Возрождение Стендарра

Глава III. Путь к Святилищу Стендарра Таверна в Вайтране снова встретила их теплом, шумом и запахом жареного мяса. Но теперь для Тьёдвальда этот шум звучал иначе — не как фон чужих жизней, а как начало чего-то большего. После встречи со Стражами Стендарра он уже не мог смотреть на мир так же. Стражи вошли следом за ними без лишней суеты. Их доспехи тихо звякали при каждом шаге, а символ Стендарра на груди выглядел так, будто был вырезан не металлом, а убеждением. Тьёдвальд и София успели лишь сесть и начать перевязывать раны, как разговор сам собой разгорелся. — Ты носишь знак, — сказал один из Стражей, глядя на ожерелье Тьёдвальда. — Но ты не служишь. — Я вообще не уверен, что он мой, — честно ответил Тьёдвальд. — Он не “чей-то”, — вмешался другой. — Он символ. Милости. И кары. София, перевязывая руку, хмыкнула: — Звучит как человек с очень сложным характером. Страж не понял шутки. Тьёдвальд посмотрел на них: — Кто вообще такой Стендарр? Тишина в разговоре стала плотнее. — Покровитель милосердия, — начал первый Страж. — Но не слабости. — Защитник слабых, — добавил второй. — Но не тех, кто прячется за ними. — Судья тех, кто превращает чужую боль в прибыль, — закончил первый. Тьёдвальд слушал внимательно. Слишком внимательно. София наклонилась к нему: — Ты сейчас выглядишь как человек, который впервые понял, что учебника по миру ему не выдали. — Примерно так и есть, — тихо ответил он. В этот момент к их столу подошла хозяйка таверны. — Это вы… — она посмотрела на них, переводя взгляд с раненых лиц на Стражей. — Вы те, кто убил тролля у пещеры? София подняла руку: — Мы предпочитаем термин “временно убедили его перестать существовать”. — Его не могли убить даже наёмники из Маркарта, — продолжила хозяйка, игнорируя её. — Вот ваша награда. Она положила на стол мешок. Звук монет был тяжёлым. — Две тысячи золотых. София присвистнула: — Ну наконец-то нас оценили хотя бы в стоимость приличной проблемы. Тьёдвальд не сразу взял мешок. — Это слишком много. — Это ровно столько, сколько стоит жизнь караванов, — спокойно сказала хозяйка. — Или слух о том, что дорога снова безопасна. Он медленно кивнул и принял награду. Разговор со Стражами продолжился. И чем больше Тьёдвальд слушал, тем яснее становилось: он знал о Скайриме многое… но о богах этого мира — почти ничего. — Стендарр не требует слепой веры, — говорил один из них. — Он требует поступков. — А если человек ошибается? — спросил Тьёдвальд. — Тогда он платит. Но может исправиться. София усмехнулась: — Наконец-то религия, где есть возврат товара. Страж медленно повернул голову: — Это не шутка. — У меня всё шутка, пока меня не убили, — спокойно ответила она. Когда разговор перешёл к предложению вступить в ряды Стражей, Тьёдвальд замолчал. — Ты уже носишь знак, — сказал Страж. — И ты уже действуешь так, как действуем мы. — Я просто выжил, — ответил он. — Выживание — это не всегда нейтрально, — тихо сказал второй. София посмотрела на Тьёдвальда: — А ты как думаешь? Он долго не отвечал. — Я думаю… я должен понять, во что я вообще превратился. Страж кивнул: — Тогда тебе нужно в Святилище Стендарра. Он назвал место. И это звучало не как просьба. А как направление. — Мы придём, — сказал Тьёдвальд. — Скоро, — добавила София. Позднее той же ночью таверна снова стала шумной. Новость о тролле разлетелась быстрее эля. К их столу начали подсаживаться люди. — Это вы его убили? — Тот самый тролль?! — Вы из Вайтрана?! Тьёдвальд впервые понял странную вещь. Теперь он не слушал истории. Он был историей. — Да, — сказал он устало. — Это были мы. София тут же добавила: — Он почти сгорел, но красиво. — София… — Что? Я просто улучшаю маркетинг. Один наёмник спросил: — Это правда, что вам помог Стендарр? Тьёдвальд машинально коснулся ожерелья. — Я не знаю. — Значит, да, — уверенно сказала София. — Это не ответ. — Это Скайрим. Тут “не знаю” всегда означает “да, но страшно признаться”. Смех. Шум. Вопросы. И слишком много внимания. София встала первой. — Всё, хватит. Наш герой устал, его пафосный путь к судьбе требует сна. — Я не герой. — Конечно нет. Ты просто человек, который случайно сжёг тролля. Она потянула его за рукав. И разговор закончился. Утро пришло тихо. Слишком тихо после вчерашнего. Они купили новое снаряжение у кузнеца — он узнал их сразу. — Это вы? Те, что тролля? — Да, — сказал Тьёдвальд. — Тогда это бесплатно, — буркнул