Пари на ушастого

Прошла неделя с того дня, когда Джуд рассказал Шарпнессу о фейк-аккаунте. Все эти дни блондин всячески избегал встречи взглядом с Джудом. Он не хотел видеть ушастого. И те издёвки над кроликом снова продолжились. ‎ ‎В пятницу, за день до выходного, Джуд сидел на уроке и смотрел в окно. Учитель что-то рассказывал про экзамены, но мысли были далеко. ‎ ‎Шарпнесс сидел за две парты от него. Раньше кролик боялся даже повернуть голову в его сторону. А теперь ловил каждое движение. Как блондин поправляет ленту в волосах. Как смотрит в телефон. Как ни разу за весь урок не посмотрел в сторону Джуда. ‎ ‎«Я для него пустое место», — подумал кролик и уткнулся носом в учебник. ‎ ‎На перемене Сапарата что-то сказал Шарпнессу, и они оба посмотрели на Джуда. Блондин отвернулся первым. А Сапарата подошёл ближе. ‎ ‎— Ты чего такой грустный, кролик? Из-за того что Шарп тебя игнорит? ‎ ‎Джуд вздрогнул. Он не ожидал, что Сапарата заговорит с ним. ‎ ‎— Мне всё равно, — буркнул ушастый. ‎ ‎— Врёшь, — улыбнулся белокурый, но без злости. — Но советую не лезть к нему. Он последнее время сам не свой. ‎ ‎Сапарата ушёл, а Джуд остался стоять посреди коридора с колотящимся сердцем. Он пытался понять что сейчас произошло. ‎ ‎Его опять унижали, обзывали, толкали. Но Джуд терпел из-за своих чувств к Шарпнессу. Как они появились, ушастый до сих пор не мог понять, но как бы ни старался — эти чувства не уходили. ‎ ‎Тай замечал, как он смотрит на Шарпнесса, как засматривается по несколько минут, и его это заинтересовало. Темноволосый подкалывал Джуда, говоря, что тот влюбился. Кролик постоянно отнекивался и отворачивал голову, чтобы скрыть смущение, но Тай всё это прекрасно замечал. ‎ ‎Сам Джуд долго размышлял о том, что ему делать. ‎ ‎«Это не взаимно», «Шарпнесс никогда не влюбится в такого, как я» — повторял себе кролик, и каждый раз от этого ему становилось больно. Зная это, он пытался разлюбить блондина, пытался забыть о его существовании. «Как можно любить человека, который ненавидит тебя?» ‎ ‎Но, кажется, можно. Ведь при каждом упоминании, при каждом взгляде у Джуда внутри всё сжималось, а сердце билось всё быстрее. ‎ ‎И он решил высказаться — своему единственному другу Таю. Ушастый понимал, что Тай будет только рад, он об этом только и мечтал, но Джуд уже не мог держать это в себе. А своей маме рассказать не хотел. Он боялся. ‎ ‎ ‎Сегодня был выходной. На улице ярко светило солнце и грело землю. Джуд решил прийти к другу без ведома — он же не оставит его одного на улице. ‎ ‎Он стучал в дверь квартиры Тая уже как две минуты, и после последнего стука за дверью послышались шаги. Дверь открылась, и на пороге стоял темноволосый, который по виду только проснулся. ‎ ‎— Какого хрена тебя принесло? — выразился Тай, смотря на кролика с еле открытыми глазами. ‎ ‎— Впустишь? Есть разговор. ‎ ‎Тай тяжело вздохнул, кинув взгляд в свою квартиру. Он согласительно промычал и впустил Джуда. Зайдя внутрь и сняв обувь, они прошли в гостиную. ‎ ‎— Ну, что за разговор? — первым начал Тай, разорвав