Печать

— Ты сегодня поздно. - послышался мужской голос, как только Гермиона переступила порог дома. В нос ударил запах ароматного ужина, доносящийся с кухни. До этого момента, она даже и не думала о том, насколько проголодалась за весь день, лишившись возможности нормально пообедать. Родной голос, зазвучавший наконец в домашней обстановке, а не в стенах строгого офиса, позволил ей наконец опустить плечи и расслабиться. Она дома. — Прости, я не рассчитывала на то, что опоздаю, - проговорила она виновато, пока снимала злосчастные каблуки. Все запланированное на вечер с Роном были разрушено. Ей было безумно стыдно, что уже который раз их планы отменяются из-за завала на работе и ещё тысячу разных причин за последние несколько месяцев. И даже если Грейнджер и возвращается домой вовремя, в основном за этим следует монотонная вечерняя рутина и сон, и вот, очередная возможность совместного веселья стирается в прах. Уизли видел насколько для Гермионы важна работа, но ставить перед нею выбор между собой и министерством это сплошная глупость. Запретить Гермионе быть той, кем он её полюбил, даже звучит смешно. Но терпение подходило к концу… Ступив на плоскую поверхность холодного паркета в прихожей, она облегченно выдохнула. Истощение отзывалось в теле как ментально, так и физически. Ноги гудели, ступни горели и побаливали от целого дня в неудобной обуви, голова трещала, словно бомба готовая взорваться. Девушка вяло стянула с себя пальто и оставив его на вешалке в прихожей, поплелась вперед. — Корнелиус попросил задержаться, было срочное собрание. - попыталась оправдаться она, наконец доходя до дверного проёма в кухню, где дверь была открыта настежь. Рон молча кивнул. Молодой человек на этот раз уже не пытался скрывать своего недовольства и выглядел открыто обиженным. То ли пытался показать Гермионе, как его задевает её безразличие, которое потихоньку перерастало в профдеформацию, то ли это была неудачная попытка скрыть своё откровенное возмущение последними событиями в целом. Он стоял лицом к ней, оперевшись поясницей на столешницу, но взгляд его был устремлён вниз, руки перекрестились на груди. Рон нахмурился, его лицо исказилось, было полным негодования и даже выглядело раздражённым. Уже которую неделю Грейнджер говорит одно и то же: я все исправлю. Однако, всё из раза в раз возвращается к контрольной точке. Она бесчисленное количество раз извинялась перед Роном за происходящее, но ситуацию лучше это не делало. Уизли на её памяти всегда был чересчур драматичным, в какой-то мере вспыльчивым. Но своей вины она отрицать не могла. Сколько раз Гермиона обещала ему, что отложит работу, забудет о ней на все выходные и всё свободное время уделить лишь ему одному, а затем одно письмо и вот, Грейнджер снова погрязла в бумажках? «Если бы на самом деле хотела, то исправила бы.» Но как можно выбрать что-то одно? Когда и то, и другое значит больше, чем собственная жизнь. Она карьеристка, достигатор, постоянно куда-то стремится, на одном месте её не удержать, и принудить её снизить нагрузку было невозможно, это было бы равно тому, чтобы отрезать ей крылья. Уизли ведь и сам дома даром не просиживал, работал там же где и Гермиона. Да, не на такой высокой должности, да, может, он не был таким ценным сотрудником, но был хорошо, как никто другой, осведомлен, сколько труда стоит одна лишь должность его возлюбленной. — Тебе не кажется, что твоя работа это и есть твой дом в последнее время? - пробубнил Уизли, не поднимая взгляда. — Рон, ты ведь знаешь… — Я слышал это тысячу раз, Гермиона. - прервал он её, - Я понимаю, может, я не самый умный, не самый привлекательный парень или интересный… — Уизли, прекрати, - неудержимое раздражение всполохнуло внутри, - я не отказываюсь от своих слов. Я всё ещё люблю тебя. Ты знаешь как для меня важна карьера и я делаю это не только для себя одной. Я написала тебе, предупредила, что планы на сегодня отменены. Да, это ужасно и, поверь мне, я точно так же расстроена этим как и ты сам. Я бы ушла вовремя, если бы могла. — Не обманывай себя. Я не злюсь на тебя, просто, понимаешь, мне тоже