кузнец. — И не спорь. София шепнула: — О, началась новая экономическая система. “Выжил — получи скидку”. Они оставили пару монет “на удачу” и вышли. Дорога к Святилищу Стендарра лежала через деревни и леса. По пути им помогали. Кто-то давал еду. Кто-то бинты. Кто-то просто молча кивал, узнавая их. — Ты это замечаешь? — спросила София. — Что? — Ты перестал быть просто человеком с мечом. Теперь ты человек с историей. Тьёдвальд не ответил сразу. В Ривервуде их встретили как гостей. Небольшая деревня жила своей тихой жизнью, но новость о тролле уже обогнала их. — Это вы его убили?! — спросил трактирщик. — Мы старались, — ответил Тьёдвальд. София добавила: — Он старался. Я комментировала. В местной лавке им дали работу. — У нас украли Золотой коготь дракона, — сказал торговец. — Бандиты ушли в Ветреный Пик. Тьёдвальд кивнул. — Мы разберёмся. София шепнула: — Конечно. Потому что отдых — это мифология. В пути они столкнулись с бандой. Точнее… банда столкнулась с ними. Часть просто убежала. — Выглядят слишком живыми, — сказал один из бандитов. — Это подозрительно, — добавил второй и тоже убежал. София пожала плечами: — Репутация — это страшная вещь. Внутри Ветреного Пика их встретили древние руины. Драугры. Холод. И тишина, которая уже была мёртвой. — Я слышал, что они страшные, — сказал Тьёдвальд. — А я слышала, что тут плохой сервис, — добавила София. — Проверим оба утверждения. The Elder Scrolls V: Skyrim Загадки. Скрип камня. Бои. И шутки Софии: — Слушай, а кто тут постоянно свечи зажигает? Они же уже мёртвые, им не холодно! — София… — Я просто пытаюсь улучшить атмосферу! В глубине подземелья они нашли бандита, застрявшего в паутине. Огромный морозный паук висел над ним, медленно приближаясь. София резко остановилась. — Нет. Нет-нет-нет. Я тут не участвую. — Ты боишься пауков? — Я уважаю их право на существование… на расстоянии. Тьёдвальд вздохнул и освободил бандита. Тот тут же побежал. — Он знает где коготь! — крикнул он на бегу. — Отлично! — крикнула София. — Мы почти договорились по-человечески! Бандита поймали драугры. София задумчиво посмотрела: — Дедушки Скайрима снова вышли на смену. Коготь оказался ключом. Дверь открылась. За ней — гробницы. И скелеты. Много скелетов. — О, — сказала София. — Они точно не рады нас видеть. Бой был коротким. И очень громким. В центре зала они нашли Драконий камень. И странную табличку. — Это покажем ярлу, — сказал Тьёдвальд. — Он должен знать. София кивнула: — Конечно. Потому что у нас хобби теперь — таскать странные артефакты в города и делать вид, что это нормально. Они вернулись. Отдали коготь. Получили золото. И впервые за долгое время просто остановились. Ночь в таверне была спокойной. Слишком спокойной. И где-то между усталостью и тишиной Тьёдвальд понял: Святилище Стендарра — это уже не просто цель. Это следующий шаг. И шаг этот уже никто за него не сделает. Ночь в таверне “Спящий Великан” была тёплой только снаружи. Внутри же Тьёдвальда она оказалась куда холоднее, чем любая северная дорога Скайрима. Сон пришёл резко. Без переходов. Без границ. Сначала был свет. Чистый, мягкий, почти человеческий. Тьёдвальд стоял не в таверне и не на дороге — а в месте, где воздух казался спокойнее мыслей. Перед ним был силуэт. Не человек. Но и не что-то чуждое. — Тьёдвальд, — прозвучал голос, и он не был громким. Он был правильным. — Стендарр…? — выдохнул он. Свет стал ближе. И в этом свете не было приказа. Было понимание. — Ты идёшь, даже не зная дороги, — сказал голос. — Но иногда это и есть путь. Тьёдвальд хотел ответить. Но свет дрогнул. И мир треснул. Тепло стало жаром. Жар стал огнём. Огонь стал болью. И вместо света появился дом. Горящий. Скрученный, живой, как будто сам кричащий от боли. И в центре этого огня стоял он. Фигура, которую невозможно было спутать ни с чем. Тьёдвальд почувствовал, как тело во сне сжалось. — О, Стендарр… — прозвучал другой голос. — Ты всё ещё раздаёшь надежду тем, кто её не заслужил? Мир стал темнее. И тяжелее. — Ты слаб, — продолжил голос. — Милосердие — это просто отсрочка неизбежного. И тогда он увидел. Молаг Бал. Не как историю. Не как имя. А как присутствие, которое ломает пространство одним фактом своего существования. — Ты уже связан, Тьёдвальд, — сказал он. — Просто ещё не понял как. Огонь взревел. И сон оборвался. — ТЬЁДВАЛЬД! Резкий голос. Рука на плече. Он открыл глаза. София. — Что случилось?! — она