Связаны

Третья неделя съёмок началась с того, что Варя проснулась за час до будильника. Это было странно — она обычно спала крепко, без сновидений, проваливаясь в чёрную тишину. Но в последние несколько дней что-то изменилось. Она ловила себя на том, что думает о предстоящем дне, о том, кто будет сидеть рядом в гримерке, с кем удастся перекинуться парой слов. «Семён, — пронеслось в голове, и она тут же одёрнула себя. — Просто Семён. Не придумывай лишнего». Но сердце всё равно стучало быстрее, когда она вспоминала, как он смотрит — исподлобья, серьёзно, но с какой-то скрытой теплотой. Варя села на кровати, потянулась и провела рукой по спинке кресла. Кехно был недоволен таким ранним подъёмом. — Тихо, — шепнула она. — Привыкай. Кехно заворчал, но успокоился. Пока шаманка ехала до готического зала, она всю дорогу смотрела в окно, но видела не серые московские улицы, а вчерашний вечер. Они с Семёном переписывались до полуночи. Он прислал ей фотографию заката над Новосибирском — сделал ещё до отъезда, хранил в телефоне. На неё он подписал: «У нас такие бывают. Точно не хуже карельских». Она ответила смайликом и не могла заснуть ещё час. «Что со мной происходит? — подумала она. — У меня есть молодой человек». Но отношения с парнем в последнее время дали трещину. Варя вздохнула и тряхнула головой, отгоняя грустные мысли.

***

Гримерка встретила её привычным шумом и запахом косметики. Дженнифер Бьянки уже сидела перед зеркалом. Анжела Гома с кем-то переписывалась. Артем Бесов стоял и что-то доказывал Сергею. Виталий Терлецкий, как всегда, сидел на подоконнике и тихо разговаривал с кем-то невидимым на японском. Он заметил Варю и широко улыбнулся. — О, Варя! Иди сюда. Младший говорит, что у тебя сегодня хорошая энергия. Светлая. — Спасибо Младшему, — улыбнулась Варя в ответ. Виталий был одним из немногих, кто не вызывал у неё ни настороженности, ни усталости. Он был странным — но той хорошей странностью, которая располагала к себе. Она села рядом с ним на подоконник, положив мешочек с землёй на колени. Кехно тут же свернулся клубком у её ног — невидимый, но тяжёлый. — А Семён где? — спросила Варя, стараясь, чтобы голос звучал безразлично. — А ты его уже заждалась? — хитро прищурился Виталий. — Да вон он, идёт. Дверь открылась, и в гримерку вошёл Семён. В чёрной рубашке с длинным рукавом. Он оглядел комнату и, заметив Варю, чуть кивнул. Подошёл, остановился рядом. — Привет, — сказал тихо. — Привет, Сёма, — ответила Варя и тут же почувствовала, как теплеют щёки. Она сама не заметила, как начала называть его так — сокращённо, по-домашнему. Семён смутился — на мгновение его лицо потеряло обычную хмурость, и он даже улыбнулся краем губ. — Опять Сёма? — спросил он, но в голосе не было недовольства. — Нравится, — просто ответила Варя. — Будешь кофе? Она протянула ему пластиковый стаканчик, который успела взять у кофемашины. Семён взял, сделал глоток. — Чёрный, без сахара, — констатировал он удивлённо. — Ты запомнила? — Я много чего запоминаю, — сказала Варя и отвела взгляд. Кехно издал тихий, похожий на усмешку звук. Варя мысленно приказала ему молчать. Бес недовольно заворчал, но подчинился. Они втроём — Варя, Семён и Виталий — просидели так почти час, обсуждая всякие мелочи. Виталий рассказывал, как его духи помогли ему найти потерянный ключ от номера, Семён жаловался на бессонницу, Варя слушала и иногда вставляла короткие реплики. Ей было хорошо. Спокойно. Как будто она вернулась домой, хотя дом был за тысячи километров.

