеливался сказать, опасаясь, что доведёт Грейнджер до состояния ещё пуще этого и сам попадет под горячую руку. Никто из них и понятия не имел, о чём пойдёт речь, даже близко себе не представляли, что на самом деле происходит в министерстве, пока их работа стоит за кипой бумаг. И теперь было понятно почему. Спустя почти четыре года совместной работы Гарри так и не смог привыкнуть к новому образу Гермионы. Теперь она не просто была всезнайкой-перфекционистом, но ещё и его руководителем, которую безоговорочно приходилось слушаться. Если в Хогвартсе это не всегда было обязательно и самовольство было допустимо, то теперь повиновение являлось одним из важных условий работы с мисс Грейнджер. Война поменяла многое и людей в его окружении в том числе. Её гиперответственность стала хуже. Только ей стоило заговорить о дедлайнах, как кабинет главы отдела превращался в сплошную энтропию. Она возлагала на себя столько работы на неделю, сколько Гарри бы еле осилил за две такие. И это с учетом того, что Гермиона зачастую работала сверхурочно и гораздо реже пользовалась возможностью порадовать себя лишним выходным. Не меньше он был удивлён тем, что вся троица ушла в мракоборцев. Включая саму Грейнджер. Гарри представлял её каким-нибудь революционером, реформатором, кем-нибудь, кто стремился бы перевернуть мир. Если бы у Поттера было столько забот, сколько у его руководительницы, а всё её расписание чуть-ли не поминутно было расписано, он бы, наверное, выражал такое же недовольство как и она. Ведь у самого него дни были наполнены стабильностью, рутиной, к которой он уже успел привязаться, и они регулярно награждались полноценным отдыхом дома и вкусным ужином приготовленным любимой женой. Гарри до сих пор поглядывает на обручальное кольцо, расплываясь в мечтательной улыбке и зависая в воспоминаниях о свадьбе. Джинни выглядела просто невероятно в свадебном платье... — Гарри Поттер, ты меня слушаешь вообще? Зеленоглазый мгновенно вытянул себя из мира грёз, как перед ним уже не Джинни, а напыщенная от злости Гермиона. — Да, прости, ты полностью права, - на автомате выпалил тот, хотя не услышал, что она сказала последним перед тем, как пронзить его прожигающим взглядом. — Нам пора идти. Опоздаем. - по всей видимости, повторно пояснила девушка, но уже более чётко, не увидев никакого смысла читать коллеге нотации о внимательности. На самом деле и в мире Гермионы присутствовала эта стабильность. И раздражалась она как раз из-за того, что её распланированный график нарушается. Грейнджер не видела в себе педанта(хотя, многие именно так и ней и говорили). Некогда ранее её даже удивляло, что не всё относятся к работе так, как это происходит с ней. Нет, она ни в коем случае не осуждала, но почему-то ей хотелось думать, что именно её способ жить – правильный. И будь люди чуть повнимательнее к вещам, мир бы стал лучше.