отдёрнула руку. — Ты весь мокрый, как будто с тобой дракон тренировался! Он тяжело дышал. Слишком тяжело для сна. — Мне… приснился сон. — Замечательно, — она села рядом. — Обычно людям снится, что они падают. Тебе, видимо, сразу божественные кризисы. Он медленно сел. — Там был Стендарр. София прищурилась: — Ожидаемо. У тебя теперь подписка на религиозные символы. — И Молаг Бал. Тишина. — Ладно, — сказала она медленно. — Вот это уже не похоже на “просто устал”. — Он говорил со мной. София вздохнула и потянулась. — Хорошо. Тогда у меня два варианта. Первый — ты избранный. Второй — ты ел что-то в Ривервуде, что не стоило есть. — Это был не сон о еде. — Жаль. Я бы предпочла вариант с плохим супом. Она посмотрела на него внимательнее. — Но знаешь… вещие сны в Скайриме — это не редкость. — Ты веришь в это? — Я верю в то, что если игнорировать странности Скайрима, он начинает игнорировать тебя… обычно вместе с жизнью. Утро пришло быстро. Они не обсуждали сон долго. Но он остался между ними, как незакрытая дверь. Дорога в Рифтен была мягче, чем ожидал Тьёдвальд. Леса становились гуще. Воздух — влажнее. Свет — теплее. София шла рядом и, как обычно, заполняла тишину. — Слушай, — сказала она, пиная камешек. — А если ты правда “избранный”, то у тебя есть план? — План? — Ну да. Обычно у избранных есть план. Или хотя бы трагическая предыстория. — У меня есть щит и меч. — Это уже больше, чем у половины героев. Она усмехнулась. — А если серьёзно… ты хочешь быть Стражем Стендарра? Тьёдвальд задумался. — Я хочу понять, почему он показал себя мне. — Это почти то же самое, — пожала плечами София. — Просто звучит менее опасно. София шла легко. Слишком легко для человека, который пережил тролля. — Знаешь, — сказала она внезапно, — я раньше думала, что все эти “героические истории” — это выдумка. — А теперь? — А теперь я думаю, что они просто плохо рассказываются. Она посмотрела на него. — Ты не похож на героя. — Я и не пытаюсь. — Хорошо. Потому что герои обычно умирают первыми. Когда они дошли до Рифтена, город встретил их иначе. Тесные улицы. Запах воды и бедности. И ощущение, что здесь каждый живёт так, будто завтра может не быть. У ворот их остановили стражники. — Плата за вход, — буркнул один. — Это что, налог или грабёж с лицензией? — сразу уточнила София. — Плата, — повторил второй. — Не нравится — разворачивайтесь. София шагнула вперёд. — Слушайте, я понимаю, у вас работа тяжёлая. Город бедный, денег нет, жизнь плохая. Стражник нахмурился. — Но это не значит, что вы должны превращать ворота города в личный кошелёк, — продолжила она. — Потому что тогда вы не стража. Вы — очень плохо замаскированные сборщики подаяний с оружием. — Осторожнее с языком, — сказал первый. — Я осторожна, — улыбнулась София. — Я ещё не начала сравнивать вас с бандитами, которые хотя бы честно признаются, что они бандиты. Тьёдвальд молча стоял рядом. — Мы просто проходим, — добавил он спокойно. Стражи переглянулись. — Ладно… проходите. София, проходя мимо, тихо сказала: — Видишь? Социальная инженерия работает лучше меча. Внутри Рифтена было шумно, но иначе. Не как в Вайтране. А как в городе, который устал, но не сдался. В таверне они остановились поесть. И сразу услышали новости. — Говорят, на севере снова видели драугров. — В Маркарте исчез караван. — В лесах кто-то видит свет ночью. София жевала и комментировала: — Драугры — это классика. Они как плохие соседи. Всегда возвращаются, когда ты расслабился. — Караван исчез? — продолжила она. — Наверное, опять “никто ничего не видел”. — Свет ночью? О, отлично. Это либо маги, либо кто-то с очень плохой системой освещения. Тьёдвальд посмотрел на неё: — Ты всё превращаешь в шутку. — Нет, — ответила она. — Я превращаю страх в что-то, что можно пережевать. Пауза. — Это звучит почти мудро. — Запиши, потом скажешь, что это было из древнего свитка. После еды они пополнили припасы. И вышли из города. Святилище Стендарра оказалось недалеко. Но его присутствие чувствовалось ещё до того, как его было видно. Воздух стал тише. Тяжелее. Чище. Тьёдвальд остановился. София тоже. — Ну вот, — тихо сказала она. — Момент истины? Он кивнул. — Похоже на то. Он посмотрел на ожерелье. И впервые не просто подумал о Стендарре. А почувствовал, что кто-то действительно ждёт ответа. Они сделали шаг вперёд. И третья глава закончилась там, где вера перестаёт быть словом и становится выбором.