***

Ближе к обеду в гримерку зашёл Сергей Руфлядко. — Смотрите-ка, — сказал он громко, обращаясь скорее ко всем, чем к кому-то конкретному. — Трио собралось. Шаманка, ведьмак и... а ты кто? — он кивнул на Виталия. — Фокусник? — Я не фокусник, — спокойно ответил Виталий. — Я оммёдзи. — А-а, японское всё, — отмахнулся Сергей. — Ну ладно, развлекайтесь. Только, — он перевёл взгляд на Варю, — от этой малолетки всё равно толку мало. Силы нет, одна поза. Варя почувствовала, как Кехно напрягся. — Иди куда шел, — тихо, но твёрдо сказала она. — Это уже скорее к тебе относится, какое уже испытание плохо проходишь? — О, заговорила, — усмехнулся Руфлядко. — Зубки-то точатся. Тебе сколько? Восемнадцать? Таких здесь каждый сезон по десять штук, и все уходят после первого испытания. Что ты здесь забыла, малолетка? — А ты здесь что забыл? — вдруг вмешался Семён. Сергей обернулся к нему, прищурился. — Ты, сибиряк, не лезь. Твоё дело — сидеть в тряпочку молчать. А девчонка пусть сама за себя отвечает. — Она и отвечает, — Семён встал, оказавшись почти на голову выше Руфлядко. — Тебя не учили с девушками разговаривать уважительно? Или что с Полиной также разговаривал? Может поэтому она теперь бывшая жена? Виталий тихо усмехнулся. — Ты…сосунок, — прошипел Сергей. — Ты у меня будешь землю жрать. — Непременно. Сергей посмотрел на них троих и вышел, громко хлопнув дверью. В комнате повисла напряжённая тишина. Дженнифер Бьянки, наблюдавшая со стороны, покачала головой и снова уткнулась в зеркало. Анжела, сделала вид, что нечего не слышала. — Спасибо, — тихо сказала Варя, глядя на Семёна. — Не за что, — он сел обратно, но кулаки у него всё ещё были сжаты. — Терпеть не могу таких. Он тебя вообще не знает, а уже выносит приговор.

***

После обеда у участников было два часа свободного времени. Кто-то сидел в гримерке, кто-то гулял по территории. Варя вышла в длинный пустой коридор, ведущий к запасному выходу. Ей хотелось побыть одной — или почти одной. Кехно не в счёт. Но за поворотом она наткнулась на Семёна. Он стоял у окна, смотрел на улицу и, кажется, тоже искал уединения. — Не ожидал тебя здесь увидеть, — сказал он, оборачиваясь. — А я тебя, — ответила Варя. — Но рада. Она подошла, встала рядом. — Слушай, Сём, — начала она и вдруг замолчала. — Что? Варя замялась. Она не знала, как сказать то, что вертелось на языке. О том, как он смотрит на неё в гримерке. О том, что она ловит себя на мысли, что ждёт его сообщений. О том, что по ночам, когда Кехно спит, она перечитывает их переписку. Но вместо этого она сказала другое. — У меня есть парень. Семён не удивился. Кивнул. — Я знаю. Ты говорила в первый день. — Да, — она опустила глаза. — Но у нас... трудности. В последнее время он стал другим. Ревнует к съёмкам, ко всем, с кем я общаюсь. Вчера он не взял трубку, когда я звонила. А сегодня написал коротко: «Ты там нашла себе кого-то?» Семён молчал, глядя перед собой. — Я не знаю, что ответить, — продолжила Варя. — Потому что... потому что я действительно много времени провожу с тобой. И Виталей. И мне хорошо. А дома меня ждёт скандал. — Извини, — тихо сказал Семён. — Если я стал причиной... — Не извиняйся, — перебила Варя. — Ты ни в чём не виноват. Это мои проблемы. Просто... я хотела, чтобы ты знал. Я не свободна. И я не ищу... не ищу ничего. Но чувства не прикажешь. Она подняла глаза и посмотрела на него. Семён смотрел в ответ — серьёзно, без улыбки. В его взгляде было что-то, что заставило её сердце биться быстрее. — Я ничего не прошу, — сказал он наконец. — Я просто рад, что ты есть. Как друг. Как... товарищ. Варя усмехнулась. — Ты сказал «товарищ». Это звучало так пафосно. — А ты смеёшься надо мной, — он тоже улыбнулся. — Ладно, идём. Они пошли обратно по коридору, не касаясь друг друга, но плечом к плечу. Кехно молча слушал, и Варя чувствовала его одобрение.