обидно. Ты будто забыла про меня, отношения просто так не развиваются сами по себе, Гермиона, - Рон растерянно всплеснул руками, - ещё немного и мне будет казаться, что ты начнешь складывать вещи и переезжать в офис. А зачем возвращаться сюда? Тебя дома не бывает. Ты разве что только спишь здесь. — Я не забыла про тебя, не говори такого - почти шёпотом проговорила Гермиона. Её голос предательски дрогнул. Ей самой было больно от осознания того, что она, делая осознанный выбор, ранит любимого человека, заставляет его чувствовать себя ненужным и нелюбимым. — Давай возьмём отпуск, улетим отсюда, хотя бы на недельку, вдвоём, только ты и я, - голубые глаза наконец встретились с карими. Глаза Уизли полны надежды и мольбы, а напротив - глаза наполненные усталостью, сочувствием и виной. Девушка отрицательно помахала головой, поджимая губы. Он этого, впрочем, и ожидал. Это было спонтанное предложение, но Рону искренне этого хотелось, но теперь даже это кажется невозможным. Он иногда даже скучал за теми временами, когда они спали в палатках, бродили в лесах, выживали непонятно как, но зато вдвоём. — Я не могу вот так всё бросить и уехать. — Ты можешь, но ты не хочешь. Ты не хочешь даже думать о том, чтобы оставить работу и уделить время не то, что мне, а хотя бы себе самой. Гермиона, ты разрушаешь и себя тоже. — Не говори глупостей. — Ты даже правду не хочешь слышать! — Для меня существует другая правда. Не будь на мне столько работы, я бы с большим удовольствием освободила бы себя от обязанностей хотя бы на пару неделек, но у меня появились… — …срочные дела, - закончил он за неё, - куда же мы без них, - тон его голоса был полон озлобленного сарказма. — Дело важное, и это не то, что можно откладывать. — У тебя каждое дело важное. — Так и есть. — Тогда как предлагаешь мне мириться с этим? Сидеть дома и каждый вечер ждать тебя как Хатико? Я могу выдержать всё, и я ждал, но я не смогу всю жизнь сидеть в тени твоей карьеры. Я ощущаю себя домовым эльфом. Ты держишь меня разве что для собственного удобства. — Как только я закончу с этим, мы обязательно полетим куда-нибудь. Я возьму отпуск заранее. Она старалась звучать тепло и успокаивающее, даже прильнула к груди парня, заводя свои руки за его спину, сомкнув его в любящих объятиях. Уизли обнял в ответ, притянул ближе, прижал плотнее. Его подбородок лёг на голову Гермионы, а рука невольно поглаживала затылок, играя с кучеряшками. Но эти прикосновения уже не казались такими чувственными как раньше. Гермионе они даже казались чужими. — Я постараюсь поверить тебе. Завтра тоже ускользнешь ни свет, ни заря? — Завтра я не в офисе, так что могу остаться подольше… Проведём утро вместе.

***

Прошлой ночью Грейнджер оставшимися силами добралась до ванной, а как только её голова получила возможность опуститься на подушку, её отключило почти сразу же, после того как она пробормотала еле связанное «спокойной ночи». Утром Грейнджер по привычке подскочила рано. Думала, сможет поваляться в постели, дождётся пока Рон разомкнёт сонные глаза, но на долго её не хватило. Поэтому на запах банановых оладий и кофе прибежал Рон, а не опаздывающая на работу Грейнджер, как это было почти всегда и стало необычайной стабильностью. Крукс в отличие от хозяев уже успел позавтракать и лениво расположился совсем недалеко от своей миски, пузом к верху, греясь на весеннем, утреннем солнышке, что просачивалось в помещение сквозь окна. — Доброе утро… - хриплым голосом пробубнил Уизли, потирая ещё совсем заспанные глаза. — Доброе, - в контраст прозвучал гораздо более оживлённый глас его возлюбленной. Грейнджер как раз поставила две тарелки с завтраком напротив друг друга, выключила плиту и уселась за стол. Рон не мог очухаться, когда он в последний раз видел Гермиону за готовкой? Или даже сидящей здесь, напротив него, поедающей завтрак вместе с ним? Он опустился на стул напротив неё и наконец оторвал глаза от Гермионы, уставившись в тарелку с едой. — Тебе не стоило подрываться… — Я соскучилась по готовке. - откликнулась девушка, пережёвывая очередной кусочек блинчика. — А по мне? — Ну прекрати… Я ведь