тишину. ‎ ‎Он сел на диван и уставился на Джуда. Кролик почесал затылок и сел рядом, смотря куда-то в другую часть комнаты. ‎ ‎— Я хотел рассказать… — замялся ушастый, собираясь с силами. — Просто мне некому больше рассказать. ‎ ‎— Ну не тяни, — поторопил его темноволосый, из-за чего Джуд стал нервничать сильнее. ‎ ‎— Только обещай, что никому не скажешь об этом, — сказал кролик, посмотрев на Тая. Тот много с кем общался в отличие от Джуда. Но кролик сам не любил новые знакомства или компании. Поэтому он дружил только с Таем. ‎ ‎Увидев взгляд кролика, Тай понял серьёзность разговора и напрягся. ‎ ‎— Я хоть кому-то рассказал что-то о тебе или твоих секретах? — спросил он, потирая глаза ладошками. ‎ ‎— Ну, это очень важн… ‎ ‎— Джуд, — перебил темноволосый, убирая руки с лица. ‎ ‎— Ладно… В общем… — он прокашлялся, и его носик нервно задёргался. — Я кажется… влюбился в Шарпнесса. ‎ ‎Тай замер. Уголки его губ дрогнули и растянулись в улыбке. От удивления и счастья ему хотелось заорать, но проблемой этому были соседи. ‎ ‎— Ты… ты сейчас серьёзно?! ‎ ‎Кролик медленно кивнул и почувствовал, как жар начал подступать к телу. Тай захлопал в ладоши и уселся на диване поудобнее. ‎ ‎— Бро, как это произошло вообще? С какого дня? — спросил Тай так радостно, что казалось это он влюбился. ‎ ‎Джуд прижал колени к себе и обхватил их руками. На лице появился лёгкий румянец, а уши прижались к голове. ‎ ‎— Я не знаю. Началось неделю назад. Тай, я рассказал, чтобы ты мне помог. Как мне его разлюбить? — тихо, почти шёпотом сказал Джуд и жалобными глазами посмотрел на друга. ‎ ‎— Стоп, в смысле — разлюбить? Нет, вы должны быть вместе! — Тай достал телефон из кармана, и на лице выступила его хитрая улыбка. — Давай напишем ему? ‎ ‎У Джуда округлились глаза. Он резко выхватил телефон темноволосого и встал с дивана, пряча его за спиной. ‎ ‎— Нет! Зачем? Тай, ты идиот? — его сердце забилось сильнее, а хвост прижался. ‎ ‎Тай рассмеялся от такой реакции кролика и тоже встал с дивана, подходя к Джуду. ‎ ‎— Я шучу. Давай телефон, не буду я писать, — сказал Тай, протягивая ладошку вперёд. ‎ ‎Ушастый сначала сомневался, но всё равно отдал телефон в руки. Тай сунул телефон в карман шорт и посмотрел на него. ‎ ‎— Признайся Шарпнессу, — сказал Тай, положив руку на плечо Джуда. ‎ ‎Его ухо дрогнуло от услышанного. ‎ ‎— Я не смогу. К тому же, это не взаимно. ‎ ‎Тай вздохнул и, убрав руку с плеча, сел на диван. ‎ ‎— Если ты признаешься и это будет не взаимно, то шанс семьдесят процентов, что потом ты его разлюбишь, как ты и хочешь. ‎ ‎Джуд напрягся, подошёл к дивану и тоже присел. ‎ ‎— А остальные тридцать? ‎ ‎Повисла тишина. Они смотрели друг на друга серьёзно. Но Тай не смог выдержать и улыбнулся. ‎ ‎— Ты однолюб и не сможешь разлюбить его, по крайней мере, очень долгое время, — прервал тишину темноволосый. ‎ ‎Джуд промолчал. Он уставился в угол комнаты, не отводя взгляд. ‎ ‎«А если это взаимно?» — прозвучало в голове у кролика, но вслух говорить не стал. ‎ ‎— Бро, послушай меня, — Тай повернулся к Джуду