***

Съёмки закончились поздно. Варя вернулась домой, когда за окнами уже давно стемнело. Войдя в комнату, она скинула куртку на стул, стянула ботинки и села на кровать. Она достала телефон. Экран засветился, показывая пропущенные уведомления. Ни одного от молодого человека. «Сегодня был тяжёлый день. Скучаю», — написала она и отправила. Ответа не было. Только серая галочка, означающая «доставлено». Парень не прочитал. Может быть, он уже спал. Может быть, просто не хотел отвечать. Варя положила телефон на тумбочку, обхватила колени руками и уставилась в стену. — Что мне делать? — спросила она у пустоты. Или у Кехно. Или у самой себя. Кехно не ответил. Только вздохнул — холодным, ледяным вздохом, от которого по коже побежали мурашки. Она взяла телефон снова. На этот раз открыла чат с Семёном. «Ты как?» — написала она. Ответ пришёл почти сразу. «Не сплю. Думаю. А ты?» «Тоже. Сергей этот... бесит». «Забудь о нём. Он ничего не значит». Варя помолчала, пальцы зависли над клавиатурой. Потом набрала: «Спасибо, что заступился. Мне было приятно». «Не за что. Терпеть не могу, когда обижают тех, кто слабее». «Ты считаешь меня слабой?» — спросила она с вызовом. «Нет. Но он так считает. А я не люблю, когда ошибаются». Варя улыбнулась в темноту. Кехно заворчал почувствовав смену настроения. «Странный ты, Сёма», — написала она. «Сам знаю. Спи давай. Завтра рано вставать». «Ты тоже спи». «Попробую. Хотя вряд ли. Спокойной ночи, Варя». «Спокойной ночи». Она отложила телефон, но заснуть не могла. Полежала с закрытыми глазами, посчитала до ста, потом до двухсот. Кехно уже спал. А Варя всё ворочалась. Тогда она снова взяла телефон — просто чтобы скоротать время. Открыла ТикТок, начала листать ленту. Танцы, мемы, котики, рецепты. Ничего интересного. И вдруг её палец замер. На экране было видео. Нарезка моментов с «Битвы экстрасенсов» — их с Семёном. Как они стоят в готическом зале, как разговаривают на проходке, как ловили взгляды друг друга. Под видео стояла подпись: «Посмотрите, какие милые. У нас походу намечается еще одна пара #битваэкстрасенсов #семенлесков #варварапетрович #шипперы» Внизу были комментарии. Полсотни, может быть, больше. «Они такие милые!» «Посмотрите, как он на неё смотрит!» «Да они уже встречаются, я уверен». «Срочно вручайте им приз зрительских симпатий». Варя покраснела. Ей стало жарко, хотя в комнате было прохладно. Она вообще не привыкла, чтобы её личную жизнь обсуждали незнакомые люди. Видео было смонтировано умело — из тех кадров, что попали в эфир или в соцсети. Варя пересмотрела видео ещё раз. Потом ещё. Потом прочитала все комментарии, до самого последнего. Внутри у неё всё переворачивалось. Стыд? Смущение? Или что-то другое — то, что она боялась назвать? «Ладно, — подумала она. — Это всего лишь шипперы. Они всех шипперят. Это не значит ничего». Но она не могла перестать улыбаться. «Завтра покажу Семёну, — пронеслось в голове, и она тут же испугалась собственной мысли. — Нет. Ни за что. Он подумает, что я... что мы...» Она отложила телефон, отвернулась к стене и закрыла глаза. Кехно вздохнул — и Варя представила, что он говорит ей: «спи уже, дурочка». И она послушалась. Перед сном она подумала о Семёне. О том, как он смотрел на неё в коридоре. О том, что у неё есть парень, но сердце говорит другое. И о том, что где-то в интернете незнакомые люди уже придумали за них историю, которой пока не случилось. ТикТок остался открытым на телефоне, и видео с шипперской нарезкой продолжало крутиться по кругу — пока экран не погас сам.