Я всегда с тобой

Прошло полгода. Съёмки второго сезона «Склифосовского» подошли к концу. Отношения Маши и Максима стали достоянием общественности — папарацци то и дело ловили их вместе, а глянцевые журналы пестрели заголовками о романе звёзд сериалов. Одного из вечеров, когда они сидели в любимом кафе, Максим достал из кармана конверт: — Что это? — удивилась Маша. — Открой, — он загадочно улыбнулся. Внутри лежали два билета в Париж на следующие выходные. — Париж? — глаза Маши загорелись. — Ты серьёзно? — Абсолютно, — кивнул Максим. — Я подумал, что нам пора начать создавать новые воспоминания. Вместе. Без съёмок, без суеты — просто мы вдвоём. — Макс, это… это невероятно! — она бросилась ему на шею. — Спасибо! — Ещё не за что благодарить, — он обнял её в ответ. — Главное приключение впереди. В аэропорту Шереметьево они стояли у стойки регистрации, держась за руки. — Готова к приключениям, Манечка? — Максим подмигнул ей. — С тобой — всегда готова, — улыбнулась Маша. Пока они ждали посадки на рейс, Маша вдруг остановилась: — Макс, а помнишь, как всё начиналось? Та вечеринка в училище, твой номер на салфетке… — И твоё «Для вас — также просто Мария Куликова», — рассмеялся Максим. — Ты тогда так меня отшила, что я даже растерялся. Думал, все, конец карьере серцееда.  — Зато потом… — она лукаво улыбнулась. — Потом ты всё-таки дала мне шанс, — он поцеловал её руку. — И я благодарен судьбе за каждый день, проведённый с тобой. Самолёт набирал высоту, а они сидели у окна, прижавшись друг к другу. Внизу расстилалась Москва — город, который когда‑то разлучил их на 15 лет, а теперь стал местом их новой встречи и новой любви. — Макс? — тихо спросила Маша. — М? — Я счастлива. — Я тоже, Маня. Я тоже. Они улыбнулись друг другу, и в этот момент оба поняли: что бы ни случилось дальше, они всегда будут рядом. Потому что нашли друг друга не только на экране, но и в жизни. И теперь ничто не сможет их разлучить. Париж встретил их мягким сентябрьским теплом и ароматом свежеиспечённых круассанов. Максим и Маша сразу отправились в отель, чтобы оставить вещи, а потом — гулять по городу, который так давно мечтали увидеть вместе. — Ну что, с чего начнём? — Максим достал карту и разложил её на парапете у Сены. — Эйфелева башня, Лувр, Нотр‑Дам? — Давай без плана, — Маша улыбнулась и убрала карту в его рюкзак. — Просто пойдём куда глаза глядят. Хочу запомнить этот день не по достопримечательностям, а по ощущениям. — Согласен, — он взял её за руку. — Тогда вперёд! Они бродили по узким улочкам Латинского квартала, заглядывали в маленькие книжные лавки, пили кофе в крошечном кафе, где хозяин узнал Максима и попросил автограф. Маша смеялась, фотографировала его на телефон, а он в ответ ловил моменты, когда она любовалась архитектурой или кормила голубей у Нотр‑Дама. Вечером они поднялись на Эйфелеву башню. Солнце уже садилось, окрашивая город в золотисто‑розовые тона. — Это… волшебно, — прошептала Маша, глядя на панораму Парижа. — Как и ты, — Максим обнял её сзади, прижал к себе. — Знаешь, я всё время думаю: как же мне повезло, что ты тогда всё‑таки пошла на ту вечеринку. — А если бы не пошла? — она повернулась к нему. — Тогда я бы нашёл тебя в другом месте, — он улыбнулся. — Рано или поздно. Потому что ты — моя судьба. Он нежно поцеловал её, и в этот момент, на вершине Эйфелевой башни, под аплодисменты туристов и звон колоколов вдалеке, им показалось, что весь мир принадлежит только им двоим. На следующий день они отправились в Лувр. Но вместо того, чтобы спешить к Моне Лизе, они долго стояли у античных скульптур, обсуждали картины импрессионистов и смеялись над тем, как неумело пытаются говорить по‑французски с экскурсоводом. — Смотри, — Маша потянула Максима к одной из картин. — Это же почти как наша история. Две фигуры, которые нашли друг друга после долгой разлуки. — Только у нас всё будет счастливее, — он положил руку ей на плечо. — Без трагедий и печальных финалов. — Обещаешь? — она лукаво посмотрела на него. — Клянусь, — он прижал её к себе. После Лувра они взяли напрокат велосипеды и покатили вдоль Сены, останавливаясь у букинистов, покупая мороженое и просто наслаждаясь моментом. Вечером, сидя на траве у реки и наблюдая за огнями города, Маша вдруг сказала: — Макс, а давай сделаем это традицией? Каждый год — новое место. Рим, Венеция, Токио… — Договорились, — он поднял банку лимонада в импровизированном тосте. — И пусть каждый год будет лучше предыдущего.