и положил руку ему на колено. — Ты не должен его разлюбить. Ты должен понять, что ты достоин любви. Даже если этот придурок Шарпнесс этого не понимает. ‎ ‎— Я не достоин, — тихо сказал Джуд. — Я врал ему. Долго. Больно врал. ‎ ‎— А он тебя бил, — напомнил Тай. — Мы все говно, если подумать. Но это не значит, что нельзя попробовать стать лучше. ‎ ‎Джуд поднял на него глаза. ‎ ‎— С каких пор ты такой мудрый? ‎ ‎Тай усмехнулся. ‎ ‎— С тех пор как понял, что спать до обеда — не выход. ‎ ‎Они оба засмеялись. Нервно. Но легче стало обоим. ‎ ‎ ‎Когда Джуд вернулся домой и лёг на кровать, он задумался о словах Тая. ‎ ‎— Может, и правда признаться? — сказал он шёпотом, почти про себя. ‎ ‎Но тут же осознал, что это плохая идея. ‎ ‎Или нет? ‎ ‎Он решил прогуляться. Опять один, без Тая — просто хоть на чуть-чуть отвлечься от мыслей и подышать свежим воздухом. ‎ ‎На улице было прохладно. Вечернее солнце уже не так сильно светило, как днём, вместо него дул ветерок, обдувая лицо кролика. Фонари резко загорелись, от чего он вздрогнул. ‎ ‎Идя по парку, Джуд сам того не заметив, свернул на какую-то поляну. Пройдя чуть дальше, он остановился. ‎ ‎Ушастый вспомнил момент, произошедший где-то месяц назад. В школе он случайно услышал разговор Шарпнесса с Сапаратой. Блондин рассказывал о своём любимом месте возле парка, и Джуд это запомнил. Он ни разу не был здесь, но понял, что это то самое любимое место Шарпнесса. ‎ ‎Возле парка. Огромный дуб. И сидящий Шарпнесс под деревом. ‎ ‎Его сердце забилось быстрее, а хвостик завилял при виде блондина. Но подойти было страшно. Вместо этого он полез за кусты, пробираясь дальше, чтобы посмотреть на него поближе. Когда он уже подползал ближе, ветка под ногами хрустнула, и кролик быстро прижался к земле, поджав хвост и уши. ‎ ‎Шарпнесс сидел, уперевшись спиной о дерево. Его глаза были прикрыты, а ветер обдувал длинные волосы блондина. Слышен был только шорох листвы и травы, но хруст ветки не обошёл стороной. Обернувшись на звук, он увидел, как фиолетовые уши мелькнули и пропали за кустами. ‎ ‎Он сразу понял, кто это. Единственный человек с фиолетовыми ушами был Джуд. ‎ ‎Шарпнесс медленно приподнялся на ноги и зашагал в сторону звука. ‎ ‎Джуд вслушивался, но из-за шелеста травы ничего не слышал и, подумав, что Шарпнесс не услышал хруста, поднял голову. ‎ ‎Через кусты перед ним стоял Шарпнесс, сложив руки на груди. ‎ ‎— Почему ты меня сталкеришь? — спросил блондин, смотря на кролика недовольным взглядом. ‎ ‎Джуд встал с колен и отряхнулся. ‎ ‎— Я? Я просто мимо проходил и споткнулся. ‎ ‎Шарпнесс глубоко вздохнул и, обернувшись, пошёл обратно. Джуд задумался: признаться сейчас или нет? ‎ ‎— Стой, — крикнул кролик, подходя ближе. ‎ ‎Шарпнесс обернулся и устало наклонил голову. ‎ ‎— Что тебе надо? ‎ ‎Кролик остановился рядом с Шарпнессом, спрятав руки за спиной. ‎ ‎— Я знаю, ты меня ненавидишь, но… — он взглянул на лицо Шарпнесса, и у него пропал дар речи. Проглотив ком в горле, он отвёл взгляд. ‎ ‎— К чему ты клонишь? — спросил Шарпнесс, нахмурившись. ‎ ‎— Ты мне нравишься, — сказал Джуд, и внутри будто всё стало пустым. — Это взаимно или нет? Просто скажи. ‎ ‎Шарпнесс застыл. Его сердце забилось быстрее — от чего он сам не понимал. Он сделал шаг назад. ‎ ‎— Хах, очередной спор. Уже не поведусь. ‎ ‎— Это не спор, — Джуд сделал шаг вперёд, хотя внутри был страх. — Тай не в курсе, что я здесь. ‎ ‎Шарпнесс усмехнулся, но усмешка была нервной. ‎ ‎— И почему я должен тебе поверить? — сказал он, а после добавил: — Знай, мне никогда не будет нравиться такой уродливый кролик, как ты. ‎ ‎У Джуда закололо внутри. Он признался, а Шарпнесс его отверг — как он и думал. Тогда почему было так больно на душе? ‎ ‎— Понял. Прости, что побеспокоил, — сказал Джуд те же самые слова, что Шарпнесс сказал тогда Джессике. Но сразу же пожалел. ‎ ‎Шарпнессу напомнили эти слова его. Когда ему было так же больно от того, что его отвергли. Посмотрев на удаляющийся силуэт, он подумал, что кролику тоже больно. И от этого у блондина всё сжалось внутри. ‎ ‎— Джуд. Всё нормально? — крикнул он сам не зная зачем. ‎ ‎Джуд не стал оборачиваться и крикнул в ответ, прижав уши к голове: ‎ ‎— Всё отлично. ‎ ‎Шарпнесс понимал, что тот врёт, но догонять не стал. Он сел на траву, прислонившись спиной к дубу, и провожал взглядом ушастого, пока тот не скрылся за деревьями. ‎ ‎ ‎Джуд шёл домой и не разбирал дороги. Ноги несли его сами. В голове было пусто и одновременно слишком много всего. ‎ ‎«Никогда не будет нравиться такой уродливый кролик, как ты». ‎ ‎Он остановился посреди тротуара, сжал кулаки и зажмурился. По щекам текло. Он не плакал — он просто не мог сдержать слёзы. ‎ ‎— Дурак, — прошептал он. — Надо было молчать. Надо было не ходить в этот парк. ‎ ‎Телефон завибрировал. Тай. ‎ ‎— Джуд, ты у меня дома забыл… — не успел договорить Тай, потому что его перебил ушастый. ‎ ‎— Тай, я признался, — его голос дрожал. — Он сказал, что я уродливый кролик и никогда ему не понравлюсь. ‎ ‎Тишина в трубке. А потом Тай выругался так громко, что кролик отстранился от телефона. ‎ ‎— Он ахуел? Что он себе позволяет! ‎ ‎— Он прав, — устало сказал Джуд. — Зачем я вообще полез? ‎ ‎— Джуд, ты не уродливый, — Тай уже не шутил. — А Шарпнесс просто урод. Если он этого не понял — это его проблемы. ‎ ‎Кролик хотел ответить, но не смог. Слова застряли в горле. ‎ ‎— Иди домой, пей чай и ложись спать. Завтра разберёмся, — сказал Тай. ‎ ‎Джуд неохотно сказал «ага» и сбросил звонок. ‎ ‎ ‎Шарпнесс вернулся домой, когда стемнело. Он не включил свет — как обычно, когда оставался один. ‎ ‎Сел на кровать, взял телефон и открыл чат с Джессикой. Потом с силой отбросил его в сторону. ‎ ‎«Уродливый кролик». ‎ ‎Он сам это сказал. Но почему тогда не чувствовал удовлетворения? ‎ ‎Шарпнесс закрыл глаза. Перед ним стоял Джуд. Не испуганный, не забитый а тот, который стоял перед ним в парке и смотрел прямо в глаза. И говорил: «Ты мне нравишься». ‎ ‎«Почему ты не мог быть Джессикой?» — мысленно спросил блондин. ‎ ‎Но Джессики не было. А кролик был. ‎ ‎И этот кролик почему-то не выходил из головы.