не для себя одной старалась всё утро. — Извини. Так ты говорила, что сегодня не в офисе? Почему? — Мне нужно в Хогвартс. По работе. Мы с Гарри отлучимся, надеюсь, что не на долго. — А зачем тебе Гарри? И почему это я с вами не еду? — Потому что… Без него я не справлюсь. И так назначил Фадж. — Что там за дело такое, что ты вдруг стала не уверена в своих способностях? И вообще, что главе отдела мракоборцев может понадобиться в Хогвартсе? Гермиона и сама толком не знала по каким критериям Фадж отбирал доверенные лица, которых стоило посвящать в это дело, но, видимо, посчитал, что если Гарри был избранным, и победил Тёмного Лорда, то от него может быть какая-то польза. И у Грейнджер, как у той, которой затеяла это всё, не оставалось выбора, как теперь таскать его за собой, даже если она была уверена в своих способностях. — Солнце, - она замерла с вилкой у рта и задумалась. Разглашать произошедшее она не может, но и скрывать что-то от Рона сейчас вдвойне подозрительно, - я не могу тебе об этом рассказать. По крайне мере сейчас. Это приказ. — Интересно, что там такого тайного, что можно знать Гарри, а мне нет. - зло прыснул Рон и громко ударил зубчиками вилки в тарелку. — Я уверена, на то есть причины. Фаджа не многие способны понять. И я не отличилась. Я расскажу тебе, как только получу на это разрешение. Это не моё личное, Рон, а дело министерства. Он всегда был таким. Я не хочу рисковать тем, чего добилась. — Конечно, конечно, я всё-ё-ё понимаю. Ты - руководитель отдела, Гарри - до сих пор особенный, герой для магического мира. А я Рон. Рон Уизли. Замухрышка из бедной семьи, неудавшийся парень, работник. — Ну сколько можно об одном и том же. Ты ведёшь себя как обиженный ребёнок. - отрезала Гермиона. Судя по её лицу она явно не хотела говорить этого вслух, выбросила первое, что пришло в голову на эмоциях. И далеко не такой утренней беседы от неё ждал Уизли этим утром Бросив вилку в тарелку сопровождающийся громким звоном фарфора, он выскочил из кухни, больше не проронив ни слова. Его поведение и впрямь было временами инфантильным и импульсивным, но, разумеется, она никогда не заявляла об этом вслух, даже если была в ярости, а тут оно вылетело само, необдуманно. Доедать завтрак пришлось на пару со спящим неподалёку Круксом.

***

Знакомые тропинки Хогвартса были окутаны свежими ароматами лесной сырости. Отовсюду звучал приветливый шелест листвы, лёгкий ветер бодряще ласкал бывших учеников. Замок своими видами словно пробирался под кожу, навевая самые разные воспоминания; от тех, которые пронизывали сердце теплотой и отзывались мурашками по телу, до тех, от которых наступал мандраж. Когда-то ещё совсем неопытная Гермиона шагала по этой дорожке уверенно ступая в мир магии и волшебства, а теперь… Она идет по этому мосту уже иная, но частичка её души всё ещё скачет и ликует внутри неё будто впервые. — Ты, по всей видимости, собралась убеждать Снейпа максимально дипломатичным видом. - парировал рядом идущий Поттер. Гарри оглядел подругу с ног до головы. А она непонимающе взглянула на него в ответ, вопросительно вздёрнув брови. Обычный офисный наряд; каблуки, рубашка, пиджак, юбка. — А что собственно не так? — Ты выглядишь так, словно готова всучить ему ордер на его же арест. Причем будто ты вылезла из мира маглов. — А как я по твоему должна выглядеть? Надеть костюм клоуна или я похожа на эксгибициониста? И я напомню тебе, мы здесь по работе, а не чтобы чаи распивать и закидывать в рот лимонные дольки. К тому же, я очень сомневаюсь, что в другом виде Снейп воспримет нас всерьез. — Так говоришь, словно в этом виде он станет нас воспринимать серьезнее обычного. Молись, чтобы он нас в кипящий котёл не окунул. Поттер махнул рукой, складывалось такое ощущение будто это и вправду были его планы на день - есть лимонные дольки и размышлять о прошлом. Несмотря на «исключено рабочую цель визита», он всё же желал заскочить хотя бы к Макгонагалл, и был почти уверен – Гермиона хотела этого не меньше. А вот к Снейпу как раз его совершенно не тянуло. Возвращаясь к теме нарядов, сам он выглядел куда более расслабленно