Ты - единственное исключение

Перед ним была не просто культистка. Что-то внутри него отозвалось на этот голос, будто далеко и глубоко в нем, Бэйн ответил на это приветствие лично. — Избранная Баала. Он констатировал очевидное, но оттого не менее удивительное. Что избранная забыла тут, почему тратит время на пытки кого-то по типу Деррима, или почему она лично этим занимается. Что же, все эти вопросы были применимы и к нему. — Не просто Избранная, сама Баалова плоть и кровь. Глаза её потухли, и голос стал прежним, жёстким, хрипловатым, но не таким глубоким. Ее поза стала устойчивее и сама она подобралась, больше не ведя себя расслабленно и несерьёзно. В ней будто бы испарилась жизнь, которая до этого проглядывалась в повадках и разговоре. Между ними повисло тяжелое молчание, он внимательно вглядывался в её фигуру, пытаясь запомнить и увидеть как можно больше. Она же в свою очередь спокойно выдерживала это внимание, смотря своим ничего не выражающим лицом в ответ. — Избранный…! Смешно! То, что Бэйн выбрал тебя… — Драконорожденный прервал это молчание, своим злым шипением. — ошибка… Ты! Недостоин… Энвер стремительно и твердо прошагал к горе трупов, по пути переступая и через своих подчинённых, схватив его рукой за челюсть он прервал этот поток яда. Глаза его опасно сузились а губы стали тонкой линией. Избранная Баала не препятствовала, оставаясь на месте, немного покачивая хвостом при наблюдении этой картины. Бэйнит будто забыл о её существовании, так легко и безрассудно приблизившись к той, кто несколько минут назад убивала его людей. «Молодой… и яростный, думает что всё ему позволено, ха, повезло, что когда я была молода, ты ещё под стол ходил» Бэйнит что-то зло шипел драконорожденному в морду, не давая ему вымолвить и слова. Лениво протянулись в её голове мысли, она словила на себе взгляд Деррима, тот смотрел будто чего-то ждал. «Избранный будет полезнее живым, так что… Дерр-мо придется отпустить в его лапы» Она повела плечом, и спрятала клинок за спину. Слабо дёрнув уголок губ в ухмылке увидев во взгляде драконорожденного разочарование. Наконец-то, Горташ заметил этот взгляд, и быстро повернулся к немного позади стоящей Избранной, готовый к атаке, но, она стояла спокойно, только недобро поблёскивая глазами, и как ему показалось, немного ухмыляясь, но вглядевшись, он увидел что это не так. Подобравшись и встав ровно, он повернулся к ней всем телом, не в силах сдерживать ярость, от слов подчинённого, который смел клеветать на него в присутствии другого Избранного мёртвых богов, тот уже в голове прокручивал всё, что сделает с ним, и как обернёт его ужасающую кончину в свою пользу, отчего, не смог сдержать раздражения в своем голосе: — Раз уж мы выяснили, кто мы, я считаю, что имею право на личную расправу над ним. Это внутренние дела культа Бэйна… — Тогда почему культ Бэйна не проконтролировал куда лезут его люди? Ее лицо стало жёстче, а слова резали воздух. — Я, с самого начала четко дала понять, что вам тут делать нечего, независимо от того, кто вы там, культисты или обычные торгаши. Внутренние дела? О чем ты? И он, и ты, на моей территории, здесь Я решаю, кто, и что делает, и на что имеет право. Слова слетали с языка резко, Энвер смотрел в ответ, слушая всю эту тираду, смотря в ее совсем немного нахмуренное лицо. Сейчас он не был настроен на конструктивный диалог, поэтому ответ получился достаточно резким: — Он действовал по своему усмотрению. И не смотря на это, именно Я, ЛИЧНО, пришёл сюда решить эту проблему, с вашей территорией ничего не случилось, а моя репутация страдает тем больше, чем он лежит здесь без дела. «Спокойнее, Бэйнит… Все равно сдохнешь не сегодня, хотя таким разговором ты только себе смерть приближаешь.» Она приподняла бровь на эти заявления, и хвост ее дернулся. — мне плевать на твоего подчинённого, делай с ним что хочешь, но, я буду присутствовать. Она подняла руку останавливая уже дёрнувшегося было возразить Горташа, и хвост её острым наконечником закружил над, сидящим рядом в