Я всегда с тобой

Беременность Маши протекала спокойно, и с каждым месяцем их дом наполнялся всё большим ожиданием чуда.  Чип подрос и превратился в энергичного, но воспитанного пса — он уже знал основные команды и с восторгом выполнял их, особенно если в награду получал любимое лакомство.  Оскар, несмотря на показную невозмутимость, тоже изменился: теперь он не просто терпел щенка, а порой даже участвовал в его играх — правда, делал это с таким видом, будто оказывал великую милость. Одним утром Маша проснулась от непривычной тишины. Обычно Чип уже вовсю носился по квартире или лизал ей руку, требуя внимания, но сейчас было тихо.  Она встала и заглянула в гостиную. Картина, открывшаяся ей, заставила её задержать дыхание от умиления: Чип, свернувшись клубочком, мирно спал, прижавшись к боку Оскара, а кот, вместо того чтобы возмущённо отстраниться, аккуратно накрыл щенка лапой, словно укрывая одеялом. — Макс! — шёпотом позвала Маша. — Иди сюда, посмотри! Максим, который готовил на кухне завтрак, подошёл и замер на пороге. — Ну надо же, — тихо произнёс он. — Похоже, они всё-таки стали настоящими друзьями. — И даже больше, — улыбнулась Маша. — Смотри, как Оскар его оберегает. — Может, он решил, что раз уж щенок здесь, надо его как-то воспитать? — усмехнулся Максим. — Старший брат, наставник и охранник в одном лице. Маша тихонько сфотографировала эту сцену на телефон. — Отправлю Соне, — сказала она. — Она точно расплачется от умиления. В тот же день они решили устроить небольшой выходной — просто провести день дома, никуда не торопясь. Максим достал старую настольную игру, которую они не доставали уже несколько лет, и предложил: — Давай сыграем? — С удовольствием, — согласилась Маша, устраиваясь на диване. — Только предупреждаю: я буду жульничать. — В смысле «буду»? Ты всегда жульничаешь! — рассмеялся Максим. — Зато ты всегда поддаёшься, — парировала она. Они играли, смеялись, спорили из‑за правил, а Чип и Оскар наблюдали за ними с разных концов комнаты: щенок с живым интересом, кот — с видом философа, который смотрит на забавы детей. Вечером, когда они пили чай с печеньем, Маша задумчиво сказала: — Знаешь, мне кажется, я готова к родам. Не то чтобы я не волновалась, но… я чувствую, что мы справимся. Вместе. — Конечно, справимся, — Максим взял её за руку. — Мы же команда. И у нас есть поддержка: Чип будет развлекать малыша, а Оскар — учить его уму‑разуму. — Особенно тому, что диван — это святое, — добавила Маша. — И что тапки нельзя грызть, — подхватил Максим. — Хотя, если честно, я бы на месте малыша больше слушал Чипа — он веселее. На следующий день они отправились на плановый осмотр к врачу. После приёма, выйдя на улицу, Маша глубоко вдохнула свежий воздух. — Всё хорошо, — сказала она, глядя на Максима. — Врач сказал, что всё идёт как надо. — Я и не сомневался, — он обнял её за плечи. — Ты у меня самая сильная. — И самая беременная, — усмехнулась она. — И самая красивая, — добавил он серьёзно. — Даже когда ворчишь, что я опять забыл закрыть холодильник. — А ты и правда его забыл закрыть? — прищурилась Маша. — Возможно, — признался Максим. — Но Чип уже всё проверил и одобрил содержимое. Дома их ждал сюрприз: Оскар, который обычно игнорировал любые попытки вовлечь его в активные игры, сидел посреди комнаты и… катал лапой мячик, а Чип с восторгом бросался за ним. — Вижу, вы нашли общий язык, — засмеялся Максим. — Или Оскар решил, что так проще контролировать щенка — чтобы тот не натворил дел, — улыбнулась Маша. Она села на диван, положила руку на живот и тихо сказала: — Слышишь, малыш? У тебя будет отличная компания. Самый весёлый пёс на свете и самый мудрый кот. Максим сел рядом, обнял её и прошептал: — И самые любящие родители. Чип, заметив, что на него перестали обращать внимание, подбежал к ним, запрыгнул на диван и положил голову Маше на колени. Оскар, поколебавшись, вспрыгнул с другой стороны и устроился рядом, издав тихое мурлыканье. — Вот и вся наша семья в сборе, — сказала Маша, поглаживая обоих питомцев. — И скоро станет ещё больше. — Да, — Максим поцеловал её в макушку. — И я не могу представить никого, с кем бы я хотел разделить это счастье. Они сидели так долго, слушая, как за окном шумит город, а в квартире царит уют, любовь и гармония — та самая, которую они строили шаг за шагом, преодолевая трудности и радуясь мелочам. Чип сопел, уткнувшись носом в руку Маши, Оскар мурлыкал, а где‑то внутри неё едва уловимо шевелился их будущий малыш — напоминание о том, что жизнь продолжается, становится сложнее, богаче и ещё прекраснее.