чем сама Грейнджер. Видимо, он подумал, что если они отправляются в Хогвартс и, зная упрямство Снейпа, скорее всего проведут там весь день, соблюдать дурацкий дресс-код совершенно необязательно, но теперь, по сравнению с коллегой выглядел так, словно мама забрала сына со школы. — И как только Джинни тебя отпустила в таком виде. - Гермиона шутливо помахала головой, цокая языком. — Она меня и не видела. — Ты что, сбежал через окно лишь бы жена не наругала тебя за выбранный наряд? - рассмеялась Грейнджер, потихоньку направляясь по дорожке, цепляясь за любезно предоставленную руку друга. — Пока я до такого не докатился. Она спала, когда я уходил. У неё сегодня выходной и я решил не дёргать её лишний раз. — Ты же волшебник, Гарри, помнишь?Ты можешь трансфигурировать свою одежду. - Гермиона помахала палочкой у самого носа Гарри. Поттер нахмурился от внезапно явившегося перед его лицом древка. — Мне вполне комфортно, не хочу поддерживать флешмоб «Люди в чёрном». А ты на волшебницу не очень походишь. — Я не виновата, что мантии совершенно не практичны. И кто их только придумал? Зачем их носить? — Чем длиннее мантия, тем больше достоинство, наверное. Гермиона вспомнила мантию профессора Снейпа, которую все вечно топтали из-за её длины и невольно рассмеялась.

***

Дамблдора о своём визите ребята предупредили заранее. Ещё вчера вечером Гермиона в спешке всучила письмо сове, но расписывать о цели их посещения не стала. На дворе был конец августа и к этому времени учителя должны были вернуться в Хогвартс, в подготовке к новому учебному году, поэтому Грейнджер надеялась на то, что и Северуса искать им не придётся. Но даже если так, поговорить с Альбусом им бы всё равно пришлось. В кабинете директора всё было так же. Наверное, его интерьер не менялся с тех пор, как Дамблдор занял директорское кресло. Феникс дремал на привычном месте недалеко от сидящего за столом рабочим Альбуса. — Не думал, что мы с вами сумеем повидаться в таких обстоятельствах, - директор одарил их приветливой улыбкой и переставил вазочку с теми самыми знаменитыми лимонными дольками поближе к гостям, - где же потерялся мистер Уизли? — Он… не смог приехать. - уголки губ Грейнджер натянуто потянулись вверх. — Директор, нам нужен профессор Снейп. - втянулся Поттер. — Вот как, - Альбус кивнул, - позвольте полюбопытствовать и простите мою бестактность, чем вам обязан мой бесценный профессор зельеварения? — Нам запрещено разглашать это… - начал Гарри. Гермиона тут же достала из сумочки конверт и положила его перед Дамблдором на стол. — Это письмо от министра. Думаю, там ответы на все интересующие вас вопросы. Ну или хотя бы большинство из них. — Благодарю, мисс Грейнджер. Однако, письмо старик разворачивать не стал. Он откинулся в кресле, добродушно глядя на своих посетителей. — Вы так изменились со времен школьных лет… Поверить не могу, что скучаю по тем временам, когда вас только коснулась распределительная шляпа, - Дамблдор зачарованно вздохнул. - но боюсь, мои дорогие, что я вам ничем не помогу. Северус до сих пор в отпуске и его не будет ещё как минимум неделю, - вздохнул он, возвращаясь к изначальной теме разговора. — Но он нам нужен срочно, - Поттер взглянул на Дамблдора, - где мы можем его найти? — Если он никуда не уехал и я смогу отыскать в своей памяти его адрес, я могу поделиться им с вами. Если я не ошибаюсь… - Дамблдор оторвал кусочек пергамента и схватившись за перо, каллиграфическим почерком вывел адрес, - …то вы найдете его здесь. Только не говорите, что это я поделился с вами этим секретом. Гарри принял бумажку, сунув её в карман джинс. — Это, я полагаю, не всё, - Альбус опустил очки и с интересом перевел свой взгляд на гриффиндорку. От него возможно скрыть хоть что-то? — Да… Если нам получится его уговорить, возможно ли позаимствовать вашего, как вы сказали, бесценного профессора на не определенный срок? — Что ж… На сколько неопределенный срок, мисс Грейнджер? — Минимум месяц. - с надеждой произнесла Гермиона. — Я что-нибудь придумаю. Я не распоряжаюсь жизнью профессора Снейпа, так что боюсь, остальное вам решать уже с ним.