***

Зал был наполнен насыщенным ароматом кофе и приторным запахом карамели. Чей-то парфюм раздражал обоняние, впиваясь в ноздри словно яд разъедающий кожу. Полная тишина среди присутствующих и только монотонный голос министра магии на фоне, который вот уже минут двадцать сидел в одном положении, в попытках смягчить грядущие новости насколько это было возможно. Собрание изначально казалось каким-то формальным мероприятием, где проведут очередную никому не интересную беседу, и, судя по лицам, не одна Грейнджер была недовольна тем, что рабочий день внезапно продлился на лишний час. В это время она уже рассчитывала на то, чтобы нежиться дома в чистой, тепленькой постели. Она очнулась сразу же как только речь зашла о смерти сотрудника. И кому она собиралась читать нотации о концентрации… — Мистер Коннор мёртв. Его смерть наступила сегодняшней ночью. Причину смерти выяснить.. Не удалось. — Как мёртв.. - Грейнджер не ожидала, что произнесёт это так громко вслух. Шёпот разнесся по ещё секундой тому назад мёртвому кабинету. — Коллеги, - произнёс Фадж громко, - я понимаю чем вызвано негодование, но я попрошу немного внимания: об этом никто не должен знать. Нельзя ни в коем случае упустить утечку информации за пределы министерства. — Зачем нам скрывать это, когда нужно немедленно решать проблему? - возразила женщина, сидящая напротив Гермионы, - в прошлый раз наше молчание и отрицание ситуации, министр, не принесло ничего хорошего. Скрежет зубов Фаджа можно было почти услышать. Он напрягся, а руки невольно сжались в кулаки, на которые он оперся, склоняясь над деревянным столом. — Потому-что нет на данный момент специалиста, который мог бы оказать нам услугу, мисс Айвори. — Что на самом деле происходит? Вы заявляете, что трое сотрудников легли в мунго, а симптомы это сумасшествие. Как это понимать? Из-за чего погибают эти люди? - не выдержал Гарри. — Поттер... Я делюсь с вами той информацией, которая доступна мне. Поверьте мне на слово, на этот раз мне от вас скрывать нечего, я знаю не больше, чем вы на данный момент, - прыснул Фадж. Гарри насупился. Очевидно, что он не доверяет словам Корнелиуса и было понятно почему, но министр давно наплевал на такое отношение. Гарри не единственный имел такую позицию в отношении его и как бы не хотелось признавать – они все вполне имели на это право, как и обоснованную причину проникаться недоверием к собственному начальству. — Собрание окончено. - отрезал Фадж и люди потихоньку начали выплывать из кабинета. Корнелиус собирался последовать их примеру и покинуть кабинет заседаний, но Грейнджер его остановила. — Все трое отправились в мунго в один день? С ними говорили? Это возможно в их состоянии? - прямо в лоб и без прелюдий начала девушка. — Мисс Грейнджер, это... — Это моё дело, Фадж. Там находятся мои люди, я беспокоюсь о безопасности своего отдела. Мне нужно принять какие-то меры, если... Корнелиус поднял ладонь к верху, останавливая поток её мыслей. Девушка замолкла, но не отступила. Она упорно смотрела в карие глаза министра. — Я и вправду не знаю ответа на ваш вопрос, мисс Грейнджер, - спокойно произнес Корнелиус, - могу сказать вам только то, что дело мы имеем явно не с простой магией. — Что вы хотите сказать? - брови Гарри сошлись на переносице. Конфликтовать с министром никто не собирался, но и умалчивать о подробностях было нельзя. А если следующим днём этими сотрудниками в Мунго окажется Гермиона, Гарри или, может быть, Рон? А если все трое? Возлагать надежды о своём спасении на министерство было бы самой нелепой идеей. — Как долго вы умалчивали о них? - задала следующий вопрос Гермиона, не давая Фаджу оклематься от настырного Поттера. — Я уже сказал, что знаю ровно столько, сколько и вы. Если вы думаете, что в отличие от вас я сразу получаю информацию обо всём происходящем, то я бы на вашем месте, так не заблуждался. — Но вы сказали, что ищете специалиста. Значит, вы всё же имеете примерное представление. - не отставала она. — Я понимаю только то, что всему виной тёмная магия. И далеко не та, с которой мы все прекрасно знакомы, мисс Грейнджер... Это не то, что я могу возлагать на вас. — Вот и элиминируй тёмных магов... - прошипел Гарри, сквозь смешок. Гермиона чувствовала, как бешено бьётся сердце, как тяжело в груди и впервые за долгие три года ей вновь страшно. Она обернулась на Гарри, окинув его совсем уже потемневшим взглядом. Эта беседа их никуда не приведёт. Повисшая тишина стала неловкой и тогда Гарри осмелился наконец прервать её, вновь остановив министра у самого порога. — Неужели нет ни одного, кто мог бы нам помочь? Хотя, я уверен, мы бы сами прекрасно… — Я не собираюсь вытаскивать каких-нибудь отморозков из Азкабана ради этого. И вы прекрасно должны осознавать последствия. Почти уверен – это их рук дело. — Говорите, что дело в тёмной магии и никто не может нам помочь? — Вы правильно поняли меня, мисс. - Корнелиус устало кивнул. — У меня есть один хороший знакомый. - девушка бодряще вздернула подбородок к верху, - если и вправду такой дефицит возможных специалистов, я готова взять ответственность на себя и... Поговорить с ним. — И кто же он? - Фадж обернулся в открытом любопытстве.

***

— Нет и ещё раз нет, Гермиона! - ворчал догоняющий её Гарри. Он остановился прямо перед ней, преграждая путь. Его протесты были бессмысленны. Корнелиус взвалил дальнейшее на плечи Гермионы, но даже если Поттеру удастся переубедить Гермиону, решение Фаджа уже не изменить. — Фадж назначил меня заниматься этим делом. И кажется даже остался довольным моим предложением. Не знаю стоит ли мне удивляться, что подобная идея не посетила его голову раньше моей. - она звучала предельно самодовольно. — Не пойми меня неправильно, я еле как добился его свободы. Я не хочу вешать на него новые якоря. — Гарри, доверься мне. - с мольбой в глазах и голосе проговорила Грейнджер. Уж куда лучше если этим займётся она, чем Корнелиус решит доверить это кому-нибудь другому. Опасения Гарри станут реальностью.