бессилии, телохранителем. — либо, конечно, можешь сопротивляться, бэйнит, но если ты, рассчитываешь убить Избранную бога убийств — на этих словах губы ее совсем немного растянулись в улыбке, обнажая острые зубы — то тогда нам не о чем говорить. Я просто прекращу эту бессмысленную болтовню и уверена, Бэйн по тебе слёз лить не будет. Горташ посмотрел на неё, она выглядела спокойной, даже не смотря на её резкие слова. Может это не такая уж и ужасная идея, она, не проявляла желания вмешиваться в дела городские, как впрочем и большинство культистов, никоим образом не лезли в политику, занимаясь лишь тем, единственным что было им интересно — убийствами, убийствами и, ещё раз, убийствами. «Даже если она услышит о проблемах в бизнесе, это мало что изменит, не так ли?» Мысли закрутились круговоротом в его и так переполненной планами голове. «Но, я не знаю как она ведёт дела, ориентироваться по тому, что я наблюдаю? Если так, то ей плевать, а если она просто скрывает? было бы ей плевать, она бы уже ушла, значит у нее есть интерес к тому что она услышит тут…» В груди его затеплился огонёк предвкушения, выяснить что ей нужно, и, разве не было бы прекрасно заиметь такого союзника? Особенно на своих условиях, даже если не союзника, то просто не быть врагами с культистами, было бы неплохо, а там, уже, со временем он бы нашел подход чтобы обернуть это в свою пользу. Он, ещё не до конца успокоившийся, приосанился и чинно кивнул: — Хорошо, я принимаю эту просьбу, я оставлю за собой право делать все что будет мне угодно с предателем моего культа, а ты… Вы, же в свою очередь, можете остаться и наблюдать, Избранная, но, после, давай побеседуем. Избранная взмахнула хвостом, оставляя на лице телохранителя порез, из которого сразу же хлынула кровь. Уголок губ дернулся, не то вверх, не то вниз, из-за волос он этого не разобрал. — Не так, за разговор после, ещё причитается Бэйнит, хочешь поболтать, тогда я в пытках участвую Горташ опешил. — Что? Это дело моё, с чего бы тебе в это лезть, ты же сказала что тебе плевать что будет с моим подчинённым? Удивительно тихий до этого Деррим, будто очнулся ото сна, незаметно, как ему казалось, он возвёл свои рептилии глаза к потолку и зажмурился, сразу же, будто опомнившись напустив на себя спокойный вид, несмотря на свое состояние, у него удалось, он выглядел так, будто был на каком-то светском рауте, а не лежал голый и изуродованный на горе трупов собственных подчинённых и соратников. Оба избранных это заметили. Мужчина подметил это про себя, посчитав, что тот рассчитывал на лишь его участие, боялся ли он Избранную Баала больше чем его, Горташа? Если да, то очень зря, боятся ему стоило именно его, ведь именно у Горташа, был мотив и ярость, достаточная для того, чтобы упиваться его страданиями в полной мере. Женщина же про себя усмехнулась, дракон боялся расправы от её рук, может бэйнит и не поймет какую службу она ему сыграет своим участием, но разболтает тот намного больше. — Не бойся, Бэйнит… Я оставлю его смерть твоим рукам, разве что-то может сблизить так же сильно, как совместные пытки? Если уж мы будет беседовать опосля, то я предпочту знать, с кем говорю. «Истинное лицо открывается только в самых худших поступках, как бы ты не держал лица, но когда умирает твой враг, когда его кровь окропляет твое лицо и руки… ты будешь настоящим. А не строить эти величественные гримасы, парень.» Её глаза хищно сощурились, в них промелькнул красный отсвет, внутри шепотом прошло «Баал», но потом, Горташ убедил себя что то был лишь отсвет кровавых факелов. — Да будет так. Думаю избранной Баала будет что мне продемонстрировать. Он кивнул, скорее самому себе, пытаясь убедить себя, что это и вправду необходимо. На это Избранная промолчала, Горташ будто приглашая ее к столу провел рукой указывая на Деррима, и сам вслед за ней повернулся в сторону предателя. Они стояли над его телом, и у каждого в голове, витало сумасшедшее желание крови, у кого-то от ненависти, у кого-то от природы. Деррим взмолился Бэйну про себя, но в голове и в сердце, было пусто.