***

«Заскочить» к декану Гриффиндора так и не удалось. Гермиона почти сразу потащила Гарри по любезно предоставленному им адресу, несмотря на то, что разделяла желание Гарри задержаться в стенах замка. Трансгрессия к Паучьему Тупику прошла успешно, на этот раз обошлось без дополнительного удобрения чужих клумб. Вид этого места отдавал одним только ужасом. Одинаковые, безликие дома, стоящие в ряд, серые кирпичи, сливающиеся с цветом безлюдной, пустой улицы и побитого временем асфальта, разбитые фонари, а в некоторых домах и окна. Большинство из них попросту заброшены, а район сам по себе кажется совершенно непригодным для жизни. Словно в фильме ужасов, где комната бесконечно покрыта зеркалами со всех сторон, и без возможности из неё выбраться. Гарри поморщился от запаха прелой воды и пыли. Воздух был пропитан тяжёлой, гнетущей атмосферой. А Грейнджер… Она глядела на всё это со странной меланхолией в груди. Ведь не одному Снейпу удостоилась судьба жить здесь. — Дом девятнадцать. - прочитал Гарри с записки. Грейнджер уверенно двинулась вперёд по кривому, местами разрушенному тротуару. Хотя её вид не соответствовал тому, что бушует внутри неё. Как бы она не пыталась выглядеть спокойной и безмятежной, её почти трясло. Не нервничать было задачей с той ещё звездочкой. Возвращаться к тому, к кому все эти годы испытывали ненависть и презрение, так ещё и за помощью было абсурдно и парадоксально. Но другого выбора ни у неё, ни у кого другого не было. Гермиона знала, что шанс того, что Снейп согласится им помочь, или, хотя бы, не захлопнет дверь перед до тошноты знакомыми лицами, был мизерным. Но Грейнджер была бы не собой, если бы заранее не предусмотрела подобный исход событий. Остановившись около нужной двери и подойдя ближе, постучать она не решилась, поэтому предоставила эту чудесную возможность Поттеру. Хотя оставлять эту задачу на того, кого Северус на дух не переносил больше всего из всей троицы это плохая идея, было уже поздно. Только Гарри поднял кулак и почти коснулся костяшками старого дерева, дверь перед ним исчезла. На пороге стоял им уже хорошо знакомый силуэт. Въевшийся в души учеников чёрный сюртук, из под которого еле выглядывала белая рубашка, под ним длинные такого же цвета брюки и лакированные идеально чистые туфли. Хозяин дома распахнул дверь в привычной для себя манере и уже был готов затворить обратно, но Гарри среагировал быстрее. — Профессор! - Поттер поставил ногу в дверном проеме, не позволяя двери закрыться. - Вы даже не знаете зачем мы… — Поттер, если вы думаете, что я пожалею вашу ногу и не смогу толкнуть дверь сильнее обычного, то сильно вы ошибаетесь. Отдавить вам пару пальцев мне всегда будет в удовольствие. - Снейп зажал ногу меж дверью и стеной, слегка сдавив её, но Гарри не дернулся. — Довольно пренебрежительное отношение к тому, кто помог оправдать вас в суде. - встряла Гермиона. — Во-первых, мисс Грейнджер, если вы забыли, то я вам напомню, что полного оправдания моё дело так и не заслужило, и я до сих пор нахожусь под надзором министерства. Во-вторых, я не обязан перед вами отчитываться. И в-третьих, что вы тут забыли? — Мы как раз за этим и пришли. - отрезала она, прежде чем Гарри смог вставить свои пять копеек. — Позволите войти или хотите поговорить на пороге? - зеленоглазый взгляд на своего бывшего профессора, но тот отвёл глаза. В отличие Снейпа, отношение Гарри к тому же Северусу заметно изменилось за эти годы. С тех пор как он увидел на мало фрагментов его воспоминаний из разных периодов жизни. Он проникся к нему уважением и даже иногда чувствовал вину за поступки своего отца, которого когда-то считал для себя примером на который хотелось ровняться. Нельзя сказать, что сейчас и после всего увиденного, он ненавидел Джеймса, просто вся гордость за него частично испарилась и рьяного восхищения и стремления «стать как он» он уже давно не испытывал. Но, может, оно и к лучшему, что он узнал правду? Гораздо хуже было бы жить в неведении. А ещё Гарри был благодарен, что узнал об этом будучи уже подростком, и тот самый маленький Поттер смог насладиться розовой жизнью. Эта пелена перед глазами в какой-то степени подарила ему какое-никакое детство. Снейп все же позволил бывшим ученикам войти внутрь и как мог вежливее пригласил в гостиную. Дом встретил их ощущением пустоты. Идеальная чистота, педантично расставленные по местам вещи и редко встречающиеся предметы декора, создавали чувство безжизненности. Помещение было холодным, несмотря на плотно запертые окна. Интерьер скудный, о домашнем уюте и речи не могло и быть. Голые стены с тёмными, слегка обветшалыми обоями, деревянный пол скрипел под ногами, издавая радующие звуки. Вокруг стояли едкие ароматы трав и отваров, как полагает любому уважаемому мастеру зелий. На истрёпанной консоли у входа девушка подметила выцветшую фотографию, расположенную в чёрную рамку, когда её взгляд невольно принялся рассматривать неизведанное. Та уже успела изрядно покрыться пылью, а стекло помутнеть. Худощавый мальчишка с неаккуратно уложенными волосами и потухшим видом был изображен посередине фотографии. Слева от него, позади, стояла женщина, чуть выше, с таким же отстраненным взглядом, и схожими чертами лица; выраженные скулы, искривленный нос и прямые чёрные волосы. Справа, наверное, тоже кто-то стоял. Фигура была чётко вырезана из, судя по всему, семейного фото. Внизу справа подпись: «15 марта, 1975 год» Гостеприимства они не ждали, однако, что Гермиона, что Гарри были рады хотя бы терпеливости и тому, что их не выкинули за шкирку с порога. Пара друзей прошла в гостиную и присела на небольшой, жёсткий диванчик, сероватого, блеклого оттенка, что идеально сочетался со стилем дома, стоявший рядом с таким же по стилю креслом, где устроился Северус. Он молча оглядел присутствующих, одарив их демонстративно брезгливым взглядом, предлагая им самим начать разговор, ведь это же они заявились к нему без предупреждения, умоляя выслушать их. — Нам очень нужна ваша помощь, сэр, - начала Грейнджер, которая первая уловила намёк, - трое мракоборцев на днях отправились в Мунго прямиком из министерства. — Вы пришли сообщить мне радостную новость о распаде министерства? — Дело в том, что один из них мёртв, и никто не может объяснить причину смерти, так же как и симптомы остальных. — Мисс Грейнджер, я похож на колдомедика? — Нет, но специалисты утверждают, что была задействована тёмная магия, а кроме вас… — Большинство профессионалов просто покинуло Британию после войны, и ещё столько же скрываются. Таких специалистов не найти, а уж тем более уговорить их работать на министерство. - добавил Поттер. — С чего вы вдруг решили, что меня вам удастся уговорить? Вы чересчур самонадеянны. — Потому что это шанс наконец очистить своё имя, избавить себя от министерства на хвосте. - изъяснил Гарри. — Поттер, а с чего вы решили, что я вообще в этом нуждаюсь? Может, вы ещё не поняли, но мне не нужна ваша помощь, в этом вопросе в первую очередь. Я не детектив и не медик, ни то, ни другое меня не влечет и уж тем если эти глупые игры лишь для того, чтобы помочь вам. — Но вы тоже получите выгоду. Снимите с себя ограничения и наконец получите полноценную свободу. Северус перекрестил руки на груди, откинулся на спинку кресла и уставился на Гарри строгим взглядом. — Я, кажется, ясно выразился, что не собираюсь вам помогать. Вы спокойно можете отыскать другого специалиста, если это дело настолько значимое, как вы о нём говорите. Меня абсолютно не волнуют люди в министерстве, а уж тем более ваши внутренние проблемы. Я не спасательный круг. Найдите того, кто так же милосерден как и вы. Его голос был холодным, а лицо оставалось непроницаемым. Северус никогда не славился яркой мимикой, и всегда сохранял лицо, но когда он демонстрировал такую устойчивость в Хогвартсе это ощущалось совершенно иначе, по сравнению с тем, как это чувствуется сейчас, когда он открыто заявляет, что ему плевать на невинные смерти. Почему это вообще должно его заботить? Эту беспристрастность можно было понять — он повидал не мало и научился ограничивать себя от излишней эмпатии. Для человека пережившего столько смертей, большинство из которых произошли у него на глазах и от его рук, это не являлось пугающей новостью. Эти люди ему никто, к тому же, все прекрасно знали с каким скепсисом Северус относится к нынешнему правительству. — Сэр, прошу вас… — Я уже дал свой ответ. Я не занимаюсь альтруизмом. Где же вы потеряли мистера Уизли? Неужели, судьба наконец соизволила избавить планету от подобного груза? — С ним всё в порядке. Но, боюсь у вас нет выбора, - заявила Грейнджер, - вы обязуетесь помочь министерству как часть ваших исправительных работ. Гермиона, достала их сумки приказ министра и передала его Северусу. Глубокий, откровенно раздраженный вздох сказал всё за него. — А говорила не сова, - зашептал Поттер в сторону подруги, но та проигнорировала. Пробежавшись глазами по пергаменту Северус разорвал его на две части и смяв бумагу в сплошной шарик метко бросил в урну. — Это одна из нескольких копий документа. — Я не сомневался в вашей предусмотрительности, мисс Грейнджер, вы всегда отличались… Он не смог договорить, вновь прерванный Гермионой. И что за странная привычка у нее выработалась, лишенная всякого терпения? — Я надеялась, что мне не придётся прибегать к подобным мерам, но этот разговор несет лишь бюрократический смысл. Я договорилась с Дамблдором о вашей отсрочке. Он оформит все нужные документы. Пока только на три месяца. При возможной потребности продления документа мы обязуемся решить все вопросы. — Как я рад, что вы об этом позаботились. - ядовито прошипел Снейп сквозь сжатые зубы. Гермиона не стала обращать внимания на очередной саркастический выпад. За все свои годы работы она, наверное, впервые настолько тщательно контролировала свой речевой этикет и субординацию, тщательно выбирая каждое слово, лишая свою речь неуместной эмоциональности. Она безоговорочно была компетентным сотрудником, но порой от такой несвойственной ей отстраненности, передергивало не только коллег. Гермиона даже внешне походила на мягкосердечную, отзывчивую и незлобивую девушку, поэтому эти черты не никак сочетались с тем, каким зачастую является первое, поверхностное впечатление о ней. — На время расследования вы находитесь под моим руководством и с вас и вашей палочки временно будут сняты ограничения по применению тёмной магии. Снейп уставился в пол. Ярость разрывала изнутри так и норовясь вырваться наружу и высказать этой наглой девчонке всё, что он думает о ней прямо в лицо, осадить её на место и, в конце концов, спустить с небес. С каких пор вообще он обязан прогибаться под кого-то? Он всю жизнь жил под чьим-то давлением, указаниями, не управляя и не распоряжаясь своей жизнью от слова совсем. Сначала это был отец-тиран, позже - Тёмный Лорд, а за ним и Альбус. Ему не нужна была эта предложенная «свобода» потому что он уже её обрёл. Потому что освободил себя от нежеланных обязательств и подчинения. Потому что наконец его жизнь зависела от его собственных решений и выборов. — Мисс Грейнджер, я вполне четко дал вам понять; я не собираюсь вам помогать. Вы можете прямо сейчас вызвать отряд авроров и сослать меня в Азкабан. Или деградация настигла и вас, и вы перестали понимать значения слова «нет»? — Я пришлю письмо с датой встречи в министерстве, возможно, сразу в Мунго. Где вам будет удобнее. И да, об этом никому не следует знать. — Я и не был чужд в сомнениях, что Корнелиус не даст проблемам министерства выплыть за пределы обожаемых стен.